Восход Империи

      Крошечные снежинки касались морских волн и почти тут же таяли. Прибой накатывал на скалы. Вдалеке за ними шпили замка династии Органа сверкали, как лед и снег на горных пиках Альдераана.       На пермакритовой без единой трещинки площади перед замком сходились и разделялись потоки разумных, в основном людей: суетливых слуг, подданных, внимательных гвардейцев. Пахло хвоей. Вечнозеленые деревья по краям пермакрита были припорошены снегом. Сизая птица уселась на ветку, взмахнула крыльями и белый ком ухнул вниз.       Он приземлился аккурат на пучок одной поварихи из кантины. Женщина недовольно хмыкнула, положила корзину со связками трав на землю и принялась вытряхивать снег из каштановой шевелюры. Таков был самый досадный инцидент для сей альдераанки.       Но эхо войны докатывалось и до этого мира. Заполненный на треть транспортник с рекрутами загудел двигателями, оттолкнулся репульсорами и поднялся в чистое голубое небо. Кто-то надеялся на прощение долгов, облегчение бремени семьи, иные желали мести, часть понятия не имела что делать со своей жизнью. Немногим доведется вновь увидеть снега и моря Альдераана. Всё чаще до него доходили только похоронки, но не тела. Отступающие республиканские части не успевали предавать их земле.       Неспокойно было и в самом сердце владений Органа. Контрабандист припрятывал за пазуху кредитный чип, выскальзывая через черный ход замка. В главном зале представительница вассального дома увлеченно рассматривала изящное кольцо. Не из драгоценного ауродия в отличие от возвышавшихся над ней статуй. Но ценность кольца заключалась в другом. Стоило нажать на непримечательный завиток сбоку, капли бесцветного яда без вкуса и запаха падали в бокал. Жертва умирала прежде, чем медики заподазривали неладное. Доводилось проверять. К сожалению, ядоискатель мог свести на нет приготовления. Аристократка лучезарно улыбнулась проходящему мимо камергеру. Она его презирала за давний проступок, однако высокопоставленный обитатель замка сюзерена мог быть полезен.       Необычная тишина наполняла лестничную площадку у кабинета главы дома. Ни единого просителя. Номар Органа удостоверился, что дверь заперта. Он бы и шторы запахнул, чтобы затруднить снайпера, но обширная комната окон не имела. В отличие от продвинутых охранных систем.       Контракт на убийство был почти закончен. Органа размышлял над суммой. Объявленная Пантирами награда за убийство Ревана была скорее декларацией. Они понимали, что за такую сумму никто не предстанет врагом повелителя ситхов.       Тогда сколько стоит жизнь той, которая стерла с лица галактики тарисскую ветвь дома Ульго? Его вассалов, Ристов с Альдераана так и не удалось перекупить. Больше того — ассасины страстно желали узнать, что же в действительности стало с родственниками их покровителей.       Убийца успешно избегала поимки. По всему Тарису Ульго ломали шеи при падении с лестницы, травились, перерезали себе сонную артерию бритвой. Их находили в спидерах, ни с того ни с сего вышедших из-под контроля, или попросту расстрелянными. Чудо, что офицер республиканского флота Траск Ульго ещё не погиб от взорвавшейся бластерной ячейки. Естественно, в рамках прискорбной случайности.       Органа не рассчитывал, что его вложения возымеют такой эффект. Поначалу он рассчитывал обезглавить тарисскую ветвь, чтобы ослабить конкурентов. Однако наследники почившего главы оказались слишком упорными. Пришлось вновь обратиться к наёмной убийце. Результаты её деятельности в отличие от имени заказчика прогремели. Дело дошло до правительства Тариса. Не то чтобы это спасло последнего Ульго на той планетке. Ещё немного и разыгралась бы баталия в Альдераанском правительстве. К счастью, ситуация с Бастилой Шан сыграла на руку и расследование парализовало.       Но глава дома Органа понимал опасность, если такого рода операция вскроется. От конкретно этой наёмницы не получится откреститься, как Кортессы от младшего сына. Даже если Номар это сделает, список её целей скажет сам за себя. При условии, что получивший его вовлечен в отношения альдераанской знати и торговлю.       Наёмница больше всего любила не лесть и славу, а деньги. Нетрудно догадаться, что при достаточных вложениях она добровольно выдаст цепочку подставных лиц, которая ведет к заказчику.       К тому же формально Ульго и Органа были на одной стороне, Республики. Слишком многое вложили предки Номара в это государство, чтобы передать его пробивному военачальнику со свитой зарвавшихся еретиков, которые без крепкой руки перегрызут друг друга.       Джедаев глава дома Органа уважал. Они знали своё место, их было нелегко стравить и не вмешивались в бессмысленное кровопролитие. К тому же Сила не была пустым звуком.       Номар Органа возблагодарил её за то, что чутьё подсказало ему не участвовать в авантюре с обезвреживанием обладательницы Боевой медитации, которое некоторым представили как попытку спасения. С гарантированным фатальным исходом, как оказалось.       Возмущения обманутого куатского джедая были наименьшей из проблем. Сочувствующих Шан почти не осталось. Хуже было то, что убийцы провалились. Она жива. Самозванный повелитель не снизил активности. Он напоминал пламя, неугомонно подбирающееся к стенам города. Который только и может заливать его десятком ведер воды вместо необходимой цистерны.       Очень скоро у повелителя появится молодая фаворитка. Такая же безродная, как он. Настолько же наглая. Не то чтобы её существование перечеркнет матримониальные планы аристократии. Повелитель не глупец, который пойдет на поводу у интрижки и юных телес. На крайний случай у дома Органа существовали активы в этой области. Но до такой крайности доводить не стоило. Как? Этого ум Номара пока не вывел.       Союз с Альде держался, но компромат наёмницы мог поставить его под угрозу. Разорванная помолвка племянника в таком случае — наименьшая из проблем. Королевский дом Пантир тоже не одобрил бы попытку передела власти заграницей. Слишком велика вероятность, что она перенесется на Альдераан со всеми экономическими и репутационными потерями.       К удовлетворению Номара шпионы доносили, что дом Тал терпел убытки из-за истребления тарисских Ульго. Что же, торговец купил своему потомству титул, но его наследство убывало. Возможно, это свидетельство позорной продажности предков скоро исчезнет с политической арены.       Пантиров с неё непросто сбросить. По правде, Органа и не желал такого исхода. Королевская корона на голове превращает её в особо выделяющуюся мишень.       Номар понимал, что рискует навлечь на свой дом убийцу, которую сам же нанял для уничтожения другой семьи. Однако доказательства страшнее трупов родственников. Они грозят позором, изгнанием и угасанием династии, чья история насчитывала тысячи лет.       В тот день Номар Органа подписал смертный приговор. Себе? Своему дому? Одной из десятков исполнителей скользких дел? Рассудит хитрость.       Издали охотничьи угодья Органа казались уголком мира в пламени войны. Прохладный воздух, который без опаски вдыхаешь полной грудью. Журчание ручьев. Поскрипывание снега под копытами серебристой серны.       «Какая ложь» — подумалось Джохану Ристу. Он разведал, что на этой самой земле находится разветвленная сеть бункеров — тайных тюрем, откуда не выйти покуда Органе не вздумается, и складов новейшего оружия.       Сидя на толстой ветке векового древа, юный шпион обозревал чужую территорию. Густая хвоя скрывала его от беспокойной серны, однако он не обманывался насчет надежности своего укрытия — один взгляд через тепловизор и очередь из бластера гарантирована.       Какой мальчик? Не было никакого мальчика! Это владения достопочтенного дома Органа, просим вас удалиться. В противном случае мы с великим сожалением прибегнем к неприятным для обеих сторон мерам. Вроде яда в бокал. Ваше здоровье!       Что же, улыбайся, пока вокруг точат ножи. В свою очередь готовь меч. Для надежности смажь его сильным токсином. Но ни в коем случае не Слезами Ристов — слишком уж красноречивое свидетельство в пользу твоего вмешательства. Действуй тоньше.       Предки Джохана столетиями придерживались этой стратегии. Если он жив, значит, она правильная. Правда, его другу Дэнису она казалась какой-то не такой, но что с него взять — Пантир да ещё к джедаям подался.       Беспокойное животное навострило уши. Джехан припомнил расписание патрулей. Сверился с хроно. Пора домой. На сегодня Органа с Джохана Риста хватит.       Юноша понятия не имел о том, какая месть готовилась в стенах родного поместья. — Эта безродная убила одного из нас, — резко высказалась Хинна Рист. Её собранные в низкий хвост иссиня-черные волосы в свете камина казались светлее. Лицо женщины было темнее тучи. В морщинках в уголках глаз залегли тени.       Дрова потрескивали, комнату переполняло тепло, но шестеро присутствующих ощущали лишь холодную ярость. «Сила простит, Ристы не прощают, ” — когда-то сказала Хинна истекающему кровью у своих ног.       Вопрос стоял не в соблюдении вассальной присяги или защите репутации. Любимое дитя Хинны мертво. Растерзано ракгулами. Мысль о том, как оно мучилось, невыносима для матери. Боль пробирала до костей.       Отрицание мести — нежелание признать очевидное: она единственный способ сохранить то, что осталось. Разве бешенного пса, который загрыз человека, отпускают на волю? Нет, его пристреливают. Представительница дома Рист бросит все силы, чтобы воздать по заслугам лишившей её самого дорогого. Но решение зависело не от Хинны.       Глава дома сидел в кресле напротив неё. Годы брали своё. Он был не в состоянии долго стоять в отличие от своей дочери. Сколько ещё ярость будет питать её? Когда Хинна покончит с ребячеством и возьмется за ум, осознает, что есть вспыльчивые убийцы и старые убийцы, но сочетающих оба качества не встречается?       В то же время старик Рист понимал свое дитя. Памятовал и о вассальной присяге, и о защите репутации. Угроза зашла достаточно далеко. — Такое дело нельзя доверить чужаку.       Глаза Хинны блеснули, как занесенный кинжал у огня. — Одиночка с ним тоже не справится.       Потерявшая ребенка подобралась, как ворн-тигрица перед тем, как прыгнуть на добычу. Хинна приняла правоту отца, ведь угроза должна быть стерта с лица галактики раз и навсегда. — Но ты, Хинна, останешься здесь.

***

      Солнечные лучи озарили небоскребы с округлыми вершинами. С высоты доступной лишь избранным воздух Тариса виделся необычайно чистым, а сама планета умиротворенной.       Несколькими десятками уровней ниже солнечный свет продирался сквозь смог индустриальных районов. Их обитатели выползали из типовых квартир, где умещалось лишь спальное место да модуль для разогрева скудной пищи — порошков и концентрированных пюре. Разбавляли их мутной водой, отдающей хлором.       Солнечная погода продержалась недолго. Небо заволокли тучи. Капли кислотного дождя забарабанили по дюракриту небоскрёбов. Он был достаточно крепким, чтобы кислоты не причинили ему вреда. Кожа большинства обитателей Тариса таким качеством похвастаться не могла. Привычные к бедствию кутались в прорезиненные плащи с капюшоном. Неосмотрительные расплачивались покраснениями, которые преображались в сыпь.       Береговую линию планеты давно заковали в пермакрит. Вокруг моря пахло гнилыми водорослями. На мелких волнах покачивались косяки дохлой рыбы. Встречалась изуродованная мутациями — двойные пасти, отсутствие глаз, изъеденная язвами чешуя. К рыбным местам подбирались траулеры, волочащие шлейф из мазута. Рыбаки не видели ничего зазорного в таком улове — пустят на муку, и никто не отличит суп с ней от альдераанской ухи, хотя никто из них не имел возможности пробовать это блюдо из Центральных миров. В большинстве кантин предлагали местный эль и всё те же концентраты, разве что сдобренные специями.       В жилой каморке над одной из них женщина в броне оттирала от крови кредитный чип. Не из стремления к чистоте или соблюдая приметы, а чтобы не вызвать подозрения в местах поприличнее. Чип был крупного номинала. Рядовой разумный не мог и мечтать о таком.       Отмыть не было возможности. Вода здесь роскошь. Очищающей чип Селвен вспомнились подробности последнего заказа. Полная воды и розовой пены ванная на бронзиумных ножках. В ней труп девушки с кулоном в виде герба Ульго на шее. Наёмная убийца накачала цель наркотиками. Передозировка. Богатые девочки таким часто страдают. С телохранителями расправилась ещё раньше. Для надежности пристрелила служанку, некстати выпорхнувшую из укрытия. Живых свидетелей своих деяний Селвен не оставляла.       Здешний смрад потных тел и пролитого на пол эля осточертел. Хлипкое пластиковое окно выходило на пожарную лестницу, которую за смогом не разглядеть. Нет смысла их терпеть. Ей уже заплатили.       Она понимала, что по пятам идут убийцы Ристов, одного из которых она обставила, прочие прихвостни Ульго и голодранцы из местных сил безопасности, которым она бы не доверила даже собрать бластер.       Селвен не тешила себя иллюзией, что один человек в состоянии выстоять против десятков в открытом бою. Проскользнуть таможню и улизнуть с планеты настолько опытной наёмной убийце не составит труда. Самое важное при ней. Начищенная боевая броня, усиливающий рефлексы имплант, гранаты, вибромеч и тяжёлый бластерный пистолет. Она предпочитала третье оружие.       Кредитные чипы и кое-что о нанимателях опытная убийца не доверяла ни персональным сейфам, ни банковским ячейкам. Мешочек из ранкоровой кожи удерживал ценности под нагрудником.       Селвен придирчиво оглядела последнее пополнение коллекции. Наконец-то чисто. Сбрызнуть пахучим дезинфектантом и следы убийства обнаружит разве что доскональная экспертиза. Химия вытеснила пот и затхлость. Кожаный мешочек раскрылся. На шее ощущалась приятная тяжесть больших денег.       Отрывистый стук в запертую дверь. Безобидные пропойцы, которые забредали не туда, обычно молотили по ней. Селвен насторожилась. Она нутром чувствовала, что бессмысленно предостерегать стоящего за дверью. Сняла с предохранителя бластер. Извлекла светошумовую гранату.       Она пришлась весьма кстати, когда дверь вылетела будто от взрыва. Селвен тут же швырнула гранату настолько далеко, насколько позволяли теснота и радиус поражения. Перекатилась к окну. Белое пятно озарило коридор. В ушах зазвенело. Разбила пластик закованным в металл локтем, осыпая невидимого противника градом синих бластерных болтов.       Мгновение и Селвен бы выбралась. Но Сила распорядилась по-другому. Руку с бластером вздёрнуло. Раскаленная плазма очернила потолок. Наемная убийца пыталась сдвинуть застывшую конечность. Вторую будто парализовало. До гранат не дотянуться. Одна плазменная и…       Сковавший наёмницу невидимыми цепями вошел в каморку. Его худая фигура рябила. Лица не разглядеть. Селвен почувствовала холод, проползающий под броню. — Я самый смертоносный наёмник на Тарисе… — выдавила она сквозь сжимающийся на горле обруч изо льда. — Признаю, — будто сквозь толщу воды. — Ты заплатишь… — Не признаю. Зачем? Я получу информацию.       Захрустели шейные позвонки, трахея. Тело ударилось об пол. Когда конвульсии кончились, адепт Силы извлек то, за чем явился. Мешочек из ранкорьей кожи перекочевал в его подсумок. Повелитель будет удовлетворен столь ценной добычей.       Но сначала сбить со следа. Ищейка-16 приметил плазменную гранату, которую так и не задействовали. Самое оно.       Адепт Силы отошел на безопасное расстояние, сохраняя зрительный контакт с алым цилиндром на поясе трупа. Телекинезом надавил на кнопку активации. Облако ионизированного газа разорвало корпус. Оно воспламенилось. Огонь охватил плоть и пол, лизнул стены. Повалил дым.       Ассасины Ристов застали лишь обугленное до неузнаваемости тело.

***

      Бастила Шан едва сохраняла самообладание. Как же ей не хватало знакомой рукояти на поясе! Нахлобученная на лицо ситхская маска тоже не способствовала покою. Маскировка мелькавшего в СМИ джедая? Не только.       Тянуться к сейфу под кроватью Ревана определенно не стоило. Поначалу идея казалась здравой — обыскать логово в отсутствие его хозяина, чтобы выявить слабые места. Бастила осознала провал, когда в горле запершило, а глаза заслезились. Хохот некстати вернувшегося повелителя ситхов глубоко уязвил её. Ещё и начищенную до блеска пластину протянул. Красный и раздутый как от укуса пчелы нос отразился во всей красе.       Допустившая столь нелепую ошибку поплатилась. Кроме отвратительной маски, джедая завернули в балахон аколита, отягченный нагрудником и подсумками. Навязали меч с чужеродной рукоятью. Естественно, лезвие красное. Если повелитель ситхов рассчитывал уязвить Бастилу (наверняка рассчитывал!), то не получилось. Важно не оружие, а как им воспользуешься.       Повелитель неожиданно принизил себя. Он предстал в образе ситха невысокого ранга — ни знаменитой маски, ни регалий. Именно поэтому его со спутницей встречали более чем скромно. На квадратной пермакритовой площадке их шаттл едва примостился между парой канонерок. Других звездолётов не наблюдалось. Они бы и не поместились. Восьмерка идентичных солдат в серебряных шлемах с затемненными визорами отдала честь. Полноватый человек в сером мундире спешно преклонил колено. Взмахом ладони Реван дозволил ему подняться. — Губернатор Лиссенно? — Всё идет как повелел император. Мандалорцев оттеснили. Инакомыслие искореняем всеми силами.       Далее управляющий планетой принялся перечислять свои «заслуги»: конфискации, аресты, массу доносов. У Бастилы в голове не укладывалась, как настолько развернулись на двухмиллионной планетке. Губернатор отметил, что идея выделять на содержание одного психически больного в два раза больше денег, чем на сироту, сразу же отправилась в утиль. Ситх вслух одобрил. О, джедай выскажет ему, что думает. — Мир и безопасность! Каждому по способностям! — броско завершил речь губернатор.       Для надежности он опустил голову, но не удержался от заискивающего взгляда. Будто лозунгов из пропаганды мало. Но этот маленький человек лишь зернышко между жерновами Империи, которая каждый день перемалывает миллиарды таких, чтобы осуществить свои захватнические амбиции. Бастила постаралась напомнить себе об этом. Главный виновник перед ней.       Она так и не выяснила зачем в действительности повелитель ситхов почтил малозначительный мир своим присутствием. Уж точно не с целью справиться о давних врагах. Его инструкции, касающиеся мандалорской тактики, противостояния дроидам-убийцам и укрытий никак не складывались в единый паззл.

***

      Наконец-то вдвоём. Реван взглянул через плечо на Бастилу. Несмотря на пройденный километр, ни следа усталости. Транспорт дожидался их у заставы. Джедай смерила недоверчивым взглядом творение местных техников. Гражданский спидер Соро-сууб модифицировали, навесив пушку и вставив чуть более мощный двигатель. Её особенно напрягло короткое сиденье. Два человека на нем уместятся, если только существенно сблизятся. Рядом более потрепанный собрат.       До места последнего сигнала верного убийцы два часа езды. Путь проходил мимо фермы, недавно разоренной мандалорцами. Пусть Бастила посмотрит на это племя вживую. Убедится, что оно заслужило и Дксун, и Малакор V.       Повелитель ситхов сразу ограничил притязания требовательного падавана, заявив, что второй спидер нужнее местным. — Поведешь, конечно же, ты? — с нотками раздражения в голосе осведомилась Шан. Маска заглушала его.       Реван ответил, что она не доросла до самостоятельных поездок. Тонкие пальцы падавана сжались в кулаки. Наверняка позволила себе поморщиться. Повелитель ситхов предположил, что её лицо приобрело сходство с личинкой кинрата, о чем незамедлительно сообщил. Будто чеку у светошумовой гранаты выдернул. Падавана прорвало. Вкратце её громкие высказывания сводились к тому, что его высокомерие перешло все границы, но она не поддастся дурному влиянию. Обидчик сухо посоветовал ей собраться, уголки его губ поползли вверх.       Бастила нехотя подчинилась. Умудрилась втиснуть между собой и Реваном подсумок с сухими пайками, чтобы не соприкасаться с повелителем ситхов. Пояс водителя не обхватила. Предпочла ему хлипкие ручки по бокам сиденья.       Он намеренно разогнался так, что нос Бастилы въехал в его плечо. В ответ она пихнула бок повелителя локтем. Как ребёнок. Хотя по закону она и есть такая. Ни избирательных прав, ни открытия вклада без законного представителя, ни алкоголя, ни шагу без мастера. Одни запреты. Естественно, соответствующее мышление прилагается. — Выдержишь? — задал вопрос Реван, когда за деревьями показался одинокий шпиль.       Бастила заявила, что пыткам её не подвергли. Джедай её уровня более чем в состоянии перенести настолько незначительную нагрузку. Даже если бы подвергли… Спидер съехал с основной дороги. — Я не о том, Бастила. Сними маску и присмотрись.       Реван заглушил двигатель до полной остановки. Джедай начала догадываться что к чему. Маску она не сняла.       Деревянная ограда фермы годилась сдерживать разве что метровых травоядных мёрли. С воротами мандалорцы не церемонились. Выбили их, чтобы было удобнее выносить добычу. Судя по следам на земле, ей стали громоздкие ящики с провиантом.       Что не смогли утащить, сожгли дотла. Поле с золотистым хеммелем и фруктовый сад превратили в золу и угли. Кое-где поднимался дымок. Тлели стога сена.       Не пощадили и сельскохозяйственных животных: безобидным пушистым мерли вспороли глотки или выпустили кишки, которые измазались в земле. С некоторыми не заморачивались и просто залили их пламенем из огнемета. Прежде зеленые глаза травоядных превратились в лопнувшие ошметки. Среди опаленной коричневой шерсти чернели ожоги. Обреченная на смерть нуна волочила подбитое крыло. Жужжали плотоядные мухи. Над разрушенной фермой кружили птицы-падальщики. Одна уселась на труп зарезанной мерли и принялась выклевывать остатки глаз.       Плечи и голова Бастилы опустились, правая рука легла на рукоять меча. Раздалось отчаянное блеянье. Падаван решительно двинулась к его источнику в хлеве с обрушившейся крышей и подпаленными стенами. — Осторожно, эти чакаары любят оставлять мины в подарок, — предупредил Реван.       Без пререканий Бастила сконцентрировалась и провела рукой над землей. Звук срабатывания мины ветеран ни с чем не спутает. На пути к хлеву комья земли с травой взметнулись вверх. На несколько метров вокруг разлетелась шрапнель. Насквозь пробила стену здания. Даже единственный осколок был в состоянии отправить в могилу, что Реван наблюдал неоднократно на поле боя и в госпиталях. — Изверги, — прошептала Бастила.       Спустя несколько мгновений, как Бастила оказалась внутри, повелитель ситхов услышал гул светового меча. Падаван добила измученное животное.       Одноэтажный фермерский дом зиял выбитыми окнами и дверями. Реван догадывался, чьи останки найдутся внутри. У застигнутых врасплох фермеров было мало шансов. — Надо похоронить хозяев. Мандалорцы не склонны оказывать такие почести мирному населению.       Он сам взял лопату и выдал такую же Бастиле. Вдвоём извлекли из-за баррикад окоченевшие тела. Главу семьи, которому прострелили голову. Мальчонку со свернутой шеей. Вынули из петли женщину в окровавленной юбке.       В полном молчании вырыли глубокую могилу на заднем дворе и забросали тела землей. Бастила по своей инициативе отметила её крупным камнем. — Несмотря на всё… Это не повод становиться как они, — джедай первой нарушила тишину, когда села за Реваном на спидер.       Подсумок между Бастилой и повелителем исчез. — Мандалорцев, как и любого противника, не победить, если будешь игнорировать их менталитет. Они понимают исключительно право сильного. Но мы найдем кое-кого, кто прекратит их бесчинства.       Они застали лишь засыпанный землей костер и две воронки от взрывов. При поверхностном осмотре напрашивался лишь один вывод — стоянкой целого клана это место быть не могло. Сила также ощущалась по-другому. Без глубокой медитации при обыске не обойтись. Естественно, она станет гораздо полезнее в комбинации с разведданными.       Последней целью HK был воин-одиночка, последний из своего клана и крайне амбициозный. Он прославился организацией дерзких налётов наёмников на имперские объекты. Его интересовало оружие и лишь во вторую очередь медикаменты и провиант.       Ещё этот мандалорец успел попортить кровь Картелю хаттов и прожить достаточно долго, чтобы Ревану пришлось отдать приказ об устранении. Цель высказывала неугодные повелителю ситхов взгляды на будущее своего народа.       Оно постоянно кочевало, поэтому захватом столицы или бомбежкой культовых мест его не напугаешь. Ба’слан шев’ла — стратегическое исчезновение с рассеиванием было частью мандалорской культуры. Её хранители скрывались, накапливая ресурсы. Они растили и воспитывали из детей новых мандалорцев, невзирая на происхождение и расу этих самых детей, цементируя единство общим для всех языком. Каждый клан был автономен.       Массированное наступление мандалорцев сдерживали не столько потери после воины, сколько отсутствие Мандалора. Один из основных постулатов их кредо — являться по первому зову лидера.       Ни один претендент не получил преимущества. Слишком свежи воспоминания о том, как главнокомандующий Республики поставил на колени Мандалора Наивысшего. Реван сорвал с его лица маску. Некоторые фанатики посчитали, что тем самым он лишил достоинства Наивысшего, ведь кредо требовало ношения доспеха.       Так кого слушаться? Джесса Мерееля, требующего затаиться до момента, когда Империя и Республика перегрызут друг друга? Рав Визлу, желающую кровопролития и грабежей?       Когда придет время, повелитель ситхов сам даст кланам путь в соответствии со своим видением. А пока сметет с доски нежелательный вариант развития событий. — Бастила, твой меч. Отдай его, — вдруг сказал повелитель ситхов. — Я в нем не очень-то и нуждаюсь, — проговорила джедай, передавая ситхское оружие, — Опасаешься, что я убью тебя во время медитации? К счастью, я не из ситхов. Мои моральные устои крепки. — Что наглупишь при попытке выбраться с планеты.       Реван опустился на землю и принял позу для медитации. За своей бравадой Бастила не заметила, как он извлек из панели управления чип-ключ. Без него спидер не завести. Повелитель закрыл глаза и усмехнулся.       Во время медитации границы времени размывались. Сомкнув веки на рассвете, можно было прийти в себя на закате или утром следующего дня. При должном усердии Сила раскрывала двери в прошлое. Глубокая безлунная ночь. Потрескивал костер. Мандалорец в полном доспехе полировал нож. Серебристые пластины блестели ослепительно-ярко в отсветах пламени. Чистый бескар?       Встроенный в шлем тепловизор не показывал угроз. Опытный дроид-убийца маскировался до последнего. Брошенный термальный детонатор огласили округу взрывом. Конец мешку с мясом?       Нет, двигается-таки. Повторим! Второй детонатор разорвался. За завесой дыма дроид засек активность. Вал зеленых бластерных болтов из винтовки накрыл мандалорца. В темноте заалели фоторецепторы. — Издевка: готовься к смерти, консервированный мешок с мясом.       Бескар оказался настоящим и отражал попадания и по касательной, и по прямой. Иначе противник был бы мертв. В тот момент, когда процессор HK просчитал оптимальный выстрел в уязвимое сочленение между наплечником и нагрудником, мандалорец сделал ход.       Разумом Реван был готов увидеть крушение своего творения. Самоуверенного, но такого близкого. Всё равно сжал зубы, когда оно повалилось на землю под треск механизмов.       Это повелитель ситхов выдержал. За то, что ведроголовый сделал с HK дальше, Реван был готов придушить. — Понятия не имею кто тебя склепал, дроид. Да и неважно. Пора бы разобраться в твоей скверной начинке. Может и выйдет толк.       Победитель не сразу расчленил добычу. Притащил с корабля ящик с инструментами и невесть откуда взявшийся ограничительный болт. Во время перенастройки дроида-убийцы мандалорец получил несколько чувствительных ударов током. Программирование практически не поддавалось. Девятнадцать из двадцати протоколов блокировались. В результате неопытный хакер получил огрызок от полного функционала. — Приветствие: каково задание, органик? — Так-то лучше. Продолжим в другом месте.       Мандалорец сверился с голокартой сектора, спроецированной передатчиком в наруче. Указал на безлюдную планету, более чем наполовину покрытую океанами. Её название высветилось на мандалорском. Изучивший язык врага в пору войны без проблем прочитал его. — Это мы ещё посмотрим, — проговорил Реван, отряхиваясь от земли.       Он услышал сдавленный ох. При виде лица повелителя ситхов Бастила Шан не сдержалась и отступила назад.