Damned prince

Сириус уже завершил свою трапезу и ждал, пока его отец закончит беседу с Абраксом Малфоем, чтобы попроситься выйти из-за стола. В этой семье манеры, а тем более перед гостями, были обязательным пунктом. Будто мы живем в восемнадцатом веке, про себя усмехнулся Сириус. Андромеда и Нарцисса уже вышли из-за стола и поднялись наверх, а Белла вызвалась показать поместье Люциусу. Было смешно наблюдать за ее попытками понравиться Малфою, старшему или младшему — это уже загадка. Сириусу не терпелось подняться к своим кузинам и расспросить их обо всем. Он хоть и прожил все свои одиннадцать лет в окружение волшебства, но был поражен Косой Аллеей. Из-за обилия впечатлений он не мог даже вспомнить, что конкретно его поразило там, но он был точно восхищен увиденным. Жалко, что родители запретили ему прикасаться к палочке, мантии и книгам до отъезда из дома, чтобы он не спалил все к чертям. Поэтому Сириусу было уготовано только довольствоваться расспросами сестер о месте, где он должен был провести следующие семь лет, обучаясь магии и волшебству. Наконец отец закончил разговаривать с гостем и позволил Сириусу покинуть столовую. Мальчик помчался наверх, перепрыгивая через одну ступеньку. Он чуть не сбил Люциуса, за что получил подзатыльник от Беллы. Ничего, ему не привыкать. Благо Белла только недавно выпустилась из Хогвартса, и там они не будут докучать друг другу. Сириус вспомнил о манерах у двери в комнату сестер, хотя они бы точно не наругали его за вход без стука, не считая утренних и вечерних часов. Сириус постучал в дверь три раза, дождался приглашения с другой стороны и вошел. Девочки, а точнее уже девушки, сидели на кровати и о чем-то беседовали. Сириус немногих в этой семье по-настоящему уважал, но Цисси и Дромеда были исключение. Они и сами любили своего кузена, несмотря на его частые шалости. Андромеда была на 5 лет старше его, а Цисси на 4, и учились они на пятом и четвертом курсе соответственно, поэтому они были самыми надежными источниками информации о Хогвартсе. — Что на счет факультетов? Как это будет происходить? — Задал Сириус очередной вопрос. — Ну, факультетов всего четыре. — Отвечала на этот раз Дромеда, потому что Цисси уже устала рассказывать и вышла за стаканом воды. — Вроде как распределение ведется в зависимости от личных качеств человека, но лично я считаю, что Шляпа не берет это в расчет… — Шляпа? — Сириус уже не в первый раз перебивал, но кузина списывала это на неподдельный интерес, а не на отсутствия такта. — Да. Вас посадят на табурет перед всеми учениками и учителями и наденут старую шляпу. Потом эта шляпа скажет, на каком факультете тебе следует обучаться. Собственно, слово Шляпы закон, и тебе придется идти на факультет, на который указала она. Выбора особо нет. — Вы дошли до пункта о распределении? — В комнату вернулась Цисси. — Обычно нас отправляют на Слизерин. — Андромеда взглядом встретила Цисси, но отвечать на риторический вопрос не стала. — Шляпа считает, что все Блэки видите ли хитрые и амбициозные. Все, без исключения. — Хотя Дромеду следовало бы отправить на Пуффендуй. — Цисси настойчиво дразнила свою сестру. — Почему? — С улыбкой на лице спросил Сириус, наблюдая за этой сценой. — Ну, Дромеда у нас добрая, а еще… — Нет, не нужно мне на Пуффендуй. Не слушай ее! И тут Дромеда не дала раскрыть свой секрет Цисси и повалила ее на кровать. Сестры стали дурачиться, пытаясь побороть друг друга. Сириус смеялся, сидя на другой кровати. Ему не разрешали играть с сестрами, а с братом ему было просто не интересно, поэтому он смотрел на Цисси и Дромеду и завидовал их сестринской любви. — Ладно, храни свои секреты. — Сдалась Цисси, выбираясь из-под Дромеды, волосы у обеих спутались и наэлектризовались. — Будешь в школе, все поймешь. — Она интригующе подмигнула мне. К нам в комнату постучался домовой эльф и позвал провожать гостей. Еще одно дурацкое правило: провожать гостей всем семейством. На первом этаже собрались все Блэки, которые сейчас находились дома: его отец, мать, брат, и три кузины, а напротив стояли беловолосые волшебники Абракс и Люциус Малфои. Все Блэки по очереди выражали благодарности за посещение, в том числе и Сириусу приходилось это сделать. *** Два дня прошли незаметно. Сириус не хотел сидеть дома и считать часы, поэтому решил провести все это время с кузинами. Про Хогвартс они больше не говорили, так как Сириус боялся, что лопнет от нетерпения. И вот наступило первое сентября, день, когда все ученики школы магии и волшебства Хогвартс обязаны сесть на поезд, идущий в данное учебное заведение. Сборы были очень долгими и нервными. Его мать подняла всех в пять утра, хотя поезд отходил в одиннадцать. Девочки все приготовили еще с вечера, поэтому им нужно было только одеться и вынести все необходимое на первый этаж, Белла и вовсе отказалась провожать своих сестер и кузена и осталась спать в комнате для гостей, чтобы ее не будили. За сборы Сириуса отвечала его мать. Она успеха отругать своего старшего сына за то, что он все плохо сложил, из-за чего его новая мантия помялась, и некоторые покупки вовсе забыл. Вокруг еще мельтешил Регулус, уговаривая мать тоже отправить его в школу, но для этого он был еще слишком мал. Отец не вмешивался в сборы, так как не считал это мужским делом. С горем пополам вещи Сириуса, как и сам Сириус, оказались на первом этаже, где всех уже ждали Цисси и Дромеда. — Закончили наконец приготовления? — К ним спустился Орион Блэк, готовый к выходу в люди. — Что ж, несите все в столовую. А ты подожди. — Он схватил Сириуса за воротник мантии (не той, что предназначалась для обучения, мать не позволила ее надеть сейчас) и стал поправлять застежку. — Ты не должен позорить нашу семью своим неряшеством. Я абсолютно уверен, что мне еще придется не раз краснеть за тебя на протяжении этих семи лет, но постарайся сделать так, чтобы это началось не сегодня. Отец отпустил его, и Сириус пошел в столовую с остатками вещей, которые не смогла унести мать в один подход. Они собирались отправиться на вокзал через камин. Стандартная процедура, к которой Сириус уже привык. Он и в этот раз посмеялся на Регулусом, который вышел с матерью, хотя брату было уже девять лет, и он сам мог бы пользоваться камином. Брата как обычно стошнило, хотя мать, зная о плохом вестибулярном аппарате Регулуса, заранее отошла подальше. Последним вышел отец, заставив прекратить Сириуса смеяться. Все они пошли за девочками к платформе девять и три четверти. С этой процедурой Сириус тоже был знаком, так как давно провожал сестер в школу. Нужно было хорошенько разбежаться и пройти сквозь стену между платформами девять и десять. Отец предусмотрительно нашел тележки для всех троих, чтобы удобнее было тащить все вещи. Первыми пошли девочки, затем мать под руку с Регулусом, за ними пошел Сириус, замыкал всю процессию Блэков Орион. Сириус неплохо разогнался и с легкостью прошел через стену, голова у него при этом немного закружилась, но это скорее было приятное секундное одурманивание, не более. На другом конце его тележку уже ловил высокий молодой человек с длинными белыми волосами, заплетенными в конский хвост. — Спасибо. — С искренней благодарностью обратился к нему Сириус, так как понимал, что не смог бы остановиться и налетел бы на сестер. — Да ничего. — С улыбкой ответил он. — Судя по рассказам о тебе, я здесь за этим и стоял, чтобы помочь тебе остановиться. Я, кстати, Люциус Малфой, нам не удалось с тобой тогда познакомиться, но, думаю, тебе уже сейчас нужно познакомиться со старостой своего факультета. — Но меня еще не распределили. — Смутился Сириус, на что Люциус рассмеялся, показывая всем свои белоснежные зубы. — Ну конечно тебя определят в Слизерин. Все Блэки туда попадают без исключений. Так о чем это я, — Люциус повернулся на каблуках в сторону поезда и взял вещи Цисси. Сириус заметил, как у нее покраснели щеки от такого жеста с его стороны. — Мой отец не смог сегодня появиться, поэтому я решил, что встречу вас и провожу сам. Абракс извиняется перед вами, мистер Блэк, что появились некоторые дела в министерстве, но, в качестве извинений, приглашает вас и миссис Блэк в Уилтшир. — Я вас догоню, — сказала Дромеда, поворачивая тележку в сторону толпы. — Мне нужно кое с кем поздороваться. Сириус и Цисси попрощались с родственниками и пошли за Люциусом в вагон. Народу еще не было, многие стояли на платформе или еще не пришли, поэтому много купе было свободно. Люциус открыл двери первого попавшегося, оно оказалось абсолютно пустым, и предложил Сириусу расположиться здесь. Он помог ему расположить все свои вещи на верхней полке и даже приготовил ему мантию и сложил ее в легкодоступное место, чтобы без труда ее можно было достать. Он попрощался с Сириусом, взъерошив его длинные до плеч черные волосы, и покатил тележку Цисси в другое купе. Сириусу было немного обидно, что они не предложили ему пойти с ними, но какое-то понимание уже присутствовало, что, когда девушка и молодой человек хотят побыть наедине, им не следует препятствовать. Сириус скучал, сидя один в купе. Он увидел, как к его окну подошли родители и Регулус и помахали ему. Он натянул улыбку, какую обычно натягивал, чтобы казаться хорошим и благодарным мальчиком, и помахал им в ответ. Потом мать и брат ушли куда-то, видимо Регулусу опять стало плохо, а к отцу подошли поздороваться уже немолодые люди, лет им было около пятидесяти. Выглядели они представительно, но не бросалась в глаза их обеспеченность. Скорее всего, это родители какого-нибудь ученика старших курсов, подумал Сириус. Он заметил, что на лице Ориона при виде этих людей появилась та улыбка, которую он сам натягивал для родителей. Они ему не очень приятны, но он с ними здоровается. Сириус научился разделять людей по классам, основываясь на реакции своего отца. Таких людей, как Малфои, отец встречал с радостью, и не было той натянутой улыбки, таких Сириус относил к высокому классу. Других чистокровных волшебников и нечистокровных, но не маглорожденных, конечно же, он уже встречал с улыбкой, эти были средним классом. А к низшим относились все остальные, при виде которых у Ориона было лишь отвращение на лице и с которыми он, конечно же, не здоровался не только за руку, но и устно. Как-то раз на вокзале к ним подошло семейство Уизли, но отец как ошпаренный ушел в другой конец платформы. Поезд постепенно наполнялся людьми, ведь до отправки было всего лишь двадцать минут. Тут размышления Сириуса прервал звук открывающейся двери, и в проходе оказался мальчик его возраста в поношенной одежде. Оценивая его взглядом своего отца, Сириус отнес этого мальчика к низшему классу, но виду не подал, для одиннадцатилетних мальчиков мало что значат классовые неравенства. — Здесь свободно? — спросил он неуверенно. — Да, конечно, пожалуйста. — Своей энергией Сириус старался приободрить нового соседа по купе, что даже встал со своего места. — Тебе помочь? — Нет, нет, нет, не надо, я сам. Сосед еле как уложил свои вещи на верхнюю полку и сел напротив Сириуса. Между ними повисла неловкая пауза, поэтому Сириус решил обратить внимание на этого мальчика, пока тот разглядывал людей на платформе. На нем были поношенные коричневые штаны, темно-коричневая рубашка и серый пиджак, который был больше на пару размеров. Вещи явно раньше принадлежали кому-то другому и, что сразу приметил Сириус, были магловскими. Так может он грязнокровка, спросил себя Сириус. Ему хотелось бы спросить об этом в лоб, но отце предупрежал его, что хоть они и относились к таким людям с презрением, но о манерах не надо забывать, все-таки они выше их. Волосы у мальчика были каштанового цвета, короткие, подстриженные будто тупыми ножницами. Но что больше всего удивило Сириуса, так это наличие длинного, проходящего через все лицо шрама над носом, маленького шрама над бровью и шрам на шее, уходящий под рубашку. Откуда они у него, сразу спросил про себя Сириус. Его дома бил отец, и даже пару раз мать поднимала на него руку, но это они делали только руками, ногами или плетью в воспитательных целях, били они только по корпусу, чтобы синяки не были видны за одеждой. Отец никогда не бил его по лицу. — Я — Сириус. — Решил он все-таки прервать паузу между ними, руку он протягивать не стал. — Ремус. — Мальчик как-то испуганно отреагировал на его слова и на секунду оторвался от окна. — А полностью как? — Сириус знал практически все фамилии благородных волшебников, поэтому, получив эту информацию, он мог был полностью оценить своего соседа. — Джон Ремус Люпин. — С еще большим испугом ответил он. — Твой отец работает в министерстве? — Это уже звучало как утверждение. Сириус иногда слышал, что отец упоминает некоего Лайелла Люпина, называя его очень одаренным волшебником и хорошим работником, но которого лучше сторониться. Почему, Сириус уточнять не стал, да и не для его ушей это были разговоры. — Да, наверное, он не любит говорить об этом. Снова наступила тишина. До отправления оставалось всего пять минут, и платформа начала редеть. Остались только провожающие. Сириусу удалось разглядеть в этой толпе Андромеду, которая шла за светловолосым парнем. Сириус не знал, кто это такой. Вдруг дверь в их купе снова открылось, и появился еще один его ровесник, за спиной которого стоял другой одиннадцатилетний мальчик. Первый обладал хоть и коротко подстриженной, но лезущей во все стороны шевелюрой, а второй явно отставал в росте. Оба они, по всей видимости, смеялись, но сейчас пытались выдавить хоть немного приличия. — Не занято? — Звонко произнес мальчик в очках, ненавязчиво подталкивая короткого в проем. — Нет, садитесь. — С радостью пригласил их Сириус, считая, что в купе появился нескучный мальчик, с которым можно будет хотя бы поговорить. Мальчик в очках окончательно протолкнул второго, а тот, таща на себе и свои и чужие вещи, стал раскладывать их на верхней полке. — Я, кстати, Джеймс Поттер. — Он протянул сначала мне руку, а потом и Ремусу. — А это Питер Петтигрю. Сириусу была известна фамилия Поттер. Чистокровные волшебники, которые практически не общались со знатью. Вроде бы кто-то из них были известными зельеварами, но кто конкретно Сирис не помнил. Петтигрю же он не знал. Сириус представился сам и представил Ремуса, облегчая тому задачу. — Так значит, мы все тут первокурсники. — Подытожил Сириус. — Колитесь, кто куда хочет? — Вдруг ни с того ни с сего спросил Джеймс. — Я, например, не отказался бы от Гриффиндора или от Пуффендуя. И там и там, я слышал, коллективы хорошие. Пит решил, что поступит туда, куда и я, хотя я считаю, что ему самое место в Пуффендуе. А вы? — Моя родословная за меня уже решила, что я попаду в Слизерин. — Не очень весело ответил Сириус. — Ты туда не сильно стремишься? — Нет, конечно. Я никакой не хитрый и не амбициозный. Хотя моя кузина тоже не такая, а ее все равно в Слизерин отправили. — Я слышал, — пискнул Пит, — Что можно Шляпу попросить, чтобы она тебя определила в тот факультет, в который ты хочешь. Можешь попробовать, если не хочешь в Слизерин. — Да нет, я все-таки ни о чем не буду думать, а то мало ли, попрошусь в Когтевран и буду самым отстающим, вот отец мне тогда все выскажет. А ты, Ремус, куда бы хотел. — Не знаю. Куда определят — туда и пойду. — Ну это понятно, что отказаться никто не сможет, а все же? — Не унимался Джеймс. — Отец думает, что я смогу учиться в Когтевране. Ремус опять повернулся к окну, а Сириус с Джеймсом продолжили беседу, иногда в ней подключался и Пит, но он больше поддакивал Поттеру. Так незаметно пронеслись несколько часов поездки. Примерно в полдень мимо их купе проезжала тележка сладости. Сириусу родители дали прилично денег, чтобы он смог купить многое из ассортимента тележки, хоть многое из всего этого он пробовал, но в животе урчало, да и хотелось пожевать что-нибудь по дороге. Получилось так, что купил он очень много всего, что сам бы в одиночку никогда бы не съел, поэтому было решено, что все, что купил он, Джеймс и две шоколадных лягушки Пита они поделят на всех четверых. Ремус же воздержался от покупки чего-либо и от самой дегустации, хотя Сириус по глазам видел, что много тут для Ремуса впервые. Это показалось ему странным, так как Люпины не был грязнокровными. Солнце медленно, но верно опускалось, и Пит посоветовал всем одеваться в школьные мантии. Повсюду в купе валялись фантики от сладостей, но это их мало волновало, за исключением Ремуса, который один раз сказал, что нужно прибраться тут, его услышали, но к действиям не приступили, поэтому Рему пришлось убираться самому. Мальчики были уже одеты в новенькие, за исключением Ремуса, мантии, но все так же продолжали дурачиться, из-за чего дверь их купе открылась, и в проходе показалась рыжеволосая девочка с ярко-зелеными глазами. Ремус про себя подумал, что эта девочка могла бы быть примером ведьмы в период испанской инквизиции. — На вас жалуются, что вы слишком громко шумите. — Сказала она, приподняв нос, будто для нее поведение мальчиков было непозволительно. — Я бы посоветовала вам сидеть тихо. Говорят, что особо непослушных тут запоминают и снимают баллы с их будущих факультетов. — Верь всему, что говорят. — Ответил Джеймс, продолжая демонстрировать всем свои познания в магии. Он старался каким-то непонятным заклинание из воды сделать тыквенный сок, но жидкость в стакане только лишь окрасилась в бледно-оранжевый цвет. — Запрещено колдовать вне стен Хогвартса, между прочим. — Цитировала она правила. — Лили, пойдем, все уже собираться начали, — тут появился высокий темноволосый мальчик. — Этим влетит только по их вине. Лили, по всей видимости так ее звали, взмахнула копной рыжих волос и удалилась вместе с темноволосым мальчиком. Джеймс и Сириус засмеялись от этих нотаций, к ним присоединился и Пит, а Ремус, услышав, что пора собираться, встал и начал доставать свои вещи с верхней полки. Хогвартс-Экспресс прибыл на станцию, и школьники повалили из вагонов. Большая часть отправилась по тропинке к деревне, где их, как узнал через год Сириус, ждали кареты, которые должны отвезти их в замок. А первокурсников ждало невероятное путешествие на лодках по озеру, где они могли увидеть все величие их будущей школы. Встретил их волосатый великан, который представился Хагридом, и усадил их в лодки по четыре человека. Сириус и Джеймс держались рядом, а Пит ходил хвостиком за Поттером. Ремус где-то отстал от своих соседей по купе и плыл почти в конце все процессии. Для одиннадцатилетних детей замок показался как минимум удивительным, величественным. И чистокровные, и маглорожденные дети могли только в книжках прочитать о настолько огромных постройках, никто из них не видел вживую настоящие замки. Все головы были направлены вверх, а рты были раскрыты от удивления и восхищения. Никто даже не заметил огромного кальмара, проплывающего под лодками. Конечно, он никого не смог бы задеть и перевернуть, лодки были заколдованы, но неосведомленного человека это по крайней мере испугало. Лодки наконец приплыли к берегу, и дети начали выбираться на землю. Питер не смог вылезти не промочив сапоги, так как боялся, что Джеймс уйдет без него. Хагрид повел детей в замок и, когда все пришли в светлый коридор и построились более или менее ровными колонами, покинул их. Затем, спустя пять минут, к ним подошла немолодая женщина в зеленой мантии и остроконечной шляпе того же цвета. Ее вид рекомендовал не злить ее, конечно же не нарушать правило тишины в этом коридоре. Пока она говорила, никто даже и не подумал перебить или вставить свое неуместное слово, пусть даже и шепотом. Говорила она о том, что сейчас всех первокурсников проведут в общий зал, где и начнется распределение их по факультетам. В кратце рассказала о том, что есть эти факультеты и по какому принципу идет распределение. Пожелала удачи всем и приказала идти за ней. Толпа первокурсников зашла в зал, и уже тут их восхищение продолжилось. Здесь за длинными четырьмя столами сидели все ученики, а за другим столом, перпендикулярным им, преподаватели. Рядом с преподавательским столом стоял стул, на котором старая шляпа пела гимн школы, но мало кто из первокурсников вслушивался в слова. Всех заинтересовал потолок. Мало того, что над их головами левитировали зажженные восковые свечи, так самого потолка они не видели, было лишь звездное небо, какое сейчас было за стенами замка. Женщина в зеленой мантии еще в том коридоре предупредила, что она будет называть будущих учеников по фамилиям, и каждый будет подходить, садиться на стул и выслушивать Шляпу. Сириус готовился быть одним из первых. — Чарльз Остин. — Прозвучало первое имя. Светловолосый мальчик неуверенным шагом дошел до стула и сел. На его голову надели Шляпу, которая буквально закрыла половину головы. Тут Шляпа будто проснулась, встрепенулась и начала что-то бормотать. Ничего не было слышно, за исключением слова, которое решало дальнейшую судьба Чарльза Остина. — Пуффендуй! — Громко произнесла Шляпа, после чего женщина в зеленом убрала ее с головы мальчика. А сам Чарльз поднялся и направился к столу, ученики за которым носили желтые галстуки. Спустя несколько имен Сириус услышал свою фамилию. Он, как ему казалось, увереннее, чем все остальные, прошел к стулу. Пока ему не надели Шляпу, он успел посмотреть на стол Слизерина, за которым без труда нашел Андромеду, Нарциссу и Люциуса. Мысленно он уже сидел рядом с ними, но… — Гриффиндор! — Прокричала Шляпа. Сириусу понадобилось время, чтобы понять, что произошло. Он уже представлял, как встанет и пойдет к столу Слизерина, но тут что-то пошло не так. Это ошибка, конечно же. Он же Блэк, он обязан учиться на Слизерине, все его родственники учились там. Может попробовать еще раз, может Шляпа перепутала, может сам Сириус перепутал свою фамилию и вышел на другую. Рука женщины немного подтолкнула мальчика, показывая ему, что нужно освобождать стул и не задерживать других. Поэтому ему пришлось встать и пойти к столу, где сидел Гриффиндор. О, Мерлин, что же скажет отец. Сириус сел на свободное место, пока его теперь уже товарищи хлопали его по спине и выражали поддержку, что он на самом лучшем факультете. Сириус решил подумать об этом всем позже и обратил внимание на распределение других первокурсников. Незнакомые дети подходили к Шляпе и отправлялись после нее к своей новой семье. Настал черед той самой зануде из поезда, которая решила им свод правил. Звали ее Лили Эванс, Шляпа ее отправила на Гриффиндор. К большой радости Сириуса Джеймс также попал на факультет львов, как и Пит, хотя Шляпа долго думала, куда его отправлять. Хоть что-то радостное было в этот вечер у Сириуса. Остальное было как в тумане. Он помнил, что, когда распределение закончилось, столы наполнились обилием еды. Вся троица налетела на нее и, объевшись, их потянуло в сон. Благо, в то же мгновение седой старик с длинной бородой, профессор Дамблдор — директор школы, приказал старостам уводить свои факультеты по комнатам. Сириус, Джеймс и Питер тупо шли за общей колонной учеников в башню факультета. Придя в нее, староста сказал, что их комнаты наверху и на каждой написаны имена жильцов. Ребята нашли ту комнату, на которой были написаны имена: «Сириус Блэк», «Джеймс Поттер», «Питер Петтигрю» и «Ремус Люпин». Все они вместе ехали в поезде и знакомиться не пришлось. Ремус уже был в комнате и занял кровать у окна. Остальные быстро распределили оставшиеся три кровати, разделись и легли спать. Все были слишком уставшими от переизбытка впечатлений, поэтому обсуждение всего и исследование замка были перенесены на следующие дни. Последней мыслью Сириуса в тот день было «Что же мне сказать отцу?».