Противоположности

Локи сидел на кровати, аккуратно выводя в альбоме, который держал в руках, фигуры змей. Длинные рептилии разных цветов и размеров расползались по листу, скаля острые клыки, встречая новых сородичей. Локи стряхнул ладонью остатки ластика и выпрямился, оглядев новую, самую большую и, по его мнению, красивую змею. Коричнево-бежевую, с длинной узкой мордочкой и в светлых пятнах. И пока что пустыми бесцветными глазами. Парень повернулся к цветным карандашам, лежащим рядом с ним, высматривая, которым можно закрасить пустоту змеиных глаз. Из вариантов был оранжевый, два оттенка зелёного — тёмный и светлый — и голубой. «Голубые глаза красивые» — подумал Локи, потянувшись к голубому карандашу. Уже совсем скоро змеиные глаза будто загорелись лунным светом, и Локи довольно осмотрел своё творение, освещённое тусклым белым светом, льющимся из окна. Он повернул голову, взглянув на падающие с неба белые хлопья, уже успевшие застелить снежной пеленой крыши домов, землю и деревья, что сейчас словно оделись в пушистые пуховики. Иногда прорывающиеся сквозь плотные скопления облаков солнечные лучи поблёскивали на застывшей корке снежной поверхности, сверкая яркими цветами. Снег шёл уже второй день, и от совсем недавней грязи на дорогах не осталось и следа — всё заволокло однотонной белизной. Мороз за ночь успел нарисовать на заиневших стёклах разноформенные узоры, извивающиеся и обхватывающие всё окно, словно змеи в альбоме Локи. Локи завороженно смотрел на снегопад, когда услышал, как дверь в его комнату отворилась. Он обернулся, по привычке захлопнув альбом. К его удивлению, на пороге стоял ни кто-то из родителей, а его друг. — Тор? Что ты тут делаешь? — Привет! — Тор улыбнулся, как всегда при приветствии, подойдя ближе. В руках он держал синий небольшой рюкзак с множеством различных значков. — Разве твои родители не говорили тебе о нашем приходе? Локи недоумённо смотрел на него, пытаясь вспомнить какие-то разговоры с родителями в последнее время, но, если они и были, то он скорее всего просто не слушал. — Нашем? — только и выдал он. — Нашем, — подтвердил Тор, чуть наклонив голову вбок, чем показывая своё удивление. — Не говорили? Локи отвёл взгляд в сторону. — Нет… — негромко сказал он, на что глаза Тора в предвкушении вспыхнули. — О, так я тебе всё объясню! Наши, то есть твоя мама и мои папа с мамой, родители, как недавние друзья, решили вместе отпраздновать хеллоуин у нас на даче, вот! — затараторил Тор, приблизившись к кровати почти вплотную. Локи немного отодвинулся от края кровати, отложив альбом в сторону. Хеллоуин? С чего бы вдруг родители решили его отпраздновать? Никогда этого не делали, и тридцать первое октября для парня был обычным, ничем не примечательным днём. А тут вдруг… На даче Тора? Локи никогда не любил ездить к каким-либо знакомым родителей и даже родственникам, так что при любой возможности отказывался, наслаждаясь днём, а иногда ещё и ночью, в тишине и одиночестве. — А можно… не ездить с вами? — тихо спросил он, наблюдая, как восторженность на лице друга мгновенно сменилась недоумением и даже грустью. — Как? — Тор немного отошёл. — Ты не хочешь с нами ехать? Локи заглянул в его глаза. Голубые, красивые… И явно огорчённые. Он опустил голову. Ему больше приятна перспектива остаться дома, но Тор… Локи вздохнул. — Ладно, почему бы и нет… — Ура! –Тор чуть ли не прыгал от радости. — Мы будем жарить шашлыки, рассказывать страшные истории, смотреть фильмы и… — Да, да, я понял, — остановил его Локи, подозревая, что если бы Тор продолжил перечислять, то на исполнение всех этих занятий не хватило бы и недели. — Тогда… можешь собираться, мы уже скоро поедем, — пояснил Тор, перед тем, как развернуться и покинуть комнату. Локи ещё какое-то время сидел на месте, смотря на дверь. «Весьма многообещающий вечер», — подумал он, перед тем как слезть с кровати. Раскопав в одном из углов шкафа некрупный пустой рюкзак, он вытащил его и оглядел комнату, размышляя, что можно с собой взять. В конце концов, Локи подошёл к кровати и сложил в рюкзак лишь плеер с наушниками и альбом с карандашами. Переодевшись, он вышел из комнаты. — А вот и Локи! Локи взглянул на маму Тора, она приветливо ему улыбалась. Он уже видел её первого сентября в кафе, когда родители Тора только познакомились с его мамой и отцом. От чужого присутствия в комнате Локи стало неуютно. Он поёжился и опустил взгляд в пол. — Здрасте… Тор, который стоял рядом с матерью, заметил смущение друга и подошёл к нему. Локи же слегка недоумённо покосился на Тора, в ответ на его неуместную странную улыбку. — Ну, мальчики, можете выходить на улицу. Подождите нас там, — сказала мама Локи. Тор кивнул, и они прошли в коридор, в то время как родители продолжили о чём-то разговаривать. — А где твой отец? — поинтересовался Локи, натягивая куртку. — Он уже на даче, — ответил Тор. — Он приехал туда раньше, чтобы всё подготовить. — Что именно? — Ну… купить продуктов там и всё прочее. Не с пустыми же руками гостей встречать, — пояснил он, одевшись. Локи открыл дверь, и они с Тором вышли в подъезд. Спустя недолгий спуск по ступенькам, он нажал на кнопку около выхода и, услышав знакомый писк, толкнул дверь, оказавшись на улице. Снежинки всё ещё падали с небес, Локи поднял голову и тут же ощутил образовавшиеся на ресницах холодные капли. Он ступил с порога на свежевыпавший чистый снег, услышав ни с чем не сравнимый шорох, который так давно не слышал. Локи обратил внимание на то, что снег, глубиной сантиметров в десять, казался нетронутым — следы Тора и его матери, а может и прочих людей, которые ходили здесь, успело засыпать. — Вот наша машина. — Тор указал на единственный предмет, который нарушал идиллию белоснежного мрака. Чёрный на фоне белого прекрасно выделялся, хотя, впрочем, во дворе стояли и другие машины, но стояли как минимум одну ночь, и какими бы цветами не были покрашены, сейчас они усыпаны однообразным белым. Локи поёжился. Скорее всего этот снег уже скоро растает, вновь вернутся лужи и грязь, но пока этого не произошло, можно наслаждаться этой красотой. Локи вообще любил зиму, холод и снег. Любил всегда, сколько себя помнил, пусть и не совсем понимал, почему. –… Да, мы тоже! — Парни оглянулись, взглянув на родителей, которые вышли из подъезда. — Ну вот! Мы подумали, что было бы прекрасно, если бы вы составили нам компанию. — Мы с радостью. Надо же хоть иногда вытаскивать Локи из дома. — Мама Локи покосилась на сына, улыбаясь, и тот закатил глаза. — Мы уже сейчас поедем, да? Поехали уже! — Тор нетерпеливо топтался на месте. Его мать рассмеялась. — Да, да, поехали. Подойдя к машине, мама Тора раскрыла заднюю дверь, и парни скользнули внутрь. Родители же уселись вперёд, не переставая болтать о разном. Локи пристегнул ремень и повернул голову в сторону окна. Только машина тронулась, как он обратился к Тору: — А долго нам добираться до вашей дачи? — А? — Тор в это время возился со своим ремнём, который никак не хотел прикрепляться в нужное место. — А, нет не очень. Час, полтора, не бо-о-ольше. — Он вновь потянул ремень, и тот наконец подчинился. Парень сделал победоносный вид, когда всё же закрепил его. Губы Локи чуть разъехались в едва заметной улыбке. — Ясно, — сказал он, вновь отвернувшись, чтобы Тор этого не заметил. А то мало ли что может подумать. За окном уже проносились дома, успевшие стать знакомыми улицы, люди, бредущие по неглубокому снегу, укутавшиеся в зимнюю одежду. Локи вдруг ощутил своего рода облегчение. Пусть он уже несколько привык к своему нынешнему месту жительства, покинуть город хоть ненадолго и съездить ещё куда-нибудь могло бы стать весьма приятным явлением. А может дело не в этом? Он сам удивился тому, что так просто согласился поехать куда-то в незнакомое место с не слишком хорошо знакомыми людьми — то есть родителями Тора. Локи уже второй раз поймал себя на мысли, что сделал это ради Тора. Увидев, что друг так огорчился при его словах о том, что Локи не слишком желает ехать с ними, ему так не захотелось расстраивать его, вот он и согласился. А почему Тор так огорчился? В объяснение этому можно было привести несколько вариантов, но парень больше придерживался того, который говорил о том, что Тор просто не привык оставаться в одиночестве. Одиночеству он предпочитал общество, и, возможно, решив, что родители на этой встрече больше будут общаться между собой, нежели с ним, что вполне вероятно, захотел тоже быть с кем-то. А если Локи не поехал бы — это бы не вышло! К тому же, они друзья, так что если можно притащить с собой друга, Тор явно не откажется от этого. Локи кинул осторожный взгляд на Тора, но тот смотрел в противоположное окно, не замечая его. Интересно, о чём он думает? В голове вдруг пронеслась мысль, что они как эти окна — противоположности. Которые вроде разные, но всё равно рядом. «Противоположности притягиваются, — подумал он, хмыкнув. — Раньше бы не поверил. Это казалось бредом, но, как выяснилось, всё же возможно». На улице было уже темно, но огонь от костра освещал территорию дачи. Парень смотрел вниз на него, сидя на подоконнике второго этажа дома, вновь рисуя змей. Снегопад почти закончился, но еле различимые в темноте снежинки всё же неспешно летели на землю, поблёскивая под светом яркого пламени, когда приближались к нему. Рядом стояла тарелка с уже остывшей едой, которую жарили в мангале, и кружка с какао. А на столе недалеко небольшая зеленовато-оранжевая тыковка с чёрными пятнами, которую Тор раскопал чёрт-знает-где. На ней были не слишком аккуратно вырезаны канцелярским ножом глазки и зигзагообразный рот. «Символ хеллоуина!» — провозгласил Тор, зажигая небольшую свечку, а после отправляя её внутрь тыквы через отверстие в её «голове». Правда, прогорела она недолго, а если точнее, её пришлось потушить, ибо она начала прожигать «символ», и тот почернел. Тор же не отчаялся и вроде как отправился искать ещё одну тыкву, но, судя по всему, так и не нашёл. Локи вглядывался в силуэты у костра, но смог различить там лишь свою маму и мать с отцом Тора. Значит, сам Тор уже дома. Парень оторвался от окна и перевёл взгляд на свой альбом. Змеи на листе смотрели на него в ответ, но их маленькие разноцветные глазки уже расплывались перед ним. Локи зевнул. Он устал от посиделок около огня и уже планировал идти спать. Их с Тором место для сна было здесь, на втором этаже, — а если быть точнее, чердаке — а родители должны были спать внизу. Локи впервые был на ночёвке, и для него это было достаточно непривычно, но когда хочется спать — хоть на полу уснёшь, не разбирая. И он уже собирался перебраться на свою временную кроватку, допивая какао, но тут люк с первого этажа открылся. — Ещё не спишь? — спросил Тор, забираясь вверх по лестнице. — Собирался, — пояснил Локи. Друг приблизился к нему и заглянул в альбом раньше, чем тот успел его захлопнуть. — О, змейки! — восторженно воскликнул Тор, убирая руку Локи, которая закрывала рисунки. — Как красиво! Локи опустил взгляд, всё же позволяя ему осмотреть альбом. — Спасибо… — Значит, ты тоже любишь змей? Вот здорово! — Тор внимательно осматривал каждую нарисованную другом рептилию, глаза его сияли. — Я обожаю змей! Когда вырасту, у меня будет много-много змей! Локи взглянул на него, чуть улыбнувшись. — Не сомневаюсь. На лице Тора вдруг появилась задумчивость. Он развернулся и подошёл к своему рюкзаку, который стоял около его кровати, и наклонился к нему. Локи пытался разглядеть, что он там делает, но вновь зевнул, прикрыв глаза. Всё же спать хочется жутко. Когда же он открыл их, Тор уже вновь стоял рядом с ним, протягивая Локи что-то небольшое в руке. — Держи, — проговорил он. — У меня таких много, пусть будет и у тебя. Локи разглядел в ладони друга значок с зелёной змейкой. Её жёлтые глазки-камушки красиво блестели. Парень протянул руку и взял значок, проведя по голове змейки пальцем. Красивый. — Спасибо. Я… буду беречь его.