Последний месяц чувств

       ~ Пожалуйста, не делай этого. Пожалуйста, подожди ещё немного! Прошу, дождись меня! ~ Сил двигаться вперёд после столь долгой пробежки уже просто не было, но Соня бежала. Пусть, её сердце выпрыгнет прямо из клетки, пусть она потеряет голос из-за одышки, пусть после этого больше никогда не сможет нормально дышать, это всё не имеет значения. Нагито сейчас где-то там, готовится совершить прыжок в пустоту, чтобы лишить себя жизни… Чтобы закончить всё в реке, где они впервые встретились. Если уж Соня совершила неправильный выбор, когда в её жизни появился Гандам и Джунко дала один единственный шанс всё исправить, Нагито не должен умереть! Он уже умер по её вине когда-то. Даже, если ей самой сейчас придётся поменяться с ним местами, Соня не будет жалеть, хоть это и принесёт ему страдания, хоть он, и сказал однажды, что хочет, чтобы она была счастлива. ~ Какой мне смысл быть счастливой, если тебя нет… Если ты ушёл потому, что я не поняла, как важна для тебя? Если я не доглядела за тем, что сделал Гандам? ~ Уже оставалось совсем немного до того момента, как начал бы виднеться тот самый силуэт реки, однако… Первым в глаза бросилось совсем другое. А конкретней – фигура юноши, стоящего прямо на самом обрыве. – Нагито-о-о-о! – принцессе в отчаянии закричала так громко, как только могла, но поздно. Он уже успел сделать шаг вперёд до того, как обернуться. Последние несколько секунд казались самой настоящей замедленной съёмкой в кино, Соня метнулась к обрывку, почти схватив юношу за руку, но не вышло. Тяжёлые кирпичи на цепи только уменьшили скорость падения, а по-настоящему испуганное лицо Нагито… Казалось, навсегда останется в памяти. Пусть и снова рискнув своей жизнью, но Невермаинд не думая прыгнула вслед за ним. Холодная прохлада моментально окутала всё тело, но сейчас было не до расслаблений. Собрав все силы и воздух, что сейчас были, попытки грести вниз, вслед за Комаэдой, были бесполезны, он опускался на дно слишком быстро, хоть и пытался теперь противостоять этому сам. Слишком сильно ты заморочился с цепью, Нагито… Тело парня наконец коснулось дна вместе с кирпичами, а он всё пытался выбраться из собственной ловушки, не желая умирать у Сони на глазах. Воздух скоро закончится, они под водой меньше десяти секунд, а оба уже задыхаются… Подплыв к своему ещё живому другу, Невермаинд первым делом нащупала цепь и скинула её, пусть и с трудом. Нагито опустился под воду гораздо раньше, а до поверхности ещё плыть и плыть, он утонет, если она ничего не сделает! Коснувшись этой побелевшей кожи, Соня не нашла другого выхода. Она просто приблизилась и накрыла губы утопленника своими, передав ему часть того воздуха, что ещё у неё оставался, чтобы хоть немного увеличить запас времени. Не сразу, но Нагито, всё-же, смог открыть глаза. Путь к поверхности казался вечным, словно глубина реки была, как Марианской впадине. Только, когда цвет воды стал меняться с тёмно-синего на более светлый, оба заложника обстоятельств всплыли, буквально задыхаюсь и жадно ловя ртом воздух. До берега было не так уж и далеко, но… Силы были на исходе. Только проведя на поверхности минут десять, вскоре, они уже сидели на холодном песке, до сих пор приходя в себя. Холодный ветер, что пришёл с уходом солнца, заставил Соню покрыться мурашками, всё платье промокло до нитки, что делало ситуацию ещё более плачевной. Нагито, в свою очередь, не поднимал глаз, он просто молчал, тоже потихоньку замерзая. Однако, когда послышался его хриплый, дрожащий голос, в груди Невермаинд что-то сжалось. – П-почему… Зачем… Лицо Комаэды было покрыто каплями воды, но несмотря на это, отличить обычную воду от слёз было проще простого. – Ты не должна была быть здесь… Я же всё испортил, мне нужно было зако… Его слова были прерваны пощёчиной, что Соня дала ему с размаху, дабы остановить разговор. На щеке почти сразу появилось красное пятно с чёткими следами пальцев. И теперь… Слёзы полились именно у принцессы. – Дурак! – она кинулась ему на шею, тем самым повалив на песок и громко всхлипывая, не желая отпускать,– Никогда, никогда больше так не делай! Я тебя не прощу! Никому неизвестно, сколько они так лежали, но успокоить Соню было не так уж просто, как хотелось. Нагито вновь начал играть в молчанку и просто глядя пустым взглядом в небо, гладил девушку по голове. Ему казалось, что он уже одной ногой в загробном мире… Всё вокруг теперь казалось крайне странным, со исключением особы, что сейчас не давала ему встать. Ему просто не верилось, что Соня бросила всё, чтобы прийти сюда и спасти его. – Как ты узнала? Ответ последовал только после того, как девушка утёрла слёзы и подумала прежде, чем сказать. – М-Мне кое-кто сказал… – То есть? – Нагито пришёл в недоумение. Они по-прежнему лежали друг на друге поэтому, чтобы посмотреть в глаза собеседника, достаточно было просто повернуться. На лице Невермаинд появилась едва заметная улыбка, после чего она положила голову ему на плечо и отвела взгляд. – Не важно. Он не поверит, если прозвучит имя Джунко. Сейчас нет совершенно никакого смысла её упоминать, у Комаэды и так ошарашенное состояние из-за случившегося. – Об этом никто не мог знать… Как? – Говорю же, это не имеет значения. Наконец отпустив шею утопленника, девушка встала с парня и села на колени рядом, пытаясь распутать пальцами пряди своих шелковистых волос. – Но этот человек… Очень дорожит тобой. Как и я. От последних слов сразу стало заметно, что Нагито вздрогнул, а затем, прикусив губу, опустил голову вниз. – Твой отец тебя возненавидит, тебя лишат трона, Гандам не простит то, что ты сбежала. Моя жизнь не стоит всех этих фактов, как ты не можешь понять? Разве так сло… Но его тотчас перебили. – Мне не нужен этот дурацкий трон, если тебя не будет рядом. Гандам хороший человек, но он обманул меня. И если бы я не вмешалась, ты бы умер из-за его лжи. Мы квиты, ему не на что таить обиду. – Даже, если так, жизнь твоей страны – не какая-нибудь шутка! – Раз уж Гандам так понравился моему отцу, им ничего не стоит короновать ему отдельно и отыскать новую невесту. Ты слишком много думаешь. Сделав глубокий вздох, Соня замерла, не в силах проявить инициативу. И всё-же, собравшись с мыслями, она обе руки парня в свои и сжала так крепко, как только могла. На щеках счастливчика сразу выступил светло-розовый оттенок. – Ты ведь… Любишь меня? – тихо спросила принцесса, посмотрев ему прямо в глаза. Ответ последовал не сразу. – Лю… Люблю… – едва смог произнести Нагито, опять уставившись на "красивые песчинки песка". – Ты хочешь, чтобы я была счастлива? – Хочу… – Тогда обними меня. Как-бы это не прозвучало, но истинное содержание сказанного дошло до юноши не сразу. А когда дошло, то он закрыл рот дрожащей рукой, от чего Соне стало не по себе. – Нагито? – Со мной ты не будешь счастлива… Я знаю это лучше, чем никто другой. Ты ведь не любишь меня, разве нет? Очередное объятие и горячее дыхание в шею снова ввели Комаэду в ступор, а тихий девичий шёпот заставил его сердце на секунду содрогнуться. – Как я могу тебя не любить? Всё это время она любила только его. Любила, но не могла этого понять. И поняла только тогда, когда потеряла. – Я смогу быть счастлива только с тобой, Нагито. Поэтому… Пожалуйста, не оставляй меня больше одну! – Соня… Только сейчас он наконец обнял её в ответ, проронив несколько слёз. Понадобилось столько испытаний и времени, чтобы они оба наконец осознали, что нужны друг другу. Однако, если бы не эти испытания, то вероятно, так бы ничего и не исправилось. Где-то далеко, будучи в объятиях Нагито, Соня увидела едва-заметный, размытый силуэт Джунко, которая улыбалась, сложив руки на груди. На её лице… Безумном, но радостном лице так и читалось самое, что ни есть искреннее "Спасибо".