Феникс

Поведай мне о правде этой, Ответь, прошу, мне больно где-то. Ты призвала меня обетом? Зачем? И нет пути назад, И взору виден тот закат, Прошел он множество преград… Познал любовь я, и страсть, Прости меня, боюсь упасть, Но правит тут твоя лишь власть. Permaro

***

      Я долго размышлял над словами гоблина, и все в комнате ожидали лишь моего ответа. Даже Гарри ненадолго забыл цель визита.       Отказаться от семьи и принять другой Род? Или рискнуть, приняв оба?       Даже если мне придется столкнуться с трудностями, я не боюсь. У меня наконец-то появилась дружная семья. Хоть братья меня недолюбливают, они остаются моими братьями. Все люди взрослеют, рано или поздно.       Страх был и имел в сознании полную власть над ситуацией. Но отогнав его, я вспомнил о Магии. Она то точно мне должна помочь. Почему-то я в этом уверен. Та дама не останется в стороне, так как обещала рассказать мне всё.

***

      Гарри со стороны выглядел спокойным, хотя внутри него разразился невидимый шторм эмоций. Не в силах дальше молча наблюдать, он обнял Эмброуза со спины и прошептал:       — Я буду рядом. — Слова пронеслись словно ветерок, и их услышать мог только тот, над чьим ухом они раздались.       — Спасибо тебе, — Ответил заложник объятий. И, собравшись с духом, Эмброуз произнес:       — Уважаемый, я не отвергну Род Уизли. Увы, я не мог отказаться от своей семьи. Гоблин немного нахмурился и в смятении почесал подбородок:       — Если я правильно расцениваю Ваши слова, то Вы хотите принять Род Пруэтт, несмотря на возможный риск?       — Именно так, но давайте не сегодня? Наш с Гарри визит имеет другую цель.       — А, — видимо гоблина застали врасплох, но тот быстро собрался с мыслями, — конечно, в любое время. Но чем раньше, тем лучше.       — Хорошо, мы еще навестим Банк.       — Так какое у Вас к нам дело? — Второй гоблин, Управляющий Рода Поттеров вышел вперед и подвел разговор в нужное русло.       — Мы пришли на проверку крови.       — Что? Для чего она Вам?       — Нам это необходимо. — Я не поддался и упрямо стоял на своем.       — Хорошо. Сумма уже известна.

***

      Капля за каплей мирно падали на пергамент, расцветая на нём словно цветы и исчезая. Это был очень важный момент в жизни магов.       — Всё, можете убрать руку, этого достаточно.       Я отвел свою ладонь. Ровный порез, нанесенный серебряным ножом, начал затягиваться. Может чары? Не знаю, но хотел бы позже узнать об этом подробнее. Мы с Гарри оба решили, что я пойду первым. Не знаю, из-за чего, но нам обоим казалось, что так правильно.       В это время гоблин что-то бормотал. Все присутствующие в комнате на миг застыли и просто следили за происходящим. Пергамент вдруг очень яростно вырвался и воспарил в центре комнаты. Буквы, ранее понятные лишь гоблинам, начали излучать золотое свечение и перестраиваться. На бумаге появились совершенно иные символы. Никто не знал, что происходит.       Подлетев к Эмброузу, пергамент застыл в одном положении перед глазами. Каждый причудливый значок был понятен парню, даже слишком. Слова будто несли в себе не только смысл, но и суть, историю, образ… Писание ведало о том, что ранее находилось в тайне. Оно излагало, что он Феникс, неземная сущность. Ему более нескольких десятков тысяч лет, но скорее, его душе. Магия жизни и другие направления подвластны ему. А в конце было изложено, что Гарри не просто его партнёр. Их души связанны ещё с прошлых воплощений. Связь обещала им дальнейшую жизнь в любви.       А в комнате до сих пор царила тишина.       — Эмми, ты можешь это прочесть? Я вот вообще ничего не понимаю! Объясни! Я повернулся к говорившему, кем оказался Гарри, и посмотрел вопросительным взглядом:       — А ты не можешь? И тут наконец поведал гоблин то, что повергло меня в шок.       — Никто не может понять глубокий смысл этих слов, кроме Вас. Это не гобледук, и не другие языки. Возможно, утерянный язык Древних явил себя прямо сейчас.       — Я где-то видел нечто похожее… — Второй гоблин, Куратор Рода Поттеров, выглядел озадаченным. Но через мгновенье в его глазах пронеслось озарение.       — Я видел очень похожие надписи в одном из свитков в Заброшенном хранилище. Старый гоблин не выдержал и посмотрел на говорившего с укоризной.       — Ты там был?       — Да. Мне нужно было забрать артефакт… Я сейчас принесу этот свиток. Может, он что-то прояснит? Я же стоял и ничего не понимал. То есть, все эти строчки написаны на древнем языке? Я даже не удивлюсь, если в этом замешана Магия и Фениксы. Уж слишком много к этому сводится. «Молодой» гоблин убежал в коридор, негромко хлопнув дверью. Гарри в то же время накинулся на меня с вопросами. Я отвечал не на все, так как не было смысла рассказывать о моих догадках и о моей истинной сущности. Не сейчас. Зато услышав, что наши души были связаны ещё раньше, он ненадолго замолк, а после накинулся на меня уже с объятиями.       — Я так рад! Я чувствовал нечто подобное, будто нас что-то соединяет! — За этими словами последовал поцелуй, напористый и вовлекающий в неравный бой. Гоблину было вообще всё равно, так как у магов это нормально, отчасти.       А в поцелуе явно вёл Гарри. Я в свою очередь поддавался, так как уже давно стало понятно, что он желает доминировать надо мной. Его знаки внимания, желание защищать и даже характер давали этому объяснение. В принципе, ничего против не имею. Но хотелось бы в наших отношениях попробовать всё. И, возможно, в будущем я его тоже уложу под себя. Язык гулял в моем рту очень вольно и развязно. Проходился по зубам, иногда по дёснам. Гарри умудрялся во время поцелуя даже посасывать мою нижнюю губу, а руки уже давно обхватили мою талию и прижимали к себе.       — Мм! — Я громко промычал, когда дышать стало совсем тяжело, и отстранился.       — Что случилось? — Его глаза были полны наивности. Гарри будто в данный момент находился не в этой вселенной. Пока мы «развлекались», гоблин смылся в коридор, чего мы и не заметили.       — Ты где так целоваться научился? Я могу уже ревновать? Гарри целуется очень не плохо, учитывая, что по-настоящему мы целовались единожды.       — Ну… Я не практиковался, но прочитал одну занимательную книгу… — Тот был в явном стеснении.       — Ладно, я не против книг. Считай, что ты меня успокоил. Мой любимый резко заключил меня в крепкие объятия.       — Знал бы ты, как я рад, что ты такой, — слова были преисполнены нежностью и любовью.       — Какой? — Не успел я получить ответ, как тут зашли наши Кураторы и без доли смущения нынешней ситуацией подошли ближе.       — Держите. — Гоблин, что был младше другого, протянул в мою сторону свиток. Гарри же обошёл меня и обнял со спины. В комнате царила атмосфера загадочности и некой тайны. Взяв протянутый свиток, развязал верёвочку на нём и развернул. На плечо тут же упала чужая голова. Невольная улыбка наползла на лицо, и весь мой разум погрузился в историю про Фениксов.       Гарри бесцельно пытался понять хоть что-то и просто прикрыл веки, расслабляясь.       В свитке же ведалась страшная судьба моих собратьев. В былые времена они сходили с небес, дарили людям новую жизнь и безграничную веру. Фениксы стали образом именно Веры у магов, и им всегда воздавали благодарности, многие века. До сих пор множество семей помнят их и чтут. Но главное то, что, приходя на землю, Феникс жертвовал собой ради всех. Его задача заключалась в Рождении и падении, которые приведут к Началу жизни и Концу кровопролития. Лишь когда Феникс сгорит в конечном пламени, только тогда в Мир придут Вера и Любовь. И это происходит на протяжении всей истории. Они приходят и уходят. Возрождаются и умирают. И тут я осознал кое-что… Но поток мыслей был перебит.       — Эмми, ты что-то узнал? — Вдруг я услышал успокаивающие слова, и мелкая дрожь мигом прошла. Натянув на лицо улыбку, нашлись силы ответить ему:       — Ничего особенного. Обычная сказка про мифических зверей. Давай лучше пройдём твою проверку крови и поскорее вернемся.       — А. Да! У меня же еще планы были на вечер. Гарри убрал голову с моего плеча и распустил объятия.       После следовал повторный ритуал. Те же действия, те же слова. О Гарри мы узнали нового лишь то, что у него есть дар артефактора и дар к пониманию языка животных, но оба не проявлены. Последнее меня поразило. Он, как оказалось, не обычный змееуст. На счёт Родов я не был удивлён. Род Поттер ему не принадлежал, так как отец был изгнан. Но он может по крови попытаться его принять. Также проявлены корни Рода Певерелл, но без дара к некромантии, чему я безусловно рад. А Дом Блэк его с радостью ждёт.       Визит в Банк был очень продуктивен. Мы собрались и ушли. Свитки мне разрешили взять с собой. Я их аккуратно уложил в пространственную сумку, и мы с Гарри двинулись в путь. По пути в замок многие мысли посещали мою голову. Например, почему Магия молчала обо всём? Что будет дальше? Я умру или нет? Ничего не было ясно. Лишь страх неизвестности поселился в душе. Даже так было принято решение идти дальше, несмотря ни на что. Будь что будет. Только бы Гарри был жив-здоров и, желательно, счастлив. Пусть и без меня.       По прибытию Поттер убежал по своим делам в библиотеку. Мне же оставалось уйти в комнату и рассуждать над завтрашним днём. Может, поехать в дом Сириуса? Каникулы как-никак.

***

      Вечер я провёл за книгами. Дел не было, многие ученики уехали по домам. На Слизерине же было меньше всего людей. Осталось около десяти человек, не считая нас с Гарри, и то, большинство из старших курсов.       Сидел так до ночи, правда, делая перерывы на чай. Гарри, когда пришёл, сразу лёг спать, ничего не сказав. Я немного привык к такому его поведению, но обида всё же брала верх над пониманием. Сон сегодня явно избегал меня, и, встав с кровати, я подошел к окну. Упершись руками об подоконник, моё тело немного наклонилось и я начал всматриваться в чудесный вид.       Луна была как обычно прекрасной, небо иссиня-чёрным, но не мрачным, а озеро спокойным, словно спало. Никогда не перестану удивляться этому волшебному виду. Но правда ли я призван сюда, чтобы всех спасти? Мне должно умереть ради счастья Гарри и остальных? Интересно… Это правда?       Проникая взором в безграничную даль пейзажа, я всё никак не мог найти там ответ. И даже в тишине не было слышно и звука. Будто весь мир затих, чтобы услышать его, но он не приходил. Тишина, зачем же ты меня так мучаешь? Но она промолчала. Как иронично…