Цена свободы

Эрвин открыл глаза. Первым порывом было подняться, но разум подсказывал, что это не самая гениальная идея. Он попытался вспомнить события последних нескольких часов. Он был готов умереть, шансов выжить у него не было. Но он каким-то чудом жив. Ведь у мертвецов не может быть мыслей. Первым вопросом было: как он выжил? Смит помнил, как Леви взял его руку, готовясь вколоть ему сыворотку титана. Но в последний момент, когда спасительная игла была уже у его кожи, он отдернул руку. Чудом сохраняя остатки уплывающего сознания, Эрвин сказал, что бы капрал спасал Армина. Смиту оставалось только поражаться, как он не склеил ласты от потери крови. Но он протянул еще около часа, так как его магия, которая стремилась сохранить утекающую вместе с кровью жизнь, не дала ему слишком рано отправиться в небытие. Смит все же попытался сесть и осмотреться. Вопреки ожиданиям, он не почувствовал боли, или бинтов, сковывающих движение. Во рту не было привкуса зелий, который обязательно должен был бы быть, если бы его латала Ханджи. Эрвин обнаружил, что накрыт одеялом. Когда глаза привыкли к темноте, он осмотрелся. Комната была незнакомой. Но он все же пытался вспомнить, что это за место. Но все так же оставался уверен, что не знает этого места. Но это не первостепенная задача. Эрвин вытянул руки. Его глаза удивленно округлились, когда он увидел целую правую руку, а не обрубок, который у него остался. Ноги тоже были целы. Но одежда была странной. Растянутый свитер, вместо привычной строгой рубашки и потертые брюки странно-синего цвета, вместо форменных брюк Разведотряда. Эрвин подвигал здоровой рукой, словно бы пытался убедиться, что ему не чудится. Рука свободно двигалась, но кое-что его смущало. Его суставы, как и у всех солдат, были очень подвижными. Но эти, хотя и были хорошо развитыми, все же двигались не так хорошо. Да и сами руки были худыми. Но Эрвин это все списал на то, что скорее всего просто долго пролежал, вот суставы и потеряли подвижность. Командор поднял свитер, что бы осмотреть бок. На удивление шрамов не было. Вообще никаких. А они должны были остаться, так как если в то, что он выжил, ему еще как-то верилось, то в то, что даже ран и шрамов не осталось не верилось. Смит откинул одеяло и поднялся на ноги. Рядом с кроватью стояла какая-то странная обувь на шнуровке. Эрвин осветил комнату лучом беспалочкового Люмоса. В углу комнаты громко кто-то ухнул. Он подскочил от неожиданности, но в углу просто оказалась белая сова, которая недовольно смотрела на источник света. У него была точно такая же. Леви еще говорил, что неправильно держать птицу в рабочем кабинете. Напротив кровати стоял старый платяной шкаф. Эрвин подошел к нему. Каждый момент он ожидал, что ноги подогнутся, что он упадет, но нет, он нормально шел и ноги свободно двигались. Пол неприятно холодил пятки. Эрвин открыл дверцу шкафа. На внутренней стороне дверцы было зеркало. Он заглянул в него, но не успел рассмотреть чужое отражение, так как на него водопадом хлынули воспоминания. Некоторые он смотрел со стороны, в некоторых был главным участником. По ощущениям прошло несколько минут, и через эти несколько минут он уже знал всю историю жизни мальчишки, который отразился в зеркале. Когда Эрвин вынырнул из плена своего разума, он опирался на шкаф, тяжело дыша. Он еще раз посмотрел в зеркало. На лбу выступила испарина. На зеркальной поверхности отражался подросток лет пятнадцати. Волосы торчали во все стороны, черные, которые контрастировали с светлыми волосами Смита. Зеленые глаза смотрели на него и перевели свой взгляд на шрам, который, напоминал молнию. Руки начали дрожать. Шанс был один к миллиону. Он однажды слышал от отца, что иногда рождаются души близнецы, редко, но рождаются. Эрвин так и не понял, это одна душа на два тела, или две связанных души. Но все же скорее всего одна душа на два тела. В критический для жизни момент, душа "перемещается" в тело, которое более пригодно для жизни. Но опять же, шанс один на миллион. Эрвин несколько минут стоял, и тупо смотрел на свое отражение, а потом дико рассмеялся, во всю глотку, не опасаясь, что его кто-то услышит. Он столько лет гнался за мечтой! За призрачной победой. И как только казалось, что он уже у цели, стоит только протянуть руку, и эта победа уходила. Снова превращалась в несбыточную мечту. И вот, опять, он должен сражаться. Сражаться за свою свободу, и за жизнь. Снова идти к несбыточной, призрачной мечте, ради которой он опять должен жертвовать всем. Да уж, у жизни потрясающее чувство юмора! Да, он стал кем-то другим, но что изменилось? Ничего. Он все так же остался тем, кто всем должен. Все так же остался символом борьбы. Изменились обстоятельства, да и то не сильно. Да, теперь не титаны, а темнейший маг всех времен. Да, скорее всего он не опасней титанов. Но все же, тогда, он сознательно променял спокойную жизнь на борьбу с титанами и исследования территории за стенами. А здесь он должен. У него нет выбора. Он не может отказаться бороться. "Снова погоня за мечтой. - с холодной иронией подумал он - Жизнь - точно для мазохистов." Эрвин упал на кровать. Ему нужно привести мысли в порядок. Все же есть плюсы в том, что он оказался в этом мире. Здесь есть много знаний, которые за стенами утеряны. Воспоминания Гарри подсказали, что заклинаний, которые есть и за стенами, и здесь - мизер. А знания, утерянные или не открытые здесь есть у него. Хотя, если судить из воспоминаний, учебой национальное достояние себя не обременяло. А зря. Эрвин искренне не понимал, как можно так наплевательски относиться к своему образованию. Некоторые книги он доставал контрабандой, как мог. А здесь, только подняться с дивана и пройтись до библиотеки, которая изобиловала знаниями по самым разным темам. При желании, можно изучить даже запрещенное, если применять не собираешься. Но, как он понял, таких людей единицы. Ну и ладно, это их дело. Его это ни коим образом не касается. А вот проблема в виде так называемых родственников требует скорейшего решения. Они боятся магии, но колдовать ему вне школы нельзя. Раньше этот страх выливался в побои, сейчас просто в загрузку работой по дому и игнорирование тычков кузена. В принципе можно куда то уйти, пожить в том же Дырявом котле, но вот тогда выплывает вторая проблема, от которой так просто не избавиться - Дамблдор. Он утверждает, что на этом доме есть защитные чары. "Это еще предстоит проверить." - решил Эрвин. И к тому же, не отпустит он своего героя. Смит вообще удивлялся, что Поттер делает у маглов. По идее, его должны были отдать или родственникам-магам, или в магическую семью, которая согласилась бы его взять. "Можно обратиться в социальные службы. Без разницы, магические или магловские. И те, и другие дадут Дурслям по шапке. Но вторая проблема не исчезает. Потом мне устроят головомойку." - Эрвин прислушался, что бы убедиться, что Дурсли спят, ведь своей возней он запросто мог их разбудить. - "Ладно. Над этим я могу подумать потом. Единственная проблема, которую я могу решить - это знания. Учебники и конспекты есть минимум за четыре курса." В голове Эрвина нарисовался и третий вопрос, но уже на счет так называемого крестного. Он сам неплохо знаком с судебной системой, и здесь она скорее всего не сильно отличается. Во-первых, Сириуса были обязаны допросить с Виритасерумом или пригласить мастера Менталистики, который смог бы посмотреть воспоминания подозреваемого. Во-вторых должны были проверить палочку. Для этого требуется всего одно заклинание, которое бы доказало, что Блэк невиновен. В-третьих, Сириус имел право на то, что бы подать апелляцию. В-четвертых, его посадили без суда и следствия. Дамблдор, как глава Визингамота, вполне мог потребовать пересмотрения дела. "Если я добьюсь пересмотра дела, то с Сириуса должны снять все обвинения. Тогда отпадает проблема в виде запрета на магию на каникулы. Да и Сириус будет меня куда меньше контролировать." - Эрвин усмехнулся сам себе. Придется привыкать, что здесь ему пятнадцать и что полномочий у него здесь нет. - "Значит завтра, а точнее уже сегодня, меня ждет поездка в Лондон первым же транспортом. Только вот на Гримо мне скорее всего идти придется пешком. Да и ехать скорее всего придется зайцем."

***

Эрвин закинул рюкзак на плечо и начал тихо спускаться по лестнице. Он взял на всякий случай одежду и какие-то книги. Если план с Сириусом не удастся, то можно какое-то время пожить и в Дырявом котле, он в нескольких кварталах от площади Гримо. В комнате Гарри он откопал карту Лондона, судя по дате, она старая, но названия улиц все равно не поменялись. Эрвин уже хотел открыть дверь и выскользнуть наружу, но внезапно со стороны лестницы раздался голос: - Ты далеко собрался? - К крестному. - спокойно ответил он. - Отлично. Тетя развернулся на пятках и зашагала вверх по лестнице. Эрвин открыл дверь и шагнул на улицу. Раньше в Лондон, на вокзал его доставлял Вернон. Спустя три часа Смит все же добрался до Лондона. Он развернул карту и примерно представил свой маршрут. Сложив лист на место Эрвин зашагал в сторону Гримо. Этот город сильно отличался даже от Митры, которая была столицей в стенах. Здесь намного больше людей, везде шумно. Но есть огромный плюс того, что он всего лишь подросток. Никто не обращает на него внимания и не тыкает пальцем. Эрвин выбрал более длинный маршрут, что бы лучше рассмотреть местность. Маглы не обращали внимание на дом Блэков. Но это ему только на руку. Эрвин быстро взбежал по ступеньках и постучал в дверной косяк. За дверью послышалась возня и шаги, которые явно пренадлежали Блэку. - Гарри? - удивленный голос крестного сменился на серьезный - Что ты здесь делаешь? - Мне нужно с тобой поговорить. - Альбус меня не предупреждал. Эрвин едва не удержался от того, что бы не закатить глаза. Ну да, конечно, Альбус, как же без него. - Он не знает. - вслух сказал Смит, а мысленно добавил: "И надеюсь узнает как можно позже. А лучше уже после пересмотра дела." - Проходи. Эрвин зашел вслед за кресным. "У Леви случился бы приступ, если бы он это увидел." - мелькнула мысль в его голове. Несмотря на потуги Молли Уизли, в доме все еще был кавардак. Смит не понимал, почему они не могут просто применить несколько очищающих заклинаний. Зачем все делать руками, они же маги в конце концов. Но это опять же не его дело. Если Сириусу нравится жить в клоповнике, то это его личное дело. - О чем ты хотел поговорить? - спросил Сириус, приземляясь на стул. - Кричер! Принеси сливочного пива. - приказал он явившемуся на зов домовику. - Можно просто чай. - сказал Эрвин. Все же привычки тех, с кем долго и постоянно общаешся - заразительны. К тому же, несмотря на то, что у сливочного пива весьма слабый градус, это все равно алкоголь. А он все же хотел сохранить свое сознание незамутненным. А вот то, что Сириус выпьет, ему на руку. Он будет более внушаем. - Я хотел поговорить о том, что неплохо было бы добиться пересмотрения твоего дела. Выслушай меня до конца - сказал Смит, опережая возражения - Я почитал нужную литературу и знаю, что для этого нужно. Возможно даже моих свидетельств может оказаться достаточно. К тому же, ты сможешь меня забрать к себе. На последних словах глаза Сириуса блеснули. Похоже он искренне любил крестника. Эрвину было даже немного жаль, что он хочет на этом сыграть. - Почему ты не поговорил об этом с Альбусом? - снова спросил Сириус. - Мне кажется, что лучше будет, если я сам займусь этим. - у легкой улыбкой и слегка наклоняя голову влево сказал Смит. Это один из психологических приемов. Эрвин так и не понял, почему, но после такого жеста люди становяться более внушаемы и доверчивы. - Я могу объяснить свою позицию. Во первых, у Альбуса много дел. - Эрвин решил, что лучше выставить Альбуса в выгодном свете. Очернить он его еще, успеет, если будет нужно - Во-вторых, если Альбус начнет защищать преступника, то может потерять свой статус в обществе, который может еще помочь. Сириус кивнул. Доводы Поттера выглядели разумными, но у него было такое впечатление, что он что-то недоговаривает. - Но говорю сразу, это риск. - предупредил Эрвин - Тебя могут осудить, но при этом могут и оправдать. Шансы двадцать на восемьдесят. Сириус погрузился в свои мысли. Гарри вроде бы приводил логически обоснованные доводы, но Блэк хотел что-то возразить. То, что Гарри пытается уговорить не обращаться к директору слегка настораживало. - Позволь мне проверить твою кровь на зелья. - сказал Блэк. - Да пожалуста. - Эрвин достал палочку и наложил на себя заклинание. Это конечно не панацея, но тоже неплохое средство. Оно определяет основные зелья в крови. От его тела исходило белое свечение, если бы было бы зеленое - это зелья влияющие непосредственно на разум, красный - амортенция, желтый - влияет на физическое здоровья, синие - лечебные зелья. - Хорошо, я согласен. - Отлично. В таком случае я сейчас пойду в Министерство. Попытаюсь договориться о слушание. А ты, будь добр приготовь воспоминания. С этими словами Эрвин встал со стула, на котором сидел и направился к выходу. Сегодня ему предстоит очередная головная боль, теперь хотя бы без бумажной волокиты. "Бумажная волокита останется, только заниматься ею теперь буду не я." - напомнил себе Смит. До Министерства он шел еще около часа, так как имел весьма смутное представление, где оно находиться. Зайдя в телефонную будку, он осмотрел чудо-апарат, который видел. Железная коробка с проводом и "трубкой". Он не понимал, как это работает. Как одна маленькая коробка может соеденять сотню человек на любом конце света. Но у него не было времени с этим разбираться, он просто ввел нужный номер. Телефонная будка стала лифтом и поехала вниз. Примерный принцип работы Эрвин понял. Цепи или крепкие канаты опускаю кабинку на нужные этаж. Все просто, по похожему принципу работают ворота, которые отделяют людей за стенами, от титанов. Пришлось еще около часа носиться из отделения в отделение, что бы узнать, к кому обратиться. В итоге его направили к некой Долорес Амбридж и, судя по лицу говорившей этой женщины, это не слишком приятная особа. Эрвин кивнул молодому парню, которой скорее всего являлся секретарем. Скорее всего он только в этом году окончил Хогвартс. Он удивленно посмотрел на "национальное достояние", шевствующие в кабинет работницы Министерства. Смит постучал костяшками пальцев по дверному косяку. Из-за двери слащавый голос сказал "Войдите". - Мистер Поттер? Что вас ко мне привело? - спросила она. Эрвин мельком осмотрел кабинет. Это было не похоже на строгое оформление других кабинетов. Здесь повсюду были изображения котят, которые бегали по своей раме и внимательно следили за пришедшим. - Мне нужно с вами поговорить. Мне сказали, что со всем, что касается уголовных дел, срок которых превышает пять лет, обращаться к вам. - Присаживайтесь, мистер Поттер. - она указала на стул. Эрвин сел напротив Амбридж, поставив рюкзак себе под ноги. - О каком деле вы говорите? - О Сириусе Блэке. - ответил Смит. - Мне кажется все очевидно. - Амбридж развела руками. - У меня есть доказательства, что Блэк невиновен. А так же есть информация, что как такового не было никакого следствия. его посадили без суда. Амбридж кивнула, давая понять, что готова его слушать. - Можете дословно назвать все обвинения. - попросил Эрвин. Долорес поднялась с кресла и подошла к стеллажу, где столо много толстых папок. Все они были расположенны в алфавитном порядке. Амбридж потянулась к полке, где были папки в буквой "В". - Вот. - папка, которая была тоньше остальных бухнулась на стол - Убийство Питера Петтигрю и еще двенадцати маглов, перечень имен, нарушение статута о Секретности, участие в незаконной террористической организации известной как "Пожиратели смерти". Ну и предательство ваших родителей. - Начну я пожалуй с первого. Питера Петтигрю я лично видел живым в конце июня 1994 и на последнем испытании Турнира Трех Волшебников, 24 июня 1995 года. Эти сведения я могу подтвердить под Веритасерумом. Проверка палочки Блэка с помощью "Фините Интактем" тоже подтвердит то, что он не убивал маглов. Нарушение статута Секретности - это штраф, а не срок. У Блэка на руке можно было проверить наличие метки и допросить по этому поводу с сывороткой правды. Хранителем тайны Поттеров был все тот же Питер Петтигрю. К тому же, Поттеры полагались на Хранителя на свой страх и риск. Законодательно то, что он выдал их местонахождение, не наказуемо. Он мог дать хоть объявление в Пророк, посадить вы его за это не можете. Если бы сажали каждого, кто не может сохранить секрет, то боюсь камер Азкабана не хватило бы. - То есть, если вас напоить Виритасерумом, вы все это сможете пересказать? - Вполне. И сам Блэк сможет. - Вы знаете его местонахождение? - Эрвину показалось, что глаза Долорес загорелись. - Нет. Но иногда переписываюсь с ним, все же он мой крестный. - Эрвин решил, что отрицать общение - глупо. А вот то, что он это не отрицает - так называемый "плюс в его копилочку". Обычно небольшое откровение располагает людей к тебе. - В принципе можно устроить еще одно слушание. - задумчиво протянула Амбридж, постукивая пальцами по столу - Но мистер Блэк будет обязан явиться. - Я бы хотел еще кое-что уточнить. Будут ли его судить за побег из тюрьмы? - решил все же уточнить Смит. - Если да, то в последнюю очередь. Если ему и дадут какой-то срок, то максимум года три. Но так как двенадцать лет он уже отсидел, его не посадят снова. Их разговор длился еще около десяти минут, в котором они обсуждали детали. В целом у Эрвина осталось хорошее впечатление о Амбридж. Скорее всего это человек настроения и первого впечатления. Вскоре Амбридж должна будет прислать совой ему дату и зал слушания, которые он должен будет передать Блэку. Эрвин хорошо понимал, что у него перед ней должок, который она ему еще припомнит, особенно если вынесут оправдательный приговор.