***
— Итак, Поттер, зачем ты вообще здесь появился, — озвучил Драко так давно мучавшую его мысль. — Это трудно объяснить, Малфой. Просто так сложились обстоятельства, — ответил Гарри, облакачиваясь на стол. — Спасибо, что помог, но ты уверен, что надо было их отпускать? — Лучше отпустить, чем продержать их здесь, ничего не преподавая, — фыркнул Драко. — Поттер, вот серьёзно, ты как был Гриффиндурком, так им и остался. — А ты изменился, стал таким… Человечным что-ли, — выпалил Гарри и тут же пожалел. Глаза Драко округлились и он зло посмотрел на Поттера. — Да что ты говоришь. Человечным? — Ну, я имел в виду… — Да пошёл ты, Поттер, — сказал Драко и быстрым шагом вышел из класса. «Мда, просто изумительное, начало дня. Что же будет дальше?»***
«Человечным, ха, он считает, что я стал человечным, получается раньше он считал меня монстром что-ли, — несясь по коридору думал Драко, — вот идиот, да как только додумался до этого. Совсем видимо мозги растерял в своём Аврорате». — Хотя… — Драко резко остановился. «Почему этот Поттер на меня так действует? Давно я так не злился». — Что это? Что вообще происходит? — поинтересовался парень у портрета весяшего на стене напротив, — Почему Поттер на меня так действует? Услышав этот трудный вопрос, женщина медленно посмотрела на него грустно улыбнувшись. — Милый, если бы я знала. — Ну да, откуда тебе знать, — язвительно сказал Драко и чуть помедлив добавил.— Ты ведь просто картина, которая вечно сплетничает о том, какая она полезная, а как суть да дело, то ты ничего не знаешь. После эти слов Малфой не дослушав возмущения барышни удалился по лестнице. — Ах так, ну я покажу тебе, такое про тебя всем расскажу, — орала дама на картине в след удаляющимуся Малфою.***
Оставшись в кабинете Поттер не быстро пришёл в себя. Он сначала решил поставить рекорд по «челночной ходьбе», потом решил устроить марафон по катанию пера, а позже решил сменить интерьер, но когда в кабинете вместо нового дубового стола появился стол в форме краба и стул-рыбка, а на стене повисла маленькая статуэтка голого Снейпа, он плюнул и решил, что срочно нужно уходить из кабинета, пока не натворил там что-нибудь по хуже. Хотя что может быть хуже голого Снейпа? Поттер не знал, но желанием узнать точно не горел. «Нужно найти план занятий», — пронеслось в голове у Гарри после десяти минут бестолковый хотьбы и он поспешил к себе в комнату. Гарри быстрым шагом направился к лестнице ведущей на этаж ниже, но увидел очень любопытную картину, которая охала и причитала, рассказывая про молодого и красивого преподавателя излевавшего ей душу, да так красочно, что даже несколько учеников остановились послушать. — И вот он рыдая, горьким слезами и стоя чуть ли не на коленях умолял его быть с ним, — грустным голосом рассказывала пышная барышня в картине, иногда театрально промакивая свои глаза. — Что произошло?! почему вы не на уроке, — стараясь придать голосу грозность сказал Гарри, подходя к кучке учеников столпившихся у картины. Ребята быстро переглянулись между собой и ответив что-то невнятное умчались побыстрее от нового преподавателя. Поттер уже хотел продолжить свой путь, как его остановила Полная Леди с картины. — Ох, красавчик, а не хотел бы ты узнать мою историю? — кокетливо предложила дама. Взглянув на картину и быстро припомнив тот рассказ, что успел услышать Гарри подумал, что время у него есть и в принципе можно узнать что же произошло. — Ну, думаю я послушаю тебя, но только не долго. — Ну, не долго так не долго, — согласно кивнула дама и начала свой рассказ. — Полчаса назад я вся такая красивая прогуливалась по своему саду, и вдруг я услышала, как меня кто-то окликнул. Конечно я сразу поняла, что нужна моя помощь! Ведь все в Хогвартсе знают, что если что-то случилось, то нужно сразу идти ко мне. Я всегда помогу, — хвастливым голосом рассказывала Леди. — Подожди, ну я же попросил тебя кратко. — Ну ладно, ладно, кратко так кратко. вообще меня позвал молодой, но не очень красивый преподаватель. Нет, я бы даже сказала мужчина средних лет, очень не красивый. Да, так будет точнее, — сама себе сказала дама и улыбнулась. — Он мне рассказал, что влюбился в нового профессора, но тот не отвечает ему взаимностью… — Подожди, ты сказала в нового профессора, — озадаченно спросил Гарри, будто просыпаясь. Прежняя мысль о том, что нужно было пройти мимо покинула его, и он внимательно посмотрел на картину. — Да, в нового профессора! Не перебивай меня. Итак, и вот он… Картина вновь была нагло прервана. — А кто тебе это рассказал? — Ну… — томно вздохнула барышня. — Если пообещаешь приходить каждый вечер, красавчик, скажу. — Кто? — зло спросил её ещё раз Гарри. — Отвечай, а то сожгу твою картину, придётся жить в другой. — Профессор Драко Малфой, — раздражённо фыркнула картина и ушла в тень деревьев на заднем плане, только бросив на последок слова. — Придурок несчастный. Поттер стоял совершенно не понимая чему верить, а чему нет. «Ничего не понимаю, что за бред? Малфой в меня влюблён? Но как? мы только вчера встретились, а может он… Хотя нет, не может… Но… Возможно», — мысли как пчелы звучали и роились в голове Гарри.***
— Малфой, ты в меня влюблён? — с порога заявил Гарри, когда вошёл в кабинет Драко. — Ну, Поттер, я ожидал от тебя что угодно, но не такое, — Драко театрально покачал головой и подошёл поближе к Поттеру. — Ты случайно внеочередную Аваду не словил? — Малфой, не отпирайся, мне всё картина рассказала. — Какая картина Поттер, — Малфой достал палочку. — Давай может я тебя полечу, или к Помфри отведу? — Картина, с которой ты разговаривал, — недоумённо объяснял Гарри. — Она сказала, что ты в меня влюблён. — Ну, как я и говорил, ты был гриффиндурком и им же остался. Кто верит картинам Поттер? Тем более картине Маргарит, — усмехнувшись сказал Драко. — Она же сплетница, весь Хогвартс об этом знает. Когда мы ещё с тобой учились, Поттер, она приверала, но теперь врёт — как дышит, ну хотя она уже не дышит, но это и не важно, — Драко медленно обошёл Поттера. — Да что бы я… в тебя влюбился, Поттер, наверное Вол-де-морт должен возродиться, что бы кинуть в меня Аваду. Я бы тогда потерял все мозги, но так как этого не может произойти, — Малфой сделал небольшую паузу и полушёпттом на ухо ему сказал. — Да же не мечтай, Потти.