Save me

      — И вот ты счастлив, что наконец нашёл человека, с которым, возможно, пробудешь всю оставшуюся жизнь, но он на твоих глазах делает предложение руки и сердца другому. Твои ощущения?       Не двигаться и не дышать, борясь с болью, рвущейся наружу. Пытаться не закричать в небо прямо посреди улицы. Не привлекать к себе внимание, запереться в душной комнате и искать убежище в этом огромной пространстве, где я такая маленькая, крошечная — ничего не стоит раздавить. Ощущение, что всё вокруг — нереально. Желание закрыть глаза и сжаться в комок, лицом уткнуться в колени. Выключить свет и сидеть в темноте. Не существовать.       — Да ты бы умер от такого.       Верно, я и пыталась.       Его лицо вытянулось от удивления, а взгляд упёрся в пол.       — Да ты бы умер от такого. Думаешь, пережил бы такое?       Если бы не случайное знакомство с Крутым парнем и его отзывчивость.       — Твой любимый человек изменяет тебе, а ты любишь его всем сердцем и жить без него не можешь.       Лицо Троя вытянулось от удивления, когда он заметил меня с Тришей в проходе. Пересекаясь с ним взглядами на секунду, я уставилась в ноги.       — Знаешь, а я ведь люблю её.       Открыла рот и задышала так часто, будто загнанная лань.       — Думаешь я бы полез к тебе, если бы не испытал того, что испытала она?       Тебе тоже знаком вкус предательства?       Невозможно, никто не захочет бросать такого парня, как ты, Бенни Барт. Богатый, красивый, успешный, но несмотря на славу от сцены и прожектора, обращённые на тебя, заботливый и переживающий, ни капли не эгоистичный. Никто не захочет бросать такого парня, если только он сам не бросит девушку. Ты ведь бросал девушек, Бенни Барт? Даже когда плакали у тебя на груди, оставался хладнокровен и продолжал твердить сказку о том, что останетесь друзьями, сам прекрасно зная, что это наглая ложь?       — Теперь познай всю боль пережитую ей, хотя бы физически.       Лицо Троя похоже на палитру для красок, на светлой коже грязные разводы от смешения красного, переходящего в глубокий фиолетовый.       — Морально такую боль ты бы не пережил — слишком хиленький.       Он усмехнулся, а затем, проследив за взглядом Троя, заметил меня. И искренне удивился.       — Я закончил.       Неловкая тишина сковала нас всех. Первой шаги сделала Триша, с разбегу бросившись Максу на шею. И я, вдохновившись её смелостью, приблизилась к Бенни. В груди защемило, а в горле застрял ком. Хотелось одновременно как ударить его за несдержанное обещание, так и обнять, с нежностью прижимая к себе, чтобы и миллиметра между нами не осталось. Хотелось, чтобы никого, кроме нас, в комнате не стояло, взгляды не были бы направлены на нас.       Испугавшись сразу его обнимать, я прошла к Виктору и услышала разочарованный выдох за спиной. Виктор обнял меня за талию, а я представить не могла, что чувствовал от вида этой сцены Бенни. Злость на него перетекла в волнение о самочувствии и вину перед ним. Он явно ожидал, что я обниму первым его, но сладкое всегда оставляют напоследок.       Бенни не смотрел на меня, когда я приблизилась к нему и обняла за талию. Когда я почувствовала, как меня обнимают в ответ, вовсе не обижаясь на выходку, как зарываются носом в волосы и шевелят их дыханием, с ресниц всё же сорвалась одинокая слеза и скатилась по щеке.       — Я волновалась. Больше не оставляй меня.       Я слегка вздрогнула, осознав, о чём именно его попросила.       — Я обещаю, — прошептал он мне так же тихо, чтобы остальные не услышали.       Пальцы сжались сильнее на его футболке.       — Как мило, — донёсся до меня едкий комментарий от Троя.       Все покосились на него с неодобрением: Триша, Виктор, Макс, Бенни, и кажется, даже полицейский. Прежде чем ему кто-то успел ответить, я подняла средний палец вверх.       — Завидуй молча, ублюдок.       Более не задерживаясь, я схватила Бенни за руку и потащила за собой в сторону выхода. Он не сопротивлялся, за что я в мыслях его благодарила. Пусть Трой остаётся за спиной, запертый в клетке, запертый в моём прошлом пройденным этапом.       — Мия, не беги так, — наконец опомнился Бенни, когда мы уже оказались на улице. — У меня всё тело болит, не могу я так быстро идти.       — Тогда зачем к нему сунулся? — возмутилась я, отбросила его ладонь и сложила руки на груди, глядя прямо на него.       Он сглотнул.       — Полез, потому что хотел защитить тебя. Сколько ты слышала из нашего с Троем разговора?       — Достаточно, чтобы вновь почувствовать боль.       Шокированный, он поджал губы и отвернулся от меня.       — Я думал, — тихо начал он, отчего пришлось вслушиваться в его слова сквозь шум ветра в листве высоких деревьев, — когда ты обняла меня, что ты не обижаешься на меня… Чёрт, хотя бы не ненавидишь. Ты использовала меня сейчас, чтобы насолить Трою? Специально обняла, за руку потащила на улицу, показывая нашу близкую связь и вызывая у него зависть, а теперь… Что ты вообще ко мне чувствуешь? Скажи честно, Мия, ты видишь во мне Троя? Поэтому ведь ты так ко мне относишься, ожидая, что сделаю тебе больно, и делая больно заранее мне? Ты боишься, что я тебя так же, как он, брошу?       Я поёжилась от его слов и прикрыла глаза. Он прав, и мне страшно ему доверять, имея за плечами неудачный опыт и находя Бенни похожим на Троя. Одинаковые внешность и манеры, будто разлучённые много лет назад в роддоме близнецы. Трой так же притворялся, что заботится обо мне, а в итоге разбил мне сердце, вытащив его из груди и сжав слишком сильно, что оно треснуло. Оно до сих пор не восстановилось после расставания. Как бы я ни притворялась, что уже пришла в норму, перед глазами всё стоит образ Троя, когда передо мной другой человек.       — Ты прав, так и вижу, — призналась я.       Бенни выдохнул.       — И что же мне делать тогда, чтобы доказать, что я другой парень? Знаешь, я могу соперничать с Троем и ещё кучей парней, но не с твоей психикой. И здесь уже проблема не во мне, что не могу тебя добиться.       — Не обвиняй меня во всём, мне и без тебя тяжело, — выкрикнула я.       Неожиданно Бенни сделал выпад в мою сторону, обхватил за талию и зажал в объятиях, не давая вырваться.       — Пусти, — потребовала я.       — Ты хочешь, чтобы я просто взял, не спрашивая тебя? Раз ты такая эгоистичная, позволь и мне побыть немного эгоистом.       Его слова мне напомнили Крутого парня. В обычное время милый и добрый, но когда оскорбился однажды из-за моей прогулки по парку с Тришей, превратился в настоящего плохого парня. У него перерезало тормоза, и холодные, колкие как лёд фразы сыпались в мой адрес без остановки.       — Бенни, — позвала я, — пусти, пожалуйста.       — Отпущу, когда поцелуешь.       Снова я, заключённая в его объятиях, снова похожие фразы, как когда утром Бенни закинул меня в кровать рядом с собой и отказывался отпускать, требуя за освобождение поцелуй. И если в прошлый раз я отказалась…       — Бенни.       — Сказал же, не отпущу, пока…       Поцелуем я впилась в его губы. Опешив, он начал отвечать не сразу, а когда опомнился от шока, перехватил инициативу и потребовал большего. Его язык проник в мой рот, прошёлся по нёбу и сплёлся с моим языком, а руки уже опустились ниже поясницы.       «Безумие, мы ведь на улице. Нас могут увидеть».       Как по заказу, я услышала грохот со стороны и, прерывая поцелуй, обернулась. Девушка смотрела на нас глазами, полными ненависти.       «Фанатка?»       Подобрав упавший на асфальт зонт, она развернулась и быстрым шагом скрылась за поворотом, бросив напоследок:       — Больше не смей мне звонить, скотина!       Я с удивлением посмотрела на Бенни, но он и сам был удивлён не меньше моего.       — Ты лесбиянка? — неожиданно спросил он.       — А? В смысле?       — Ну, раз ты не можешь больше доверять парням, ты решила попробовать с девушками. Тогда очевидно, почему ты в меня всё ещё не влюблена. Это была твоя девушка.       Я не сдержала смешок.       — Если это моя девушка, тогда зачем я сейчас…       Я остановилась на половине вопроса, когда поняла, как для него звучал бы мой вопрос и какие выводы он бы сделал. Подняв голову, я заметила, что Бенни улыбается.       — Зачем ты поцеловала меня? — продолжил он мою реплику. — Действительно, почему?       — Эм… Ну, ты же сказал, что только тогда отпустишь… — пытаясь дать нормальный ответ, я смотрела куда угодно, но только не на него.       От неловкости меня спасли.       — Эй, ребят! — Крик Макса разнёсся по периметру. — Потом разберётесь, поехали отсюда, пока нас здесь никто не заметил.       Пройдя на штрафстоянку, благо она находилась рядом с полицейским участком, и усевшись в машину, он хлопнул дверью и завёл мотор. Я дёрнула за рукав, чтобы Бенни выпустил меня из объятий, но он, обхватив мою ладонь в свою, потянул за собой, как я его из-за решётки парой минут ранее. Подойдя к машине, он затолкал меня на заднее сидение и уселся рядом, отгородив меня ото всех и прижав к окну. Незаметно для остальных приобнял за талию и обидчиво ойкнул, когда я его ущипнула, чтобы не считал, будто ему всё позволено. Когда мы начали движение, я откинула голову на сидение и прикрыла глаза.       «Я поцеловала Бенни Барта. Мия, ты серьёзно? Сначала ты говоришь, что ничего к нему не чувствуешь, а потом целуешь, да ещё и так страстно, будто вы любовники не один год. А как же Крутой парень? Он вообще для тебя уже ничего не значит? Господи, я так запуталась».       Из потока мыслей меня вывел обеспокоенный голос Виктора:       — Бенни, я только включил телефон, и он уже разрывается от звонков, что мне даже пришлось поставить в режим «Не беспокоить».       Не находя слов, чтобы описать причины происходящего, он протянул руку с телефоном к середине, показывая видео. Сразу оживившись, мы все, кроме Макса за рулём, уставились в экран.       Ролик находился на Ютубе, и как я успела заметить, собрал более сотни миллионов просмотров, став вирусным.       «Бенни Барт против своей злой копии!!! Кто победит?»       Переключив внимание с названия на само видео, я сразу же узнала обоих на нём. Бенни жестоко избивал Троя, восседая на нём сверху, а Виктор и Макс отмахивались от прохожего, желающего помочь, как казалось со стороны, жертве. Я покосилась на Барта, отмечая его обеспокоенный вид. Его пробивало мелкой дрожью.       — Что там? — спросил Макс.       — Видео… — произнесла напуганная Триша.       — Кто-то слил в сеть наши ночные похождения, заснятые на видео, и теперь драку крутят по новостям. У меня телефон разрывается от количества звонков.       — Это очень плохо… — не зная, как ещё прокомментировать ситуацию, отозвался Макс. — Для нас с тобой ладно, а вот у Бенни возникнут крупные неприятности.       Бенни хмуро кивнул, сглатывая ком в горле.       — Но ведь всё же будет хорошо? — наивно поинтересовалась Триша. — Пообсуждают и забудут, да?       — Если бы так и было, мы бы сейчас не волновались, — выдохнул Виктор. — И что теперь делать? Надо решать.       Бенни отмалчивался, не принимая участия в разговоре. Опустив голову, взглядом он впился в колени, будто мог прочитать на них ответ, как на экзамене шпаргалки, написанные на коже ручкой.       Стараясь не привлекать внимание остальных, я накрыла его ладонь своей, переплетая пальцы и несильно сжимая. Пододвинувшись ближе, я прижалась к нему и опустила голову ему на плечо, чтобы прошептать:       — Всё хорошо, тебя никто не оставит и мы придумаем, как решить проблему.       Заметив, что он немного расслабился, я выдохнула. Его рука крепче сжала мою. Решив не отодвигаться, ведь ему сейчас это нужно, я положила голову ему на плечо и закрыла глаза.       А проснулась, когда он обеспокоенно дёрнулся.       — Стервятники слетелись, — возмутился Виктор. — Поехали отсюда, пока не заметили.       Ничего не понимая, я выглянула в окно. Мы подъехали к дому Барта, но узнавала я местность с трудом, забитую до миллиметра журналистами с разных каналов и из разных изданий. С камерами наперевес и микрофонами, они вели прямые эфиры и ожидали, когда же появится Барт, чтобы дать комментарии о произошедшем, с которых бы вышло написать скандальную статью.       Резко вырулив, из-за чего я завалилась на Бенни, а он — на Виктора, Макс развернул машину и понёсся по шоссе подальше от нового логова журналистов.       — Куда поедем? Если ко мне или Виктору, то там будет такая же ситуация, — скоро проговорил Макс, не отрывая взгляда от дороги.       Набрав в лёгкие побольше воздуха, на выдохе я проговорила:       — Давайте ко мне, здесь не далеко.       Я назвала адрес, и мы продолжили наш путь. Я всё так же держала Барта за руку, и мы ехали в тишине, думая каждый о своём. Лишь быстрый стук моего сердца, то ли от его близости, то ли от волнения за него, и размеренное дыхание сосредоточенного Бенни нарушали тишину.       Когда я перевела взгляд на Барта, его лицо оставалось не пробиваемым на эмоции. Только брови сходились на переносице — он явно был погружён в себя.       Скорее всего, его задумался о драке. Да кого она вообще не волнует? Что теперь будет? Как поступить дальше? Из-за одной глупой драки вся его карьера может полететь к чертям. Зачем он вообще полез к Трою, о которого даже руки марать не стоило?       Вопросы в голове сменялись один на другой, и, не замечая этого, я начала подрагивала ногой, а взгляд метался от одного конца машины к другому и остановился лишь тогда, когда столкнулся со взглядом янтарных глаз Бенни. Неосознанно я принялась рассматривать его лицо: подбитая скула, засохшая кровь, царапины от асфальта. Опустившись ниже, я посмотрела на его губы. Должно быть, ему больно целоваться, ведь нижнюю пересекала кровавая полоса, а верхняя набухла, но он не упускал момента коснуться моих губ, возможно, действующих для него лучше, чем обезболивающая мазь.       Из прострации меня вывели голос Триши и взгляды, устремлённые в мою сторону.       — Мия, мы приехали.       Придя в себя, я коротко кивнула и, открыв дверь, выбралась из машины, вдохнув свежий воздух полной грудью. За собой я провела всех на этаж, а зайдя в квартиру, попросила располагаться и чувствовать себя как дома. Сама направилась на кухню. Нужда в огромном количестве кофеина, даже спустя несколько месяцев, никуда не делась, и, заранее бросив в кружку пару ложек порошка, я сидела в ожидании, когда закипит чайник. Сзади меня обвили тёплые руки, и я не стала отпираться, когда на плечо опустился подбородок.       — Спасибо, — прошептал Бенни.       — Тебе не за что меня благодарить.       — Ты позволила поехать к тебе.       — А ты пришёл ко мне ночью, чтобы поддержать, и беспокоился обо мне.       — Мне считать, что ты возвращаешь долг? — хмыкнул он.       — Такой долг я вряд ли смогу вернуть.       — Тогда позволь мне самому забрать оплату.       Я вздрогнула, когда пальцами он легко отодвинул мешающие пряди, а его горячие губы коснулись моей шеи. В животе всё скрутило тугой пружиной. Не контролируя себя, я наклонила голову вбок, чтобы ему было удобнее, и на коже появился первый засос. Ладонью он прижал меня ближе к себе, и я почувствовала, как он возбуждён.       — Бенни… — позвала я, руками схватившись за стойку.       — Сладкая, — ответил он, выдыхая на кожу, по которой тут же разбежались мурашки.       — Бенни, там Триша, и Виктор, и Макс…       — Они не станут возражать, если я украду у всех нас пару минут.       Развернув к себе, без предупреждения он поцеловал меня. Не заботясь о том, что ему больно, а губы ещё не остыли от прошлого поцелуя. Его ладонь забралась под футболку, а вторую он запустил в волосы и завёл за затылок, не давая сбежать.       — Бенни, — вновь позвала я, надеясь всё же дозваться. — Пожалуйста, подожди.       Он остановился и слегка отклонился назад, его янтарные глаза поблёскивали от азарта.       — Чайник, — указала я в сторону.       — Такой же горячий, как ты, — заставляя меня покраснеть, усмехнулся он и помог спуститься со стойки.       Не давая мне притронуться к чайнику, он сам заварил мне кофе, откуда-то зная, сколько ложек сахара обычно я добавляю. Взяв кружку, он мотнул головой на дверь и вышел из кухни.       «По крайней мере, он стал приходить в себя».       Поправив волосы и приопустив края футболки, я вышла за ним и вернулась в комнату к друзьям, которые плечом к плечу сидели в гостиной, уставившись в экран телевизора. Схватив пульт, Виктор сделал погромче.       — Известный певец Бенни Барт был замечен этой ночью избивающим неизвестного нам парня. Что между ними произошло и что теперь ждёт Бенни Барта? Как к нему теперь будут относиться его поклонники? Ждём новостей от наших журналистов и хоть какие-то слова со стороны известного певца.       — Не думал, что это всё так быстро разлетится, — произнёс Бенни, потёр шею и опустил взгляд, возвращаясь в прежнее подавленное состояние и явно думая над тем, как избежать громких скандалов.       — Да ты вообще не думал, — уколол Макс.       Неожиданно голос подала Триша:       — Мия, ты ведь журналист.       — Меня нельзя назвать журналистом, я ведь так и не поступила в тот университет, — отмахнулась я с горькой усмешкой.       — Но это всяко лучше, чем жёлтые газетки и дотошные журналюги, которые здесь точно не нужны и всю правду исковеркают до неузнаваемости, — высказался Виктор.       Барт посмотрел на меня в ожидании чего-то.       — Так, что вы от меня хотите?       — Мия, тебе мы можем доверять, — начал Виктор, сложив руки в замок. — Может, хотя бы попробуешь? Лишние уши здесь правда не нужны. А ты смогла бы всё это оформить более… правильно.       — То есть я должна взять интервью у него, — я указала на Бенни, — и затем написать статью?       Виктор кивнул. Отпив кофе, я так же кивнула.       — Ладно, дайте мне время на подготовку, — согласилась я, а затем обратилась к певцу: — Бенни, жду тебя через пятнадцать минут в спальне. Жалеть не буду.       За три больших глотка допив кофе, чем вызвала удивление и ужас в глазах окружающих, я оставила кружку пустой и ушла в спальню, заперев за собой дверь на всякий случай. Достав из письменного стола блокнот и ручку, прошерстив интернет и прочитав через ноутбук мнения о драке Бенни, я набросала примерные вопросы, затем приготовила диктофон к записи. Как и ожидалось, ровно спустя пятнадцать минут пунктуальный, или просто решивший меня не злить Барт уже был в комнате и сидел напротив меня. Я поёрзала на кровати, усаживаясь удобнее, а он сидел на стуле напротив, как сегодняшней ночью, пока ещё ничего не случилось.       — Давай договоримся: никаких поцелуев, никаких объятий, и тем более не заваливай меня на кровать.       Бенни усмехнулся.       — Согласен, только если ты сама не захочешь.       Сохраняя в себе профессионала, я подняла на него взгляд.       —Так, давай начнём.       Он кивнул.       — Как ты узнал о Трое?       Он хмыкнул, и вся его уверенность вмиг испарилась.       — Я увидел сообщение с оскорблениями в твоём телефоне.       — Что же такого было в сообщении, что ты решил так разобраться с Троем?       Он помолчал, подбирая слова.       — Разве я должен терпеть, когда оскорбляют того, кто мне небезразличен? Неважно, что именно было написано в сообщении, но даже если меня оно задело, тебя бы задело сильнее, а я этого не хотел.       — Что именно? — надавила я.       — А ты была серьёзна, когда говорила, что жалеть не станешь.       — Бенни.       Барт выдохнул.       — Он написал, что ты никогда не была и не будешь его достойна.       — Хорошо, следующий вопрос. — Я сглотнула ком, вставший в горле, прежде чем продолжить. — Как ты нашёл его в городе?       — В этом не было ничего сложного. Я нашёл его в сети и договорился о встрече.       — И что произошло на встрече?       — Я потерял контроль над собой, когда он вновь начал тебя оскорблять. Отправил Макса за аптечкой, чтобы он не мог остановить меня, затем ударил Троя. Появился прохожий, который решил, что мы втроём избиваем одного парня, и попытался восстановить справедливость. Так, пока Макс пытался отцепить прохожего от Виктора, я дрался с Троем.       — Как вы попали в полицию?       — Честно говоря, я не помню этого. Я помню, как наносил удары, теряя самообладание, а потом очнулся уже в камере.       — Почему Макс и Виктор были с тобой?       — До того как поехать на место, я звонил Максу, чтобы попросить взять машину. Тогда он был ближе к месту, где я находился, чем мой дом. Он мне отказал, и я уехал домой.       — На чём? — уточнила я.       — Я вызвал такси.       — Не проще ли было на такси доехать до Троя?       — Я боялся, что таксист, увидев драку, может что-то предпринять. Например, попытается нас разнять, или наоборот заснимет на видео.       — Хорошо, что с Максом и Виктором?       — Когда зашёл в свой гараж за машиной, там меня встретили Макс и Виктор. Они почуяли неладное и решили поехать со мной, надеясь, что всё обойдётся лишь разговором.       Бенни потянулся, разминая спину.       — Чувствую себя как на допросе, — пожаловался он.       — Ты был на допросе?       — Нет. Но думаю, именно так себя бы и чувствовал.       — Узнал ли тебя полицейский?       — Не знаю, — пожал он плечами. — Он не реагировал. По его реакции было непонятно.       — Не считаешь ли ты, что за свою выходку должен понести наказание и уйти со сцены?       — Это же просто драка, — возмутился Бенни, всплеснув руками. — Хоть я и знаменитость, но тоже человек со своими эмоциями и ошибками. По правде, я не считаю должным даже извиниться перед Троем.       Я не сдержала улыбку, согласная с его мнением, и зачитала следующий вопрос из блокнота:       — Многие пользователи сети считают, ты напал на Троя из-за его похожести на тебя. Что можешь об этом сказать?       — Вот что, а сравнений с Троем я бы хотел меньше всего.       — Ты обвиняешь Троя в том, что он плохо относится к девушкам, когда сам поёшь только о лёгком пьяном сексе без обязательств. Не находишь ли ты, что на роль судьи Троя подходит кто угодно, кроме тебя?       Бенни удивился провокационному вопросу, подняв брови.       — Мои песни были лишь песнями. Может, я и относился к кому-то не так, как стоило, но я пересмотрел свои взгляды на жизнь. Сейчас я не тот Бенни Барт, к которому все так привыкли. Отношение же Троя к девушкам не поменялось. Как он относился, так и относится. Своим сообщением он доказал, что способен намеренно причинить боль и продолжает это делать так же успешно.       — Ты утверждаешь, что он мог доставить мне боль, но что ты вообще знаешь об измене? — разозлилась я, отойдя от заготовленного плана.       — Поверь мне, я знаю достаточно. Мне изменяли.       Произнеся это, он громко выдохнул, когда я перестала дышать. С минуту помолчав и походив по комнате, он вернулся на стул и продолжил, не глядя на меня.       — У меня была девушка, года два назад. Всё было, вроде как, даже хорошо. Парки и кино, романтика, все дела, даже дальнейшую жизнь планировали. Души в ней не чаял, так же, как и она во мне. Но в один злосчастный вечер, после очередного концерта, я застал её в своей же гримёрке верхом на своём же гитаристе. Всё закончилось вот этим, — он отодвинул волосы и показал шрам на виске, незаметный, если не приглядываться. — После этого инцидента я не заводил отношения. Не влюблялся и не доверял людям, часто пропадал на тусовках и в барах, приходилось отменять концерты из-за похмелья. Я делал себе больно внешне, чтобы заглушить боль внутреннюю. Макс и Виктор меня вытащили. Больше Макс, Виктору невыносимо было на меня смотреть, и он привёл меня в чувства своим уходом. Наверное, недавним своим уходом он пытался сделать то же самое — привести меня в чувство… Они очень дороги для меня, и я не хочу их потерять. Без них я не смогу жить… Наверное, из-за того, что я сказал тогда, Макс сильно испугался. Я сказал ему, что не хочу жить. Я действительно сильно любил её. Поэтому я так ревнив к девушкам и иногда веду себя как собственник — я боюсь, что у меня украдут то, что дорого моему сердцу.       Неведомым мне чудом он выдавил из себя улыбку, взглянув на меня. Я не могла дышать. Я не знала, в чём его обвиняю, когда разозлилась, а услышав историю, предпочла бы её забыть и продолжать видеть Барта озабоченным придурком, у которого всё есть: и девочки, и яхта, и деньги, и сотня друзей. Но он оказался самым человечным из всех, кого я встречала, и сейчас сидел в одной со мной комнате, в спальне, влюблённый в меня. А я отмахивалась от всех его жестов внимания как от назойливых мух, не веря в его чувства и даже не зная, как тяжело они ему даются после предательства. Сдерживая слёзы, я отвернулась.       — Интервью закончено, — объявила я строгим голосом.       — Спасибо, что согласилась взять у меня интервью, Мия.       Он улыбался.       — Нет, это тебе спасибо за такой шанс.       Он поднялся со стула, разминая затёкшие мышцы.       — Бенни…       — М-м?       — Я не буду вставлять в статью последнюю часть нашего разговора…       — Как хочешь, я всё честно тебе рассказал.       Открыв дверь, он вышел из спальни. Сложив все записи на столе, я последовала за ним. Макс, Триша и Виктор сидели за столом. Откуда-то они достали карты и играли в них, похоже, на желание.       — Ну что, как успехи? — поинтересовался Виктор, заметив нас.       — Всё прекрасно, из Мии выйдет отличный журналист, — ответил Бенни. — Можно к вам присоединиться?       — Мы как раз заканчиваем, — ответил Макс. — Из-за Виктора.       — Он дуется, что так и не смог меня победить, — уточнил Виктор.       — А ещё он напоил Тришу.       Я пригляделась к Трише. Казалось, она сидит ровно, но с закрытыми глазами она спала сидя, не замечая того, что творится вокруг неё. И проснулась, когда икнула.       — А где алкоголь раздобыли? — удивился Бенни.       — В магазин сходили.       — И вообще, разве сейчас всем не лучше оставаться в здравом уме?       — Мне — лучше, а эти двое не нужны, — отрезал Виктор.       — Я отвезу Тришу домой, — с сочувствием глядя на девушку и с досадой на друга, объявил Макс.       — Я тоже поеду с ними, — поднялся со стула Виктор. — Проверю, как обстоят дела с журналистами у дома. Если у меня окажется пусто — пойду к себе. Если нет — сниму номер в отеле.       — Да можешь оставаться у меня, — поспешила вставить я, пока он за всех всё не решил.       — Правда? — удивился Бенни.       — Да, тебе из нас двоих лучше оставить Бенни. Кровать у тебя одна, и диван один. Если не собираешься с кем-то спать на кровати, то оставить у себя можешь только одного. Вместе с Бенни, хоть и не в первый раз, я спать не буду, чтобы не сгонять девушку на диван. В общем, оставайтесь с Бенни, а я буду в прекрасном вип-номере в отеле, наслаждаясь пенистой ванной с лепестками роз.       Слово за слово, обещание отправить Виктору статью как закончу, чтобы уже он отправил её куда надо, и я не успела заметить, как осталась в пустой квартире наедине с Бенни.       — Тебе не кажется, что они это делают специально? — нахмурилась я.       — Абсолютно уверен, что это — часть их гигантского плана, который должен привести к нашей свадьбе. На всякий случай поищи камеры по углам, вдруг они решили заснять нашу первую брачную ночь на долгую память?       — Первую?       — О вчерашнем они не в курсе, — улыбнулся Бенни. — А ты, как посмотрю, всё никак не можешь забыть.       Смутившись, я толкнула его в грудь, чтобы не загораживал проход, и направилась вглубь коридора в спальню.       — Куда это ты пошла, сладкая? Хочешь, чтобы я последовал за тобой в пучину воспоминаний?       — Какой же ты всё-таки!.. А казался нормальным недолго… Не иди за мной и не отвлекай меня, я буду писать статью.       — А можно тихо в комнате посидеть?       Резко развернувшись, я уткнулась ему в грудь. Бенни стоял прямо напротив, в шаге от меня, и смотрел сверху вниз. Наклонившись, он попросил, выдыхая в губы:       — Пожалуйста.       — Почему ты улыбаешься? — задала я вопрос заместо ответа.       — Когда я рассказал тебе всё, мне как-то легче стало. Думаю, с этим связано. Ну и чувствую, что мы стали на шаг ближе. По маленьким шажочкам, но я доберусь до тебя. Сейчас между нами остался один шаг. Твой шаг.       — Мой?       — Если бы его совершила ты, это бы положило начало нашим отношениям. Ведь я уже сделал со своей стороны всё, что мог.       — Ты за Виктором и Максом ничего не допивал, что осталось с игры?       — А ты статьи о том, как отшивать парней, писать не пробовала?       — Почему ты считаешь, что я должна хотеть делать этот шаг?       — А вдруг это твой последний шанс?       — Последний шанс на что?       Он не ответил — просто прошёл мимо и, оказавшись в спальне, подождал, пока войду я, чтобы усесться в позе лотоса на кровати и следить за тем, как я работаю. Я прошла к столу и открыла ноутбук. Его присутствие вовсе не отвлекало, а мотивировало печатать быстрее, и некоторые детали я у него уточняла, как лучше написать, но без нажима, чтобы не возникало ощущения, что он сидит на допросе. Когда Бенни притих, пришлось подойти к нему и, увидев, что в телефоне он листает комментарии под статьями, полные ненависти, отобрать телефон. И успокоить словами, что его карьера не разлетится вдребезги и скоро выйдет правдивая статья, написанная мной и выпущенная Виктором.       — Бенни, — позвала я, столкнувшись со спорным моментом в статье.       Сидящий теперь без телефона, он отвлёкся сразу.       — А почему ты в меня влюбился? Мы же общаемся… третий день?       — Вживую — да.       — А общались не вживую?       Он помолчал.       — Ну, ты же явно смотрела мои клипы. И может, строила диалоги у себя в голове. Или представляла, какой я в общении. Или же просто смотрела интервью со мной, узнавая меня лучше.       — Нет, я так не делала и такие вещи не представляла. Так почему?       — А почему ты согласилась меня поцеловать?       Я хмыкнула и, отвернувшись, продолжила работу над статьёй. Знала бы я о последствиях, к которым это привело, пожалела бы, что, сидя в одной спальне, игнорировала его, когда Бенни взгляда от меня не отводил и просто наблюдал за тем, как я печатаю на клавиатуре.       Закончив, я отправила результат Виктору, а время уже перетекло в глубокий вечер. Бенни возился на кухне с едой, но судя по запаху, сжёг всё, что собирался готовить, а от службы доставки наотрез отказался.       — Останемся голодными, — упрекнула я.       — Зато прикрываться одеждой и полицией грозиться не придётся.       — Ты о чём?       — Ревновать будешь, если расскажу, — усмехнулся он и продолжил переключать по каналам, ведь телефон я так ему и не вернула.       — Не стану.       — Если не ревновать, то насмехаться.       — Бенни, всё же расскажи.       — Сказки перед сном рассказывают в кровати, — отмахнулся он.       — Так мне в кровать проследовать?       Он поперхнулся воздухом.       — Мия, ты про что?..       — Спать хочу, извращенец.       Выключив телевизор, Бенни побежал за мной.       — Я тоже хочу спать.       Остановившись, рукой я указала на комнату.       — Как удачно в ней находится диван, правда?       Уголки его губ разочарованно поползли вниз.       — Жестокая. Предлагаю тебе правда статью написать, как парней отшивать. Буду звать тебя убийцей флирта.       Я тяжело выдохнула. Потянулась на цыпочках и, когда он не ожидал, поцеловала в щёку.       — Спокойной ночи, Бенни.       Будто он чувствовал, это был последний раз, когда я желала ему спокойной ночи, и мой последний шанс сделать шаг ему навстречу.       Отказываясь отпускать, он дёрнул меня за руку и притянул к себе для объятий, а когда перестала пытаться вырваться и расслабилась, подхватил на руки и отнёс на кровать. Не спрашивая, выключил свет и сам улёгся рядом, прижимаясь ко мне.       — Ты совсем? — возмутилась я.       — Совсем по уши влюблён в тебя.       Я ощущала, как щёки горят алым, а Бенни лежит так близко, что его дыхание шустрым тёплым ветром ощущалось на коже. Вновь на меня напало желание поцеловать его, и ситуация прошлой ночи повторилась бы, на той же кровати и с теми же чувствами, лишь поменявшись местами, когда в помощи нуждалась не я, а Бенни.       Обещания, что всё останется между нами, мне больше не были нужны. Сглотнув, я поддалась потоку эмоций и поплыла по течению, потянувшись к нему ближе и поцеловав его.       — Куколка, я правда собирался спать, — усмехнулся он.       — Бенни, ты невыносимый при…       Я не договорила, когда он перевернул меня на спину и оказался сверху, а язык его вытворял со мной нечто такое, чего в жизни я не испытывала. Его губы были сладкими на вкус, как карамель, да и сам он текучий и вечно изменяющийся, переходящий от страсти к запредельной нежности с разгоном в доли секунд. Одновременно ему хотелось испробовать всё, боясь, что я запрещу, и от одного он переходил к другому так быстро, что я не успевала опомниться: поцелуй в губы, горящие щёки, засосы на шее, ключицах, груди. Одежда уже валялась на полу, оставляя нас в одном нижнем белье, а на его спине виднелись кровавые полосы от моих ногтей. Понимая, что это далеко может зайти, я остановила его, ладонями упираясь в грудь и прерывая поцелуй.       — Бенни, это безумие, мы знакомы с тобой всего третий день.       — Я экономлю твоё время, — пожал он плечами.       — О своём времени я могу позаботиться и сама.       — Тогда спокойной ночи.       Поцеловав меня в лобик, он перекатился на бок и, прижимая меня к себе, будто подушку, уснул быстрее меня.       «Сумасшедший».       Я поплотнее натянула на нас одеяло.       «Да и я не лучше…»       Хоть мы остановились, и в текущий момент я была довольна своим положением, но потом я действительно пожалела об этом. Ведь после того, как интервью опубликовали, мы больше не общались три месяца.