Какого хрена?!

Следующий день после переменных для Избранного событий. Гарри шёл по опушке Запретного Леса, не заходя на опасную территорию. Всю ночь он не спал, думая о случившемся. Не давала покоя мысль, что сейчас Драко возможно ненавидит его и не хочет видеть. Он ворочался и не сомкнул глаз, размышляя как можно было исправить свою ошибку. Сейчас он шёл по тихому лесу в надежде привести мысли в порядок. Иначе он бы уже сломя голову бежал в подземелья, выламывать вход в гостиную змей. Чтобы такого не случилось нужно было здраво мыслить и смотреть на ситуацию трезво. То есть не как Гриффиндорец, который сначала делает, а потом думает. Требовалось сделать исключение и подумать перед тем как сделать. Январский холод пробивал на мурашки и заставлял поёжиться под силой мороза. На щеках и носу Национального героя проявлялся румянец от холода, что приходилось сильнее укутываться в шарф расцветки своего факультета. Через кромки деревьев пробивался свет, а хрустящий под ногами снег словно светился на лучах солнца. Была тишина и благодать, зимой бывает особенно тихо. Не было слышно даже передвижение разных магических животных по свежевыпавшему снегу. Лес также как и его обитатели будто погрузились в долгий сон. Проходя мимо деревьев Поттер заметил Полумну кормящую фестралов. Его всё ещё немного пугали эти существа, но казалось девушка ими заворожена. — Привет, Луна, – дружелюбно поздоровался парень. — Привет, Гарри. Выглядишь обеспокоенным. Тебя что-то тревожит? – не оборачиваясь спрашивала Когтевранка. Она кормила детёныша этого необычного животного кусочком мяса. Гарри всегда поражался как эта девушка могла учиться на Когтевране. Он считал, что на этом факультете учатся самые умные, постоянно читающие книги и знающие всё, в общем, люди как Гермиона. Но, Полумна была совершенным исключением. Она полная противоположность Грейнджер и всё время будто витает в облаках. — Я... Поругался с близким человеком, – невесело сказал Поттер. Он скривился, смотря на то как фестрал обгладывает плоть какого-то животного. — Не бойся, они не страшные. Многие боятся их, потому что они выглядят пугающе. Но на самом деле они очень милые и даже ранимые, – Гарри вновь убедился что истина часто отличается от внешней оболочки. И снова он был не прав делая выводы. Конечно же вспомнился Драко и парень заметно сник. — Дай ему время, – внезапно заговорила она. Поттер недоумевал, поначалу он даже не понял о чём идёт речь. Но, когда Луна посмотрела на него, было понятно, она знает. Этот взгляд был настолько осознанный, что у Гриффиндорца прошёлся холодок по позвоночнику. Она говорила о Драко. В этом не было никаких сомнений. Да, она могла иметь ввиду Рона, но она будто видела его насквозь. Гарри настолько был в шоке, что не мог произнести и слова. Он так и стоял с открытым ртом, а беззвучный вопрос "Откуда?" так и остался висеть в воздухе. — "Хорошее помогает забыться плохому". Мой отец так сказал когда мне было девять после того как я впервые покаталась на фестрале, чтобы отвлечься от смерти мамы, – девушка вновь обернулась к магическому животному. Её мечтательный взгляд ни на секунду не изменился, словно не она сейчас рассказывала о смерти самого близкого человека. Не было ни печали, ни грусти в её словах. Нужно было заменить плохие воспоминания на хорошие. Отвлечь от не самой радостной новости. Это лучший способ извинений. Ему так и хотелось заорать " Ты Гений!". — Спасибо... – но, вместо этого он тихо прошептал слова благодарности, чтобы не разрушить атмосферу. Луна загадочно ему улыбнулась и больше ничего не говорила. *** Гермиона и Пэнси привычно сидели на Изучении Древних рун за одной партой и слушали учителя. — Есть какие-нибудь планы на выходные? – Паркинсон незаметно для глаза преподавателя начала разговор со своей девушкой. — В эти выходные я хотела съездить к родителям, – Гермиона виновато улыбнулась девушке, потому что собиралась оставить её и продолжила делать конспекты. — Уау, Гермиона Грейнджер не будет делать уроки, учиться, торчать в библиотеке или проводить время со своими друзьями Гриффиндорцами. Это хоть какое-то разнообразие. ОНА ВЫЙДЕТ В ЛЮДИ! – шёпотом проорала Паркинсон, будто это вселенское достижение. На что Грейнджер толкнула её локтем и фыркнула. — Ты не обижаешься? – обеспокоенно спросила Гермиона, резко сменив тему. — Нет, что ты. Я не обижаюсь, – Пэнси нежно улыбнулась ей и сплела их руки под партой. Гермиона также улыбнулась ей и мило покраснела, как нравилось Паркинсон. — Просто мне кажется, что тебе не особо интересны маглы, поэтому я и не приглашаю тебя, – осторожно рассказала причину вопроса девушка. — Герми, если дело касается твоих родителей, будь они даже нарглами я бы хотела с ними встретиться, – успокаивающе сказала Пэнси смотря в глаза возлюбленной с нежностью. — То есть ты не против поехать со мной? – с надеждой задала вопрос Гермиона. Если это действительно так, это значило искренность чувств Пэнси. Ведь раньше она мягко говоря недолюбливала маглов и маглорождённых. Похоже она и впрямь изменила отношения к "грязнокровкам". — Конечно! – чуть громче чем следовало сказала Слизеринка, тем самым привлекая внимание учителя. Но, баллы с неё не сняли, а просто сделали замечание. И на том спасибо. Было утро и Пэнси ждала Гермиону у главного входа в Хогвартс. Прошло два дня с того как они запланировали поездку. Оказавшись в магловском Лондоне, они решили доехать до дома родителей Гермионы на метро. Пэнси уже бывала в этой части Лондона, но на этом виде транспорта ещё не перемещалась. Ей было довольно интересно находится в этом необычном для неё месте. Она разглядывала проходящих мимо прохожих, само метро и вагоны проезжающие на большой скорости. Хоть она и сама не одевалась сильно по другому нежели маглы, всё же их одёжка была иной. Почти все ученики Хогвартса одеваются также, но в таком огромном количестве людей одетых в обычную одежду она не видела. В мантии несмотря ни на что ей было удобней и привычнее. — А как вы строите поезда под землёй? – с любопытством задавала вопрос чистокровная волшебница продолжая рассматривать своё окружение. — Это долгая история. Когда-нибудь мы поговорим о магловских технологиях и науках, – она понимала желание узнать побольше своей девушки, потому что сама чувствовала тоже самое, когда впервые оказалась в волшебном мире. — Теперь я даже сожалею, что не выбрала магловедение, – состроила расстроенную мордашку Пэнси. — Не думаю что тогда у тебя была хоть малейшая мысль, что тебе станет интересна жизнь "жалких маглов" – в той же манере как и говорила раньше сама Паркинсон, спародировала её Грейнджер. — Конечно, ты же пришла и перевернула мою жизнь с ног на голову, – притянула лицо Гриффиндорки и потёрлась носом как делал какой-нибудь щеночек. Девушки смеялись и могли не скрывать своих отношений, ведь тут их никто не знает. Никаких осуждающих волшебников, которые остались в прошлом веке, однокурсников, что не примут их или родственников не понимающих таких как они. Они могли быть самими собой и не прятаться. С горем пополам девушки доехали до места назначения. Они уже порядком замёрзли несмотря на то что они были в тёплых пальто, вязаных шапках, шарфах и перчатках. На Гермионе были чёрные джинсы, довольно тёплые как раз для зимы и бежевый свитер. А на Пэнси была бордовая водолазка, чёрная тоже тёплая, зимняя юбка и шерстяные такие же чёрные гетры. Молодые ведьмы позвонили в звонок с нетерпением ожидая домашнего уюта, которого долго не видели. Дверь им открыла Миссис Грейнджер, мило улыбаясь и приглашая внутрь. Гермиона уже предупредила родителей, что приедет не одна, а с подругой. О своих отношениях говорить она не спешила, да и Пэнси не настаивала. — Девочки, проходите, обед на столе, – Грейнджер давно не видевшая родителей сразу же бросилась их обнимать. – Мам, Пап, это Пэнси – моя подруга. Я вам говорила о ней, – уже усевшись за стол, познакомила родителей со своей "подругой". Паркинсон знала о своём статусе перед родителями Гермионы и просто вежливо поздоровалась. — Пэнси, ты ведь с Когтеврана, так? Я не знаю много про волшебный мир и школу Хогвартс, но как я полагаю это факультет на котором учатся самые умные ученики, – высказал свою догадку мужчина. А вот об этом Гермиона не говорила. Но, девушка не смутилась и как ни в чём не бывало согласилась с откровенной ложью. — Да. Распределяющая шляпа ещё хотела меня отправить на Слизерин, но остановила свой выбор на Когтевране, – решила не мелочиться и тоже приврала Паркинсон. — А, это тот расистский факультет, который принимает по чистоте крови? Наверное это из-за того что ты чистокровная. Да, Гермиона рассказывала об этом факультете. Немало зазнавшихся богатых детей учиться на этом вашем Слизерине. Мы наслышаны о не единождых оскорблениях в сторону как вы говорите маглорождённых от их стороны, – с неприкрытой неприязнью высказывала своё мнение о её родном факультете мать Гриффиндорки. Теперь было понятно почему она решила скрыть эту маленькую деталь, удивительно что она решила не утаивать её происхождениее. Но, Паркинсон совершенно спокойно отнеслась к такому отношения к Слизеринцам. Оно и было заслуженным. Сама девушка ни раз нелестно отзывалась о "грязнокровках". За это стало ужасно стыдно, хоть они и были детьми, это не оправдывало их поведение. Ведь даже год назад она могла обозвать свою же собственную девушку. Но, некоторые события заставили изменить мировоззрение чистокровной аристократки и её друзей. Но, не все Слизеринцы и чистокровные маги изменили своё отношение к маглорождённым... Обед продолжился и никто не заметил изменение настроения гостьи. Пэнси немного провалилась в думы после небольшого разговора с родителями Грейнджер. А в то время Гермиона увлечённо рассказала всё что произошло пока она не видела своих маму и папу, ведь праздники провела в доме 12 на площади Гриммо. Но из дум Паркинсон вывел заданный ей вопрос. — Пэнси, а кем ты собираешься стать после окончания школы? – поинтересовалась женщина. — Меня не то чтобы интересует политика, но я хотела бы заняться делами образования в Великобритании. А оно у нас не самое лучшее. И это работа явно не для учителя, а для члена Министерства Магии. Поэтому, да, я бы хотела работать в Министерстве, – пожала плечами Пэнси. Не то чтобы ей нравилась Амбридж, но то что она делала в какой-то мере она считала правильным. Конечно не все её поступки и нововведения, но некоторые действительно имели место быть среди правил школы. Они с Гермионой не обсуждали эту тему, поэтому это и для неё стало новостью. — Прямо как и Гермиона. Только ты хотела в другой отдел. Как там он назывался? – спросил у дочери Мистер Грейнджер. — Отдел регулирования магических популяций и контроля над ними. Это помогло бы мне заниматься защитой прав маглорождённых и домашних эльфов, – как выученный текст сказала девушка. На пятом курсе очень часто спрашивали о будущей профессии и Гермиона давно выбрала чем будет заниматься в будущем. — Домашних эльфов? Я слышала что ты организовала Г.А.В.Н.Э для защиты их прав, но я думала это временное увлечение, – Пэнси не знала что Грейнджер всерьёз собиралась заниматься этой "проблемой". Для неё домашние эльфы были чем-то обыденным и привычным. Она не видела в этом дискриминации и неравноправия. — Нет, меня действительно серьёзно беспокоит то что в магическом мире на законном уровне разрешается рабство, – Гермиона нахмурилась, она не ожидала что Пэнси как-то затронет эту тему и уж тем более не будет за неё. — Да, но никто ведь не против. Самим эльфам это приносит удовольствие. Они любят убираться и никогда не говорили ничего против хозяев. Если бы им не нравилось они бы не соглашались на такое с нашими предками, – Паркинсона недоумевала из-за чего так прицепилась к этим эльфам Гермиона. Казалось что она раздувала из мухи слона. — Это вам кажется что они не против, но они страдают. У них нет совершенно никаких прав, кому может такое нравится? – Грейнджер вскочила и ушла со стола. Гермиона никогда не любила, когда ущемляли права кого-либо. В такие моменты в ней включалась настоящая Гриффиндорка. Её задевало несогласие Пэнси. Даже её друзья уже не поддерживали эту идею, а теперь она узнает что ещё и её девушка другого мнения. Паркинсон тут же встала за Грейнджер и догнала её в комнате. Она застала девушку повёрнутой к окну, скрестившую руки перед грудью и нахмуренную. Медленно подойдя к ней, она осторожно развернула её к себе лицом. — Герми... Ты чего? – нежно спросила Пэнси подняв лицо девушки за подбородок. — Ничего, – она высвободилась из хватки и снова отвернулась к окну. — Ты что обиделась? Из-за каких-то эльфов? Да ладно, Герми, это же пустяк, – Паркинсон попыталась обхватить её плечи, но та сбросила её руки. — Конечно для тебя это пустяк, – слышалась злость в тоне обычно спокойной Грейнджер. — В каком смысле? – Пэнси тоже нахмурилась. Это ей не нравилось. — Я думала ты изменилась. Да, ты изменила отношение к грязнокровкам, но тебе также плевать на домашних эльфов, – она плотно сжала губы, пытаясь сдержать эмоции. — Да что ты прицепились к ним?! – а вот Паркинсон не собиралась сдерживать эмоции. Её уже конкретно раздражал этот разговор, да и эти долбанные ушастые создания. — Да тем что они служат в рабстве! Если Тёмный Лорд придёт к власти все маглорождённые окажутся в таком же положении. Об этом ты думала?! – тоже взвинчелась Гермиона, – Мы будем никем. Всех не чистокровных будут убивать, если на то пошло. Меня в первую очередь. А маглов возьмут в качестве рабов, если тоже не убьют. Все эти невесёлые мысли наконец произнеслись. Гермиона не раз думала о таком исходе событий и её это пугало. Был больше страх не за себя, а за родителей и остальных миллионах невиновных. Девушка не хотела пустого кровопролития, поэтому если они смогут выиграть эту войну, она хотела отвоевать права тех за кого никто уже давно не сражается. Пэнси молча подошла и обняла девушку. Та тут же заплакала в любимых объятиях. Пэнси со всей заботой, что у неё есть гладила её по волосам и спине, стараясь успокоить. Она и понятия не имела что Гермиона о таком беспокоится. Ей стало очень жаль свою девушку и захотелось защитить от всех бед земных, эту на первый взгляд сильную, но очень ранимую девушку. — Герми... Я всегда буду на твоей стороне. Защищай ты права эльфов, слизней или Крэбба и Гойла, они всё равно все равны по интеллекту, я буду за тебя, – на эту реплику Паркинсон, она даже через слёзы всё равно засмеялась. Пэнси приподняла лицо девушки и аккуратно стёрла дорожки слёз. — Ну вот, так то лучше. Пожалуйста не плачь. Ни за что и никогда не плачь, – Пэнси трепетно взглянула в немного припухшие глаза девушки, в которую влюбилась отчаянно и бесповоротно и поцеловала её в лоб. — Ты будешь на моей стороне всегда? – Паркинсон послушно кивнула, – Даже на войне? — Даже на войне... – тяжело вздохнув, ответила девушка. Они оба знали что это не правда, потому что некоторые вещи им не подвластны. Их судьбу невозможно было изменить и обе девушки это понимали. Пэнси обняла девушку, прижимая к груди, поставив подбородок на её макушку. Хотелось кричать от несправедливости судьбы, но сил хватало только чтобы притянуть любимого человека поближе. *** Все дни после 14 февраля Рон с Блейзом не разговаривали. Забини не особо хотел видеть Уизли после происшествий того дня. Раз тот не ценил его компании, то он не желал больше продолжать такую дружбу. Да и было банально обидно. Мулат просто напросто устал от вечной френдзоны, он как и любой нормальный человек хотел чего-то большего. Всё это время на все предложения погулять Рона, он отвечал что занят или придумывал ещё какую-нибудь отговорку. Гриффиндорец понимал что друг на что-то обижен, но именно в такие моменты включалось его упрямство, поэтому он не стал пытаться узнать причину обиды. Он не собирался бегать за ним, если тот не хочет общаться и уж тем более разузнавать в чём же он провинился, а о том что бы за это ещё прощение просить и речи идти не могло. Вместо этого он решил забить болт на проблему и найти альтернативу в лице старого доброго лучшего друга Гарри Поттера. На протяжении этой недели и нескольких дней Рон таскался с Избранным. Но, это не было как в былые времена. Во-первых, всю неделю Гарри был какой-то пришибленный. Вечно задуманный и словно не в этой галактике вообще витает. Из мыслей друга вызволить было задачей не из лёгких, но даже когда удавалось это было не то. Это и есть то самое во-вторых. Это не Блейз. У Забини был свой стиль юмора, свой шарм и харизма. С ним никто не мог сравниться, даже лучший друг с которым Уизли прошёл через много радостей и невзгод. С Блейзом Рону было по особому уютно, как не было ни с кем другим. Блейз был незаменимым для Рона и это сейчас он даже сам мог признать. Но, только себе, а вот сказать об этом самому Блейзу он никогда не сможет... Сегодня рыжий в конец задолбался. Этим утром, пришёл конец его терпению. Гермиона на выходные уехала к родителям, Гарри наотрез отказывается контактировать с внешним миром и собирается весь день пролежать в кровати. Парень ужасно соскучился по компании Слизеринца и не мог уже не поговорить. Он дал знать Забини о потребности в разговоре и тот на удивление сразу же согласился встретиться. А собирались они поговорить по душам во время обеда в одном из заброшенных классов на четвёртом этаже. Блейз и сам подустал дуться на Рона, поэтому не отказал в просьбе о встрече. Рон пришёл первый и пару минут прождал парня. Как только тот зашёл, Уизли задал вопрос в лоб. — Забини, какого хрена? – опираясь на одну из парт спрашивал веснушчатый. — Не думал что ты такой пунктуальный и станешь бесится из-за маленького опоздания, – саркастично ответил брюнет. — Я не об этом. Ты игнорируешь меня, – констатировал факт парень. — Я был занят, – ни один мускул не дёрнулся на лице Забини, он был совершенно невозмутим. — Больше недели? И ни одного свободного дня? – казалось будто друг ни во что не ставит этот разговор, что выводило из себя рыжего. — Не понимаю тебя, – Блейз старался показать себя максимально равнодушным. Но, кто бы знал насколько трудно это ему даётся. Надоело держать всё в себе. Все эмоции, чувства... — Ты знаешь о чём речь. Не веди себя как жёнушка истеричка обижающаяся на непутёвого мужа на фиг пойми что. Так знай, я не собираюсь как какой-то подкаблучник выпытывать прощение за то о чём я даже понятия не имею, – на эмоциях ляпнул совершенно не то что он хотел сказать. Ну вот, он как всегда нёс полный бред, вместо того чтобы нормально извиниться и наладить отношения с человеком. Когда-нибудь его же собственная гордыня и глупость погубят его. Он ведь не ради этого пришёл сюда, но как обычно сделал какую-то хрень. — Да, ты очень точно описал. Лучшего описание для тебя я бы и не нашёл. Среднестатистический мужик, можно даже сказать мужлан, сексист, расист и наверное ещё и гомофоб, – сказать что Блейз был оскорблён, это ничего не сказать. Упрямство у него тоже не отнять, поэтому и он не хотел отступать. На кону стояла его честь. Из-за этого он также едко отвечал на колкость. — Что за чушь ты несёшь? – понимая свою оплошность, не знал что больше сказать парень. Как же иногда хотелось иметь машину времени чтобы исправить всё что наделал. Стоп, она же у них была. "Чёрт, вот бы сейчас маховик времени" промелькнула мысль в рыжей голове. — Правду. Потому что ты беспечный и бессердечный придурок, который плевал на чьи-то чувства, – а вот тут Рон действительно не понял о чём мулат. И поняв это по его выражению лица, парень решил объяснить горе-возлюбленному. — А то что ты только вчера чуть ли не готов был жениться на этом "Тайном Поклоннике" даже понятия не имея кто это. Я уж думал что ты реально полезешь вешается на шею Крэбба, – кстати, об этом. Это не давало покоя Блейзу. Он стопроцентно знал что это не Винсент по уши влюблён в Уизли и он уже почти нашёл настоящего Ромео. По крайней мере сейчас все догадки ведут к одному человеку. — К чему это? – парень не видел связи между словами друга и откровенно не понимал сути разговора. — А к тому что ты или не блещешь интеллектом, или бесчувственная тварь пренебрегающая чужими чувствами, а это знаешь ли не очень благородно. Разве вы Гриффы можете так поступать? Я не знаю к чему больше склоняюсь. Ты совершенно не видишь внимания человека, который всегда был рядом с тобой и постоянно присутствовал. Неужели ты не замечаешь? – мулат не знал как уже намекать, парень всё равно не видел очевидного. Или делал вид что не видел... — Не говори загадками, Забини, – оба парня были накалены, эмоции сейчас застилали весь здравый смысл. Сдерживать бурю внутри обоим давалось с трудом, даже при этом они периодически срываются друг на друга. — Я! Я этот человек. Ты мне нравишься, чёртов идиот, – парень будто и сам не понял как это вырвалось у него из уст. Он зажмурился, пытаясь не смотреть на свой предмет воздыханий. С другой стороны словно груз с плеч. Вот. Он это сказал. Блейз ни раз представлял этот момент, в какой-то мере готовился, но он никогда бы не подумал что всё будет именно так. Парень боялся смотреть на Уизли и видеть его реакцию. И не зря. Рон был нахмурен и как-то странно смотрел на Забини. Блейз конечно это расценил как злость, осуждение, разочарование или любые другие негативные эмоции. Его словно опустошили полностью и дали пощёчину. Он не мог видеть таким человека, в которого не первый день влюблён. Было больно. Это было ещё более паршиво, чем он смотрел бы как Рон с кем-то встречается. Ведь в этом случае он знает, что его бы не выбрали ни в каком раскладе. Блейз там же вынес себе приговор и отчаялся в каком-либо шансе. В глазах парня умерла надежда и он не видя смысла стоять дальше, просто ушёл. А Рон стоял как вкопанный и не мог никак его остановить, смотря на то как он уходит. На самом деле Уизли просто был в шоке и у него активно шли мыслительные процессы. Он осмысливал всё сказанное Блейзом, не в силах ему хоть как-то ответить. Но, парень это понял не так и сделал свои выводы... Только когда дверь закрылась Уизли понял насколько он идиот, как и говорил Забини. Как он мог не замечать чувств друга? Возможно он и подозревал, но только на подкорке сознания. Или просто не хотел в это верить. Скорее второе, чем первое, потому что даже Рон не настолько тугодум. Он не хотел признавать себе, что в него влюблён парень и это может быть взаимно... Слишком упрям был парень, чтобы даже себе сознаться в том что он неровно дышит к этому необыкновенному мулату. Слишком был он гордый чтобы извиниться и из-за этого вновь повторялась ситуация. Он и так однажды чуть не лишился друга из-за своей гордыни, так и теперь наступает на те же грабли. В прошлом году слишком много времени он потерял будучи в ссоре с Гарри. А ведь он мог нормально поговорить с другом и понять его. Но, вместо этого он устроил ему бойкот. И сейчас он снова совершает ту же ошибку. Блейз по настоящему был ему дорог и он ни за что не хотел терять такого друга. Хотя бы друга... *** Две недели. Столько времени Гарри решил дать Драко. За этот срок Поттер успел себя так извести. Чувство вины чугунным грузом давило на грудную клетку, не давая вздохнуть полной грудью. Каждую секунду хотелось броситься просить прощения у Малфоя, но головой он понимал что тогда он бы его не простил. И это было верным решением дать парню остыть и время на обдумывание ситуации. Драко тоже жилось не особо спокойно эти дни. Постоянно были мысли по типу: "А что если, это она его поцеловала, а не он её?", "А что если это и вправду ничего не значит для него?", "Да и какая ему выгода от этого?". Поттер не похож был на человека, который стал бы делать что-то подобное. Будь то ради забавы или выгоды. Он как никак весь из себя порядочный и бескорыстный. Гарри был самым настоящим Гриффиндорцем с горящим сердцем, готовым на подвиги и геройства. Он не поступил бы так ни с кем. Не сказать конечно что Драко хорошо знает характер мальчика, который выжил. По крайней мере он думал что знает, но Гарри открылся для него совершенно с другой стороны. Поэтому сейчас нельзя было сказать однозначно знает ли он Гарри Поттера, героя и спасителя Волшебной Британии, но он определённо хорошо познакомился с Гарри, обычным парнем, который хочет человеческого счастья. Поразмыслить время у него было и зря он его не терял. И думая над всем этим, аристократ понимал что уже давно простил этого шрамоголового очкарика. Первую неделю он и вправду обижался, а вторую неделю уже начал прощать. Этому способствовали и маленькие послание что Гарри отправлял всё это время. Это действительно смягчило Драко. Это были извинения в виде писем, рисуночков, стихов и других плюшек. Не много, чтобы не надоедать. К сожалению доверие подорвалось, но хотелось надеется что Поттер его восстановит. Малфой верил в искренность чувств Поттера, но на вере далеко не уедешь, нужны были доказательства и подтверждения. По прошествии безмолвного срока Гарри с богом, отправил предложение встретиться Драко. И к счастью, он согласился. Оба парня ждали с нетерпением встречи. А была она на поле для Квиддича в 7 утра. А это, к слову когда солнце только-только взошло на небосвод. На дворе стояло начало марта, снег ещё не успел особо растаять и вся зелень ещё не расцвела. Но, на улице заметно потеплело, что можно было стоять на улице без теплой мантии и не отморозить себе ничего. Нежные лучи весеннего солнца освещали путь двум влюблённым к друг другу. Дул лёгкий, тёплый ветерок, небо окрасилось в оранжевые, розоватые цвета плавно перетекающие в фиолетовый и еле виднеющееся звёздное небо. Шёл молодой волшебник с угольно чёрными волосами в вечном беспорядке, которые трепал мартовский ветер. Дойдя до середины поля, Гарри осмелился обернуться и увидел вдалеке идущую фигуру. Сердце бешено застучало в нетерпении. – Привет, – неловко поздоровался блондин. Они не разговаривали после ссоры. — Привет, – не менее смущённо ответил парень, потрепав волосы на затылке. — Для чего ты меня позвал сюда? – выделив последнее слово поинтересовался Слизеринец. — Акцио, Молния, – не стал долго интриговать, а решил сразу перейти к делу Поттер. Малфой повторил манипуляции и уже с метлой в руках посмотрел на парня подняв бровь. — Полетаем на мётлах? Серьёзно? Я то ожидал какой-нибудь грандиозный сюрприз в виде какого-то стола со светским завтраком, – усмехнулся Драко. Нет, он не был разочарован, но подстебнуть нужно было. У Гарри было лицо, что выражало "Упс". — Ладно, расслабься. Я предвидел это и взял с собой кое-что, – он вытащил из кармана золотистый шарик, – мой первый снитч. Он для меня много значит. Моя первая победа. Как ты знаешь я очень хотел раньше хоть в чём-то тебя превзойти. Поэтому для маленького Драко, это была большая победа. Я хотел его подарить тебе в тот день. — Да, кстати о твоём подарке... Ты его не взял и мы с Роном сами съели весь шоколад, – виновато улыбнулся Поттер, – Но, вырезка всё ещё у меня. Хочешь, могу принести потом? — Не переживай, – по доброму посмеялся парень, – Лучше приступим к делу, – с вызовом сказал он. — Давай, чтобы было интересней играть, заключим сделку. Если я выиграю, ты дашь мне второй шанс, – заговорщицки начал Гарри. — А если я выиграю? – заинтересованно спросил Драко, скрестив руки. — Сделаю что хочешь, – призывно развёл руки в стороны юноша. — Идёт, – с азартом согласился Малфой. — Сыграем? – ухмыльнулся Гарри и подбросил мячик. И игра началась. Мётлы взмыли вверх, мчась на огромной скорости чтобы поймать золотой мячик с крыльями. Зимой особо не полетаешь на метле, поэтому сейчас ребята впервые летали за эту весну. Адреналин бурлил в крови, ветер дул в лицо с большой силой, но это не мешало, а наоборот придавало азарта. Это чувство свободы, когда ты летишь как бескрайняя птица. Ощущение что тебя никто и никогда не догонит, что ты обгоняешь самого дьявола. Пролетая над опушками деревьев, практически задевая поверхность воды, летая наравне с птицами можно забыть о всех проблемах. В этот момент тебя ничего не заботит, только ты, метла и природа. Драко несколько раз упускал из виду снитч и сейчас снова его заметив, полетел в его сторону. В поле зрения попался Поттер на своей метле, направляющийся туда же. Малфой ускорился так будто от этого зависит его жизнь. Они с Гарри сравнялись и летели бок о бок. Драко смог позволить себе только короткий взгляд на соперника. Он уже и не помнил на что они играли, приз был совершенно не важен, процесс был важнее. Парни выжимали все силы из деревяшек, гоняя на полной скорости. Но, внезапно золотое пятнышко резко изменило траекторию и скрылось из виду молодых людей. Оба ловца опешили и просто повисли в воздухе. В одно мгновение Гарри ухмыльнулся, но Драко этого не заметил. Иронично, но близорукий очкарик первым заметил снитч. Малфой конечно не стоял на месте и летал в поисках цели игры. Летел он довольно быстро, но Поттер бесшумно подлетел сзади и обогнал. Парень расслабленно лавировал на метле и ловко перевернулся вверх тормашками, зависая вниз головой. Драко даже не понял что случилось. Внезапно перед ним очутился Гарри и их лица оказались так близко. Сердце пропустило удар, хоть это было всего лишь одно мгновение, для обоих это длилось вечность. Словно вокруг всё исчезло и в мире остались только два влюблённых сердца. Казалось что время и пространство замерло в этот волшебный момент. Момент когда оба парня поняли как же они соскучились за это время. Прошло всего две недели, а они будто не виделись бесконечность. Так хотелось поцеловать мягкие губы и почувствовать знакомый вкус, зарытся в шелковистые волосы и вдохнуть родной запах. Как. Между ними как из воздуха образовался золотистый шарик и Поттер его поймал, улетев в другую сторону. Челюсть Малфоя могла бы достигнуть пола, даже учитывая что он сейчас на уровне птичьего полёта. А Поттер гадёныш был довольный как Чеширский Кот. — Я выиграл! – радостно воскликнул парень, как маленький ребёнок победивший в конкурсе. Они опустились на землю, чтобы нормально поговорить, а не пытаться орать друг другу на расстоянии. Как только ноги коснулись земли хотелось тут же улечься на том же месте. Оба парня вымотались. — Что ж, ты выиграл. Поздравляю, – Драко подошёл к Гарри. — А как же мой приз? – в предвкушении спросил брюнет. — Я подумаю, – лукаво отходил от ответа Малфой. Он бы всё равно дал второй шанс Поттеру, но можно же потянуть удовольствие. — Драко, ты правда хочешь закончить всё? И оставить всё что было? Не оставляя шанса на то что будет? – на полном серьёзе говорил парень. Он взял руку Драко в свою и с надеждой заглянул в серые глаза. — Нет, – всё озорство спало на нет. Малфой ни за что не хотел терять Поттера. Не сейчас. Когда столько всего было. Вражда, дружба, отношения... — Как я могу отказать тебе, Поттер? – Драко обвил руками шею Гарри и обнял. Как им двоим этого не хватало. Говорят истинный показатель любви это не когда ты хочешь поцеловать человека, а просто обнять. В одну секунду Гарри показалось что Драко злобно оскалится и откажет ему, мстя за первый курс. Он так испугался, но это была даже не секунда, а один миг. В этот миг его воображение сыграло злую шутку с ним. Похоже, он действительно мало спал эти несколько дней. Да, у них были не самые обычные отношения и не самые лёгкие. Они были такими разными, но одновременно такими похожими и всё равно в конце идеально дополняющими друг друга.