Какого хрена?!

После разговора с Роном, Блейз решил разобраться с оставшейся проблемой. Попав в гостиную в тёмно-зелёных тонах, Забини уверенно направился в комнату одного человека. Он чуть ли не с ноги открыл дверь и "очень вежливо" попросил его соседей покинуть спальню. — Что ж, Нотт, я бы хотел с тобой кое о чём поговорить, – это была не ухмылка, а больше походило на оскал. Блейз медленно подходил к парню, который явно не ожидал гостей, но и тот не растерялся. — С радостью, Забини. Например о том что Малфой потерял хватку и подстилается под Поттера? Или про то что сердцееду Забини никак не даёт другой Гриффиндорец? Я бы честно говоря поговорил о двух самых желанных девушках с враждующих факультетов, которые предпочли друг друга, – едко ответил Нотт ни чуть не боясь за своё здоровье. А стоило бы. Но и Блейз не промах и таким его не взять. — А может о том что ты "Тайно" пускаешь слюни на одного из представителей рыжих "Предателей крови", – сымитировал манеру речи Теодора и его омерзение на семью Уизли, – Не знал что ты так хорошо рисуешь, – Забини вытащил рисунок и показательно восхитился "скрытым талантом" парня. — Посмотри, как хорошо передан цвет его волос, как детально нарисованы веснушки. Видимо, ты немало "изучал" модель раз так похоже получилось. А эти губы, ох, – театральности мулата многие профессионалы позавидовали бы, – Те самые губы, чей вкус ты никогда не познаешь. Эх, как жаль. Такая грустная история тайной влюбленности, которая не станет взаимной ни при каких обстоятельствах. — Что, рассказываешь свою историю неудачной любви? Не стоит я её довольно хорошо знаю. А зачем ты мне показываешь свой рисунок, понятие не имею, – хоть по началу Тео и был в шоке и не знал что делать, он взял себя в руки и решил пойти в наступление. Казалось он был совершенно невозмутимым. — Поверь, ты можешь водить за нос хоть всю школу, но меня не проведешь. Думал никто не заметит как ты тайком смотришь на него, как напускно ненавидишь и презираешь. Или как ты рисуешь иногда на уроке, пока учитель читает лекцию. А вот я вижу и тому есть прекрасное доказательство, – Блейз показал Тео его же собственную тетрадь, в которой он обычно рисует. И любой его однокурсник мог подтвердить что это его тетрадь. Почти все видели её, но максимум что они могли увидеть это как он рисует деревья или животных. И то не многим удавалось увидеть хоть один рисунок Нотта, потому что тот очень тщательно скрывал их. Но, похоже, не так уж и хорошо. Челюсть Слизеринца отвисла сама собой и он не знал что ответить на это. — Не стоит так надрываться, чтобы сбить меня и моих друзей с вершины иерархической пирамиды. Помнишь же да, что это мы герои Слизерина что раскрыли Гриффиндорцев? А не какой-то мальчик, что об этом сообщил, – процитировал Амбридж, которая так прокомментировала поступок Нотта, – И кому же интересно поверят, тебе или мне? Забавно будет посмотреть на эту потеху, когда все в Хогвартсе узнают о том как ты писал письма, дарил автопортреты ручной работы, тому кого ненавидел так сильно. Или хотел показать что ненавидишь. Не трудно будет догадаться что всё это время это была симпатия. Будет так весело когда Рон Уизли это подтвердит, а Крэбб будет свидетелем. Как думаешь чью сторону выберет Крэбб? Мою? Или твою? Теодор понимал что у него нет больше преимуществ перед Серебряным Трио. Они не только знают, но и имеют возможность превратить его репутацию в пух и прах. Он оказался загнанным в угол. Больше невозможно было держать планку обороны и пришлось сдаться. — Откуда ты это знаешь? – отчаялся Нотт. — Знаешь почему я сказал что тебе никогда не удастся быть с ним? Не из-за того что у тебя нет шансов, а из-за того что... Он мой парень, – последнее прошептал в самое ухо Нотту Забини. У того округлились глаза и он как рыба выброшенная на берег, открывал и закрывал рот, не в силах что-то сказать. А Блейз почувствовав вкус победы во рту, ухмыльнулся и ушёл из этой комнаты, оставив владельца переварить сказанное. *** Близился экзамен СОВ, который нужно сдавать всем ученикам в конце пятого курса по всем изучаемым предметам. Много пятикурсников настолько нервничают и много готовятся, что часты случаи когда ученики не справляются с нагрузкой и падают в обморок. Обычно в конце года посещаемость Больничного Крыла увеличивается в разы. Подростки судорожно пытаются впихнуть в головы знания, которые должны были учить в течение пяти лет обучения. Особенно после пасхальных каникул все встрепенулись и начали готовиться. А есть и такие как Гермиона, которые готовились уже с летних каникул четвертого курса. Гарри и Рон считали что ей уж точно не нужно так переживать, а вот им бы стоило. Так как свои отношения от друзей скрывать стало совсем бессмысленно, все три парочки были раскрыты. Это сподвигло ребят попытаться дружить всем вместе. По началу это было необычно, проводить время в компании шести человек. Ещё сложней общение сделало, трудность скрываться. Вдвоём укрыться где-нибудь где их не увидят трудности не составляло. А вот компашку из шестерых спрятать почти невозможно. Но, ребята и из этой сложной ситуации нашли выход. В этот период в библиотеке крайне много людей, некоторые практически поселились в библиотеке и они даже по одиночке не стали бы тусоваться там. А потому они брали книги с собой и собирались в чьей-то комнате. Обычно это были комнаты девочек. Например как сегодня, они собрались в комнате Пэнси. И как же проходили все эти махинации? Для начала сами Слизеринцы собирались в комнате подруги. А потом под Мантией-невидимкой незаметно проходили Гриффиндорцы. Конечно, не все сразу, так как мантия не резиновая, они все вместе тупо не помещаются. Гарри и Гермиона проходили первыми, а позже кто-то из Серебряного Трио возвращался и передавал Рону, после чего вновь шли к комнате уже вместе. Таким образом они собирались раз в неделю, на выходных чередуя, сначала у Гриффиндорцев, а потом у Слизеринцев. В другое время ребята или готовились сами, или со своей второй половинкой. И даже при всём при этом Гермиона не забывала помогать своим лучшим друзьям. С Пэнси просто было легче повторять материал. Ведь не приходилось ей объяснять, она и так всё знала. С ней они просто прогоняли материал действительно повторяя, а потом проверяли друг друга задавая вопросы или давая задания. Порой Паркинсон приходила к девушке просто чтобы почитать сидя рядом. Они не разговаривали, не делали что-либо, просто сидели вместе и каждая читала что-то своё. Дело в том что это было уютнее и не так одиноко себя чувствуешь, значит ты расслабляешься и нервничаешь меньше. Но, благо у неё было время заниматься со своей девушкой, ведь её друзей подтягивали их собственные парни. И Блейз, и Драко учатся довольно хорошо и объясняют не хуже Грейнджер. Единственная проблема, парни почему-то отвлекались больше когда были наедине, нежели девушки. Гермиона и Пэнси занимаясь вместе, действительно учились. А Гарри занимаясь с Драко часто отвлекался на него и прослушивал что тот говорит. Иногда Малфой не замечал, но если замечал ругался похлеще Гермионы. Блейз же учась с Роном не мог сосредоточиться на предмете который они повторяют, залипая на Гриффиндорца. Но, через неделю-две таких никакущих занятий, парни взяли себя в руки, ещё более серьёзно относясь к учёбе. Так, за это время Гарри и Рон смело могли сказать что оценку У — Удовлетворительно они точно получат по всем предметам. Но, занятия в такой огромной компании особой практической пользой похвастаться не могли. Они больше спускали пар накопившийся за трудную неделю и расслабляли мозг. Иногда, немного отвлечься от учёбы, помогает этой же учёбе. Ведь зацикливаясь на одном и том же, думая об этом постоянно, голова превращается в раздутый шар, что лопнет в любой момент. Часто, в таком составе они развлекались, а не повторяли конспекты. На удивление они хорошо поладили, несмотря на пять лет вражды. Общались они легко и на данный момент без каких либо конфликтов. Единственное над чем они спорили было только, что вкуснее тыквенный сок или черничный пирог. Иногда от повторения сущности оборотней и анимагов, доходило до игры в "Крокодил". А обсуждая Первую магическую войну, они могут устроить своё поле боя и начать стрельбу бумажками. В общем всё, кроме учёбы. Наверное только в первый раз когда они так собрались, он и вправду учились. Но, не разу после. Так и прошли два месяца жизни этой шестёрки, до экзаменов. *** Сегодня был день X, день сдачи экзамена. Все ученики нервничали и были на иголках. Ну, разве кроме безответственных, которым наплевать на свои оценки. Сегодня будет первый экзамен из нескольких, некоторые которых являются практическими. Первый экзамен всегда самый сложный и самый страшный. Пожелав друг другу удачи, ребята зашли в Большой Зал. И так несколько дней, пока последний экзамен не был сдан. Сказать что они устали, ничего не сказать. Желание доучивать школу улетучивалась со скоростью света. Но, возможно оно пропадёт после оглашения результатов. А их могут объявить как и прямо после сдачи, как и несколько месяцев после. Поэтому оставалось лишь ждать. Гарри как выжатый лимон вышел из помещения, рассматривая друзей среди толпы. Они немного поговорили делясь впечатлениями. Гарри хотел после экзамена найти Драко и спросить как он. Только он собирался сообщить об этом друзьям, как почувствовал сильную боль в шраме. В ушах начало звенеть и всё перед глазами помутнело. Поттер не удержался на ногах и осел на пол. Он увидел Сириуса, связанного в Отделе Тайн, который он уже видел ранее. Его пытали и собирались убить. Как только Гарри более-менее пришёл в сознание, рванул с места. Друзья тут же побежали за ним, не переставая задавать вопросы. Во время бега Избранный рассказал всё что видел и то что он хочет сделать. Они добрались до кабинета Долорес Амбридж и проникли внутрь. — Ты собираешься попасть в Министерство? – обеспокоено спросил Рон. — Да. Вы оставайтесь тут, так будет безопаснее, – Гарри уже набирал в ладонь летучего пороха. — Нет, ни в коем случае. Мы с тобой, – непоколебимо сказала Гермиона. Она не собиралась отпускать друга на верную смерть. Не одного, уж точно. — Гермиона, не стоит. Это опасно, – Поттер уже было ступил в камин, но Грейнджер его остановила, хватая за локоть. — В том то и дело, Гарри, это опасно. Пойми же ты уже, мы всегда с тобой, – в этот момент дверь распахнулась и на них направляла палочку владелица кабинета. — Попались! – поймав злоумышленников восторжествовала помощник Министра. А её подопечные поймали Полумну, Невилла и Джинни, которые пришли на помощь. Блейз держал Рона, Пэнси держала Гермиону, а Драко схватил Луну, а Невилла и Джинни держали Винсент и Грегори. Амбридж задавала вопросы Поттеру, на которые Гарри упрямо не отвечал. Пришел Снейп и сказал что Сывороток правды больше не осталось, на что Амбридж решила по-другому заставить его говорить. — Думаю заклинание Круциатус развяжет вам язык, – она уже направила палочку на юношу, но Гермиона не позволила ей сделать это призывая к здравому смыслу. — Нет! Это незаконно, – возмутилась девушка, в страхе за друга. — То что Корнелиус не увидит, то Корнелиусу не навредит, – она символически опустила его фотографию лицом вниз. Она уже собиралась произнести заклинание, а Гермиона готова была тут же выкрикнуть то что только что пришло ей в голову, но палочка вылетела из рук женщины. Это был Экспеллиармус Драко. Он не медля применяет заклинание Соппоро и грубо говоря вырубает Амбридж. Слизеринцы шокировано смотрят на Малфоя, но в следующую же секунду теряют сознание. Это в дело вступили Гермиона, Блейз, Рон и Пэнси. — Бегите, живо! Это заклинание очень слабое и действует всего ничего, скоро она очнётся. Поэтому поспешите! – Драко наложил ещё одно на Амбридж и на остальных на всякий случай. Остальные члены ОД тоже приходят в себя и поочерёдно перемещаются через камин. Последним заходит в камин Гарри и вопрошающе смотрит на Слизеринцев. — Мы останемся тут, а вы идите. Мы лучше с этими разберёмся, – Пэнси указала на несколько тел без сознания и усмехнулась. — Мы всё уладим, не беспокойтесь, – успокоил своей уверенностью Забини. Гарри теперь было более спокойно на душе уходить, но напоследок он взглянул на Малфоя. — Будь осторожен... – единственное что сказал Драко. Но, этого было сполна достаточно и именно это хотел услышать Гарри. И он растворился в зелёных языках пламени. После ухода Национального героя, Пэнси осталась приглядеть за Амбридж, а Блейз и Драко пошли разбираться с теми оболтусами. Они левитировали их тушки в тот коридор, где они поймали остальных. Когда те очнулись, они сказали что тут была борьба и их всех вырубили, а их цель сбежала. Не удивительно, что они без труда поверили им. Отправив их обратно в гостиную, парни вернулись в кабинет нового директора. Когда Амбридж очнулась, заставить её поверить было сложнее. Но, Серебряное Трио не пальцем деланные, поэтому тут они включили весь свой шарм. Малфой сказал ей что это Луна которую он держал, выхватив его руку обезоружила Амбридж и наложила заклинание на неё. Она не сразу поверила, но во-первых Драко мастер своего дела, во-вторых это походило на правду и было опять же убедительно, в-третьих Полумна тоже блондинка, поэтому это был обман зрения. Паркинсон объяснила ей что, задержанные сбежали и что она знает куда. Они завели её в Запретный Лес. Золотое Трио рассказывало им о Гроххе, поэтому они рассчитывали на него. Ребята уже довольно долго блуждали по лесу надеясь наткнуться на великана. Но, не найдя они судорожно пытаются придумать другой план. Амбридж сама уже заподозрила о лжи, поэтому снова начинает задавать вопросы. Поняв что её обманывают, она начала угрожать им. Она хотела применить заклятие Круциатус, заклятие приносящее самую ужасную и невыносимую адскую боль. Она хотела их пытать. Но, в один момент послышался топот копыт. Это были кентавры. Они были недовольны вмешательством Министерства в дела Хогвартса не меньше чем ученики и учителя. Потому что они отбирали и у них права тоже. Один из кентавров выпустил стрелу в Амбридж, на что она бросила в него Инкарцеро и он начал задыхаться. Ребята подбежали к кентавру и в несколько взмахов палочкой освободили его. — Да как вы смеете? – она попыталась применить ещё какое-то заклинание на них, но не успела. Грохх появившийся вовремя схватил ее за пазуху. Кентавры подумав что он ей помогает сбежать, напали и на него. Великан понял что это игрушка какая-то слишком опасная, поэтому бросил её обратно на землю. Откуда её забрали кентавры. — Малфой, сделайте что-нибудь. Скажите что я их не обижу, – цепляясь за последний шанс, просила Амбридж. — Извините, профессор. Я не должен лгать, – вернул её же собственные слова Драко. Он знал о той ситуации с Гарри, тот ему рассказывал. Поэтому сейчас он отомстил за своего парня. *** В Отделе Тайн произошли все основные события. Пророчество, Пожиратели Смерти, Орден Феникса, смерть Сириуса, битва Дамблдора и Волан-де-Морта. По видимому, миссию по добыче пророчества возглавляли Люциус Малфой и Беллатриса Лестрейндж. Каждый раз смотря им в глаза, Гарри казалось что они знают, знают всё. Будто после этого заклятья он скажет "Думал, я не знаю о вас с Драко?". И Тёмный Лорд тоже это знает и в любую секунду это могли использовать против него. Страшно больше не за себя, а за Драко. Ведь кто знает на что способен Люциус и что он может сделать со своим собственным сыном? Может ли он отдать его в руки Волан-де-Морта или будет ли самолично шантажировать на горизонте? Неизвестно. Из-за того что Гарри смог передать Снейпу что Сириус в опасности, прибыл и Орден Феникса. В свои пятнадцать-шестнадцать им приходится сражаться против профессиональных убийц только что вышедших из Азкабана, находясь в пекле схватки. В разные стороны летели самые опасные и смертоносные заклинания, в том числе и Непростительные. Но, было не так страшно осознавая что рядом, тот кто не даст тебя в обиду. Гарри бился бок о бок со своим крёстным. Они с Сириусом прикрывали друг другу спины и работали как тандем. Но, не всегда Гарри может прикрыть его. Только что Сириус улыбался ему, после очередного хорошо отбитого заклинания. И вот улыбка исчезает, а сам Блэк испаряется в дыму таинственной арки. Секунду назад у Гарри была семья, родной человек. Прошла эта секунда и больше у него никого нет. Весь мир смерк, звуки пропали, краски исчезли и всё рухнуло. Гарри кричит надрывая горло, не слыша ничего. Он бьётся в агонии и пытается вырваться из рук Люпина. Он испытывает боль прожигающую всё внутри. Будто все внутренности сожгло насквозь. Как магма растекаясь по всему телу, не оставляя после себя ничего, лишь застывший камень после остывания. Но, сейчас она не остыла и он хотел причинить такую же горючую боль, что приходится испытывать ему. Он хотел отомстить, отомстить Беллатрисе, которая отобрала его самого близкого человека. В Поттере бушевали эмоции, он действовал чувствами. Догнав ведьму, он использовал Круциатус будучи в ярости. Он был зол, он ненавидел её, он ненавидел Малфоя старшего, ненавидел себя за то что повёлся, ненавидел Сириуса за то что оставил его. Из-за него погиб Седрик, погиб Сириус. Гарри не понимал чем он лучше Тёмного Лорда. От них обоих гибнут люди, портятся жизни. Так чем же Гарри лучше него и чем заслуживает жить? Если те кто этого достоин больше, гибнут. Чем так ценна жизнь именно Гарри Поттера? После схватки двух лучших волшебников столетия, Волан-де-Морт вновь попытался проникнуть в сознание Гарри. И ему удалось, но впервые у Гарри получилось дать ему отпор. Потому что он вспомнил, он понял, что у него есть то чего нет у Волан-де-Морта. Любовь и дружба. И это дало ему смысл сражаться дальше. Для тех кто погиб, тех кто жив и тех у кого жизнь ещё впереди. Это дало желание Гарри надеяться дальше и продолжать борьбу. *** Вернувшись в Хогвартс участники битвы все валились с ног. Глаза слипались и уже закрывались сами. Еле дойдя до Больничного Крыла, все ребята там же и уснули. Но, среди ночи Рон внезапно проснулся. Самочувствие заметно улучшилось и спать расхотелось. Это как никак последний день учёбы, поэтому Уизли решил прогуляться. Похоже, сейчас все были на ужине. Наверняка устроили пир в честь окончания учёбы. Рону стало интересно как дела у Слизеринцев, поэтому он направился в подземелья. Никакого определённого плана у него не было, он толком и не соображал то что делает. И тут на встречу к нему идёт Забини. Но, мулат его не видел, потому что копошился в сумке. Рон тормозит его перед тем как тот мог бы в него врезаться. А тот пёр прямо на него, поэтому остановился в нескольких сантиметрах. Увидев Уизли, Блейз не церемонясь накинулся на него с объятьями. Рон запаниковал, что их могут увидеть, но все были на ужине, из-за чего в коридорах ни души. — Я как раз шёл в Больничное Крыло. До этого нас не впускали, поэтому я решил ещё раз попробовать сейчас. Я пытался запихнуть последние микстуры в сумку, из-за этого не заметил, – отдал отчёт Блейз. — А я наоборот шёл к тебе. Хотел узнать как ты, – тепло улыбнулся рыжий. — Как я? Лучше скажи, как ты? Но, для начала найдём место побезопаснее, – Забини начал оглядываться прикидывая в голове куда бы сходить. — Давай в мою комнату. У меня же она отдельная, поэтому никто нас не тронет. — А как я пройду туда незамеченным? Стопроцентно не все ученики на пире. Кто-то да остался в спальне. — Понадеемся что нет и поспешим, потому что скоро ужин закончится и ты туда вообще не попадёшь, – Уизли схватил парня за руку и побежал весело смеясь. В гостиной действительно никого не было. Парни только облегчённо выдохнули, как по пути в комнату Рона наткнулись кое на кого. — Да... А что это вы тут делаете? Разве ты не должен быть в Больничном Крыле? А ты Блейз... Это спальня Гриффиндора. — Эм... Я... – хоть Забини пока они шли думал над этим, но так и не смог придумать отмазку. Что было очень не свойственно Слизеринцу. — А ты почему не в койке? Ты ведь тоже покалечился в битве, – нашёл чем отвлечь Уизли. — Я попросил Мадам Помфри отпустить меня. У меня не было сильных ран как у вас, лишь порезы и ушибы. — Это означает что ты защищался лучше нас, – Рон похлопал парня по плечу и как ни в чём не бывало прошёл мимо. А Блейз не знавший что сказать или сделать, просто пошёл за ним. — Кстати, Забини, ты ведь в гости к Рону, да? В следующий раз можете так не переживать ребята, я знаю что вы дружите и совершенно не против. А насчёт того что кто-нибудь узнает можете не волноваться, я не скажу, – добродушно улыбнулся Невилл, оставляя парней подбирать свои челюсти. Они не ожидали такого от Долгопупса. А дальше в кровати оказались они без происшествий. Уизли позвал Добби и попросил принести немного еды. Сражаться с Пожирателями смерти выматывает. Блейз только сейчас понял, что за весь день ни разу ничего не ел. Но, из-за всего этого стресса даже не заметил. Сначала экзамен, потом Амбридж, ещё лучше Волан-де-Морт, так ещё и после этого переживать за ребят и их самочувствие. За этот день их нервы нехило потрепались. И сейчас они заедали стресс. Куриным супом, сэндвичами, на десерт вафлями и ароматным чаем с розами. Покушав парни приняли решение поиграть в монополию. Вдвоём играть в монополию конечно не самое интересное занятие в мире и не сильно много смысла в этом. Но, не суть. Главное было чем-то заняться во время разговора. — Блейз. — М? — Когда ты понял, что я тебе нравлюсь? – рыжик смущался это спрашивать, но любопытство брало вверх. — На самом деле какая-то симпатия всё же была всегда. Ещё до того как я тебя впервые увидел, мне было интересно какой ты. Потому что наши с Пэнси и Драко родители всегда дружили. И мы знали друг друга с детства и уже тогда были какими-никакими друзьями. Тогда отец Драко и вообще в принципе наши родители говорили про одну семью и называли их "предателями крови". Мне было лет 5 и взрослые попросили нас поиграть где-нибудь и не мешать. Тогда я спросил у Драко знает ли о ком они говорят. На что он ответил "Конечно, знаю. Они говорят о Уизли. Они чистокровные, но приняли сторону маглов, поэтому они и не состоят в числе таких чистокровных семей как наши. Если видишь рыжего, с веснушками и одетого как будто взяли с помойки, то это Уизли". Я тогда спросил "Как лепреконы?". Драко тогда посмотрел на меня как на идиота, но мне показалось прикольным посмотреть на людей с такой внешностью. Особенно когда мне сказали что обычно у рыжих голубые глаза. Как бы это странно не звучало, но это мой любимый цвет. Не ржи! Я просто очень люблю смотреть на небо. Обычное небо, без облаков, не в рассвете или закате. А обычное, голубое, ясное небо. Я мог часами лежать и тупо смотреть в небо. Поэтому я хотел увидеть как выглядит такой классный человек похожий на лепрекона и с небесными глазами, – Рон не смог сдержать смеха в конце. Почему именно лепрекон? — Я же сказал не ржи! – сам смеясь в шутку ругал Забини. — Это довольно трудно не ржать когда тебя сравнивают с лепреконом. — Мне было 5. Что с меня взять? – пожал плечами мулат. Он тут не причём, что рыжие люди похожи на Ирландских золотособирателей. — Я же не дорассказал. Но, в том возрасте мальчик, который выжил был поинтереснее, признаюсь. И когда я впервые увидел всё-таки таких людей, мне было уже 11, а это более сознательный возраст. Я захотел как минимум узнать какой ты человек, потому что ты единственный из всего семейства Уизли нашего возраста. А Драко вас невзлюбил просто так, потому что отец ненавидит. Я не хотел судить так человека, не узнав его. На тот момент Малфой уже успел записаться в враги Поттера, поэтому ни желания, ни возможности нормально познакомиться не было. Да и вы дружили с Гермионой. Не то чтобы я ненавидел маглорождённых, но я просто по определению считал их ниже по ступени, нежели чистокровные. И всё в совокупности убило шансы на нашу дружбу. Но, ты мне был интересен всегда. Где-то на третьем курсе я начал понимать что это не просто интерес, а что-то больше. А на четвертом курсе я уже окончательно убедился в своих чувствах. А на пятом курсе решил начать действовать. — Уау. Я и представить такое не мог, – это было действительно смущающие, но Рон был рад что узнал эту историю. — А у тебя был такой момент, что "Чёрт, походу он мне нравится"? – Забини лучше всех знал, что Уизли до последнего даже сам себе не признавал свою симпатию к нему. — Ну, по факту, нет. Но, быть честным и с собой, и с тобой, я это чувствовал не раз. Но, не хотел принимать реальность. Поэтому наверное только тогда когда ты меня поцеловал, – у Рона даже румянец проступил, а Блейз был самым довольным парнем на свете, – До нашей дружбы я и подумать не мог, что мне может понравится парень. Мне вообще то с первого курса Гермиона нравилась. — Так и знал! Я знал, что есть что-то между вами, – мулат так обрадовался будто он поставил на это в споре и оказалось он прав. — А тебе нравился кто-то до меня? В особенности парни, мне это интересней, – Уизли сложил руки под подбородком, готовый слушать сплетни. — Не думаю. Такая, типа влюбленность была и то с трудом можно назвать. А на парней я никогда не заглядывался к слову, – Забини нравилась одна девочка, дочка одной из подруг матери. Их даже хотели сватать и женить когда они вырастут. Но, это было ещё до школы, поэтому это такое себе. Уизли зевнул и потёр кулаками глаза. Он уже давно сидит практически засыпая. Его глаза закрываются на ходу, без ведома хозяина. Блейз решил что пора закругляться и кое кому спать. — Рончик, всё давай ложится спать. Ты скоро в игральную доску уткнёшься носом, – Забини начал уже собирать все фигурки и деньги игры. — А ты что? – еле бормоча поинтересовался рыжик. — Я пойду к себе, – закрыв крышку коробки закончил Блейз. — И как же? – Уизли похоже не собирался ложиться пока не убедиться что будет с Забини. — Придумаю что нибудь, – махнул рукой на это Слизеринец. — Ага, конечно. Переночуй у меня. Утром проснешься пораньше и незаметно уйдешь к себе, – уже расправляя постельное бельё предложил Рон. — Хорошо, – Блейз тоже не собирался противостоять долго, поэтому просто улёгся со своим парнем. Сон подступал ещё быстрее от того что под боком лежал любимый человек. Рон лёг на бок, а Блейз обнял его со спины. Блейз приблизился ещё ближе и уткнулся в шею рыжего. А Рон поудобнее обхватил руку Забини и погрузился в царство Морфея. *** Пэнси не могла найти себе покоя, не зная что с ребятами, а в особенности Гермионой. Она решила проведать её, поэтому направилась в медпункт. Каждый из Слизеринцев справлялся с нервами раздельно, из-за этого она не знала что Блейз тоже пошёл навестить ребят. Придя в Больничное Крыло она не обнаружила Уизли на койке. — А где Рон? – поинтересовалась девушка. — Ищет приключения на пятую точку. Ему видимо не спалось и он покинул кушетку, – целительница была занята подготовлением разных зелий для пострадавших, поэтому энтузиазма помочь тому кто этого сам не хочет, в её словах было мало. Рон ушёл без спроса, взял и ушёл. И Пэнси уверена, что женщина успела немало нервов потратить из-за этого, поэтому её можно было понять. Но, Паркинсон забеспокоилась за Уизли, ведь он мог быть в опасности сейчас. Кто знал что может произойти, особенно после встречи с Волан-де-Мортом. Поэтому Пэнси настрочила быстренько послание и заклинанием отправила его Блейзу, чтобы узнать не с ним ли рыжик. А Мадам Помфри в это время возилась с колбочками с зельем и отварами для пациентов. Весточка не заставила себя долго ждать и ответ пришёл очень быстро. Убедившись что Гриффиндорец в порядке и его жизни ничего не представляет опасности, Пэнси могла посвятить все свои мысли Гермионе. Чтобы все пострадавшие приняли лекарства, нужно было разбудить их на короткий период. Потому что если вливать что-либо в бессознательное тело, человек захлебнётся и задохнётся, а не станет здоровее. Грейнджер разбудили и дали выпить эту мерзкую жижу. Пэнси всё это время сидела рядом. Обычно после принятия зелья остальные обратно погружались в мир грёз, но Гермиона в полусознательном состояние заметив Пэнси, не сомкнула глаз после. Она упрямо заставляла свои веки оставаться открытыми и упорно пыталась заставить мозг работать в обычном темпе. — Ты не хочешь спать? – заботливо задала вопрос девушка. Шатенка отрицательно покачала головой из стороны в сторону. — Тебе стоило бы поспать. Нужно восстановить силы, – Пэнси нежно взяла руку Гермионы и гладила тыльную сторону. — Я хочу побыть с тобой. Сегодня последний день учёбы и я не хочу его проспать, – Грейнджер немного приподнялась принимая положение полусидя-полулёжа. Оперевшись спиной о подушку, она устроилась поудобнее для долгих разговоров. — Тогда я всё равно испорчу тебе настроение и затрону ту тему, которую мы так долго обходили мимо, – школьная медсестра отлучилась в свою комнату-кабинет в Больничном Крыле и явно в ближайшее время не выйдет. Как никак ей тоже нужно спать. — Да? И какую же? – у девушки были догадки и если эти доводы верны, она действительно не хотела бы говорить об этом сейчас. — Когда ты расскажешь своим родителям о нас? Мы встречаемся уже больше полгода и за такой срок отношений, любая пара раскрывается родителям, даже однополая. Я не могу понять причину твоего избежание этой темы, – Паркинсон серьёзно глядела на Грейнджер, потому что это очень важно для неё и их отношений в целом. — Я и вправду не хочу об этом говорить. Давай будем считать что и у тебя и у меня есть свои причины скрывать от родителей наши отношения, – Гермиона нахмурилась. Это то о чём она не желает разговаривать со своей девушкой. — Да, как то что нас могут убить в моём случае. Во-первых, если я расскажу своим родителям, в этот же день узнает и Тёмный Лорд. А это практически приговор для нас. Во-вторых, если он узнает о нас, он совершенно спокойно разнюхает и про Гарри и Драко. А это означает что у него появится самое сильное оружие против Поттера. Считай мы УЖЕ проиграли войну, что ЕЩЁ не началась. Поэтому, да, у меня есть свои причины не рассказывать предкам. Но что мешает тебе? — А почему тебя это так сильно волнует? – спросила Гермиона. — А с того что мне кажется будто ты стыдишься этого. Стыдишься наших отношений, стыдишься меня, стыдишься своей ориентации, – Паркинсон так часто накручивала себя по этому поводу. И это понятно. — Неет! Я правда горжусь что встречаюсь с тобой и что именно ты моя девушка. Я никогда не жалела об этом. Просто на это есть другие причины, – Гермиона прикусила губу, думая и собирая мысли в один кусок. — Тогда почему? Почему твои родители считают что ты моя подруга и почему они даже не знают что я со Слизерина? – эти вопросы не давали покоя Паркинсон на протяжении долгого времени. — Просто... Это сложно... Понимаешь? Сложно. Сложно переступить через себя, страшно увидеть реакцию родителей. Я знаю что они меня поддержат в любом случае, но дело больше связано со мной. Я не могу просто подойти и сказать: "Это Пэнси Паркинсон. Она учится на факультете который я вам тысячи раз обсирала и вы его ненавидите. А ещё у нас роман и я лесбиянка". Я не могу! Вот и всё. Я пыталась, но я слишком не хочу увидеть разочарование и злость на лицах людей, – Гермиона устала боятся, боятся что она не оправдывает чьи-то ожидания. Ей захотелось рассказать родителям здесь и сейчас. — Герми, милая, я не хочу давить на тебя. И ты действительно можешь сделать это тогда когда будешь готова. И если ты не хочешь этого делать, не надо, – Пэнси обняла девушку и погладила по спине давая понять что её любят и не будут принуждать. — Дело в том что я не хочу чтобы ко мне относились по другому, от того что мне не нравится мальчики. Но, в любом случае мнение людей будет меняться каждый раз как я буду говорить об этом. На нас будут тыкать пальцами и осуждать. И проблема не в том что я боюсь что родители будут нас осуждать, а в том что я сама себя осуждаю за это в какой-то степени. Я не принимаю себя до конца как надо бы. Я знаю что после каминг-аута это обязательно изменится. Но, почему-то страшно. — Это нормально что тебе страшно. Это никогда не легко, даже когда родители полностью тебя поддерживают. Потому что это больше не то что ты открываешься родителям заявляя о том какой ты, это больше признание самому себе "да, я такой какой я есть". А это сложнее чем просто подойти и сказать что-то родителям или кому-нибудь другому. И я никогда не буду просить тебя делать это, если тебе это некомфортно. Я лишь хотела убедиться что ты не стыдишься Себя, Меня или Нас. — Нет. Ты права. Стоит им рассказать и я хочу сделать это завтра же. Ты будешь рядом в этот момент? – с надеждой спросила Гермиона. — Я всегда буду с тобой, – Пэнси говорила так уверенно, что Гермиона больше не боялась заявить даже всему миру, о том что любит эту девушку. *** Паркинсон после того как Грейнджер всё же уснула, пошла к себе тоже поспать. К сожалению она не могла на ночь остаться у её кровати, иначе так она и сделала бы. Но, посреди ночи Гарри начал снится кошмар. И возможно если Пэнси была бы там, он не проснулся бы в ужасе и весь в поту. Это был не совсем кошмар, а больше воспоминания. Воспоминания того же дня. И это была зацикленная сцена смерти Сириуса. Вновь и вновь повторялось одно и тоже. Сириус улыбался Гарри, в его спину прилетал зелёный луч и улыбка пропадала с лица. Поттер вскочил с кровати как ошпаренный и понял где находится. Дышать было тяжело, будто горло сдавливало и кислород не поступал в мозг. Гриффиндорец ничего толком не соображая просто начал бежать. Бежать куда глаза глядят. Гарри ни на йоту не понимал куда и зачем он бежит, но ноги несли его сами. Оказавшись на улице, только тогда он понял что сломя голову бежал к выходу. Он опёрся ладонями в колени, пытаясь отдышаться от бега. У него вполне возможно был жар, но Гарри определённо чувствовал как огненный цветок распускается в груди. Хотелось кричать, рвать волосы на голове, упасть на землю и начать бить кулаками землю. Сдерживало юношу от этого только сильное физическое изнеможение. Драко весь вечер не находил себе места, постоянно ходя туда-сюда по своей комнате. Но, от продырявливания пола его остановило обязанность патрулировать коридоры Хогвартса. Так как Паркинсон пошла в Больничное Крыло, придётся ему обойти всю школу одному. Где он продолжил свои нервные хождения. И чтобы немного успокоиться он решил посмотреть на ночное небо и оглядеть окрестности. И именно в этот момент Поттер выбежал из замка. Только завидев того, Малфой побежал так быстро, как не бегал никогда. Ему удалось догнать его только на мосту. — Гарри! – Драко еле дышал, потому что бежал изо всех сил. Малфой окликнул брюнета, на что тот резко развернулся. — Не подходи ко мне! Только не ты! Не смей, не трогай меня! – Поттер впервые за долгое время повысил голос на Малфоя. Но, сейчас Драко видел столько боли в глазах возлюбленного, что хотелось забрать всю эту боль всеми возможными и не очень путями. — Гарри... Я... я... Мне жаль... – он не знал что больше сказать. Драко как и вся школа знали об этой трагедии. Драко искренне сожалел и не знал как помочь Поттеру. — Жаль?! Тебе жаль?! Это ТВОЙ отец был там. Это он бросал в меня самые различные смертоносные проклятия. Это он был когда Волан-де-Морт возродился. Это ТВОЯ безумная тётка недавно сбежала из Азкабана и это она убила Сириуса. Это она убила самого близкого мне человека. И всё что ты можешь сказать это что тебе жаль?! – вены на лице и шее Гарри вздулись от обилия эмоций хозяина. Гарри пытался заполнить эту пустоту в душе злостью, но это такое топливо, которое постоянно нужно пополнять, нежели бесконечная любовь. — Гарри, мне очень, очень жаль твоей утрате. Но, ты ведь знаешь, это было не в моих силах. Ты же знаешь что судьбу свою не изменишь. Если бы я мог что-то сделать, я бы сделал. Но, это не в моих руках, – Малфой попытался успокоить Поттера. Но, это навряд ли получится. Да и Драко не против, ему нужно выплеснуть все эти эмоции и выговорить это всё. — Из-за твоих родственничков, я лишился семьи. У меня больше нет никого. Ты это хоть понимаешь? Никого, – Гарри говорил так отчуждённо и загнанно что у Драко аж сердце защемило и сочувствие к нему. — Нет, нет, нет. Гарри не говори так, – Драко крепко обнял Гарри не отпуская его. Он прижал его к себе настолько, насколько это вообще было возможным. Он гладил его по голове, по спине, успокаивающе переходил на шёпот, – У тебя есть Я, Рон, Гермиона, Блейз, Пэнси, как минимум Полумна, Невилл, вся семья Уизли, Орден Феникса, Отряд Дамблдора, Профессор Макгонагалл, Дамблдор. Этот список огромен и все это люди кому ты не безразличен. Все они любят тебя и готовы на всё ради тебя. А те кто погиб ради тебя, погибли для того чтобы ты жил счастливой и спокойной жизнью. Твой отец, мать, Седрик и Сириус. Все они хотели тебе только всего самого лучшего. И если ты не хочешь осквернить их память, ты должен быть счастлив. Иначе их жертва будет бессмысленной, поэтому ты должен прикончить Тёмного Лорда. Я знаю, ты это сможешь, потому что у тебя есть мы. А у него на самом деле никого. Поэтому не смей так говорить. Ты не один. Как минимум я всегда буду рядом с тобой. Драко почувствовал как начинает намокать ткань мантии на плече и как мелко затрясся Гарри. Он услышал тихие всхлипы и как Гарри обмяк в его руках. Это впервые как он плакал со смерти Сириуса. Он многое пережил за свою недолгую жизнь и это очередная ужасная ситуация случившаяся с этим прекрасным мальчиком, но на этот раз с ним не только его лучшие друзья, а ещё и любимый человек. И они никогда не дадут всей этой хрени сломить его. Потому что любовь и дружба сильнее страха и ненависти.