А что о нас?

Как пуля свинцовая у погибшего далеко не в раю, в жестокой школе войны, в ее сердце засела боль. Он знает, до чего довел девушку ту. Холодный ветер треплет темный волос - она стоит на краю. Ветер хлещет по ее коже: она бледнее, чем когда-либо быть должна. Чернота бездны ее не пугает. Ее угнетает правда. Почему он стоит? Когда было так, чтобы убийце была жертва важна? Свинец течет по ней и чешет вены, как клинок пронзителен убийцы взгляд. Она сейчас свободна - ее не окружают дома высокие стены. После этого предательства нет ей отрад. Свинец царапает ее изнутри. Но она не идет - хотя, кроме одного шага у нее нет преград, чтобы добраться до смерти. Она шепчет: раз, два, три... Что бы произошло через миг? Белое платье рвал бы ветер, трепал ее темные волосы, а до убийцы донёсся бы ее исступленный крик? Нет, она не может. Жертва смотрит на убийцу в отчаянии. Ну же, утешь меня, любимый, - хочется ей прошептать на ухо убийце, но сильнее чем пуля ранит его молчание. Он знает это. И молчит. Чего-то ждёт? Он эту пулю сам выпустил в ее грудь. В упор, скрывая свое лицо за маской якобы правды. Этому нет оправданий. Багровое солнце оттеняет ее бледный лик. Шаг назад - единственный, что она может дать сейчас, отпор, смотря на убийцу - он велик, смотря так же прямо, в черноту его глаз. В упор.