Avada Kedavra

Гарри знал, что каждый его одноклассник был рад своему соулмейту. Некоторые их уже нашли. Другие, такие как Гарри, ещё искали. Гарри взглянул на слова, что были на его коже. Это были бы первые слова, которые его соулмейт сказал бы ему при встрече. Он никогда не решался показать их своим родителям. Он быстро понял, что это не очень хорошая фраза. И вот на четвёртом курсе он наконец-то понял почему. Гарри отдалился от всего и ото всех, когда наконец понял. Его соулмейт… он… был убийцей. Не было никакого адекватного способа это выразить, и из-за этого у Гарри случился нервный срыв. Он убежал из Хогвартса и не вернулся домой. Он просто не мог. Прежде всего, не когда твой собственный соулмейт был монстром, которого родители учили бояться и ненавидеть. Гарри ахнул, когда очнулся среди магглов. Он был в бегах несколько месяцев. Он понятия не имел, какой сегодня день и сколько прошло времени. Проиграла ли Тёмная сторона? Был ли его соулмейт в тюрьме? «Просто сделай это!», — сказал держащий его маггл. После, к ужасу Гарри, зелёное заклинание ударило в говорящего. А другой, который держал Гарри, отпустил его и обернулся. «Авада Кедавра». Гарри вздрогнул, — он знал. Он просто знал всем своим существом. Волшебник подошёл и оглядел его с ног до головы. Гарри не захотел говорить. Если бы он сделал это, и сказал бы что-нибудь, этот красноглазый волшебник с белой кожей понял бы, кем они были друг другу. «Ты немой? Очень хорошо. Ты понимаешь по-английски?» Гарри кивнул со слезами на глазах. «Я собираюсь аппарировать тебя отсюда. Маггловский Лондон небезопасен для волшебников». Гарри кивнул, и его забрали. Его оставили одного в комнате, из которой он потом сбежал. Он сел в автобус и уехал прямо домой, не заботясь о последствиях. Его родители были рады его возвращению, и были ещё больше рады держать его взаперти. Гарри никогда не говорит. Он не мог осмелиться. Его соулмейт может услышать его. Прошло два года и ничего не происходило. Но однажды тот самый волшебник появился в их доме и начал угрожать его семье. «Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, я все сделаю. Только не они!». Наступило долгое молчание, когда Тёмный Волшебник замер посреди шестиугольной комнаты. Он повернулся к плачущему Гарри, и тот понял, что его узнали. Людям этого человека велели остановиться и приказали никогда даже не осмеливаться прикасаться к Поттеру и пальцем. Гарри почувствовал возмущенный взгляд своих родителей, когда Тёмный Волшебник приблизился к Гарри и протянул ему руку. «Покажи мне». Это была не просьба. Гарри поднял рукав и вот оно. Тёмный Волшебник вздохнул. Он подошёл ближе и обнял Гарри. «Так вот почему ты отказался говорить… Ты воспитан, чтобы ненавидеть меня, — Гарри кивнул в грудь. — Поттеры, я надеюсь, что вы счастливы, потому что ваш сын был готов отказаться от своей второй половинки до такой степени, что охотно позволил бы себя поймать и убить магглам, просто чтобы никогда не слышать эти слова. Он также отказывается говорить со мной и сейчас просто потому, чтобы я не понял». Гарри действительно сейчас плакал. Он так старался. Мне жаль. Мне так жаль! «Если я уведу тебя, ты убежишь снова?». «А ты бы позволил мне сбежать?», — спросил Гарри. Тёмный Волшебник задумался, а затем Гарри был аппарирован. «Нет, я не позволю тебе бежать снова. Я ждал твоей просьбы 60 лет. Я не позволю тебе скрыться из виду». 60 лет… Глаза Гарри расширились. Он посмотрел на своего соулмейта. «Я здесь для тебя, Гарри. Я позабочусь о тебе. Я защищу тебя. И, в отличие от того, чему тебя научила твоя семья, я вовсе не злодей». Гарри позволил себя держать в руках. В конце концов, сколько бы он не боролся с собой… это был его дом. «Прости». Тёмный Волшебник вздохнул. «Всё в порядке. У нас всё будет хорошо». Впервые лицо Гарри было слишком близко к его губам. «Ты здесь, и это всё, что имеет значение».