Выписки из Алёниного дневника.
27 июля.
Раннее утро.
Зачем я вообще проснулась? На часах без шести шесть, моё тело изнывает от усталости и недосыпа, в глазах бушуют песчаные бури, а мозг отчаянно не хочет засыпать обратно. Но это сыграет нам на руку — я напишу о том, что случилось за эти 4 дня, а ты почитаешь и поржешь. Или не поржешь. Мне все равно на данный момент.
Единственное слово — Моль. БогоМоль. Она появилась именно 23 июля, в театральный вечер. Я укуталась в плед и играла доносчика раджи в нашей сцене «Золотая Антилопа», но все, понимаешь, абсолютно все внимание было приковано не на главную королеву бала, а на меня — на Моль. Потому что никто не может быть лучше Моли, кроме самой Моли. Ты бы видел меня…
— Но никто не знал, что за ними наблюдают… — раздался поломанный голос Лены, отжавшей у Маши кигуруми и очки, и это был момент моего триумфа. Я, аки Богиня, вышла на сцену под «Пам, пам, ПААААААААМ» и завладела всем вниманием зрителя.
— Раджа! РАДЖА! Я знаю мальчишку, который может сказать нам о ЗОЛОТОЙ АНТИЛОПЕ, Раджа! — срываясь на писк, я крутилась вокруг вовчика, который играл роль султана.
— Услышав это, правитель приказал найти дитя и привести его во дворец.
— Я знаю, где мальчишка! ОН — я кинула палец в сторону трибуны. — ТААМ!
Ну, а потом было золото, беготня, суета, все дела, но все видели Моль. И это стало не просто локальным мемом, а моей второй личностью. И она решила прийти на сегодняшнюю свечку.
Сидящую внутри Моли Алёну выкручивало от ломки по Владиным объятиям. Только сегодня она была какой-то грустной и это можно было заметить ещё вчера вечером.
— А у меня завтра выходной и мой рабочий день кончается через 15 минут, поэтому быстрее, засранцы. — весело светился Эд, сидя рядом с Леной и перекидываясь с ней странными язвительными взглядами. Рядом сидела Маша и словно надутый и обиженный ребёнок она стрелял взглядами в автора фанфика, а я пыталась наблюдать за состоянием Влады. Она держалась из последних сил, но было видно, что ей было плохо.
— А где Влада? Она опять опаздывает? — спросил кто-то из толпы.
— Ей сегодня плохо. Она отслеживает я, поэтому идём без неё. — напряжённо сказал Эд, собирая отряд в одну кучу с помощью Лены.
-А что с ней? — вклинилась в разговор третья вожатая.
— Просто тошнит. Скорее всего акклиматизация. — наотмашь ответил Владин напарник и повёл нас в столовую.
Я совсем забыла про этот вчерашний эпизод. Она ходила в мед.пункт, и, походу, ничего годного ей там не сделали.
Всё быстро высказались о прошедшем дне, помимо Саши, который рассказал «охуительную» историю о топоре и о том, как он его красил во время того, как мы репетировали. Он просто растягивал минуты своими глупыми историями, но кто-то даже умудрился посмеяться. После его болтовни под счастливый крик Эда, мы начали свой ритуал. Мной были обняты Лена, Маша, Юля, ещё одна Юля, Вано, Вася, Алёна и так далее. Оставалась только Влада, на которую я смотрела издалека, желая выдать момент, когда она наконец освободится.
— Как ты себя чувствуешь? — я подошла к ней быстро и сразу же подхватила её под талию, в попытке дать опору.
— Всё нормально. — Сказала она со смешком и, вместо того, чтобы обнять меня в районе плеч, потянула свои ручки у моей шее и сцепила их сзади в замок.
— Я ведь вижу, что не нормально. — я чуть укрепила хватку, но вовремя спохватилась и остановилась. — Что тебе сказали в медпункте?
— Не переживай, Солнце. Послезавтра я съезжу в больницу и спрошу, что со мной творится. — её тело расслабились в моей хватке и я вновь почувствовала прилив крови к щекам. Её голова уткнулась в моё плечо и она пробормотал что-то невнятное, а моя рука машинально потянулась к её голове и сделала пару мягких поглаживаний.
— Не геройствуй. Игорь сможет посмотреть за нами.
— Нет. Это точно нет. Просто подождём до послезавтра.
Закончилось это все тем, что я чмокнула её в макушку и пожелала сладких снов. На крыше уже никого не было, кроме голубей Димаса, а и Вано, поэтому я поспешила вернуться в комнату.
Ах, память. Самый текучий и сопливый вечер.
— Я не собираюсь этим заниматься. Надеюсь, вы придумаете что-нибудь. — Лена подмигнул всему отряду на тихом часу и собралась рисовать плакат-отрядный подарок нашим вожатым. Возможно если бы мы всерьёз подошли к этой затее, то у нас не получилось бы ничего столь убогого, как просто спеть и станцевать. Не особо хорошую песню и не особо хороший танец.
— Я не люблю весёлые песни про войну. — буркнул Лена, которую тоже заставили петь. Она сидела на бордюре и ждала, пока её позовут.
— Мне тоже нравятся другие темы. — ответила я ей, когда подсела рядом. Мы слегка поговорили о том, что происходило перед нами, словил негативный отзыв от подменки Игоря и я решила переключить все внимание на Владу.
— Смотри. — сказала я.
— Куда…? — недоумевая спросила Лена.
— На Владу смотри.
— Мм…?
— Какая у неё классная задница в этих шортах.
И сразу после моей реплики раздался громкий смех.
Внимание! Дальнейшие события идут не по канону!
— У вас, ребята, что-то есть? — отсмеиваясь, спросила Лена.
— Это так заметно? — буркнул я в ответ. — В смысле, у нас ничего нет. Вернее, Влада скорее всего об этом не знает.
— Мне кажется, что она все знает. Тебя можно прочитать, как открытую книгу. — тут она уставилась вперёд и помахала кому-то ручкой. Я в ответ сделала тоже самое и только потом поняла, что мы приветствовали милую Мордашку Влады, которая объясняла отряду клнцепт выступления.
— Она далеко не глупая и, я думаю, может понять, что к ней что-то чувствуют.
— Я к ней чувствую только симпатию! — это было далеко не так.
— Точнее, к её булкам.
— ТАК. — она вновь заткнула меня смехом.
— Успокойся, я тебя поняла. Хах, запретная любовь?
— Да это пока нельзя назвать любовью! Че ты привязалась?
— Да успокойся, я просто шучу.
Внимание! Отступления от канона закончились!
— Да серьёзно, посмотри!
— Да вижу я, Господи. — тут Лену позвали петь и нам пришлось пойти ко всем.
Ах, да, я же не сказала. Я напрочь отказалась участвовать в чем-либо. Я могу перечислить тебе 100 и 1 недостаток нашей сценки и выбранной песни, поэтому нет, нет, и нет.
Так думала я до того момента, пока мы не поговорили с Владой, когда шли на пляж. И… Я не знаю точно, что толкнул меня после этого разговора выйти на сцену, но я, блять, пела. Это все её глаза, я тебе отвечаю.
А на следующий день мы ходили на гору.
— Я не могу пойти! Принесите мне хотя бы камень какой-нибудь. — жалостливо просила всех Лена, колено которой не разрешали ей подниматься с нами. Мы все дружно пообещали, что привезём, но в итоге просьбу выполнил только вовчик. И Маша привезла какую-то травинку.
На горе мы нашли Богомола, Цикаду, какую-то непонятную фигню, похожую на Цикаду, огромную паутинную нору паука в скале, красные ягоды, которые нам категорически запрещено было есть, но которые Егор с удовольствием попробовал, а ещё черепаху. Маленькую средиземноморскую черепаху, которые Биологи заграбастали себе почти что сразу же.
Попутно мы поймали пекущее солнце и лёгкий ветерок, который дул на вершине, сделали несколько фото и затравили американцам пару русских анекдотов, чуть не покатились кубарем вниз и пару раз пытались упасть при подъёме, но в целом мы получили огромное удовольствие.
И вот, когда мы вернулись, выяснилось, что Солнышко нельзя есть ничего, кроме гречки.
— Мы сегодня когда были в кафе после больницы, моя подруга заказала себе там супчик, макарошки с сосиской и чай. А я когда подошла говорю: «девушка, можно мне гречки.». «Вам с мясом?» спросила она. Я отвечаю «нет, просто гречки.». В она " может быть вам соусом полить?» и я, чуть ли не срываясь, отвечаю «нет, мне просто гречки. Без ничего». Она на меня так странно посмотрела. — и после этого рассказа, дабы поддержать свою вожатую, мы за столом ели только гречку.
Все.
А теперь то, из-за чего я чувствую себя овощем сегодня с утра. Ночь сказок! Это такая потрясающая ночь, ради которой мы трудились в кожевенной мастерской, делая всяких разных слоников и амулеты, делали брагу, которая стояла у нас с самого начала смены и затарились едой в магазине энергетика. На полу валялись одеяла, пледы и подушки, на них сидели мы, а рядом на кровати сидела Влада. Моё Солнышко пришло поговорить и осталось с нами на тусич! Только, увы, ненадолго.
— И часто вы тут так собираетесь? — спросила она после того, как к нам пришёл Миша и Велик.
— Неееет, честно. Это в первый раз.
Посередине стоял фонарь, слегка освещавший нашу комнату, лился разговор и рассказывали истории. Миша вновь хотел рассказать историю про Настю (не культорга), Саша честно старалась не спать, хотя получалось у неё это очень плохо, а мы просто наслаждались моментом, смеясь над какой-нибудь ерундой, о которой нам говорили. Я все это время лежала у Влады на коленях, а она зарывалась рукой в мои волосы. Я ловила такой дикий кайф от этого, что почти что не слушала разговор. А потом она слегка задремала и это позволило мне увидеть её спящее личико.
Длинные ресницы, которые вздымались от её дыхания, слегка надутые щёчки, в которых тоже пульсировал воздух, миниатюрные, аккуратные ушки и слегка припухшие тонкие губы. Манящие, сладкие розовые полоски, к которым так хотелось хотя бы прикоснуться кончиками пальцев. Они резко начали двигаться не дав мне в полной мере насладится их красотой и Влада сама вся зашевелилась.
— Я пошла спать и вы тоже ложитесь. — начала она свою обычную волынку. Я расстроенно сползла с её колен и тяжело выдохнула.
— Всем спокойной ночи. — после этих слов она покинула комнату и ушла на боковую.
Перед уходом Влады, мы дали ей имя. Теперь она официально называлась Солнышком и носила доказательство того, что она находится в нашем кругу не как вожатая, а как друг в первую очередь. После дали имя каждому, мне, конечно же, дали имя Моль, Маше Мышь, Мише Жабка, Велику Звизда. Попутно ещё были Вано с Димасом, которые не пришли по состоянию здоровья, им дали имена Пафосный Бог и Алексий соответственно. Неразбериха была только с Сашей, имя которой никак не ложилось на слух.
— Открой страницу 13, 4 строчка, 5 слово. Это и будет её имя. — предложила Влада, перед тем, как уйти. Там мы и окрестили Саню — Название.
А после этого был просто дикий флекс. Мы орали, бесились, пытались рассказывать сказки, а в самом конце Лена поведала нам историю о салонах, которые оказались на наших шеях.
— И слоны нашли о-----азис. — протянула она почти что никакущая после бражки, в которой «точно меньше 10 градусов!». Она почти засыпала, когда рассказывала это все, а мы тем более. Так и уснули в черти каких позах и черти где.
И вот сейчас в это Раннее утро, которое уже не такое Раннее, потому что нам вставать через полчаса, все вроде как встало на свои места. Но теперь я хочу говорить. И говорить я буду с Владой.
Я сегодня напишу ещё. Только вечером. А сейчас я, пожалуй, досплю.
