12 глава
26 августа 2019 г., 09:12
– А неплохо сработались, согласись, – Шанасс тяжело присела рядом, опершись головой на мое плечо.
– Устала? – я обхватил богиню рукой, прижав к своей груди.
– Да тут устанешь... Мотаюсь сюда, как смертная на работу. Ежедневно, с восьми до шести.
Я хохотнул, понимая ее как никто другой.
Просто в связи с тем, что мне решили показать боги Уреи, а они клялись, что я «Кузькину мать» увижу, пришлось Шанасс таскать молодые плеяды на остров, что не добавило малышне здоровья. Тут уже возбухнул я, и в приказном порядке заставил богов делать стационарный портал. А чтобы облегчить переход, поставил над этим порталом конструкт керра, разделенного на две половины: одна с воздухом Уреи, вторая с воздухом Ваарры. Установил диванчики для отдыха, стойки с напитками и едой, а так же что-то вроде информационного канала подключил... Короче, телевизор с программами Земли. Не, это, конечно, уже не я делал, а Васшисс, но таким нехитрым способом мы слегка снизили стресс перехода малышни на этот блинский островок.
Сама же идея Эгъясса была слегка странной, но не бессмысленной: прогнать нас, всю нашу главную плеяду через все остальные, чтобы изломать и переделать уже устоявшиеся структуры. Я, конечно, сначала у виска покрутил, понимая, что я, проведший преобразование своих ребят, в такой работе с молодыми, сдеру с них всю плотскую оболочку, на что этот выродок яргенский только оскалился, предложив мне не срывать. Или учить малышню работать с тем, что они получат.
Пришлось спешно отзывать Родиона и Олега с Земли, и устраивать впятером, с Гэссом, мозговой штурм, надеясь как-то перекрыть наши каналы, чтобы не стать ядом для молодых особей. В общем, Эгъясс меня снова мордой в кирпич ткнул, показывая, что от коллектива отрываться негоже. И я даже воспротивиться ему не мог, так как он был прав, и я действительно поспешил с полным переходом на энергетический уровень. Но выход был-таки найден. Мы не ломали уже устоявшиеся плеяды, как нам предложили, а повели себя как всадники. Благо, Янка с нами уже сливалась, и саму структуру этого слияния я знал. То есть, мы как бы оказывались поверх плеяды, не тревожа их плоть, а занимали место энергетического кокона контролера.
На первый эксперимент согласилась плеяда из Черного отряда. Все же ребята взрослые, уже понимающие, что и как, да и своих собратьев им очень уж хотелось вытащить. А то, что лишатся плоти и станут этакими энергетическими сгустками, то им для работы так даже проще. Это мне один из бойцов через Олега передал. Но оказалось, что такая структура была вполне действенной, и не нарушала физические связи молекул плоти. А мы на них все вшестером экспериментировали. Бойцов, конечно, пришлось потом отпаивать элитным коньяком, и задабривать походами на Землю, показывая, что мы не сатрапы и не самодуры, но именно на этой плеяде отработали все этапы слияния. А потом уже начали работать с малышней, и теми из ребят, кого я на Урею перенес духовно.
Родион предлагал использовать для первого слияния моих ягов, которые уже давно слиты, но я категорически отказался. Просто не знал, чем это может закончиться для них. Одно дело, стать энергетической структурой в своем родном теле, а совсем другое дело – в чужом. Души людей же в них были просто гостями, так что, в случае разрыва физической оболочки и перевода ее на энергетическую, если с ней еще не сжился полностью, вполне может отправить на перерождение. С Гэссом этого не произошло только по той причине, что его душа в тело моего приемного отца была впаяна едва ли не на энергетическом уровне. А вот с остальными... Короче, перестраховался.
Ну, вот с тех пор, мы и сливались с молодыми плеядами. Но это все только цветочки. Ягодки еще впереди были. Эгъясс хотел полностью перетасовать все плеяды, чтобы каждый из морфов научился сливаться с любой плеядой, на которую укажут. И для чего он это делает, я понял довольно быстро. Во-первых, мы, сливаясь с другими плеядами, начали изнутри ощущать их навыки и умения, а так же предпочтения в защите и атаке. Во-вторых – лучше начали понимать характеры, что для нас, как управляющей четверки, было довольно важно. В-третьих, скорость перемены плеяд существенно подняла нам мыслительные процессы, разогнав работу мышления. В-четвертых, мы научились не бояться слияния с не родными нам по энергии разумными, перестав испытывать неловкость. Просто в плеяде всегда была полная открытость и предельное откровение, а вот как быть, если тебе в мозг влезает кто-то чужой... А все оказалось куда как проще. Олег провел свою терапию «каждый в своем домике», сумев доказать более чем пяти сотням разумных то, что их грязное белье никому не нужно. Особенно в процессе схватки. И в-пятых, как ни странно, мы все, включая молодежь и новые плеяды, слились еще больше, понимая, что придется учиться работать не только привычными энергиями, но и теми, что не использовались ранее.
То есть, подобное воздействие сблизило нас, помогло перебороть стеснительность и закрытость у некоторых особей, научило оперировать непривычными энергиями и перестало давать по мозгам отторжением. Устоявшиеся плеяды пока еще не разбивались и не тасовались. Только нас добавляли. А вот что будет дальше – представить не мог. Но и Эгъясс это во главу обучения не ставил. Скорее давал понять, чем мне в будущем заниматься придется, чтобы повысить боевую стойкость своих морфов. А так, пытался только меня вытянуть на какой-то новый уровень и, понимая, что мои эннэшше должны быть на той же высоте, а Гэсс с Сергеем ко двору пришлись, то и им любви богов перепало.
Но это нам. Я знал, на что соглашался, мои эннэшше от меня не отставали, Гэсс на волне своей любви, согласен был на все, да и малышня подтягивалась вполне добровольно... А вот Шанасс вымоталась. Тело ее еще не восстановили, а в человеческом все это проделывать было сложновато. Притом что от полного морфизма в теле Янки она отказалась.
– Может, ты бы не бегала тогда сюда? – предложил я.
– Ага, а порталы кто открывать будет?
– Ну так пришла, открыла, ушла, вечером забрала, – не понял я.
– Ох, маленький ты еще, Андрейка. Неразумный, – Шанасс невесело рассмеялась. – Пару сбоев в день мы еще перекроем, а вот четыре, постоянно повторяющиеся – нет. Мы же тоже под колпаком. Даже еще большим, чем ты.
– А, то есть, молодые аспиранты, научившиеся говорить с мышкой, боятся, что страшные дядьки профессора узнают об этом, и придавят мышку, а вместе с ней и задницы слишком умным студентам надерут? – по-доброму хохотнул я.
– Почти, – со вздохом согласилась Шанасс. – Знаешь, если бы была такая возможность, то мы бы попросили тебя с собой нас взять, когда уйдешь дальше.
– Так в чем проблема? Попросите. А я, может быть, даже соглашусь.
– Да в отнорочек твой мы не пролезем... Даже если сменим тела, – настроение богини резко упало. – И перепрограммирование матриц не поможет.
– Не, ну выход найти всегда можно, – я задумался. – Тебя же сейчас не трогают.
– Не трогают по той причине, что большая часть сознания, а так же моя душа, находятся там, где меня закрыли Старшие. Здесь, с тобой, только ментальная матрица, наложенная на пустую душу.
– А, да забыл, прости, – повинился я, и тут же толкнул Шанасс локтем в бок. – Слушай, а как вы это разделение делаете?
– Аватары, ты имеешь в виду? – не поняла меня богиня.
– Именно.
– Да с ними просто. Считываем часть сознания, которым общаемся с другими существами, заливаем его на пустую болванку души, и внедряем в тело.
– Сознания? – технология меня слегка разочаровала.
– А что, ты думаешь, что здесь, в этом теле, именно моя душа? Нет, Андрей, такого ты рядом с собой пока не выдержишь... А ты что, хотел выделить искру своего симбионта?
– Хотел, – я кивнул.
– Это невозможно. Но у нас есть технология переписи сознания, и, если твой симбионт уже достаточно подрос до того, чтобы вспомнить себя, то мы можем считать его матрицу, наложив его на свободную душу, и отдать тебе для вселения. Но, это будет все равно совершенно иная личность. И ее развитие пойдет по тому пути, по которому сама пожелает. Так что, слияние в будущем будет невозможно.
– А как твоя аватара сливается с твоей душой?
– Никак. Я с ней не сливаюсь. От нее к моему разуму идет тонкий канал информации. То есть, она своей душой и своим разумом воспринимает происходящее на уровне прочитанной книги, или фильма. Остаются только факты и обрывки эмоций. То же самое с остальными.
«Слышал?»
«Да, – отозвался Вэррриан, – и знал, что тебе скажут именно это. Разделять душу очень сложно. Я бы сказал, что это на уровне Высочайших, да и то единиц».
«Но это же та же энергосфера, только меньшего объема. Тот же самый конструкт!..» – не понял я.
«У меня к тебе предложение, – Вэрриан чему-то развеселился. – Попроси у богини пустую душу без матрицы, и на примере этого конструкта, как ты сказал, попытайся вырастить свой. Это не будет убийством духа, потому что это действительно сгусток силы без искры. Болванка. Правильно Шанасс назвала это. Так вот, когда у тебя получится создать подобную материю, то я как-нибудь подумаю о том, чтобы доверить тебе, разделить нас».
– О, хорошая идея, – согласился я, а Шанасс подняла голову. – Вэрриан предложил мне потренироваться на кошках. Сказал, что можно у вас попросить пустую, безматричную душу, для опытов по созданию собственного конструкта. Видите ли, никто кроме Высочайших не может разделить нас. Ну, я и хочу попытаться создать нечто подобное и одновременно живое. А потом переселить своего симбионта туда.
– Скажи своему симбионту, что он херней мается, – пробормотала Шанасс. – У тебя нифига не получится.
– Это почему же еще?
– Начнем с того, что энергия в этом сгустке практически эфемерная.
– Так я увеличу конструкт, разложу его по схемам, после соберу и уменьшу. И будут те же самые эфемерные нити. Тем более, если это болванка. Какая разница?
– А закончим тем, – не заметила моего выпада Шанасс, – что пока ты будешь с ней работать, то она, не являясь матричной, просто начнет себя напитывать тобой, как губка водой. Меняться. Подстраиваться. И ломать те линии, которые ты увидел изначально. То есть, даже операции с болванкой тебе недоступны, не говоря уже о создании нового объекта. И, даже если у тебя получится создать то, что ты хочешь, и ты, каким-то образом, сумеешь повторить все те петли конструкта, как ты называешь это, то ты в конце получишь особь. Изломанную, переделанную, но особь, которая начнет себя осознавать как личность. И вселять в эту личность чужую искру, это то же самое, что в полевых условиях пересаживать голову разумного с одного тела на другое. Короче, искорежишь не только душу созданную тобой, но и искру своего симбионта. Ты просто не сможешь не думать и не чувствовать, плетя этот, как ты назвал, конструкт. А если попытаешься выдрать из него основу подпитки, то у тебя будет тупая и механическая марионетка, которая не сможет действовать самостоятельно.
– Да неужто, – буркнул я. – А репликация?
– Любое взаимодействие этой субстанции с мыслящим существом – нарушает структуру. Понимаешь, Андрей, можно, например, работать с химическими веществами в защитном костюме. И стерильность будет обеспечена. Но работать с духовными материями собственной магией, и защитить эту материю от пропитывания собой – невозможно. У нас плетением коконов душ занимаются специальные создания, которые не умеют думать и чувствовать. Этакие биороиды, настроенные только на одно действие. Плетение. И никто к этим сгусткам не прикасается ментально до тех пор, пока его не вселяют в тело, начиная обволакивать матрицей, ну, или до того, как матрицу записывают.
– То есть, Наане я передал уже не чистую субстанцию, а преобразованную мной? – пробормотал я.
– Именно.
– Черт... Как все у вас сложно.
– Это не у нас сложно, это у тебя грубая энергия низшего. Не обижайся только. Просто ты сейчас думаешь, что молотком и матом можешь создать чувствительную нейронную сеть. Здесь, прости, подобное не получится. Создавать душу – это прерогатива Создателя. Но, если у тебя есть такое желание поебаться, то я тебе могу скинуть многомерные схемы устройства переплетения линий силы, и даже подкрасить их цветами энергии. И даже – передать болванку, заключенную в сферу полной пустоты, на которую невозможно воздействовать магией.
– Идет, – согласился я. – Это был бы полезный опыт.
– Сбрасывания некоторого существа с манией величия, с небес,– буркнула Шанасс.
– С небес или нет, но я могу на конструкте вашей пустой хрени создать что-то вроде ядра искина.
– Хм... – Шанасс потерла нос. – Не искина. Там совсем другой принцип. Главное, все свои эксперименты скидывай в контейнер, который мы тебе передадим. Распылить ты это не сможешь, а обрывки и обломки сути нам здесь не нужны. А так, утилизируем, разложим на компоненты, и всем будет хорошо. И не забывай, что при некоторых воздействиях, подобный конструкт может обрести самосознание. Искалеченное, правда, но сознание. И ты будешь убивать уже живое творение.
– Мне нужно попробовать, – не согласился я.
– Да сказала же, что дам, – отмахнулась от меня Шанасс, перебравшись головой на колени. Сейчас с малыми отрабатывали Грайб с Олегом. А Родион проводил инструктаж Багратиону, вселяя его в керр у самой базы. – Но даже с помощью Высочайшего, тебе не создать ничего из того, что ты собрался. А даже если и создашь, то уж точно не отселить его, потому что ты еще не разобрался в себе, и выделить его искру из своей души не сумеешь.
– А вот об этом поподробнее, – я ласково ерошил густые волосы, едва подавив приступ ментальной боли о Янке, запертой в персональном аду.
После моего выверта с побегом и снятием средств со счетов, для перевода их на другие, что Шанасс, что Пол, просто покрутили пальцами у виска. Еще и дебилом обозвали. Ну, в общем-то, я сам себя таким сейчас и ощущал, потому что поднял те связи, что мог и не трогать, прибил тело своего кузнеца, и совершил финт хреном, от которого никому ни жарко, ни холодно не было... Если не считать тех, у кого мои вклады работали. То есть, я задел только своих финансовых распорядителей, и вскрыл тайные знакомства. А еще потерял около миллиона долларов. А почему дебилом чувствовал себя, так потому, что Шанасс мне, когда я сюда попал, на эту банку островную, принесла мне распечатки всех переводов, которые я совершил, и всех операций, что делали по моему приказу. И просто спросила, что мне мешало в новом обличье взять их под себя.
Да ничего не мешало. Просто взбесился. Просто не умею быть под кем-то.
– У тебя даже в эмоциях полный беспорядок, Андрей. Ты не можешь определиться с тем, как тебе себя вести. Я не говорю уже за более тонкие энергии. Ты никогда не пытался разобраться в психологии своих действий. Не думал о том, что можно себя усовершенствовать не только физически, но и ментально. Даже твоя работа с телом – грубое подобие энергетической оболочки, а не она сама. Нет, переведение в энергию у тебя удалось и очень неплохо, но это подобно тому, как засунуть человека в экзоскелет. Да, обученного, и справляющегося со всеми возможностями человека, но в искусственную броню. Ты просто пересадил свою душу из мешка с мясом, в мешок энергетический. И поддерживаешь его работу на уровне того же мешка. Ты не просматриваешь линии энергий своего тела. Так! Молчать! – рявкнула она на меня, стоило только рот открыть. – Почему я начала говорить за экзоскелет, не скажешь?
– Потому что мне надо учиться, с ним работать?
– Нет, Андрей. Потому что оператор такого девайса приходит в стойло, снимает с себя этот скелет, и им занимаются техники. Чинят, смазывают, смотрят, где и что не так... А вот ты его снять не можешь. А проблемы накапливаются... Кстати, чем сейчас Эгъясс и занимается, стараясь с помощью вашего разнообразного слияния, исправить накопившиеся ошибки. То есть, духовно ты не готов к смене тела. Ты еще не понял, что это значит. Просто переодел шкурку. Но шкурка энергетическая, слегка посложнее физической. И, если мы ничего не сделаем, то пойдут раскалибровки, несоответствия, и эта шкурка превратится в громоздкий скафандр, в котором ты будешь туповатым оператором, проводящим сотни действий, для выполнения одного задания. А должно быть иначе. Твое энергетическое тело должно было стать в разы пластичнее. И я не о формах говорю.
– Я тебя все равно не понял.
– Ох... – Шанасс перевернулась на спину, смотря мне глаза в глаза. – Лишившись тела, ты перевел себя не в разряд трансформера повышенной энергетической конструкции, а в разряд робота, которому поставили в управление не искин а мозг.
– Робокопа, что ли? – хохотнул я.
– Даже хуже, – вздохнула Шанасс, уже знакомая с нашим телевидением. – Твое новое энергетическое тело не срослось с душой. Она там, внутри, сидит отдельной составляющей, как оператор всего того, что ты наворотил. Пока твои конструкты работают нормально, но ошибки копятся. А то, как ты построил энергетические тела не только себе, но и своим эннэшше, а так же друзьям... Ну... Я бы сказала, что ты создал хуевого робота с ограниченными возможностями, после чего всадил в такого свой мозг, а потом, то же проделал это с остальными. Гэсс только выделяется немного, да и то потому, что является энергетической сущностью в своей второй ипостаси. Сумел себя перестроить. Ты бы хоть с него конструкт свой первозданный снимал, что ли... – Шанасс вздохнула. – А еще с душами работать хочешь...
– Хм... Да уж, да уж... – буркнул я, понимая, что богиня не завела бы со мной такой разговор просто ради разговора. – Есть идеи?
– По перестройке? – лениво отозвалась она. – Нет. По правке – да. Мои братья этим и занимаются. Правят. А вот перестройка... – она взглянула мне глаза в глаза, – тебе надо найти духовного учителя, который бы открыл тебе, как связаны душа и тело.
– Да нахуй надо, – я скривился. – Всякие там манны, прана, войдите в единение со своей душой... Херня! Но вот то, что Гэсс сумел переделать свое энергетическое тело, вот за это спасибо. К нему схожу, посмотрю структуру.
– Ну, о чем, собственно, я и говорила, – хмыкнула Шанасс. – Ты мыслишь как конструктор. Знаешь, у вас есть на Земле очень интересный вид субкультуры, который называется стимпанк. Думаю, то, что ты сделал со своим телом, можно отнести к магостимпанку.
– Эй, такого нет...
– Считай, что создал, – хихикнула Шанасс. – Сделал робота из энергии.
– Да хорош уже издеваться! – буркнул я.
– А я и не издеваюсь, – Шанасс стала невероятно серьезной. – Не биороида даже, чье тело само себя лечит и правит, а робота. И не только себе, а всем тем, кто потерял плоть по твоей вине.
Не выдержав, я зашипел на богиню, а после, обернувшись ягом, уполз прочь, на другой конец острова, где создал себе свою сферу, в которую не проникнут звуки и энергии.
То, что услышал от Шанасс – больно ударило по нервам. Не по самолюбию, нет. Именно по нервам. Себя я еще мог ломать хоть вдоль, хоть поперек, но не тех, кто мне доверился. И, если я дал друзьям и эннэшше «поломанные» тела, то надо было срочно решать эту проблему.
Первым делом, я осмотрел себя, проверив все конструкты, и все возможности, что они давали. Еще раз перепроверил линии силы, что шли по телу. Углубился во все мелочи, попытавшись понять, как и что взаимодействует... И так и не нашел проблем.
«Потому что смотришь на тело, как покупатель на агрегат, а не изнутри, – вздохнул Вэрриан. – Твое тело я правлю, уничтожая все погрешности, потому что оно не только твое, но и мое. А вот других так править не могу».
«Почему? Я же даю тебе право... И почему не сказал?!»
«Потому что только сейчас задумался над этой проблемой, – ментально вздохнул Вэрриан. – Энергетические тела, что ты создал, прослужат долго по человеческим меркам. Лет сто, а то и двести. Но ошибки будут копиться. У вас это называется старость. Но у энергетических личностей, которыми ты сделал своих эннэшше и друзей, видимо, не должно быть старости. И богиня подсказала мне это. Как и твои эмоции. Хотя, когда ты создавал энергетическое тело, я думал, что ты создаешь его под определенное количество лет. Не сразу понял, что ты хочешь его сделать вечным...
– Бляяя... – я выдохнул и расслабился. – Ну вы и... Высшие с Высочайшими... Я не знаю, что будет в ближайшие десять лет, а вы уже думаете о том, что будет через сотню! Охренели совсем! И меня ввели в заблуждение!
«Проблема в том, Андрей, что тела, которые ты дал эннэшше, в какой-то момент растворят их души в себе, сделав их единым целым. То есть, тебе придется править их проблемы постоянно, чтобы продолжать их жизнь в этих телах. И чем дольше, тем чаще. Или отпустить. Ну, или понять, где облажался, и поправить сейчас.
– А где я облажался?
«А вот хрен тебя знает, – хмыкнул Вэрриан. – Такой вид конструкта преобразования тела я еще не встречал. И Шанасс права. Это не духовное развитие».
– А с духовным поможешь?
«Помог бы... – с сожалением произнес Вэрриан, – Но проблема в том, что ты не развит как духовное существо. Ты блокируешь подобное развитие. Я для тебя всего лишь дополнительная возможность этакого искина. Как я ни пытался, ты даже осознать того, что я часть твоего я, а не голос в голове, не можешь. Принимаешь, воспринимаешь, соглашаешься, то – да. Но принять... – Вэрран усмехнулся. – Так что, создать для меня душу ты еще может, и сможешь, но вот выселить... Отнюдь. Просто не поймешь, какой кусок души рвать, чтобы избавиться».
– А ты сам, как бы, не мог бы?
В ответ раздался только ментальный смех.
– Блядство, – выругался я. – Совсем очешуели. Я вам кто, создатель, что ли?..
Как-то резко перехотелось все. Смысл? Разве что вызволить друзей и родных из аллара. А дальше? Пиздовать куда-то, учиться чему-то? Охаяли, хуями покрыли все то, что создал, обсмеяли... притом не только снаружи, но и изнутри. И что теперь? Что еще есть? Классная ебля, три озабоченных мужика, завязанных на мне, куча сосунков, которые не знают, что делать, и три мира?.. А нахуя оно мне надо? Вот серьезно?
Свернувшись клубком, я застыл в пространственной нише, пытаясь справиться с собственной депрессией. И Вэрриан, сука, не пытался мне помочь. Утек в свое пространство, словно его и не было. И никому из богов не было до меня дела. Как и эннэшше. Ну и хрен с ними. Я свернулся еще плотнее, приказав себе спать.
Проснулся от ощущения теплого меха под носом, вдохнув непередаваемый запах урров, ощутив оттенок, что соответствовал матери. И прижал к себе меховое создание.
– Когти-то спрячь, – проворчала урра, повернувшись лапами ко мне. – Ари, что ты удумал? Ты что, забыл свои цели?
– Мелочные они, – уткнулся я мордой яга в мех урры. – Как у ари... – я хохотнул. – Хотя я и есть для тебя ари...
– Мой рребенок... – проворковала Руара, начав облизывать мне морду, чуть ли не пластами снимая с меня отчаяние и глухую депрессию. – Мой ари... Ты все сможешь, я не сомневаюсь. И тебе не цель нужна, и не поддержка.
– А что, мам? – изменяясь в урра, выдохнул я.
– Вера, малыш, – лапы сжали меня сильнее. – Вера в то, что ты делаешь. И я в тебя верю. Как и твои харры, как и эннэшше, и морфы... Мы все верим. А ты… – Руара начала вылизывать мне морду, удерживая лапами и не давая отстраниться. – А ты должен идти своим путем, мой ари. Тем, что выбрал.
– А смысл? – буркнул я.
– Знаешь... – Руара отстранилась. – Можно просто жить, а можно стремиться. И ты сам делаешь выбор. Но, я думаю, что имея столько возможностей, отклонить их и просто жить... Это не для тебя. Не интеррресно. Так зачем отбрасывать возможности?
– Да надоело все, – буркнул я. – Словно катализатор, мля. А оно мне надо?.. Знаешь... – я уткнулся в теплую шерсть с родным запахом, – когда-то я пытался выжить, хотел подняться. Стремился даже... Потом хотел отношений. После – мне хотелось достичь чего-то... Быть кем-то... Да и возможности были... А потом меня кинули на Ваарру, тебе под брюхо. Не, мам, я рад этому, – я облизал мордочку Руары. – Я не рад тому, как меня кинули, и для чего. Меня поимели морально. А потом тот хер, по причине которого меня и подставили вам, поимел и моих друзей, и детей, и учителей... – я выдохнул, не желая срываться в истерику ярости. – И я теперь ничего больше не хочу. Только достать их.
– А потом? – муркнула Руара.
– Потом? – я хмыкнул. – А даже и не знаю. Сдохнуть бы... Так Янка с Дрэйком... И Грайба некуда деть... Остальные разбегутся, сами себя найдут, а эти... – я выдохнул. – Мам, я просто полежу, ладно? Рядом с тобой. Если тебе не сложно.
– Конечно, Дррэй, – муркнула урра, затарахтев, своим мурчанием разбивая на осколки мою хандру. – Я всегда рядом, ари...
