Импринтинг миров - 3 (никогда не злите магов)

      – Давай, Оленька, еще... – в почти полной темноте угадывались лишь силуэты двух людей. Один придерживал под спину, а второй пытался придвинуть к ее губам чашку с хорошо теплым бульоном. – Ну, давай, еще глоточек... Пожалуйста...       – Отстань, – захныкала Ольга, попытавшись отвернуться от чашки. – Дай мне спокойно сдохнуть...       – Да поздно уже о таком мечтать, – тихо рассмеялся мужчина. Голос был тихим, приятным, но даже этот полный беспокойства полушепот не мог ее заставить сделать еще глоток. К горлу снова подкатила тошнота и, если бы не помощь второго, сразу же подставившего миску к ее подбородку, то выпитое вылилось бы на кровать. – Оль... – мужчина отставил чашку, глухо стукнувшую о тумбочку. – Если ты не начнешь восстанавливаться, то придется тебя перевести на внутривенное питание. Ты этого хочешь?       – Я спать хочу, – выдохнула девушка, ощутив, как ее губы осторожно промокнули салфеткой. – Оставьте меня.       – Слушай, может действительно на внутривенку ее? – пробормотал второй голос, в тембре которого она узнала голос Богдана. – Я не врач, конечно, но как по мне, проблема тут не в физическом истощении.       – Вот кто бы мне здесь еще лекции читал, – шепнул первый. – Было бы физическое, я бы ее в пять минут на ноги поднял.       – Лев... Ты?.. – простонала Ольга, услышав согласное угуканье. – Что со мной?       – Пизды вам двоим дать надо, вот что с вами, – в голосе прорезалась какая-то отчаянная злость. – Не, ну я понимаю этого придурка. Выложился, потому что иначе не умеет. Но ему-то что? Скорее мир перевернется, чем он сдохнет. Но вот ты...       – Что я?.. – Ольга с трудом перевернулась на бок.       – Вэр сказал, что вы работали на уровне творцов. Оба. Вот только Андрей подпитался вначале, а ты выложилась. И твоей энергии, чтобы резерв восстановить, нет. Так что, твое тело, к тому же еще и физическое, начало поедать само себя, используя жизненную силы, чтобы восстановить энергетические контуры.       – Ох, девочка... – Богдан тяжело опустился на колени рядом с кроватью. – Если бы я знал, что именно вы сделать собираетесь, я бы тебя не порталом к Андрею отправлял, а закрыл бы в своем керре, вбивая в голову основы перераспределения энергии.       – Если бы, хоть кто-то знал, что этот кусок... простите... что этот чудак на букву «м» сделать задумал... Так нет же. Мышка, млять, норушка. Хоть в капсулу стазисную теперь тебя клади, чтобы восстановить жизненные процессы.       – Слушай, а может ее на Шаррмаш? – с каким-то сомнением переспросил Богдан. – Хотя Вэрриан ничего такого не говорил...       – Скажет. Если мы ее туда потащим, – буркнул Лев. – На истощенный энергетически организм еще и удар энергии несовместимой с этим телом... Покалечит ее, притом так, что лучше сразу убить.       – Нельзя меня убивать, я хорошая, – почти сквозь сон пробормотала Ольга, уютнее умостившись на подушке.       – Тебя не убивать надо, а на опыты сдавать, – стоило только закрыть глаза, как мир исчез, вкинув Ольгу в Забвение. Лакрицияр выглядел очень недовольным, если не сказать больше. – Лишиться той части энергии, которую ты взяла с собой в чужой мир, еще и жизнью поделиться? Ты у Рэйзела научилась?       – Папа, я тебя тоже очень люблю, – Ольга счастливо улыбнулась.       Лакрицияр тяжело выдохнул сквозь зубы. Злоба буквально изливалась из него, заполняя собой все пространство, заставив девушку поежиться и отступить на шаг.       – У тебя что, во время переноса атрофировался инстинкт самосохранения? – прорычал он.       – Ну почему сразу атрофировался? – Ольга тяжело вздохнула. – Просто я не могла поступить иначе. Если бы я не позволила этому человеку, к которому ты меня послал, воспользоваться своими силами, все то, что он делал, пошло бы насмарку.       – Сядь! – рыкнул Лакрицияр, создав удобное креслице, и навис над ней, лишив всякого маневра движения. – Ты понимаешь, что у тебя нет столько сил, чтобы помогать новорожденному богу! Ты едва не сгорела, отдавая ему себя!       – А ты видел когда-нибудь хирурга, который сделав половину операции, бросает инструменты и, говоря, что устал, уходит от стола? Ты сам бы так поступил? – хоть и было страшно, особенно от осознания, что никуда отсюда не деться, пока не отпустят, но Ольга все же выдержала этот взгляд.       – Ты могла умереть, – Лакрицияр чуть сбавил обороты, но все еще смотрел крайне недовольно, не желая признавать ее правоту. – У этого твоего "пациента" есть много тех, кто мог бы пожертвовать энергию!       – Я не об Андрее говорю, – проворчала Ольга, но Лакрицияр ее словно не услышал.       – Ты что, думаешь, что я снова пошел бы с тобой на эту сделку? «Ой, умерла Оленька во время своего эксперимента!.. Не беда, сейчас воскрешу, и время поверну вспять! И вообще, все что хочешь, сделаю!» – ерничая, произнес он. – Так нет! Не бывать этому! И не потому что не хочу, а потому что я и так сейчас хожу по лезвию бритвы с твоим поведением!       – Ну не было у этого существа никого, кроме нас, – Ольга потупилась, прекрасно понимая свою вину. Тогда, когда делилась силой с Андреем, помогая завершать вселение, фиксируя укрепление, думала, что сил хватит. Перестаралась. Но оставить Эррана в полусобранном состоянии... И надавила на жалость: – я как раз только разум этого существа считала. Он во мне был. И что, оставить и уйти? – а потом, уже себе под нос добавила: – да и некуда было уходить. Андрей порталом нас туда доставил. А я порталы пока не умею создавать.       – А это тебе зачем?! Ради красоты?! – Лакрицияр поймал кулон девушки в ладонь, после чего выпустил его из рук. Он все еще был раздражен, но злость уже не давила, и не накрывала собой, не давая дышать. – Ты хоть пробовала им пользоваться, пока у Андрея находишься? Ольга, скажи мне, почему ты вместо того, чтобы хорошенько подумать, сделала все для того, чтобы оказаться в таком состоянии? Я уже, кажется, говорил тебе, что не надо идти напролом, не надо! - он снова поднял голос, и раздраженно потер лицо руками.       – Да не работает твой кулон! – Ольга сжала кулачки. - Думаешь, не проверяла?       Лакрицияр нахмурился, снова взяв в руки подвеску, осмотрев ее более внимательно, после чего отошел, так и не сказав ни слова.       – А у вас здесь миленько, – раздался какой-то очень уж знакомый голос, и Ольга вскинулась, понимая, что раньше сервированный столик и существо, сидящее за ним, было скрыто. Вэрриан, вальяжно разлегшийся на стуле, только белозубо улыбнулся и, отсалютовав большой чашкой, сделал из нее глоток, хрустнув печеньем. – Давно я не смотрел телевизор, а тут... Такая мелодрама семейная, что прямо ух! Разве что вместо мексиканских страстей, божественные.       Лакрицияр, словно по мановению волшебства, потерял свою человечность, став похожим на большую пластиковую куклу, у которой нет желаний и эмоций, после чего повернулся всем телом к Вэрриану, и низко ему поклонился.       – Простите, что не заметил вас. Открытых путей и сияющих звезд вам, Высочайший.       – Не стоит извинений, Риц, – Вэррриан закинул печенье в рот, запив его большим глотком напитка, что был в чашке. – Я здесь не как судья, а как любопытствующая сторона.       Ольгу пробрал озноб. Вэрриан... Нет, она знала, что он не простое создание, Андрей говорил ей об этом. И Высших она видела, но Высочайший... Да еще поведение отца, который явно побаивался это создание... вот только, такого давления, которое она ощущала от Мэрролэйва, или от Нуэрры – не было. Если бы не увидела его здесь, то ни за что бы не поверила, что это существо имеет хоть какое-то отношение к богам. А то, что Высочайший...       – Не стоит меня бояться, малышка, – Вэрриан искристо улыбнулся. – Я не причиню тебе вреда, как и твоему отцу. Мне не за что на вас злиться, а значит, и вести себя со мной, как с какой-то страшной тварью, не имеет никакого смысла... Так вот, Риц, – обернулся он к Лакрицияру, предложив ему присесть за свой столик, поставив рядом с ним такую же чашку, а после сменил дислокацию столика, придвинув его к креслу Ольги, и теперь они оказались друг напротив друга. – Ты пей, пей, когда еще попробуешь нектар, которым мы утоляем жажду, – чуть подтолкнул он эмоционально бога. – Так вот, продолжу. Твоя дочь, Риц, права. Андрей – тугодумное существо, которое никогда не спросит у других, чего им стоят его выходки. Вот и в этот раз то же самое. Он закрылся с Ольгой в таком месте, которое не пропускает энергию мира. Вот только сам пополнил баланс сил, к тому же использовал энергию, что украл у богов своего мира, а вот о том, что будет с твоей девочкой – даже не подумал. И по большому счету, Ольге ничего не оставалось, как помочь ему, или же убить то создание, что они там возвращали к жизни. И знаешь... Я бы посоветовал тебе не винить дочь. Ей не грозила смерть, разве что истощение. Так что, если бы это была ее вина, то я бы не тащил ее через две вселенных к тебе, чтобы ты помог с восстановлением.       – Я еще раз прошу прощения за свои эмоции, – Лакрицияр так и не менял выражения лица, но чуть отпустил свой внутренний барьер, дав понять, что слегка расслабился. – Извини меня и ты, дочь, – он чуть склонил голову к Ольге. – Но впредь, береги себя от подобного. Ты – будущая богиня, и должна понимать, что подобные вольности недопустимы.       – А Андрею допустимы, да? – не сдержалась Ольга. – Он же тоже себя истощил...       – Девочка моя, – Вэрриан мягко улыбнулся. – Андрей уже не человек. Не биологическая особь. Он – аккумулятор, который, если опустошить, всегда можно зарядить заново. Ты же – человек, в оболочке которого присутствует божественная энергия. И, когда ты ее лишаешься, то следом используешь и свои собственные жизненные силы. Считай, что в той станции ты подарила Андрею десять лет своей жизни. Нет, я ему намекну на это, и тебя восстановят физически... Но силы твоего организма и возможности его регенерации еще слишком малы, чтобы выкладываться так полно.       Ольга виновато опустила голову.       – Я не рассчитала. Честно. Я пока еще не знаю всех своих возможностей и способностей, вот мне и показалось, что справлюсь...       – Ну, в чем-то ты права, – Вэрриан, хмыкнув, отпил из чашки. Лакрицияр же, сделав глоток, даже глаза от удовольствия прикрыл, распробовав то, что ему дал Высочайший. – Это можно назвать форс-мажором. Никто не думал, что Андрей сорвется на подобное возрождение, едва получив достаточное количество сил. Но некоторые его мысли настолько беспорядочны, что скрыты от меня. Если бы не этот хаос в его разуме, то я бы смог понять его затею, и пресек бы ее. Во всяком случае, до того, как Андрей утащил твою дочь на станцию.       – Я вот только одного понять не могу, – Ольга, понимая, что гроза прошла, попыталась стащить у отца чашку, легонько получив по рукам.       – Даже не думай! – строго прикрикнул на нее Лакрицияр. – Рано тебе еще пока это пить.       – Так вот, я не могу понять, – девушка опустила руки на колени. – Почему ты, зная, что творит Андрей, даже намеком не дал понять, что мне можно делать, а что нельзя? – она посмотрела на Вэрриана.       – Ну я же не пастух у стада овец, – хмыкнул Вэрриан. – У каждого человека или молодого бога есть свобода воли, свобода выбора: уйти из жизни, или сохранить ее. Какое право я имею, чтобы вмешиваться в жизнь людей?       – Ах, право не имеешь? – Ольга поджала губы. – Знаешь, сто к одному даю, что в тот мир меня утащил именно ты!       – Ольга, веди себя достойно перед высочайшим, – строго посмотрел на дочь Лакрицияр. – Хотя бы при мне... – уловив взгляд Вэрриана, пробормотал он уже в кружку.       – Пустяки, – легко отмахнулся Вэрриан. – Я действительно приложил силы, чтобы ты там оказалась. Но, ответь мне, девочка, разве я оказался не прав? Разве твоя помощь не нужна на Ваарре? Просто в следующий раз будь осторожна. Риц, восстанови, пожалуйста, баланс сил дочери. Я, конечно, смог ее на время увести к тебе, но это время скоро истечет.       – Да, Высочайший, – Лакрицияр отставил кружку, буквально из воздуха поймав осколок пространства, что превратился в льдинку, вскрыв себе ладонь и, собрав ее горстью, протянул дочери. – Пей. Это тебе поможет.       Ольга посмотрела на белесую гелеобразную жидкость, что вместо крови выступила из ран, и склонилась к ладони отца, сделав пару глотков, после чего раны на руке бога тут же затянулись.       – И вот нельзя было сделать это сразу, без нравоучений, – тихо пробормотала девушка, но Вэрриан ее услышал.       – Смертные... – он как-то удрученно вздохнул. – Знаешь, собрат по несчастью, у них два состояния. Или они перед тобой ползают и бубнят свои славословия, или же дерзко смотрят в глаза, всем своим видом пытаясь доказать, что мы им ничего не сделаем. И знаешь, что самое страшное? – он подмигнул Ольге. – То, что они правы как в первом, так и во втором случае. По той простой причине, что дерзких мы ценим, а вот лизоблюдов отторгаем. Так что, цени то, что эта смертная, которую ты к себе приблизил, смотрит на тебя открытым взглядом, не страшась того, что ты бог.       – Я услышал тебя, Высочайший, – кивнул Лакрицияр.       – Главное, чтобы те, кого мы к себе приближаем, с дерзости не срывались на хамство, – внимательно посмотрев на девушку, прохладно произнес Вэрриан. – Этого мы тоже не любим.       Лакрицияр согласно кивнул, взглянув на дочь.       – И чтобы сильно не наглели, особенно находясь в других мирах. И не приносили за собой всякую мерзость.       – А твоя дочь что-то подцепила в каком-то из миров? – удивленно переспросил Вэрриан.       – Ольгой заинтересовался безумный смертный, который занимается увеличением собственной силы за счет массовых убийств и геноцида, более высоких по развитию рас. И этот смертный настолько удачен в своих опытах, что уже встал на одну ступеньку с богами своего мира, научившись ходить мировыми порталами, – раздраженно произнес Лакрицияр, хлебнув напитка, что даровал ему Вэрриан. – И теперь, в качестве подопытной лягушки, он хочет заполучить мою дочь. И остановить его довольно сложно, даже моими силами.       – Подопытная лягушка... – Вэрриан хмыкнул, а после чего заразительно расхохотался. – После общения с Андреем, после того, как ее обучит гений магических конструктов, после той боевой и медицинской подготовки, которую твоей дочери придется пройти... – он вытер выступившую слезинку. – Боюсь, подобной подопытной лягушкой или мышкой, станет этот глупец. В крайнем случае, я приведу тебе в помощь команду из молодого бога и его гвардии. Андрею все равно надо где-то учиться убивать тех, кто сильнее его. Так почему бы не в твоем мире?       – А что? Это было бы весьма кстати, – Лакрицияр с улыбкой повернулся к девушке. – А моя дочь проследит, чтобы наш мир по случайности не стал полигоном для этого молодого бога. Я прав?       – Издеваешься. Ты точно издеваешься... – Ольга на мгновение прикрыла лицо руками, после чего обратилась к Высочайшему. – Я же правильно поняла, что ты хочешь послать Андрея?       – О, послать я его давно хочу, и как можно дальше, – Вэрриан, в улыбке, чуть дернул уголком губ. – Но да, я именно о нем. И да, – он обернулся к Лакрицияру. – Можешь не беспокоиться. Этот молодой бог хоть и позволяет себе малость неадекватности, во время боевых операций деловит, собран, и действует очень четко. Так что... – он улыбнулся чуть шире, – от силы, ты одного материка лишишься, а не всего мира.       – Папа... – Ольга жалобно застонала. – Может не надо, а?.. Может, я сама справлюсь?.. Не, Андрей хороший...       – Но селить его лучше на другом конце континента, – хмыкнул Вэрриан. – И не только его, но и всю его команду. В общем, вы подумайте на досуге, нужна ли вам эта головная боль, или справитесь сами.       – А вот Ольга и решит, – Лакрицияр гаденько улыбнулся. – Ты ведь клятву о защите мира от этого пройдохи дала, а вот как ты это сделаешь – твой выбор. Но ты подумай... – теперь выражение лица Лакрицияра было донельзя серьезным. – Возможно, это совсем не плохая идея.       – Прости, время на исходе, – Вэрриан протянул руку девушке. – Пора возвращаться. И да, Риц, ты знаешь, как меня позвать в случае непредвиденных обстоятельств. И сделай подобный медальон призыва дочери. Я-то, в отличие от некоторых, всегда на связи, ибо вселен...       – А, может быть, вы еще здесь поговорите пару минут, а я в то время, пока вы здесь, пойду, гляну, как там мои?       – Дочь, не позорь меня, – раздосадовано вздохнул Лакрицияр. – Ты здесь только сознанием. Хочешь своего любимого до седин испугать видом своего призрака? Иди уже, – он подтолкнул ее под локоть. – И постарайся вернуться в этот мир не душой, а вся, полностью. Я верю в то, что больше ты таких ошибок допускать не будешь.       – Идем.       Вэрриан ухватил девушку за руку...       Вздрогнув всем телом, Ольга очнулась в полной темноте, понимая, что лежит в собственной кровати, и попыталась перевернуться на бок, чтобы подремать в уюте еще некоторое время.       – Не дергайся, пожалуйста, – раздался тихий голос слева, и она повернула голову, увидев усталое лицо Богдана, что ухватил ее за руку. И только потом осознала, что лежит под капельницей.       – Я себя чувствую гораздо лучше, – девушка улыбнулась, вспоминая свой сон, постепенно приходя к осознанию, что сном это не было. Организм полностью восстановился, а значит, что резерв божественной энергии оказался снова полон.       – Это замечательно, – раздался второй голос, со стороны двери. – Тогда, может быть, ты не откажешься немного попить?       – С радостью, а то в горле пересохло, – согласилась Ольга, и Лев, а это был именно он, поднес к ее губам чашку с какой-то жидкостью, которая на вкус оказалась регенерином. И сделала пару больших глотков. Организм, к счастью, не взбунтовался.       – Слава богам... – тихо выдохнул Лев. – Вытащили.       – Спасибо вам, – Ольга, зевнув, устроившись на подушках удобнее, прикрыла глаза, снова провалившись в сон. Теперь уже настоящий, без каких-либо сновидений. * * *       – Дрыхнешь? – разбудили ее внезапно, и шторы на окнах резко пошли в стороны, позволив свету резануть по глазам. Ольга поморщилась, прикрывшись от лучей солнца, из-под ресниц посмотрев на Андрея, что стоял у окна. – А я, вот, пришел тебя навестить.       – Спасибо, – Ольга чуть приподнялась на кровати, взглянув на Андрея еще раз, понимая, что тот выглядит не очень хорошо, словно месяц питался одной водой. Скелет, одним словом. – Тебя тоже ударило?       – А, ерунда, – чуть покачиваясь от слабости, он подхватил стул, усевшись рядом с кроватью девушки. – Со мной все точно в порядке будет. А вот то, что тебя так задело... Прости. Вэрриан мне уже вставил. А тебя, я вижу, Лёва решил залечить, – указал он на штатив, в котором были закреплены два пакета, и катетер, что торчал из вены. – Ты этим лепилам не давайся, они, гады такие, так и норовят привязать к кровати этим поводком, – указал он на систему. – И вообще, тебе бы на свежий воздух...       – Андрей, можно просто сказать «извини», – хмыкнула Ольга.       – Слова... – мужчина виновато улыбнулся. – Ладно. Ты права. Извини. Я просто так увлекся работой, что забыл обо всем. Даже канал доступа энергии не открыл.       – Да я сама виновата, – Ольга пожала плечами. – Думала, что здесь мне доступ к силе отца открыт, а оказалось, что так же урезана в своих возможностях, как и ты, пока не взял силу, что дал тебе Эрран. Ничего, если мы не будем выкладываться так же, как и там, то я справлюсь.       – Я бы тебе посоветовал пользоваться моей силой, если у тебя есть такая возможность, – Андрей вздохнул. – Но не знаю, как ты ее примешь. Помнишь, я говорил за канистру с водой?.. Вот то же самое, у тебя теперь. А сможешь ли ты пользоваться ею, даже не знаю.       – Андрей, – девушка сжала руку мужчины в своей. – Я пока всего лишь человек, хоть меня и готовят в богини. – А человек может пользоваться силой богов, если ее ему дают. Любой силой.       – Вот и хорошо, – тот улыбнулся, вскинув голову, когда в комнату практически вполз Лев Робертович. – Что, доходяга, и по тебе мазануло?       – Да пошел ты, котлетка недожаренная, – отмахнулся тот, деловито осматривая девушку. – Сам себя не любишь, так хоть других не подставляй, – он устало зевнул.       – О, Лёлик, – Андрей хохотнул. – Хочешь, расскажу тебе стих про вот таких вот, – он кивнул на своего лекаря, что выглядел тенью, по сравнению с тем, каким он запомнился Ольге в первое общение.       – Давай, – согласилась девушка.       – По асфальту злобно полз       Страшный ухогорлонос.       А за ним, ругаясь матом,       Шел патологоанатом.       Под прикрытием метелок,       Крался страшный гинеколог.       Весь дрожа, как банный лист,       Пробирался окулист.       С мордой жуткой, страшно пьян       Брел хирург — большой смутьян.       Прикрывая тыл плакатом,       Несся буйный психиатр.       Вся помятая с утра       Волочилась медсестра       И ее ночной кошмар –       Кривоногий санитар.       Словно ежик с тьмой иголок       Шел уторченый нарколог.       Явно на руку не чист       Прятал взгляд анестезист.       Матерясь и хохоча,       После праздника врача,       Шла районная больница       Еле ноги волоча! – с какой-то детской непосредственностью продекламировал Андрей, показав Лёве язык.       – Ах, вот так, значит... – Лев Робертович погрозил Андрею пальцем. – Вот тогда с тебя праздник меня любимого.       – Будет, Лёвонька, все будет, – мягко улыбнулся Андрей, и даже по голосу стало заметно, что запал прошел, и теперь он еле держится в прямом положении. – Дай только на ноги встать, и Ольгу поднять. Вот тогда и погуляем.       – Лев, – Ольга, взглядом, обеспокоенно показала на Андрея.       – Я уже вызвал, – тихо буркнул он, кивнув, когда открылась дверь, впуская на порог комнаты Олега. – Забирай своего немощного, и тащи его отдыхать.       – Жаль, что привязывать к кровати нельзя таких вот, – покачал головой Олег, после чего обернулся к девушке. – Кстати, выглядишь намного лучше. Поздравляю. Идем уже, горе луковое, – подхватив Андрея на руки, словно тот ничего не весил, он пошел к двери. – Оля, я на тебя надеюсь. Постарайтесь пока не заниматься ничем таким, что могло бы потребовать от вас использование сил. Угробитесь. Оба.       – Я постараюсь, – кивнула девушка, после чего обратила взгляд на врача. – Ну, каков вердикт?       – Ремень для задниц, и навесной замок для комнат, – пробурчал тот. – Ну, вот как можно довести себя до полусмерти, вот скажи мне? – вздох вышел тяжелым. – Я понимаю, что вы увлеклись, но подобную работу можно было сделать в несколько заходов.       – Вдохновение, – Ольга с виноватой улыбкой пожала плечами. – Но я уже получила втык, так что больше подобного не будет. Так что скажешь?       – По всем признакам, ты очень быстро пошла на поправку, – Лев перешел на деловитый тон. – Могу сказать, что это, – указал он на штатив, – тебе больше не нужно. Если, конечно, ты начнешь самостоятельно принимать пищу.       – Начну, – Ольга твердо кивнула. – Я уже сама чувствую, что кушать хочу.       – Ну, в таком случае, я тебя передам няньке, и буду только следить за твоим восстановлением. Больше в моих услугах ты не нуждаешься.       Лев еще подумал минуту, после чего снял катетер, заставив девушку согнуть руку в локте.       – А когда вставать можно будет?       – Сейчас твоя нянька придет, вы и решите, что можно, а что нельзя, – Лев поднялся на ноги. – И Христом богом молю тебя, девочка, пока не восстановишься, не используй свою силу. Ни божественную, ни магическую. Постарайся действовать как человек. Хотя бы еще пару дней.       – Ну, пару дней я точно выдержу, – согласилась Ольга. – И да, – когда Лев пошел к выходу, остановила она мужчину. – Спасибо вам с Богданом, что вытащили меня.       – Знаешь... – Лев чуть помедлил. – Это надо не меня, а именно Богдана благодарить. Он первый заметил, что с тобой что-то не так. И меня вызвал. А то, не знаю даже, что бы с тобой было, – раздался стук, и Лев открыл дверь. – Да, заходите. Мрис, помнишь, что я тебе сказал? Бага?..       – Мы справимся, – отозвался Мрис, входя в комнату.       Ольга чуть глубже забралась под одеяло, осознав, что находится в кровати обнаженной. А тут, двое мужчин...       – Не стоит беспокоиться, Оля, – закрывая за Львом дверь, произнес Мрис. – Сейчас я навешу на тебя конструкт одежды, и сам его настрою. Так как это энергетическая составляющая, то ни загрязняться, ни мяться этот конструкт не будет. Да и душ принимать ты сможешь прямо в нем. А потом, когда восстановишься, я научу тебя с ним работать, – мужчина подошел, притронувшись двумя пальцами ко лбу девушки, и простая легкая ткань, удобная как пижама, облекла ее тело. – Ну, вот и все.       – Странно, что моими няньками являются мужчины, – Ольга все еще смущалась.       – К сожалению, Янара улетела по делам, а Руара занята в храме, – Мрис развел руками. – А больше у нас нет женщин, которые хорошо разбираются в энергетических структурах. Так что, твоими няньками будем мы.       – Тогда не составит ли вам труда, уважаемые няньки, – улыбнулась Ольга, – сопроводить меня в санитарную комнату. А то очень хочется...       Пока Мрис с Богданом осторожно усаживали девушку на кровати, давая ей справиться с головокружением, Ольга задумалась над тем, почему ей раньше не хотелось в туалет. Словно организм замирал, остановив работу всех органов и систем.       – У нас есть специальные конструкты для подобных проблем. И Лев отлично умеет ими пользоваться, – шепнул Мрис.       – Ты мои мысли читаешь? – Ольга с трудом встала на ноги.       – Да. Прости, это моя расовая особенность. Для меня нет скрытого в разуме человека. Правда, в личное я стараюсь не лезть, так что твои тайны останутся при тебе.       – Ну, и на том спасибо, – согласилась девушка, позволив усадить себя на сидение унитаза. – Можно я здесь сама как бы?..       – Нельзя, – вздохнул Богдан. – Не дай боги, еще упадешь...       – Кстати, справить нужду можешь, не снимая с себя конструкт. Это же энергия, – добавил Мрис.       – Ребята, выйдите! – уже не с просьбой, а с приказом обратилась Ольга к мужчинам. – Есть же предел у вашей заботы?       – Ладно, – согласился Мрис. – Только не напрягайся.       – Да уж постараюсь, – хмыкнула девушка, с облегчением вздохнув, когда закрылась дверь.       Облегчившись, и все еще сидя на «белом друге», она задумалась, как бы принять душ, а еще лучше – ванну. Большая, блестящая новой эмалью, с форсунками, встроенными в стенки, эта штуковина манила ее своей белизной.       – Оль, на тебе до сих пор стоит конструкт очистки! – через дверь отозвался Мрис. – Не геройствуй!       – Ладно, – Ольга вздохнула, но последовала совету. – Все, можешь меня тогда отсюда забирать.       – И вести кормить, – подхватил ее под руку Богдан. – А то тебя на просвет уже видно...       После легкого но калорийного завтрака, все еще поддерживая с двух сторон, Ольгу вывели на улицу, где Мрис тут же разложил покрывало, в приказном порядке заставив девушку сесть.       – Ну вот. Хоть воздухом свежим подышишь, – пробормотал Богдан. – Мрис, я отойду ненадолго. А ты Ольгу сильно не нагружай. Рано ей еще...       – Рано что? – лениво произнесла девушка, чувствуя приятную сытость, понимая, что ее сейчас сморит сон.       – Развлекать тебя, – мягко рассмеялся Мрис. – Если твой матричный кокон нагружать нельзя, то вот мозги – очень даже можно. Поэтому я хотел бы тебя научить кое-чему. Информацию о том, чему учу, я тебе потом отдельным пакетом скину, но для того, чтобы разобраться в том, что за конструкты у тебя будут в памяти, я тебе о них сейчас и расскажу.       – О, хорошая идея, – согласилась девушка, откинувшись чуть назад, и сразу ощутила под спиной мягкость подушек, а под рукой встал столик со стаканчиком, в котором что-то было налито. – Мрис... – Ольге до сих пор было немного неловко обращаться к этому человеку, точнее нхину, как называл его Андрей, но она понимала, что эту неловкость надо как-то перебарывать. Особенно в связи с тем, что тот ее будет учить. Намекали на это уже не один раз, так что требовалось расслабиться и принять обучение у этого разумного, как данность. – Меня тут вот что интересует. Вы скидываете мне конструкты, я с некоторыми даже могу работать, но вот как это действует, даже не понимаю.       – Хм... – Мрис задумался. – А покажи мне, как именно и что ты делаешь, и как их воспринимаешь.       – Да вот так... – Ольга попыталась в деталях вспомнить, как встраивала конструкт пространственного кармана.       – Понял тебя, – Мрис ненадолго задумался, после чего сел поудобнее, обернувшись к девушке полностью, чтобы смотреть в глаза. – Понимаешь, Андрей не с того начал. Он закидал тебя уже готовыми конструктами. То есть, в твоем виртуальном пространстве сейчас много техники, которую просто надо подключать к себе, как например, тостер в розетку. Но что это за техника, и за что она отвечает – не рассказали, только дали развертки конструктов, и тома с инструкцией по их работе. Но тебе нужен не этот ворох магической техники, тебе нужно понимание, что это такое, и как его применять. Поэтому, давай я начну с самого начала. С нитей силы. Их ты видишь, и как я понимаю, видишь очень хорошо. Разве что не можешь с ними работать на нашем уровне. Вот с этого я и начну. Смотри, – Мрис высветил на своей руке несколько десятков разноцветных жил, похожих на тончайшую проволоку. – Вот это – начало любого конструкта. Если ты видишь и ощущаешь нити силы, и можешь их ухватить, то, считай, ты уже прошла первую стадию обучения.       – Но, это же не все, – мотнула головой девушка. – Видеть и даже плести что-то из этих нитей – это одно, а плести правильно – другое.       – А тут еще проще, – Мрис улыбнулся. – Конструкт, на самом деле, это простейшие фигуры, которые вписаны друг в друга. Для начала – создаешь сферу ограничения, – собрал он одну из нитей в обычный круг. – Создаешь из них некий шарик или куб... А в этой сфере уже создаешь то, что тебе надо. Правда, для этого надо знать хоть основы черчения, чтобы твои творения выходили не просто объемными, но еще и правильными. Но... – Мрис задумался. – Можно использовать и простое ментальное веление, с закреплением.       – Это еще как? – Ольга даже приподнялась от любопытства.       – Понимаешь... – Мрис задумался. – У каждого разум работает по-своему. Андрей научился работать как инженер, пройдя специальные чертежные курсы на Земле, а потом и всех, кто рядом с ним, подогнал под свои правила работы. То есть, все, кто работает с конструктами, и кого учил он – работают графически. Но это не обязательно. Можно не чертить, а рисовать. Притом не используя ментальные линейку с карандашом, а визуально представляя себе то, что хочешь создать. Конечно, этим способом не создашь ничего сложного, вроде того же биологического объекта, но простенькие формы – вполне.       – То есть, по твоим словам, если я представлю не биологический объект, то смогу его создать? – хмыкнула девушка.       – Именно. Визуализация работает ничуть не хуже инженерии. Я вот тут подумал... – Мрис снова ушел в себя. – Я могу просто прицепить линии силы к твоему ментальному кокону. И, например, тебе достаточно будет подумать, из какого материала будет состоять нужная тебе вещь, и представить ее, а уже конструкт обработки... Я его составлю для тебя... Будет делать то, что нужно тебе. Прости, сейчас объясню, – мужчина виновато улыбнулся. – Это будет похоже на этакий материальный принтер, прикрепленный к компьютеру с выходом в интернет. То есть, ты просто будешь давать запрос в свой разум, давать визуализацию того, что хочешь «напечатать», и на выходе будешь получать максимально схожий с запросом предмет. Надо только научиться будет давать актуальные запросы.       – А еда? – чуть подумав и согласившись с тем, что такой подход к магии Ольгу более чем устраивает, переспросила она. – Ну, хорошо, положу я что-то в пространственный карман. А если создать?       – Увы, – Мрис развел руками. – Я бы тебя, может, и научил, со временем. Ты очень хорошо чувствуешь пространство, но вот твоя энергия... Точнее, энергия того мира, в котором ты живешь, совсем не подходит для того, чтобы с ней работать по тем же принципам. То есть, это мне надо оказаться там, построить систему расчетов конструктов по схеме вашего мира, и только потом уже тебе объяснять, как именно и что действует. Для материальных объектов это не имеет значения, а вот для живых – более тонкий расчет. Тут даже матрица копирования не поможет.       – А Андрей бы смог?       – Более чем, – Мрис довольно кивнул. – Думаю, что в любом мире, где есть нити силы, а они есть везде, какими бы они ни были по насыщенности, и в какой бы тональности не находились, ему не составит труда начать создавать конструкты минут через пять после прибытия. В этом он уникален, и давно уже превзошел меня.       – Я? Тебя?.. – Андрей, поддерживаемый за пояс Грайбом, подошел к ним. – Хрена с два.       Он присел рядом, прямо на траву.       – Ну почему же...       – Да потому! – Андрей с досадой мотнул головой. – Ты бы сначала провел ряд опытов, нашел сильные и слабые стороны мира, вычислил бы резонанс и толщину этих самых нитей, а так же их насыщенность, а потом бы создал идеальный набор конструктов, который бы вписался в мир, как еще одна наука, которую мог бы постигнуть каждый. А я бы просто клепал все подряд, по принципу «работает, да и ладно». А что не работает, то бы уже правил.       – Оба подхода хороши, – не согласился Мрис. – Мой, научный, и твой, экспериментальный.       – Мое – ебнется через пару тройку дней, а твое будет работать, пока ты цикл не разорвешь.       – Зато твое плетение можно создать сразу, а мое – спустя десятки лет...        – «Кукушка хвалит петуха, за то, что хвалит он кукушку»... – смеясь, продекламировал Богдан, как раз, к тому времени вернувшийся к месту отдыха Ольги.       – Слышь ты! – вскинулся Андрей.       – Из басни слов не выкинешь. Хотя... – Богдан задумался. – Можно петуха заменить на барана. Это тебе больше подходит.       – Сам ты... Баран, – проворчал Андрей. – Как там Эрран, кстати?       – Я его порталом провел на полигон, и затуманил стекло, – тут же отозвался Мрис. – Очень уж неоднозначная форма у вас получилась. Решил, что пугать народ пока не стоит, и что приучать к нему людей и нелюдей надо постепенно. Да он и сам не стремится к общению пока. Все еще проводит диагностику того, что ты ему там накрутил. И матерится.       – С чего бы?       – Да с того, что ты ему не тело дал, а какой-то невероятный конструкт, чуть ли не полностью состоящий из нанитов. И Эрран до сих пор не определился, то ли ты перестарался, то ли из него боевого трансформера создавал. Ты зачем ему столько оружейных конструктов напихал?       – За надом, – Андрей рассмеялся. – Экспериментировал я. Создал из него миникопию живого аллара, притом усиленного щитами, которые на тот момент придумал.       – Нафига? – даже у Мриса, кажется, сдали нервы, потому что от него Ольга никогда не слышала никаких подобных слов.       – Да вот, – Андрей пожал плечами. – После того, как меня на алларе хряпнули, я решил создать многофункциональный инверсионный щит, с переводом энергии в материю и наоборот. Да там куча у него функций. И одна из них – полная защита существа или объекта, от любой атаки. Я этот щит долго у себя в конструкторской комнате создавал, а вот опробовать его решил на Эрране. Спонтанно. Ну, и заодно, поставил ему уменьшенные копии деструкторов и лазерных орудий, которые бы на переработке энергии со щитов и работали бы.       – Он сказал, что стукнет тебя, когда увидит, – Мрис явно передал слова акрона.       – О, не играй словами, сэнсэй, – проржался Андрей. – Скорее всего, он ответил, что перегребет, или что-то подобное.       – А потом еще в колено-локтевую поставит. Он мне это тоже передал, – хмыкнул Мрис.       – У него лапы большие, не влезут, – оскалился Андрей, за что получил подзатыльник от эннэшше. – Вот... И эти не дадут... Сами... того этого.       Ольга только головой покачала, понимая, куда она попала... Вот только, судя по тому, что ее вернули назад, вряд ли в ближайшем будущем ей будет позволено оказаться дома. Хотя... Смотря на эту ржущую компанию, она понимала, что очень уж много нового привнесет в свой лексикон, и будет чем удивить не только Франки, но и всю остальную команду.       Зато весело.