Битые-побитые

Лёжа на кровати, Кенма щурился, смотря на экран телефона. В нём была открыт диалог с Куроо. Он устало выдохнул и сонно зевнул, ожидая ответа на своё сообщение. Когда ночным прохождениям РПГ игр пришёл конец, и он стал общаться с раннего утра с другом - загадка. Но была у этого одна проблема - каждый раз его отхватывало столько боли от его слов, что к утру его подушка была вся мокрая и с самой первого такого разговора он понял то, что любит его. Ненавидя себя и свои чувства, связующий вновь и вновь искал силы в себе, чтобы приходить в школу в более-менее хорошем состоянии, что утомляло. Сообщения от Тетсуро долго ждать не пришлось - тот “жаворонок” по натуре и во время разговора всегда резв. - Да, конечно же ты мой лучший друг, что за вопросы такие? Кен, ты что-то утаиваешь? "Нет, конечно. Просто ты не видишь. Оно и к лучшему, наверно." - подумал про себя Козуме и тихо усмехнулся. Ответит, конечно, совсем иначе: схема отвлечения давно отработана. Может, блокирующий и догадывался о ней, но тогда позволял ему проворачивать вновь и вновь, что звучит странно. - Да так, просто подумал всякое. Ты же знаешь, что я умею придумывать лишнее. - глубоко вздохнув и медленно выдохнул, парень отложил телефон, закрыв глаза. День обещает быть тяжёлым. Не только из-за отвода глаз у него, но и из-за даты. Сегодня ровно год с момента, когда связующий понял, что влюбился в друга детства, поэтому сегодняшний день обещал быть немного необычным. Лениво почесав пластыри, закрывающие порезы и шрамы от сигарет, он вновь зевнул, после чего встал и, зажмурившись на мгновение, резко открыл глаза, осмотревшись вокруг. Вокруг всё было таким же блекло простым: комната бывшего задрота не выделялась ничем. Царил минимализм в чистом видеть - были лишь необходимая мебель и вещи. Плакаты когда-то висели на стенах, но Козуме почему-то их снял - вроде, нравится перестали. Сегодня учёбный день, но смысла идти не было, ведь завтра его уже не будет. Иронично, что его родители думали иначе. Совсем иначе. Их планы были грандиознее строительства Эйфелевой башни, а габариты уступают разве что Китайской стене. Они, конечно, не спрашивали по поводу того, что хочет он сам - чем увлекается и есть ли у него планы. Их отрада - собираться за столом и тихо навязывать своё видение прекрасного, лучшего для него с максимальной лаской и осторожностью. Отчасти, их можно было понять, но парень в любом случае не планировал следовать их идеям. Потянувшись, связующий развернулся и встал с кровати, надев тапочки. В доме было достаточно часто холодно осенью и зимой, а он мерзляк. Плавно пройдясь к двери, его взгляд пал на блокнот с ручкой, лежащие на столе. Кенма стал записывать туда мысли с давнего времени, дабы в чём-то разобраться. Всё пошло по наклонной после того, как у Куроо появилась девушка. В тот день его рвали на части два чувства: радость за своего друга и боль от того, что он не на её месте. Было невероятно сложно улыбнуться и поздравить, а после не разрыдаться прямо на месте. Слабо ухмыльнувшись, парень подошёл к столу и взял их. Надо же куда-то записать последние слова. Шаркая по полу, он вышел из комнаты, направившись в ванную - родители уже ушли на работу, поэтому кто-то помешать не должен был. Зайдя в помещение и закрывая за собой дверь на замок, Козуме дошёл до ванны и включил более горячую воду, чем обычно. Он слышал, что обычно умирают в холодной, но так же медленней, тогда в чём смысл? Это как оставлять мольбу о спасении медленно увядать - красиво, со вкусом, но не его случай. Ему хотелось быстрее, но не мгновенно - чтобы шанс был, но совсем маленький. Положи на край вещи, тот принялся снимать пижаму - умирать в одежде не было желания. Оставив на себе боксеры, тот залез в ванную, выключая поток воды. Её уровень был достаточный, чтобы греться, при этом полностью не утопая. Потянувшись сухими руками к блокноту с ручкой, ловко схватил их, вернувшись в прежнее положение. У первого предмета был маленький секрет - маленькая инновация на случай, если станет вдруг слишком невыносимо. Открыв на нужной странице, тонкие пальцы аккуратно вытащили лезвие из тайника. Заметить его сложно, ведь проработан достаточно хорошо. Взяв тупой стороной губами, парень открыл ручку и стал писать: " Здравствуйте...привет...я не знаю, как такое начинать - времени как-то не хватило, но, всё же, полагаю, этого достаточно. Я шёл к этому медленно без желания по причинам, которые планирую утащить за собой, не раскрывая. Простите, что записка походит на импульсивный выброс - это вовсе не так. Я долго продумывал то, что скажу. Спасибо, мама и папа, за то, что заботились обо мне или желали лучшего. Простите, но ваши планы пошли крахом с самого начала. Рекомендую обратить внимание на фундамент - тот крайне шаток. Спасибо, класс, за то, что не замечали меня - мне это давало ощущение спокойствия и некий уют. Простите за то, что я занимал лишнее место за партой у окна. Спасибо, Куроо, за то, что оставался моим другом до самого конца. Что не бросал, не смотря на мою замкнутость или дурные привычки. Прости, что полюбил тебя больше, чем нужно было. Это вышло без моей воли, поверь. Я ухожу без сожаления. Надеюсь на понимания. Плачьте меньше, прошу. Это уже не так важно, потому что слёзы не вернут меня. Прощайте." Поставив точку, Кенма аккуратно кинул около ванной и ручку, и блокнот - их роль сыграна в этой сцене. Аккуратно взяв лезвие рукой, губы отпустили кусок железа. Откинувшись назад, второгодка расслабленно вздохнул и выдохнув, посмотрев назад и вытянув руки. Осталось финальное действие и пьесе придёт конец. Опустив взгляд назад, он поднял руку и, приблизив к ней лезвие, резким движением провёл вдоль, давя со средней силы. Удивительно, но этого осталось достаточно, чтобы вызвать кровавый фантан. Положив их вниз, связующий закрыл глаза, слабо улыбнувшись. В добрый путь.