Монетка и фонтан

      Эрвин вышел утром из душа, замотав вокруг бёдер полотенце. В квартире царил беспорядок: разбросанная одежда, лежавшая неровной дорожкой от входной двери к спальне Смита, кружевной лифчик от какого-то крутого дизайнера сейчас валялся на полу, прямо у спальни. Мужчина как-то невесело усмехнулся, вспоминая их с Шейлой ночь страсти. Брюнетка вытворяла такие вещи, что Смиту, взрослому самодостаточному мужчине, было стыдно их вспоминать, но приятно.       Пора завести сына.       Эрвину последние года три очень хотелось сына, маленькую копию отца. Маленького человека, которому бы Смит покупал игрушки. Правда, подходящей кандидатки на роль матери ребёнка не было.       Чем Шейла не будущая мать для моего сына?       Эрвин пожал плечами. Идеальная кандидатура, с такой не стыдно появиться на светском ужине с партнёрами или заказчиками. У Шейлы идеальная внешность, хорошее воспитание и отличное знание этикета.       Эрвин решил жениться на Шейле, с условием, что та в течение первого года совместной жизни должна забеременеть. Для модели, которая много времени следила за своей фигурой, изнуряла себя диетами и спортзалами; рождение ребёнка было сравнимо с кошмаром и дурным сном, однако, брюнетка подумала: даже если они с Эрвином разведутся, он будет обеспечивать ребёнка деньгами, да и Шейле будет помогать. А тело можно будет восстановить в клинике у Леви. Он и грудь подтянет и хороший крем от растяжек посоветует, и липосакцию сделает. Шейла согласилась на предложение Эрвина, и они оба обследовались у Ханджи, которая предложила им ЭКО, но Смит хотел, чтобы всё произошло естественным путём. Ребёнок из пробирки ему был не нужен.       Зайдя в спальню, Эрвин увидел Шейлу, которая спала на животе. Белое шуршащее одеяло прикрывало только обнажённую задницу брюнетки. Смит стянул с себя полотенце и начал одеваться на работу, потом собрал вещи в коридоре и сделал себе кофе. Он невольно вспомнил Джулию, задумался, как она и где сейчас живёт, думает ли о нём.       Зачем ты думаешь о ней? Через месяц у тебя свадьба с моделью, за которой ты бегал очень долго. Забудь ты эту дурочку малолетнюю, тебя засмеют. Ты и Джулия. Мезальянс!       В дверь раздался настойчивый звонок. Эрвин пролил на свою белоснежную рубашку кофе и поплёлся открывать. На пороге стояли Петра, Леви и Алекс.       — Алекс побудет у тебя пару часов. У нас с Петрой обед с её отцом. — Сказал Леви, схватил жену за руку и ушёл. Эрвин и Алекс переглянулись и улыбнулись друг другу.       Леви сидел за рулём большой серебристой машины и молча ехал к кафе. Петра достала зеркальце и начала смотреть на себя. Мужа она очень любила, а вот его работу ненавидела, особенно зная, что он трогает женскую грудь и другие прелести. Да и отец Петры говорил, что муж у неё какой-то чёрствый сухарь.       — Леви, может, нам второго ребёнка завести? — осторожно спросила Петра, желая внести в отношения с мужем хоть какое-то разнообразие.       — Ещё один выродок, который будет мешать мне высыпаться? — Леви повернул руль влево, сворачивая с главной дороги.       — Понятно. Ты так и не полюбил Алекса. Может, ты и меня не любишь? — девушка опустила взгляд и начала смотреть на свои колени в горчичных обтягивающих брюках.       — Планета вертится?       — Ты о чём?       — Просто ответь.       — Ну... Да... Вертится, — Петра с удивлением посмотрела на мужа, ожидая подвоха в его вопросе.       — Она говорит об этом? — Леви искал место, где бы припарковаться. Пришлось отъехать от кафе на пару кварталов.       — Нет, но... К чему эти вопросы?       — К тому, что планета молча вертится, не говорит об этом постоянно. — Леви заглушил мотор. Вся эта романтика, букетно-конфетный период – не для него. Он не для этого создан. Как только Петра за восемь лет брака не поняла эта? Леви женился на ней, потому что любил её, но любил своеобразно, специфично. Он не обнимал её сзади по утрам, не говорил по триста раз в день, что любит её и жить не может без неё. Ему нравилось само ощущение, когда он открывал глаза, а рядом с ним лежала супруга, иногда пуская слюни в подушку и посапывая. Он варил ей кофе в джезве и жарил блинчики. Петра любила намазывать блинчики фруктовым джемом и идти на работу, держа в руках эскизы.       — Так ты любишь меня? — Петра чуть ли не плакала. Леви вечно увиливал от прямого вопроса. Для него как будто было сложно ответить: «Да», успокоив этим жену.       — Твой отец ждёт. Мы и так с тобой опоздали на двадцать минут, а у него слабое сердце. — Аккерман посмотрел на свои наручные часы. Тесть год назад перенёс инфаркт, Леви нанял ему сиделку, но Петра всё равно волновалась за отца и звонила ему по шесть раз в день в перерывах на работе. Её заботливости мог позавидовать любой родитель.       Петра тяжело вздохнула, обтрусила свою бирюзовую блузку от опилок, непонятно откуда взявшихся, и направилась в кафе, раздумывая любит ли муж её или нет, и почему Леви так трудно сказать три слова: «Я люблю тебя».       Поводом для встречи с дочерью стало то, что Алекс пошёл в первый класс в этом году, а дедушка приболел и не смог проводить внука на линейку.       — Папа, как самочувствие? Что говорят врачи? — Петра чмокнула отца в щёку и присела рядом с ним.       Кафе было уютным. Пахло корицей и деревом. На деревянных столах лежали красные скатерти и стояли живые цветы.       — Нормально всё. Пью таблетки, чувствую себя неплохо, — мистер Рал обнял дочку и расстроился, что родители не взяли с собой Алекса.       Леви заказал себе чаю и пирожное. Сегодня у него был выходной, завтра три операции и две консультации.       — А врачи, что говорят? — Петра прикрыла глаза, крутя свои колечки на руках. Леви часто дарил жене украшения, особенно после удачных операций, которые случались часто. За несколько лет работы, у Аккермана не было ни одного летального исхода.       — Что проживу ещё лет десять, — отец Петры был каким-то невесёлым. Дочка это замечала, но не знала, как спросить напрямую, что случилось. Леви сидел всю встречу молча, лишь иногда подзывая к себе официанта, чтобы заказать очередное пирожное.       Вернувшись домой в начале десятого, Петра уложила Алекса спать, а сама вернулась к мужу в спальню. Он читал книгу, укрывшись полосатым одеялом, девушка приоткрыла форточку и сняла с себя горчичные штаны и блузку. Натянув на себя майку , Петра подошла к окну, выглядывая на улицу, где пахло дождём и было прохладно. Проведя рукой по лбу, Рал как-то недовольно хмыкнула, видя, что во многих окнах горит свет, значит, люди не спят.       Спальня супругов была в спокойных синих тонах. Тумбочки возле кровати были белыми, гладкими на ощупь, а кровать была из светлого дерева и иногда скрипела, если на ней долго ворочиться.       — Тебе не холодно? — Леви посмотрел на жену, отстранившись от книги.       — Не читай в постели. Глаза испортишь!       Голос Петры слегка дрожал. Она была обижена на мужа, из-за его чёрствости и неразговорчивости.       Шмыгнув носом и стряхнув с лица накатившиеся слезинки, Петра почувствовала на своих бёдрах его руки, плавно поднимающиеся до груди.       — Я привык выискивать в женских телах недостатки, — начал Леви, забравшись руками под майку жены, поглаживая её соски кончиками пальцев, тем самым возбуждая жену. — Однако, в твоём теле мне нечего изменить. — Осторожно блуждая своими губами по её шее, Леви чувствовал, как хочет жену прямо сейчас и здесь.       — Д-да, — подкатывая глаза от удовольствия и покусывая свою нижнюю губу, — н-ничего?       — Ни-че-го, — целуя жену в шею, чувствуя своими влажными губами каждый позвонок Петры, мужчина сходил с ума. От неё пахло цветочными духами, кофе и пирожными. Её тело слегка напрягалось, Леви почувствовал это, прикрывая окно, чтобы не простудиться и подтолкнул Петру в сторону кровати.       Петра томно выдохнула, отвернувшись от мужа, пока он восстанавливал дыхание и смотрел на стену. Секс стал каким-то обычным, серым, скучным... Им нужно было как-то разбавить свои отношения...       — Слушай, Петра, а не поехать ли нам через пару месяцев на море? — предложил Леви, повернувшись к жене.       — Ох, Эрвин не отпустит меня. — Петра тоже повернулась к мужу, понимая, что он хочет побыть с ней вдвоём, пожить с ней в бунгало на берегу моря, пить кокосовый сок прямо из кокоса и есть экзотические фрукты, а в обед кататься на яхте и плавать в солёном море.       — Я поговорю с ним, он отпустит. — Аккерман зевнул и прикрыл глаза.       — Спокойной... Ночи... — Рал отвернулась, прикрывая глаза.       Леви пролежал несколько минут, а потом открыл глаза и посмотрел на жену с закрытыми глазами.       Тяжело вздохнул и набрав в лёгкие побольше воздуха, Аккерман сказал:       — Я люблю тебя, Петра.       Рал приподнялась, опираясь на локоть. Она боялась, что ослышалась этих слов, а муж, кажется, смутился в глубине души.       — Я тоже люблю тебя! — Петра поцеловала мужа и прижалась к нему. Теперь точно можно поспать.       

***

             Микаса крутила руль своей красненькой машины. На заднем сиденье сидела Клэр, которую мать забрала из школы. Эрен уже отправил жене дюжину смс с просьбой заехать за ним в «Мермад-гейм» и отвезти домой. Йегер опять потерял деньги, либо забыл их дома, а карточки с собой не было       Эрен сел в машину, кашляя и шмыгая носом. Ему в последнее время нездоровилось, кажется, он заразился от Джулии. Правда, пил таблетки, чтобы не разболеться.       — Как твои дела? — спросила Микаса, следя за дорогой.       — Неплохо. Скоро выйдет серия новых игр, потом ещё интерактивная в конце года. Работы будет много, куча стримов и прочее, — Эрен зевнул и потёр глаза. — А твои дела как?       — Плохо. Эрвин получил сложный заказ реставрации старинного поместья, и мы с Петрой и Армином соперничаем. — Микаса тяжело вздохнула. Если с Петрой они не ладили, то Армин был её другом и ругаться с ним ему не хотелось.       — Зачем соперничать?       — Затем, что тот, кто предложит лучшее оформление поместья, тот станет помощником Эрвина.       Эрен задумался: вдруг у него тоже появится конкурент? Будет проходить игры, получая ключ первее всех, получать донат на стримах и станет новым лицом «Мермад-гейм». Нет, Йегер не может этого допустить. Никаких конкурентов он не потерпит!       Приехав домой, Эрен сразу закрылся в своём кабинете, пока Клэр обедала и делала уроки, отец планировал записать коротенькое видео на полчаса, а потом посмотреть с дочерью мультик про принцесс.       Включив компьютер, Эрен съел пару бутербродов и запил их тёплым чаем. Открыв почту, летсплейщик начал искать сообщение из «Мермад-гейм» с ключом от новой игры, но ничего не было.       — Та-ак, не понял, — Эрен покачал головой, пытаясь найти свой телефон, но он словно сквозь землю провалился.       Не найдя гаджет, Йегер решил записать что-то из тех игр, которые у него были. Выбрав инди хоррор, которой разработал бывший друг Эрена, который сейчас перешёл в более престижную и крупную компанию по созданию компьютерных игр. Проверив камеру, микрофон и чёткость изображения, Эрен начал записывать.       Сюжет игры был прост: парень проснулся в лачуге возле леса и речки и ему нужно было выбраться из мистического леса, пропитанного загадками и тайнами.       Эрен поразился насколько хорошей была графика и звуки в игре от первого лица. Были видны ноги персонажа и рука, держащая фонарь. Правда, в фонаре кончались батарейки, а без них за Эреном начинала бегать какая-то страшная ерунда.       — Блядь! Опять ебота за мной бежит! — завизжал Эрен, щёлкая пальцами по клавиатуре.       На экране всё потухло, послышался скрип ржавой тележки. Замелькали фонари.       — Блядь, какой-то кривой хоррор. Нихуя непонятно. — Йегер выдохнул через рот, постоянно поглядывая на камеру, чтобы запись шла.       Персонаж в игре опять оказался возле костра, в руках был фонарь и запасные батарейки.       — Какие идиоты думают, что бегать в непонятных ебенях, искать в темноте батарейки и при этом убегать от страшной еботы это весело?       На экране опять возникла страшная рожица.       — Ебать, бегу! — персонаж Эрена помчался вперёд, петляя по тёмному лесу. — А! Сука, не беги за мной!       Сворачивая с одной тропинки, на другую, Эрен визжал, пугаясь чудища, бегущего за ним.       — Ясно. Опять наш главный герой наелся каких-то лесных грибов. Что ж, подождём, пока его отпустит, но это ужё будет в следующей серии!       Остановив запись, Эрен увидел, что прошло пятьдесят минут побегушек по виртуальному лесу. Парень как-то втянулся в игру и хотел поесть и записать следующую серию прямо сейчас.       Выйдя из кабинета и пройдя на кухню, Эрен увидел дочку, которая не могла решить задачку по математике.       — Пап, может, ты поможешь мне с математикой? — Клэр была уставшей и вымотанной, а Йегер не был уверен, что сможет помочь. Не любил он математику в школе, особенно задачи. Физику парень считал более интересным предметом, чем математику.       — Так, ага, груши пересыпали сюда, апельсины туда и остались яблоки. Сколько яблок нужно пересыпать к апельсинам и грушам, чтобы фруктов везде было поровну. — Читал Эрен условие задачи вслух.       Кто только эти глупые задачи придумывает? Как они помогут Клэр в будущем?       Попыхтев над задачей полтора часа и заметив, что Микаса опять задерживается на работе, Эрен опять начал искать свой телефон.       — Ты не видела мой телефон? — летсплейщик обыскал почти весь дом в поисках гаджета, но всё тщетно.       — Нет, пап, давай я позвоню тебе? — Клэр достала свой телефон и набрала номер отца.       Мобильник завибрировал в прихожей, в ящике для ключей. Эрен хлопнул себя по лбу, вспомнив, что кинул свой гаджет в ящик вместе с ключами и полетел, сломя голову, к компьютеру.       — Сейчас, решим твою задачку, подожди, — парень сфоткал на телефон задачку и нечаянно отправил фотку Эрвину. — Ой, чёрт! — прикусив губу, летсплейщик понял, что получит нагоняй от жены за то, что он отправил задачку её боссу и разрешает Клэр списывать.       Пытаясь удалить фотку, Эрен нечаянно разослал её всем.       — Вот дурак, ой дурак! — Йегер покачал головой, предвкушая нагоняй от жены и её родителей, которым тоже разослалась фотка. Клэр замолкла, гадая, что отец натворил, что сейчас такой испуганный. Неужели, маму обидел и бабушка с дедушкой уже в пути, наказывать папу?       Армин вчитывался в условие, придумывая на ходу новый эскиз для оформления поместья. Внутри должно быть всё в старинном стиле, но со свежей тематикой и элементами. Допустим, современный навороченный духовой шкаф, но выполненный под старину. Взяв в руки мышку, Арлерт начал сразу делать трёхмерное изображение.       Эрвин взял в руки пиликнувший телефон, открывая смс-ки, надеясь, что от Шейлы. Однако, увидев номер Эрена, фотку задачки про фрукты – возмутился, что супруг Микасы веселится и отвлекает всех от дел. Как только можно в двадцать шесть быть таким придурошным? Неужели, он всё никак не может повзрослеть?       Заблокировав телефон, Эрвин взял в руки проект здания, где одна из несущих стен треснула, нужно было придумать, как её заменить, не испортив вид здания, как этого требовал клиент. Ему было не до розыгрышей.       — Микаса, твой муж прислал мне что-то странное. — Петра пришла к брюнетке, сжимая в руках свой телефон.       — Чего? — Аккерман отложила карандаш, беря телефон Рал в руки. Увидев детскую задачку, поняла, что муж помогает дочери с математикой и улыбнулась. Ей было приятно, что Эрен заметил Клэр и решил ей помочь в домашнем заданием. — А, вероятно, по ошибке тебе прислал, не бери в голову.       Петра пожала плечами и вышла из кабинета брюнетки. Микаса улыбнулась, у неё появилась куча идей для оформления поместья. Она принялась переносить их на бумагу, собираясь через неделю удивить босса нескольким вариантам оформления.       Эрен заметно нервничал. Номеров у него было очень много и все они сейчас лицезрели на школьную задачу про фрукты , которые нужно было куда-то разложит, чтобы их стало поровну.       — Блин, это плохо... Очень плохо. Нужно было звонить, а не по смс! — Йегер начал нарезать круги вокруг обеденного стола, набирая нужный номер.       Несколько гудков, показавшиеся парню вечностью, были нарушены ответом:       — Чего тебе? Я занят! — сказал Зик.       — Я тебе отправил задачу, реши её пли-и-из, желательно побыстрее, а то я собрался записывать вторую серию игры... Короче, давай быстро решай и говори мне ответ, — тараторил Эрен, нарезая круги по кухне.       Ответ был дан быстро, только Клэр не устроил ответ без решения.       Пока Йегеры решали задачу, Петра поехала забирать Алекса с дополнительных заданий. У Леви была операция, а няня опять уволилась, не выдержав, когда воспитанник изрисовал её одежду водостойкими фломастерами.       Алекс выскочил к матери на улицу, а потом с разбега залетел на заднее сиденье машины. Петра села за руль, пристёгиваясь.       — Как прошёл твой день? — поинтересовалась Рал у сына, который ковырялся в носу и смотрел в окно, мотая ногами.       — Мне не нравится школа, я не хочу в неё ходить! — маленький Аккерман насупился, Петра вздрогнула, увидев в зеркало заднего вида тяжелый взгляд ребёнка.       — Милый, ну так надо.       — Сама и ходи, раз так надо! — показав матери язык, Алекс отвернулся в окно.       Петра привезла ребёнка домой и сразу начала подогревать ему обед. Алекс включил мультики, не желая делать домашнюю работу. Рал задумывалась о воспитании ремнём, глядя на неуправляемого сына, но Леви говорил, что детей бить нельзя.       Разогрев еду, Петра позвала сына за стол, а сама взяла в руки эскизы, чтобы поработать. Когда Алекс почти доел, девушке позвонили из больницы. Врач сказал, что мистер Рал доставлен к ним в отделение по скорой. Петра запаниковала, волнуясь за отца. Нужно было ехать в больницу, но с кем оставить ребёнка? Вспомнив про Нифу, Петра пригласила её, та с радостью согласилась и приехала через полчаса. Всё это время Петра была на нервах, переживала за отца и его жизнь. Она корила себя, что не настояла, чтобы он лёг в больницу и обследовался полностью.       — Привет, что случилось? — в квартиру забежала Нифа, открыв дверь своим ключом, она чмокнула Петру в щёчку и сняла бордовый пиджак.       — Привет, папа в больнице. Не знаю, что с ним... Нужно ехать! — Рал судорожно собиралась ехать, на ходу поправляя свои взлохмаченные волосы. Алекс выскочил из своей комнаты и кинулся обнимать Нифу.       — Удачи тебе, не волнуйся, я посижу с Алексом хоть до вечера! — Нифа обняла Алекса, а перепуганная Петра махнула головой и убежала из дома.       Микаса освободилась в начале девятого. На её столе стояла пять пустых чашек из-под кофе. Выйдя в коридор, девушка заметила, что Эрвин ещё на месте, работает. Быстро схватив свои вещи, серый пиджак и ключи от машины, Микаса вышла на парковку, села за руль и прикрыла глаза рукой. Она очень устала, ей необходим был отдых. Усталость валила с ног, а идей в голове было настолько много, что казалось, голова разлетится на кусочки, не выдержав такого переизбытка мыслей.       Выпив одну таблетку от головных болей, Микаса выпила воды из бутылки и поехала домой. Клэр уже сладко спала, а Эрен записывал игры.       — На стол накрывать? — спросила Фелис у Микасы.       — Мой супруг ужинал?       — Нет.       — Накрывайте.       Пока служанка накрывала на стол, Микаса стояла возле кабинета мужа, не решаясь зайти внутрь. Эрен ненавидел, когда его отвлекали во время записи.       Услышав, что муж попрощался со всеми, сказав, что пятую серию игры запишит и скорее всего она будет финальной, Микаса осторожно открыла дверь и вошла в кабинет. Эрен распутывался от проводов, выключал камеру и компьютер.       — О, ты уже дома? — напрягся Йегер и выронил из рук листики с паролями, которые он записывал, чтобы открыть шкафчики в игре.       — Да, пойдём ужинать? Я проголодалась. — Девушка вышла из кабинета, направляясь в сторону обеденного стола, вокруг которого хлопотала Фелис.       Эрен пришёл и сел за стол, выглядя взволнованно. Он боялся, что Микаса устроит ему скандал за смс с задачкой, но всё было тихо и спокойно.       Подозрительно тихо... Затишье перед бурей!       Однако, Микаса не собиралась ругаться, хоть и не одобряла списывание задач, считая, что Клэр должна сама решать задачи. Математика – развивает мышление и логику. Правда, Эрен так не считал.       — Как... День прошёл? — парень сглотнув и вспотел, смотря в свою тарелку с едой.       — Плохо. Очень плохо. Я устала, у меня сильно болит голова, а идей столько много... Нет, не хочу говорить о работе! — Микаса тяжело вздохнула, а потом положила руку на руку мужа и слегка улыбнулась. — Я знаю отличное средство от усталости и головной боли. Не хочешь вылечить свою жену?       — А, да, хочу! — Эрен улыбнулся, чувствуя тёплую руку жены на своей руке.