Граф и Служанка

1836 год

Владения Графа Инка Первого

      Весна. Утро. Первые лучи солнца стали касаться замка Графа, каждый камушек который словно покрывался тонкой пеленой тёплого оттенка. Увы, этим лучам не дано пробиться в коридоры и комнаты замка сквозь плотные алые шторы, которые висели на огромных винтажных окнах. Холодные каменные стены замка, покрытые редким мхом в щелях, до которого было не достать, дышали сыростью и отдавали той самой прохладой. На кухне тихо трещали дрова в печах, освещая и согревая помещение без окон, находящееся в глубине замка, что значило, что один из лучших поваров в округе с раннего утра принялся за работу. В замке стояла атмосфера утреннего спокойствия, но надолго ли?       В тёмном холодном коридоре раздался эхом топот служанческих туфель. Один из служанок графа несла завтрак в его покои, он выглядел взволнованным. Через несколько минут топот заменился стуком костлявой руки о дверь, затем и её скрипом. — Уже утро, Граф Инк, пора просыпаться. — раздался дрожащий и ломающийся мужской голос в перемешку с глюками, — вы можете опоздать на съезд графов. — он поставил поднос с завтраком на тумбу рядом с кроватью. — Угх… — послышалось сонное бурчание и из-под одеяла показалась ещё полностью не проснувшаяся голова Графа, — Как же я ненавижу эти съезды.       Но служанка лишь молча отошёл от кровати и приблизился к окнам, раскрывая алые шторы и позволяя лучам солнца осветить покои Графа. Граф Инк был большим любителем роскоши и ни в чём себе не отказывал, поэтому его покои были соответствующими. Как только лучи солнца озарили помещение, то сразу стали видны и огромная кровать из красного дерева, вчетверо больше чем сам Граф, с различными выжжеными узорами подобные узорам на его теле, две небольшие дубовые тумбы, стоящие у изголовья кровати, на одной из которой стояла ещё вчера потухшая лампа, а на другой принесённый служанкой поднос, на голых каменных стенах были вырисованы чернилами узоры, которые отличались от узоров на кровати, эти узоры сам Граф нанёс на стены своими руками, а так же в комнате стояли исписанные золотистыми узорами шкафы, заполненные одеждой.       Служанка бегал по комнате и приводил её в порядок, в основном собирая бумаги с набросками, которые Граф любил разбрасывать по комнате, когда был в гневе из-за неудачи, он подал Графу его одежду для встречи и удалился из комнаты.       Граф Инк откинулся на кровать и пролежал так ещё две минуты, затем всё-таки решился встать с кровати и одеться. Граф был ленив и очень не серьёзен, всегда любил выкидывать неуместные шутки в самый неподходящий момент, а отсутствие души, словно проклятье лишало его всех эмоций и чувств. Несмотря на многочисленные минусы его характера, Инк был чертовски хорош собой, будучи не способный любить, он разбил сердце многим дамам, а бывало, что и парням. Кости, белоснежные как снег, с чёрными, как ночь узорами по всему телу, глазницы, как чёрные дыры, с белыми пустыми зрачками, которые смотрели прямо в душу, а когда Граф улыбался, он выглядел или самым безобидным и невинным существом, или Сатаной собственной персоной. При людях он показывал только свою добрую, дружелюбную, невинную натуру, при слугах он был шутлив, ленив и несерьёзен, а среди других Графов он был настолько пугающе серьёзным, что некоторые из них до сих пор дрожат под его взглядом, кроме одного.       Одевшись и позавтракав, Граф наконец вышел из своей комнаты, после чего до него донеслись ароматы с кухни, а также эхо шагов служанок и дворецкого. Пройдя по длинным холодным коридорам, сквозь многочисленные залы и комнаты, для каждой из которых Инк нашёл применение, он дошёл до двери. Всё это время его сопровождал дворецкий, всячески его поправляя и напоминая о вещах, которые он должен и не должен делать на съезде, на что Граф закатывал глаза и недовольно вздыхал. И вот парадная дверь с громким хлопком закрылась за спиной Графа, служанки выбежали в прихожую и посмотрели на дверь. — Ушёл? — довольно писклявым и детским голосом спросил самый низкий из них. — Ушёл — улыбнувшись и повернувшись ответил дворецкий. — Ну наконец-то! — прозвучал глючный и ломающийся голос того, кто недавно принёс Графу завтрак. Служанки сорвали с себя женскую форму горничных, под которыми была мужская одежда и бросили их в дворецкого. — Хей! — прозвучало со стороны недовольного дворецкого, но слуги уже направились на кухню. — Знаю, я говорил это много раз, но наш Граф идиот. — грубым тоном начал глючащий скелет, — Ладно сделать нас своими слугами, так он ещё и решил, что будет забавно, если мы наденем формы горничных… — Поэтому ты постоянно смущаешься и нервничаешь рядом с ним? — спросил рядом идущий. — Эм… ну да… конечно… какие ещё могут быть причины? — внезапно смутившись от вопроса, отрывисто ответил тот. — Да ладно тебе, Эррор, вся прислуга уже давно поняла, что ты влюблён в Графа. — Что?! Серьёзно?! — прозвучал ещё более смущённый и лагающий голос Эррора и он покрылся мелкими глюками, даже не заметив, как к ним подкрался дворецкий. — Все, кроме Графа, бро. — тот положил руку на его плечо за что получил довольно сильный удар в лицо. — Сколько раз мне это тебе говорить, Фреш? Не. Трогай. Меня! — громким и грубым тоном, тыкая в рёбра Фреша пальцем, проговорил Глюк. — Но ты бы не отказался, если бы к тебе прикоснулся Граф — прозвучал в коварном тоне фоновый голос второй служанки. — Блу! — Молчу-молчу. — размахивая руками ответил тот. — Не волнуйся, бро. Мы поможем тебе завоевать сердешко Графа, даже если оно у него отсутствует. — уже спокойно произнёс Фреш. — П-правда? — тихо сказал Глюк. — Конечно! Мы ведь друзья! — выкрикнул Берри и обнял Эррора, после к ним присоединился и Фреш. Эррор недовольно оттолкнул их от себя и грубым тоном поблагодарил за помощь.        После все трое направились на кухню. По сравнению с остальными комнатами в замке, кухня была довольно маленькой, но очень просторной. Мраморные столы и гранитовые печи, в которых выпекался лучший из хлебов. Талантливый повар, знающий более двухсот рецептов, но его просят приготовить примитивную яичницу. С тяжёлым вздохом и не в силах отказать друзьям, Гено принимается за готовку. По кухне разносились десятки запахов специй и блюд, которые смешивались в одно приятно пахнущее облако. И вот, пока Графа нет, прислуга тоже может позавтракать, повара они не обделили и тоже пригласили за стол. После завтрака вся прислуга вернулась к работе.