Часть 1
29 августа 2019 г., 20:08
— Да? — Калеб Ривз схватил телефон после второго гудка, бросив быстрый, затуманенный сном взгляд на другую сторону кровати, где пошевелилась спавшая женщина. Он надеялся, что она не проснется, потому что никак не мог вспомнить ее имя.
Мэнди… Сэнди… Бэмби или что-то в этом роде.
— Калеб?
Испуганный голос немедленно стер все опасения Ривза оскорбить последнюю пассию, и он отбросил одеяла в сторону и сел.
— Сэмми?
— Мне нужно, чтобы ты приехал. Пожалуйста.
Двенадцатилетний мальчик был в панике и сердце Калеба пронзил страх.
— Сэм, что случилось?
— Он такой глупый идиот, вот что случилось. Я сказал ему не делать этого, но он думает, что знает все.
Калеб взглянул на будильник, что стоял на прикроватном столике. Было половина второго утра.
— Кто, Сэмми? Твой отец?
Отношения между Сэмом и Джоном становились несколько натянутыми по мере того, как Сэм вступал в подростковый возраст. Младший Винчестер был не прочь выразить свое отвращение к поведению отца. Маневрирование в доме Винчестеров в эти дни было чем-то вроде поездки вслепую по минному полю.
Ривз включил лампу, не заботясь о том, проснется ли Кэнди. Он моргнул от внезапного яркого света, осматривая разбросанную по полу одежду в поисках джинсов.
— Сэм? Ты еще там?
— Это Дин. Я говорю о своем глупом старшем брате.
Калеб осторожно зажал телефон между ухом и плечом, пытаясь влезть в джинсы, пока искал рубашку и носки.
— Двойка? — он зарычал в отчаянии, когда еще раз осмотрел комнату и нашел всего один проклятый носок. — Что, он черт возьми, натворил? — Калеб надеялся, что парень не попал под летящую шрапнель.
— Он жульничал в баре… очень плохом баре.
— Жульничал? В бильярд? — спросил Калеб, уже прокручивая в голове худшие сценарии. Какого черта Дин делал в баре один? Ему было шестнадцать лет, черт возьми.
— А во что же еще? Папа сказал ему держаться подальше от этого дурацкого места, но ты же знаешь, какой он.
Калеб знал Дина, и ребенок не часто нарушал приказы отца. Он не был таким взрывным, как его младший брат. Была только одна причина по которой он мог нарушить приказ.
— У вас нет денег? — после его вопроса последовала долгая пауза, во время которой Ривз успел надеть рубашку и снова поднести телефон к уху. — Поговори со мной, Коротышка.
— Да. Папа опаздывает, он уехал надольше, чем мы думали. Калеб… Думаю, Дин сильно пострадал. Он сегодня едва встал с постели, и был без сознания последние несколько часов.
В лучшем случае, опоздание Джона Винчестера могло варьироваться от нескольких дней до недели из-за неудачной охоты, в худшем, это может означать серьезную рану головы или смерть.
Калеб быстро сел на кровать, чтобы натянуть ботинки. К черту эти проклятые носки.
— Где тебя черти носят, Сэм? — если Дин оставил младшего брата одного, чтобы заработать денег, то у них, должно быть, не хватало припасов и еды. Чертов Джон.
— Гринвилл, Штат Мэриленд.
Калеб сунул босую ногу в ботинок.
— Нет, Сэм, я знаю, где вы остановились. Я имею в виду, где ты сейчас? — Калеб разговаривал с Дином несколько дней назад, но подросток ничего не сказал о том, что Джон опаздывает или что они нуждаются в деньгах. Хотя его это не удивило. Дин унаследовал идиотскую гордость своего отца и необходимость полностью контролировать каждую ситуацию.
— Я у мотеля. Дин сказал мне никому не звонить. Папа убьет его, если узнает о баре… и драке. Но у него проблемы с дыханием… и на полотенцах в ванной кровь.
Ривз встал, взял с тумбочки ключи и бумажник. Он бросил быстрый взгляд через плечо туда, где лежала Рэнди.
— Сэм, я уже еду, малыш. Просто сиди тихо.
— Он подождал пока я засну, чтобы уйти… я не знал, иначе пошел бы с ним.
— Не думаю, что поддельное удостоверение сработало бы для тебя, Коротышка. — Ривз с тяжелым вздохом выскользнул за дверь. — Я знаю, ты думаешь, что оставил капитана Кранча и субботние утренние мультфильмы позади, но ты еще даже не бреешься. Все, что нам нужно, это чтобы тебя арестовали в баре. Детские службы будут повсюду.
— Но если с ним случится что-то плохое… он не позволил мне его залатать.
Страх заменил гнев мальчика. Он больше походил на того парня, которого когда-то знал Ривз, и меньше на капризный пучок гормонов, которым Сэм стал за последние несколько месяцев.
— Сэмми, твой брат просто ведет себя, как обычная заноза в заднице. Если он сердится, значит ему не сильно больно. — Когда парень не ответил, Ривз сжал кулаки. — Кроме того, я недалеко от вас.
— Ладно. Но поторопись.
Когда Калеб завел свой джип, он мысленно поблагодарил его за тихий двигатель. Он сделал крюк в Вашингтон для быстрого запоздалого визита к своему дедушке Каллену Эймсу. Ривз нашел работу для «Tri-Corrp» в Западной Вирджинии, это было недалеко от Вашингтона, и означало, что он может быть в Гринвилле меньше чем через час.
— Я нарушу все ограничения скорости.
— Не говори ему, что я тебе звонил.
— Я экстрасенс. Скажу ему, что у меня было видение.
***
Калеб часто проклинал свои способности, но больше всего они злили его, когда он не мог предвидеть опасность для людей, которых любил. Все сорок пять минут езды до захудалого мотеля, он думал о Дине, но то, что он накручивал себя не помогало ехать быстрее. Ривзу хотелось вышибить дверь. Но это приведет к испугу Сэма или, что более вероятно, Калеб получит полный заряд картечи в лицо. Поэтому он ограничился стуком в дверь полуразрушенного мотеля. Этот гадюшник был как раз то, что нравилось Джону: подальше от дороги, дешевый. Идеально подходит для охотника. Но это не место для ребенка. В таком месте не должны находиться «племянники» Калеба. Он послал витиеватое проклятие своему наставнику. Калеб снова забарабанил кулаком в дверь, когда паника пересилила здравый смысл. Он боялся, что если ему не откроют в ближайшее время, он вытащит пистолет и вышибет замок. — Сэмми, открой, черт побери! — Калеб? — голос по ту сторону двери звучал моложе и испуганнее, чем обычно. — Открывай, Коротышка. — Какой пароль? — Ну же, Сэмми. Ты, должно быть, шутишь. — Если бы ты был демоном, Дин убил бы меня. Ривз закатил глаза от неопровержимой, но ошибочной логики. — Будь я демоном, то прикончил бы тебя раньше, чем твой старший брат успел пошевелиться, Эйнштейн. — Калеб… пожалуйста. — Хорошо. — Старший охотник провел рукой по волосам, пытаясь вспомнить список, который Дин перечислил ему, когда они разговаривали в последний раз. Он был в середине проекта для «Tri-Corp» и ловил только обрывки разговора. Забавно, как ты упускаешь такие мгновения, убеждая себя, что для них еще будет время. — Черепашки Ниндзя. — Мне почти тринадцать! — возмущенно воскликнули из-за двери. Окей. Сэм хотел быть взрослым. Калеб мог думать как взрослый. — Груди. — Он воздержался от более красочной терминологии. В конце концов, это все еще «Сэмми». Через дверь донесся громкий и отчетливый вздох. — Нет. Может быть, Дин выбрал пароль? — Джимми Пейдж? — Разве Дин не дал тебе список? — Сэм казался разочарованным. Конечно, Дин давал список, черт возьми, но Ривз не мог запомнить все. Ему было достаточно трудно жонглировать новым бизнесом, исследованием для Джима и Бобби, и дополнительным обучением, которое Джон, хотел на него свалить. Идти в ногу со всем становилось все труднее. Макленд всегда говорил, что многозадачность — одна из его слабостей. Может быть, он сможет обмануть ребёнка? Только в этот раз. В конце концов, что хорошего в его способностях, если они не помогают кому-то, а именно ему? Он психически протянул руку и коснулся мыслей Сэма. Всепоглощающий страх пронзил его, эмоционально душил, как будто его неожиданно сбила с ног и засосала волна океана. Калеб чертовски ненавидел океан. — Хогвартс, — быстро сказал он, желая как можно быстрее добраться до Дина. Он не был уверен, что, черт возьми, такое Хогвартс, но это было на уме младшего гения. Замок щелкнул, дверная ручка повернулась, и вскоре Сэм, нахмурившись, уставился на него. — Ты жульничал, не так ли? — это было скорее обвинение, чем вопрос. Калеб нерешительно ухмыльнулся, переступая через солевую линию. Он протянул руку и безжалостно взъерошил волосы мальчика. — Докажи это. Сэм увернулся, но Калеб успел заметить облегчение на его молодом лице. Ривз обошел его и направился к ближайшей кровати. Он уже чувствовал страдания Дина. Даже во сне ребенку было больно. — Как у него дела? — Он даже не пошевелился, когда ты постучал, — сказал Сэм. Они обменялись понимающими взглядами. Во всяком случае, это заявление многое говорило о состоянии старшего Винчестера. Дин всегда был очень бдительным, когда они с братом оставались одни. Он никогда не оставлял Сэма без защиты. Калеб перевел взгляд на Дина. Парень дрожал даже под грудой одеял. Воспоминания о другом времени вспыхнули в голове экстрасенса, и он облизнул пересохшие губы. — Когда это случилось, Сэмми? Младший Винчестер сел на кровать рядом с братом, положив руку ему на грудь. — Прошлой ночью. — Он взглянул на друга. — Я пытался уговорить его поехать в больницу… или хотя бы позвонить Маку. Но он сказал, что будет в порядке после того как поспит. — Очевидно, этого не произошло. — Калеб откинул одеяло и съежился от увиденного. Парень был в полном дерьме. Множество порезов и синяков украшали молодое лицо Дина, включая неприятную рану на лбу, которую нанесли, скорее всего, пивной бутылкой. Нижняя губа Дина была разбитой и опухшей, на щеке виднелись синяки в форме костяшек пальцев. Калеб не решался прикоснуться к ребенку, опасаясь, что в голове возникнут образы, не только Дина, но и самого Калеба, давно похороненные воспоминания о прошлом. — Он не может ни есть, ни пить. — Испуганный взгляд Сэма снова остановился на дрожащем теле брата. — И раньше он не мог отдышаться. Калеб нахмурился, собрался с духом и протянув руку, прижал пальцы к горлу Дина. Вспышки событий пронеслись в его мыслях как склеенная пленка на третьесортном проекторе: в баре было темно, их было трое, еще один держал Дина. В общей сложности четверо человек. И эти четверо скоро будут избитыми сукиными детьми. Калеб прикусил губу, заставляя себя вернуться к текущему моменту. Кожа Дина была холодной и липкой. Не очень хороший признак, но, по крайней мере, пульс был нормальным, возможно, только немного учащенным. — Когда он просыпался в последний раз? — спросил Калеб, прижав тыльную сторону ладони к избитой щеке Дина. Парень повернулся к прикосновению, пробормотав что-то неразборчивое. Сэм посмотрел на светящиеся красные цифры будильника, что стоял на тумбочке. — Около девяти вечера. Я пытался заставить его что-нибудь выпить, но… Ривз кивнул. Нельзя было терять время. Могут быть скрытые травмы гораздо худшие, чем те, что они могут рассмотреть. Он позволил своим мыслям вернуться к тому времени, когда он был в возрасте Дина. Джим настоял на том, чтобы Джон отвез Калеба в больницу, как бы Ривз ни уверял своего наставника, что с ним все в порядке. Конечно, все это было прикрытием. Калеб тогда был очень напуган. Его и раньше били, но никогда так сильно. Призрачная боль от собственных травм усилила его потребность как можно быстрее доставить Дина в больницу. Интересно, чувствовал ли Джон себя таким же отчаявшимся и беспомощным? Джим был спокойным, у пастора всегда были четкие приоритеты. Получить медицинскую помощь было важнее, чем успокоить испуганного пятнадцатилетнего ребенка. Калеб мог оценить это сейчас, но тогда была совсем другая история. — Мне следовало позвонить тебе раньше? Я все испортил? Калеб снова вырвался из прошлого и встретился с темными глазами Сэма, полными слез. — Нет. — Он не позволит двенадцатилетнему ребенку чувствовать себя виноватым. — Ты молодец. Ты слушал своего брата, а когда нужно было, сделал то, что должен был. Вот как это работает, малыш. — В конце концов, именно это и сделал Джон много лет назад. Калеб был в бешенстве и одновременно испытывал облегчение, оказавшись между тем возрастом, когда так чертовски хочется выглядеть взрослым, но в то же время ему нужно было почувствовать безопасность и уверенность ребенка. Ривз боялся этого, но ему тоже придется сделать то, что нужно. — Прямо сейчас мне нужно, чтобы ты принес ключи от Импалы и подготовил ее для меня. — Куда мы идем? — дрожащим голосом спросил Сэм. — В больницу. — Но папы здесь нет… И у нас нет никакой страховки или денег… Калеб сжал его плечо. — У меня есть деньги, и я держу карточку "дяди Калеба". Все будет хорошо, Коротышка. Сэм прикусил нижнюю губу. — Дин будет в бешенстве. Ага. Но он будет жив. Калеб улыбнулся мальчику. — Если мы будем держаться вместе, то переупрямим его. Когда Сэм неуверенно мялся на месте, Ривз серьезно посмотрел на него. — Я возьму вину на себя, Сэм. Я отдал тебе приказ. Ты исполнил его. Твой старший брат понимает протокол старшего охотника. Парень заколебался, и Ривз понял, что он не хочет покидать Дина. — Сэм, мне нужно, чтобы ты принес одеяла. Ты будешь сидеть сзади с Дином и держать его в тепле. Мы имеем дело с довольно неприятным случаем шока. — И одному Богу известно, какие еще были раны. Это, казалось, вывело подростка из транса и он быстро встал. — С ним все будет в порядке. Верно, Калеб? — Конечно. — Экстрасенс с трудом улыбнулся. — Мы же говорим о твоем глупом старшем брате. Нижняя губа Сэма задрожала, и он стал слишком похож на пятилетнего мальчика, который мог поставить на колени самых крутых охотников. Этот список, к сожалению, включал и Калеба. — Он большой придурок, но я люблю его. И не хочу, чтобы он умер. — Этого не случится. — Калеб сделает все возможное, чтобы убедиться в этом. Он тоже любил этого придурка. Сэм схватил одеяла с другой кровати, взял ключи от Импалы и выбежал за дверь. Ривз превратился в страшного главного охотника. — Ну же, Двойка. Время вставать и сиять. — Он похлопал Дина по неповрежденной щеке. Старший Винчестер застонал и попытался свернуться в защитный клубок, но Калеб обнял его за плечи и не отпускал. — Дин! — рявкнул он, подражая тону Джона Винчестера. — Проснись! Изо рта парня вырвалось нечто среднее между всхлипом и стоном, и Калеб с трудом сдержал ярость. Кто бы это ни сделал, он заплатит. Теперь Калеб слишком хорошо понимал, почему много лет назад Джон хотел разорвать Йена, Фишера и Джошуа на части. — Вот так, малыш. Мы теряем дневной свет. — Калеб? — парень моргнул, едва приоткрыв один опухший глаз. В другом, хотя и работающем должным образом, было больше смятения и боли, чем Калеб мог выдержать. — Что… ты здесь делаешь? — А ты ожидал, что эта горячая цыпочка с урока биологии придет целовать твои раны? — Калеб заставил себя дерзко ухмыльнуться. Он помнил их разговор нескольких дней назад. — Не хочу тебя расстраивать, но если Лиз такая вкусная, как ты сказал, она не клюнет на чувака сбитого грузовиком. Дин закрыл глаза и поморщился. — Ты всегда говоришь, что цыпочки любят шрамы. — Шрамы да, свежемолотое мясо для гамбургеров — это своего рода уродство. — Я в порядке. — Слабым голосом произнес Дин, снова открывая глаза. — Все выглядит хуже, чем есть на самом деле. — Конечно. — Калеб покачал головой. Когда Ривза избили другие охотники, даже малейшее движение причиняло боль, а дыхание было пыткой. Он был уверен, что Дин чувствует тоже самое. — Но я почувствую себя немного лучше, когда кто-то, кто учился в Медицинской школе, осмотрит тебя, приятель. — Нет. — Дин нахмурился. — Никакой больницы. — Да. — Это было шестнадцатилетнее «я уже взрослый», но Калеб был не в настроении спорить. В некоторых отношениях они с Дином были чертовски похожи. — Доктора, медсестры, шумные интерны будут проверять твою голову, набитую кашицей. Тебя будут лечить, Двойка. Хмурый взгляд подростка сменился на вызывающий. — Я в порядке. И сказал Сэмми не звонить тебе. — Я экстрасенс. Сэму не нужно было мне звонить. — Это была не совсем ложь… потому что они поклялись никогда не врать друг другу. Но больше похоже на полуправду с маленькой уловкой, для успокоения души. — Хотя он должен был позвонить. Радар старшего брата включился, несмотря на то, что был несколько притуплен травмой, и Дин в легкой панике оглядел комнату. — Где Сэм? Парень попытался сесть, и сразу взыл от боли. Калеб выругался. — Успокойся. Сэм в порядке. Он снаружи готовит машину. Дин не ответил, вместо этого плотнее сжался в клубок, держась за живот. Ривз взглянул на телефон, гадая, нужна ли ему «скорая помощь». — Двойка? — он провёл рукой по волосам подростка. — Просто дыши. — Больно. — Ответ Дина был приглушен подушкой. От этого слова грудь Калеба пронзила вспышка ярости, и он почувствовал, как внутри у него все вспыхнуло. Парень редко признавался в какой-либо физической боли, еще один изъян который они все унаследовали от Джона Винчестера. Ривз снова провел рукой по коротким светлым локонам подростка, надеясь успокоить его. — Что болит, малыш? — он должен передать информацию врачам и понять, можно ли перевозить ребёнка. — Мой бок. — Дин задохнулся, его дыхание с хрипом вырывалось изо рта. — Грудь, спина… — Он подавился смехом, в котором не было и следа юмора. Возможно, это был сдержанный всхлип. — Легче… сказать… что не болит. — Он с трудом сглотнул. — Не могу… дышать. — Конечно, можешь. — Калеб тяжело вздохнул, его рука замерла на голове Дина. — Короткие вдохи, Двойка. Ты знаешь правила. Сломанные ребра не любят драмы. — Это ты… не любишь драму, Дэмиен. — Дин съежился, но смотрел на Калеба, и его дыхание постепенно выровнялось. Ривз посмотрел вниз, когда пальцы Дина вцепились в складки его рубашки. Маленький мальчик, которому нужен был якорь, снова поднял голову. Дину нужно было знать, что кто-то был рядом, чтобы все исправить, и обеспечить защиту от боли. Экстрасенс сжал челюсть, когда его разум снова вызвал в воображении образы его самого в том же возрасте. Когда он прижимался к Джону Винчестеру, а Бобби, как сумасшедший, вел машину, чтобы доставить их в клинику. Он отогнал воспоминания и проглотил желчь, застрявшую в горле. — Давай посмотрим, во что ты ввязался. Калеб не стал дожидаться согласия ребенка, и осторожно отвел руку Дина от его живота. Он поднял выцветшую футболку и увидел новые синяки и опухшую кожу. Ривз поморщился вместе с Дином, когда положил пальцы на жесткую, горячую кожу вдоль правого бока подростка. Это выглядело плохо. Действительно плохо. — Калеб? — позвал Сэм с порога. — Мы идем? Терпение мальчишки, очевидно, истощилось от ожидания в машине. Он нерешительно шагнул в комнату, но Калеб остановил его взглядом. — Мы идем. — Ривз попытался вспомнить импровизированные лекции Макленда по оказанию первой помощи, о внутренних кровотечениях, ушибах почек и других органов. Вся информация, казалось, перемешалась в голове экстрасенса, смешиваясь с бурными эмоциями его и Дина. — Мне очень жаль. Мягкий голос и холодная, липкая рука, обхватившая его запястье, возвратили Калеба в настоящее. — За что ты извиняешься? — Ривз посмотрел на Дина и обнаружил, что его собственный голос дрогнул от напряжения, когда он постарался взять себя в руки. — Я не обратил внимания… нарушил первое правило… стал самоуверенным. Я побеждал… не заметил, что у них есть друзья. Я все испортил. Много лет назад Калеб тоже извинялся перед Джоном, пытался сказать ему, что особенно противный полтергейст избил его. Сказал наставнику, что это была его собственная вина, так же, как Дин был готов принять вину, которая не была его. — Все в порядке, малыш. Мы тебя залатаем. — Ривз наклонился ниже, просунул руку под плечи Дина, другую — под его колени. Это был неловкий способ кого-то передвинуть, и Дин будет позже чувствовать унижение, но Калеб не мог рисковать и перекидывать его через плечо. — Твои приятели в баре тоже меня не заметят. Если Дин и уловил скрытую угрозу тем, кто над ним поработал, то не стал комментировать, или ему было слишком больно от толчка, чтобы ответить. Калеб не был уверен, что именно было правдой и это не имело значения. Ривз позаботится о Дине, а потом о тех, кто причинил ему боль.***
Дина немедленно отвезли в смотровую комнату. Ривз не собирался ждать в комнате ожидания неотложной помощи, и сердито посмотрел на интерна, который пытался вырвать руку Сэма из хватки брата. — Как давно он в таком состоянии? — к Дину подошёл молодой ординатор. От измученного усталого выражения лица, до лишенных сна глаз он был ходячим ребенком с плаката «ад 101». — Это случилось вчера поздно вечером. — Калеб понял, что формально вчерашний день был всего несколько часов назад, но врач, похоже, понял его график. — И вы только сейчас привезли его сюда? Калеб прикусил красочный ответ, сосредоточившись на том, что знал. — У него болит грудь, спина и живот. Его дыхание тоже затруднено. Доктор продолжал хмуриться, но сосредоточился на Дине, который уставился на флуоресцентные лампы наверху. Врач грубо схватил подростка за подбородок и вытащил фонарик из своего кармана. — Как его зовут? — Я в сознании. — Дин поморщился, когда его поврежденный глаз был открыт и атакован чем-то, похожим на солнечную вспышку. Врач ткнул пальцем в распухшую рану на голове шестнадцатилетнего подростка и фыркнул. — Судя по размеру этой глыбы, это просто удача, малыш. — Дин, — ответил Сэм, когда на его брата снова напал фонарик. — Его зовут Дин, и ему шестнадцать. И у него аллергия на пенициллин. Они уже проходили через это раньше. Сэм взглянул на Калеба и тот кивнул. — Некоторые дети придирались ко мне, и Дин остановил их. — Сэмми… — начал Дин, но визгнул от боли, когда врач не слишком нежно ткнул его в живот. Доктор, казалось, ничуть не смутился, продолжая свой грубый осмотр, надавливая на ушибленную плоть, заставляя Дина выгибаться над столом. Железная хватка Калеба сомкнулась на запястье доктора, и он втиснул свое шестифутовое тело между ним и Дином. — Он не какой-то гребаный труп из анатомической лаборатории. Успокойся или найди нам кого-нибудь, кто не прогуливал медицинскую школу. — Какие-то проблемы? — пожилой мужчина в белом халате подошел к ним, его густые серебристые брови слегка приподнялись, когда он критически оглядел младшего врача. — Дэниелс? Дэниелс высвободил руку из хватки Калеба и покачал головой. — Никаких проблем, доктор Джонс. — Почему здесь ребенок? — мужчина жестом указал на Сэма и бросил на Калеба суровый взгляд. — А ты кто такой? — Я не оставлю брата. — Сэм бросил на нового доктора быстрый взгляд, демонстрируя отвращение к слову «ребенок». — Только не с этим придурком. — Дэниелс, почему бы тебе не помочь Мерсеру с остановкой сердца в соседней палате? Молодой доктор бросил на Калеба испепеляющий взгляд, снял перчатки и бросил их в мусорную корзину. — Хорошо. — Скажи мне, что он не один из твоих лучших и умнейших. — Ривз посмотрел на доктора Джонса. — Это не очень хорошо говорит о вашей больнице. Старик вынул свой фонарик и начал осматривать Дина. — Доктора ведут себя лучше, когда они спали и ели. Мы были очень заняты, и у нас не хватало персонала. — Он перевел взгляд на рану на лбу Дина и с удивлением посмотрел на пластыри. — Но, похоже, вам, молодой человек, тоже пришлось нелегко. — С чего вы взяли? — Дин облизал губы. — На самом деле, я хорошо провел время, прежде чем они добрались до меня. — Дин. — Калеб вздохнул. — Прекрати. — Я так понимаю, он ведет себя лучше, когда его не избивают до полусмерти? — Нет, — фыркнул Ривз. — Он почти всегда такой же умный осел, как сейчас. — А что это за опухоль у тебя на боку? — спросил доктор Джонс, бросив взгляд на Сэма. Дин закрыл глаза, когда доктор поднял его футболку, но все же ухмыльнулся. — Это мой младший брат, Сэмми. — Сэм, — поправил двенадцатилетний подросток, когда доктор, с улыбкой, подмигнул ему. — Никакого уважения, да? Сэм вздохнул. — Ничего особенного. Они все еще думают, что мне пять. — Боюсь, это бедственное положение младших братьев. — Джонс посмотрел на Ривза. — В том, чтобы быть старшим, есть свои плюсы и минусы. — Да. — Калеб положил руку на плечо Дина, а врач кивнул в сторону раненого. Калеб все еще чувствовал дрожь ребенка и уже не в первый раз пожалел, что не может просто поменяться с ним местами. При осмотре Джонса, хотя и более мягком, шестнадцатилетний подросток стиснул зубы, и Сэм крече сжал его руку. Калеб прочистил горло, наблюдая, как из-под длинных ресниц Дина выскользнула слеза, вызванная болью. — Как у него дела, док? — спросил он, надеясь ускорить процесс. К всеобщему облегчению, Джонс убрал от Дина руки. — Я хочу отправить его в радиологию. Не думаю, что ребра сломаны, и внутри нет никакого кровотечения, но я хочу убедиться. — Он посмотрел на Калеба. — В конце концов, если твой младший брат истечет кровью до смерти, это не очень-то хорошо скажется на моей больнице, не так ли? Калеб не стал опровергать ни одно из предположений доктора. — Нет. — Он позволил намеку на то, что доктору Джонсу будет очень плохо если с Дином что-то случится, повиснуть в воздухе.***
— Да? — Калеб схватил телефон прежде, чем тот успел разбудить спящих в комнате. Утренний свет едва начинал просачиваться сквозь закрытые жалюзи больничной палаты. Было еще довольно рано В трубке раздался голос Джона, усталый и резкий, как стекло. — Калеб? Ривз ущипнул себя за переносицу. Он чувствовал нарастающую головную боль. Джон выбрал чертовски неподходящее время для регистрации. — Привет, Джонни. Как идет охота? — Какого черта ты отвечаешь на телефон Дина? Что случилось? Экстрасенс подавил зевок и попытался поднять голову Сэма со своего плеча, не разбудив при этом мальчика. Калеб поднялся с койки и положил подушку на освободившееся место. Сэм слегка дернулся, но успокоился, когда экстрасенс незаметно отошел. — Все в порядке. Мальчики еще спят. Я был ближе всех к телефону. — Это была правда. Ну, что-то вроде того. Ривз бросил быстрый взгляд на каталку, которую милая Хелен привезла для Сэма. Парень боролся со сном изо всех сил, чтобы увидеть как его брата привезут из радиологии. Но он, наконец, сдался из-за недостатка сна прошлой ночью. — Некоторые из нас не встают на рассвете. — Я только что закончил охоту, над которой работал, — Калеб поморщился от их невероятного невезения и провел рукой по лицу. — Почему ты в Мэриленде? Я думал, ты собираешься работать с Бобби над делом с этим белым оленем. Калеб фыркнул. Он уже и забыл об этом. — Мифический белый олень? Да ладно тебе, может ты еще скажешь, что животные могут болтать? Винчестер откашлялся. Ривз пересек комнату и встал у кровати Дина, слушая, как его наставник ворчит непристойности. Дин почти спал, когда его вернули в палату. Он боролся с болеутоляющим достаточно долго, чтобы убедиться, что Сэм уснул, и попросить Калеба не говорить Джону о произошедшем. На большее у него сил не хватило. — Из-за этого пострадали трое автомобилистов, малыш. Винчестер читал лекцию и Калеб поймал себя на том, что кивает, несмотря на то, что Джон его не видел. — Они должны были обращать внимание на дорогу. — Черт побери, Калеб! — Почему бы тебе самому не помочь Бобби? Разве ты не близко от нему? — Ривз наблюдал, как поднимается и опускается грудь Дина. Серьезных внутренних кровотечений и переломов костей не было, но доктор сказал, что парню нужно остаться хотя бы на ночь для наблюдения. Потребуется время, чтобы синяки на лице зажили или, по крайней мере, исчезли. Остальное они могли легко скрыть, обвинив в этом спарринг. — Я могу задержаться здесь на некоторое время. — Калеб никуда не собирался уходить, пока Дину не станет лучше. — Ты добровольно вызываешься быть няней? — подозрительно спросил Винчестер. — Это уже не работа няни. Это вроде как тусовка. Я мог бы использовать время простоя. — Я думал, ты завален работой. — В голосе Джона все еще оставались сомнения. — Разве не это оправдание ты дал мне, когда я хотел, чтобы ты провел неделю маневров? — Маневры? Господи, Джонни, не помню, чтобы я записывался в резерв. — Ривз закатил глаза. Маневры Джона были извращенной версией сверхъестественного учебного лагеря. Они бродили по горам в полном боевом снаряжении, с мечами, солью, святой водой и красками. Калеб не горел желанием так проводить время, но он не лгал о том, что был слишком занят. — Я предпочитаю, чтобы мой отпуск включал пятизвездочное жилье и скудно одетых женщин. Спать в заплесневелой палатке с Бобби в одних трусах, не самое лучшее времяпровождение. Мне нужно было отдохнуть. Ты же меня знаешь. — Вот именно. Я тебя знаю. — Была лишь небольшая пауза. — Что приводит к вопросу: какого черта вы с Дином затеяли? Калеб вздохнул. — Твое недоверие ранит, чувак. — Он внимательно наблюдал за Дином, который беспокойно пошевелился и сжал руку в кулак. — Ты думаешь, я развращу твоего сына? — Калеб пожалел, что Дин в настоящее время был не в состоянии затеять какую-нибудь безобидную забаву. — Да, черт возьми. Я помню экскурсию в «Красный Камбуз». — Ривз услышал тяжелый вздох. — Ты уверен, что все в порядке? — Все в порядке. У нас все просто замечательно. — Калеб сказал это больше Дину, чем Джону. Он положил руку на макушку подростка, провел большим пальцем по лбу Дина, пока морщинки боли не исчезли. Калеб снова сосредоточился на разговоре с Джоном. — Или, по крайней мере, будем в порядке, когда ты перестанешь орать и позволишь мне поспать. — Винчестер был близок к тому, чтобы клюнуть на наживку, почти готов к тому, чтобы открыть им дверь для побега.— Все, включая твое ворчание, будет еще лучше, если ты дашь мне перерыв, и я смогу на несколько дней уйти от реальности. — Ты действительно хочешь там побыть? Позволишь мне поработать с Сингером? — Да. — Калеб почуял победу. — По-моему, ты расслабляешься, парень. — Нет. — Голос Калеба утратил юмористический оттенок. — Я просто правильно расставляю приоритеты. — Джон Винчестер о своих приоритетах, похоже, забыл. — Хорошо. — Джон рассмеялся, не обращая внимания на перемену в тоне младшего охотника. Ривз не мог даже найти в себе силы, разозлиться на него. — Скажи ребятам, что я заеду через несколько дней. — Хорошо. — Калеб убрал руку с головы Дина, удовлетворенный тем, что ребенок снова погрузился в более спокойный сон, подальше от боли. Он провел рукой по своим темным волосам. — Насчет этого, Джонни… Я подумал, что мы могли бы поехать в Вашингтон и потусоваться с Калленом. — Хочешь отвести мальчиков к своему дедушке? Ты уверен, что это хорошая идея? — Ты шутишь? Каллен будет в восторге. — Это правда. Старик питал слабость к своенравным подросткам. И Дин мог выздороветь подальше от этой адской дыры, которую Джон называл подходящим жилым помещением. Кроме того, Сэм получит удовольствие от всех туристических остановок и музеев. Он тоже заслужил передышку. — Мы отвезем Брейниака в Смитсоновский институт и посмотрим памятники. — И Каллен Эймс будет не против, если вы, три обезьяны, обоснуетесь в его доме? — Этот человек живет в особняке, Джонни. Мы можем появиться у него на пороге, а он даже не узнает. У него есть волшебная золотая карточка, чтобы справиться со всем, что мы уничтожим. Но поверь мне, он все выдержит. В последний раз, когда мы были там, он пытался уговорить Сэмми изучать корпоративное право. И решил, что у Дина есть мозги для бизнеса. Ты знаешь, он надеется превратить одного из нас в следующего генерального директора «Эймс Энтерпрайзис». — У тебя разве есть мозги? Калеб усмехнулся. — Чертовски верно. Голова для бизнеса и тело для греха. — Просто убедись, что это грешное тело не заберет моих мальчиков туда, где им нечего делать. Ривз снова бросил взгляд на избитое лицо Дина. Например играть в пул за деньги в каком-нибудь грязном баре? — Я и не мечтал об этом, Джонни. У меня свои приоритеты. Помнишь? — Да, конечно. Твои приоритеты только что дали мне другую работу. — Мы можем назвать это равноценным обменом, — сказал Калеб. Тишина в конце разговора была единственным ответом, и он, с тяжелым вздохом, уселся на край кровати Дина. — Благодаря мне у твоего старика назначена встреча с одним из оленей-альбиносов Санты. Ты должен стать как новенький, когда он вернется в город. Одна проблема решена. Теперь нужно позаботится об остальном. — Ривз положил руку на ногу подростка, телепатически протягивая связь, чтобы коснуться разума друга. Он просачивался сквозь мысли и чувства, пока не нашел образы, которые искал. Запомнив каждое лицо, он открыл глаза. Калеб устало улыбнулся и продолжил односторонний разговор. — Что я, ты и Коротышка собираемся делать, спросишь ты? Мы собираемся посетить округ Колумбия. Твои друзья из бара, заплатят за это всеми, с таким трудом заработанными, деньгами, которые они у тебя украли, Двойка. Калеб заставит их заплатить за каждый синяк на Дине, до того, как он наложит справедливое возмездие за каждую унцию боли, которую ребенок перенес за последние пару дней, Ривз собирался забрать все их деньги. В конце концов, у него были свои приоритеты.
