Куда летит мотылёк, когда не видит света?

***

«Here's your ticket, Welcome to the tombs»

from: All the Rowboats – by: Regina Spektor

***

      Брайан прячется под одним из столов офиса десятого этажа. Стоит отметить, что тут по-прежнему жутковато, хотя крови на огромном телевизоре нет, как и помех, но что-то тут точно навевает нехорошую атмосферу. А может это просто его собственный страх? В течение всего своего первого рабочего дня Пастернак не чувствует себя хотя бы просто в безопасности, и если поначалу это тревожило, сейчас парень просто смирился. «Ква-ква»       Знакомое кваканье, больше похожее на кряканье утки. Хьюго в маске жабы вскакивает на директорский стол, а затем всё с тем же кваканьем прыгает по всему немалому офису. Несмотря на красный плащ за спиной, на героя он не тянет даже будучи генеральным директором. Когда новый босс садится за свой стол, Брайан видит, как он кладёт на него нечто необычное       Сверкающий, с таинственными узорами, кинжал. Без сомнения не просто кинжал, это кинжал Атам. Необыкновенная реликвия, силы которой хватит Брайану, чтобы убить ведьму и спасти друзей. От того он невольно засматривается, на мгновение даже кажется, что предмет шепчет что-то. Но как такой предмет оказался у такого как Хьюго? Он не похож на того, кто собирается устроить охоту на ведьм. Однако, теперь не сложно догадаться почему сам "Супер Жаба" не боится ведьмы.       Впрочем, Брайан бы и оставил Хьюго этот кинжал, если бы не одно "но". Атам сейчас как никогда нужен ему самому, а точнее ему, его друзьям, и всем в компании. На глаза охотника попадается пульт лежащий на столе по центру. Парень делает незаметный рывок и успевает нажать на устройстве одну кнопку, а затем быстро спрятаться обратно подписанный стол.       – Проклятый телевизор, – сетует Хьюго по прежнему в маске "Супер Жабы", но он отходит к пульту намереваясь исправить это недоразумение.       Пользуясь этим, Брайан тут же выскакивает из своего укрытия и подбегает к столу директора. Вот оно, сейчас он схватит Атам, спасёт друзей, покончит с ведьмой, может быть им с Кейт всё же удастся разговориться. Вместо этого парень неожиданно чувствует как его с силой ударяют головой об поверхность того самого стола. Он было хочет взбрыкнуть, отпрянуть, но ему не дают, вдавливая в стол.       – Не это ли ищет наш охотник на ведьм? – Знакомый голос, не составляет особого труда догадаться что это никто иной как новый гендиректор Синтракорп.       – Пусти, Хьюго, я знаю что это ты, а не "Супер Жаба", – Дрожащим голосом вскрикивает Брайан. Приходится приложить усилие, но в итоге может вывернуть голову так, чтобы сквозь, съехавшие от удара об стол, очки разглядеть почти ощутимую физически ухмылку Хьюго.       – А то что? Кинешь в меня карандашом? Это смехотворно, Пастернак, – Новый генеральный директор вздыхает. Слышится металлический свист, от чего Брайан в страхе зажмуривает глаза, а после вздрагивает и издаёт слабый вскрик боли. Причиной тому стал кинжал, которым Хьюго плавно прошёлся по щеке охотника, – Не это ли ты пытался у меня стащить?       Брайан только шумно сглатывает, надеясь, что вместе со вставшим комом в горле он проглотит ещё и свою боль, и свой страх. Парень замирает четко видя в опасной близости от своего лица кинжал. Щека почти сразу вспыхнула болью, порез тонкий, ровный, почти что аккуратный, но глубокий, а кровь из него до сих пор крупными каплями скатывается на светлый стол.       – Мне он нужен, – Всё-таки выдавливает из себя парень и с трудом отрывает взгляд от Атама, опять глядя на Хьюго, – Нужен, чтобы спасти друзей и убить ведьму. От этого всем будет лучше, ты ведь можешь мне его просто одолжить... Я верну, правда       Но Хьюго только тяжело вздыхает. Он убирает куда-то кинжал, куда именно Брайан не мог бы сказать точно, так как угол обзора не позволяет, а затем одной рукой снимает с себя маску и откладывает её в сторону. Охотник точно не видит, но в глазах нового генерального директора читается тяжесть. Он откровенно устал и отрицать это глупо, столько всего случилось за один день.       Хьюго изучающее рассматривает прижатое к столу тело под ним, решает как поступить дальше. Брайан сравнительно тощий, не широкий в плечах, в добавок очки делают из него какого-то ботаника, а ещё он абсолютно точно ни разу не слышал про укладку волос или расчёску. В голове проносится короткое желание прикоснуться к растрёпанным прядям, проверить мягкие ли они.       Странно, Хьюго был абсолютно точно уверен в том, что его не интересует романтический аспект жизни. Ведь, всё это лишь мешает достижению власти, ну или на худой конец он полагал, что ему нравятся девушки. Во всяком случае, так было до сегодняшнего дня. Этот Пастернак однозначно всё ему портит. Подумать только, этот засранец тут всего один день, а завёл столько знакомств, "друзей", как это называет сам Брайан, сколько Хьюго завёл за месяц. Мало того, в первый же рабочий день, это ходячее недоразумение стало работником месяца, сместив его с этого места.       Но даже сейчас, когда Хьюго стал главой компании, когда он имеет возможность просто перерезать глотку этой ошибке природы, что-то ему не даёт это сделать. Уж больно привлекательный у Пастернака вид в этой ситуации. А только ли в этой?       Хьюго ведь, сам не понимая зачем, но стащил одну из фотокопий души Брайана на ведьминой бумаге, как раз ту первую, что молодой охотник сделал чуть ли не по глупости. Честно говоря Хьюго был уверен, что Пастернак не станет прикладываться лицом к принтеру, на который пару минут тому назад он садился пятой точкой, но Брайан сделал это. В добавок сам вышедший снимок выглядит так, что у Хьюго до сих пор перехватывает дыхание при взгляде на него.       Серьёзно, Брайан там выглядит так, словно его уже кто-то насилует. Так что сейчас, прижимая его к столу, закрадываются лишь мысли о том, чтобы правда изнасиловать. Почему речь идёт именно об изнасиловании? Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться о том, что сам Брайан будет очевидно кардинально против так, что на секс по обоюдному согласию рассчитывать не приходится. С другой стороны, что теряет? Он – генеральный директор Синтракорп, фактически охотник на ведьм уже в его власти.       Брайан судорожно вздыхает, видимо от того, что ему долго давят на грудную клетку, не давая нормально дышать. Движение выходит рваным, прямо-таки просящим о помощи, хотя может так он думал привлечь внимание Хьюго, который уж слишком долго прибывает в раздумьях.       – Пожалуйста, Хьюго, – Он старается вывернуться, от чего кровь активнее начинает течь из раны на щеке, которая видимо не спешит заживать. Наверно, дело в том, что она оставленная не чем-то там, а самим кинжалом Атам, – Я только хочу спасти друзей.       Это становится последней каплей, и если раньше оставалась доля сомнения стоит ли так поступать, сейчас всякий здравый смысл отходит на задний план. Хьюго перестаёт вдавливать парня в стол и резко поворачивает его на спину, не заботясь о том ударился ли он или нет. Брайан этого совсем не ожидает, по его прикидкам его могли или отпустить, или вдавить сильнее и лишить жизни, поэтому парень вопрошающего сводит брови, видимо, уже хочет задать вопрос, но не успевает.       Хьюго снова прижимает парня к столу, на этот раз вдобавок накрывая его губы своими. В голове проносится мысль «А целуют ли насильники своих жертв?» Так или иначе ему просто хочется для начала сделать именно это и он делает. Гендиректор медленно поглаживает охотника по порезанной щеке, почти что ласково на фоне с настойчивостью поцелуя, а вторая рука точно так же нежно сильнее разводит ноги опешившего парня, позволяя Хьюго сильнее прижаться. Тело под ним замирает в страхе, но Хьюго абсолютно точно чувствует учащённый пульс Брайана. Сердце как у загнанного кролика, но он не вырывается, наверняка просто-напросто шокирован.       Пользуясь этим замешательством глава Синтракорп уже грубо сдавливает рукой щеки Брайана и толкается внутрь. Стоит языку столкнуться с чужим, как охотник приходит в себя, сразу же жалобно стонет в поцелуй, начиная отпираться. Это заставляет Хьюго лишь сильнее надавить уже не столько получая наслаждение, сколько упиваясь чужой болью. Кровь из раны на щеке теперь стекает по руке Хьюго.       Глава компании отстраняется, брезгливо отряхивая руку, а затем и вовсе вытирая её об чистую щёку своего сотрудника. Брайан дрожит, тяжело дышит и широко распахнутыми глазами смотрит на Хьюго. Охотник начинает сильнее вырываться, когда генеральный директор начинает расстёгивать его рубашку ясно давая понять, что на этом дело не закончится.       – Отпусти, – жалобно хныкает Брайан, когда его кусают за шею, – Хьюго, дай мне просто уйти.       Тонкие пальцы упираются в плечи Хьюго силясь отодвинуться и выползли из-под своего обидчика, но руки предательски дрожат от страха. Он всегда был таким: испуганным, маленьким и беспомощным, но с отчаянными попытками всё наладить, сделать как надо. Брайан вовсе не смелый и, откровенно говоря, он наверное самый трусливый охотник из всех, что вы видели. Однако он всё ещё здесь и он зашёл так далеко в своём желании всё исправить, выпутаться самому и помочь друзьям.       Словно маленький мотылёк увязший, запутавшийся в паутине, он барахтается, силясь вырваться. Но так или иначе, жаба точно съест мотылька. Брайан осознаёт, что остался без рубашки слишком поздно так, как чужие руки уже начали исследовать его тело, обводить выпирающие рёбра, слегка надавливать на впалый живот и изредка всё-таки оставлять красноватые царапины от ногтей, уж слишком красиво они смотрятся на бледной коже. Всё это вызывает довольно красноречивую ответную реакцию у тела охотника, от чего несколько раз он даже приглушённо стонет       Брайан не сдерживается выгибаясь на встречу, и слишком громко стоная имя нового генерального директора компании, когда тот задевает один из сосков. Ситуация набирает обороты и просто словами тут точно не помочь, поэтому охотник собрав свою храбрость в кулак наотмашь и со звоном ударяет по лицу Хьюго, оставляя весьма яркий след от пощёчины.       Попытки Брайана вырваться, до этого момента, забавляли главу компании. Да, иногда, он всё же с силой ударял его в грудь или в плечо. В остальном же, не было ничего, что могло бы существенно помешать Хьюго. А вот пощёчина явно его взбесила. Хьюго резко хватает охотника за волосы вздёргивая таким образом голову:       – Да как ты смеешь, – Он шипит сквозь почти сомкнутые губы и с силой ударяет парня затылком об стол.       Хьюго моментально за этим отвешивает не менее сильную пощёчину и даже не одну. От этого очки с жалобным треском отлетают в сторону. Брайан вскрикивает и скулит толи извинения, толи проклятья, да и какая разница? Это уже ничего не изменит. Хьюго перехватывает его руки, которыми он пытается закрыться, и заводит их над головой, туго затягивая красным галстуком, который ранее не плохо так смотрелся на самом парне.       – Хотел получить кинжал, да? – Зло выдыхает гендиректор доставая откуда-то Атам и демонстративно крутя его в руке, – Так получай.       Свободной рукой Хьюго опять давит на щёки охотника заставляя его открыть рот, правда, на этот раз совсем не для поцелуя. Глава компании, всё ещё прибывая в порыве своей ярости, толкает Атам в рот парня и его сверкающее остриё с красивыми узорами скрывается за припухшими от поцелуев и ударов губами. В пелене боли и страха до Брайана не сразу доходит, что именно тут происходит, но осознание реальности оказывается на столько звеняще ярким, что слёзы тут же наворачиваются на глаза и он задушено кричит.       – Ну как тебе? – Хьюго поворачивает кинжал, стараясь не сильно повредить язык и стенки рта, но всё же повредить, – Уже жалеешь о попытках его украсть?       Слёзы градом скатываются по щекам, от пронзающей, и во всех смыслах острой, боли. Язык, как и в целом рот, словно пылает от этой боли вперемешку с леденящим ощущением стали. Металлический вкус заполняет, казалось бы, всё, и Брайан может ощущать даже его запах. Краем становится то, что он начинает давиться собственной кровью. Его рот переполняется ей и парень сразу же начинает задыхаться от этого. В глазах уже всё плывёт, а теперь ещё и пляшут белые мушки, предвещая скорую потерю сознания.       Сдавленный кашель и вытекающая изо рта кровь заставляют Хьюго остановиться. Он вновь прячет кинжал и быстрым движением скидывает парня со стола на пол, заставляя упасть на колени, тем самым принимая вертикальное положение.       Боль от удара об холодный пол почти меркнет на фоне того беспорядка, что происходит во рту. Брайан кашляет и рвано хватает ртом воздух. Парень, словно выброшенная на берег рыба, широко открывает рот в надежде, что воздух сможет остудить боль. Слёзы же по-прежнему льются из глаз, стекая по щекам и капая куда-то вниз. Вместе с тем кровь, разбавленная слюной, вытекает из открытого рта, но сам он совсем не обращает на это внимания.       Хьюго наклоняется к сидящему на коленях охотнику, и поднимает его голову рукой решая проверить, не отрезал ли он ему язык напрочь. Брайан даже особо не сопротивляется, лишь жалобно стонет, пропуская два пальца в свой рот. Парень моментально вздрагивает от боли прикосновений к свежим ранам, но и не думает укусить, мало ли что будет, ему хватило пощёчины. Напротив, охотник осторожно оглаживает языком тёплые костяшки пальцев, иногда вздрагивая, когда пальцы касаются ран. Он тяжело выдыхает, всё так же через рот, и с болью смотрит на коллегу.       Как ни странно язык по-прежнему на месте, можно сказать, Пастернак в принципе везучий и в этом ему тоже повезло. Хьюго чувствует, как проходится искалеченный язык между пальцев, как судорожно дрожат израненные стенки рта, и как парень болезненно сглатывает чрезмерное количество слюны и крови, чтобы не подаваться ведь даже то, что кровь стекает изо рта уже не спасает положение. В этот момент гендиректор Синтракорп почти готов признать, что перестарался, изначально он даже не думал, что так все обернётся, но все иногда срываются, верно? Но по каким-то причинам весь перепачканный в крови, заплаканный, глухо стонущий от боли Брайан кажется ему только привлекательнее.       Глава компании запускает вторую руку в волосы охотника слабо, даже ласково поглаживая его по голове. На фоне общей боли эти прикосновения почти что приносят удовольствие, но, говоря честно, Брайан уже слабого соображает "где он?", и "кто он?". Он знает, что ему ужасно больно, и всё его сознание захватил металлический вкус крови.       – Будь хорошим сотрудником, Пастернак, и больно не будет, — Глядя в затуманенные болью глаза шепчет Хьюго, почти осторожно проводя пальцами по нёбу и нащупывая там несколько царапин. Правда, было бы глупо ожидать какой-либо ответ от парня сейчас с искалеченным ртом и более того пальцами в нём.       Кажется, он просто собирался переспать с парнем, который его раздражает. Как же так вообще обернулось, что сейчас перед ним на коленях стоит хныкающий охотник на ведьм в собственной крови, слезах и его пальцами во рту? Хотя всё становится не важно, когда Хьюго вынимает пальцы изо рта парня с характерным липким звуком, а от губ к кончикам пальцев тянется тоненькая нить слюны смешанной с кровью. Это туманит разум получше всякой ярости и глава компании уже, отряхивая руку, расстёгивает молнию на своих брюках, параллельно слегка оттягивая волосы парня заставляя его поднять голову. Прежде чем охотник что-либо понимает Хьюго наполовину входит ему в рот, словно решив проверить, какие будут ощущения от обволакивающей его крови.       Брайан задушенно стонет от боли. Всё, что он сейчас понимает так это то, что кожу его искалеченного рта растягивают, тем самым раскрывая раны сильнее. Крови в мгновения становится больше, ещё чуть-чуть и, переполнив его рот, она пойдёт у него из носа. Охотник быстро моргает, видимо пытается заставить осознание ситуации прийти к нему, хотя бы на задворки его сознания. Парень сводит брови к переносице шумно дыша через нос, почти скуля, и, в попытке облегчить боль, вытягивает шею. Он было поднимает дрожащие и всё ещё связанные галстуком руки, чтобы оттолкнуть или как-то помешать, но дёргается от руки резко сжавшей волосы и любые попытки сопротивляться обрываются на этом.       Хьюго сам проводит большим пальцем по щекам охотника, собирая крупные слёзы, срывая тем самым недовольные мычание. Брайану требуется время чтобы проморгаться и свыкнуться с этим странным ощущением вперемешку с новой волной боли, но видимо ждать его никто не намерен. Генеральный директор толкается в рот своего сотрудника и, слабо надавливая ему на затылок, задаёт не особо быстрый ритм.       Как оказалось, наполненный кровью рот ни чуть не смущает Хьюго, тёплые и влажные стенки рта хорошо обволакивают его полностью, кто бы мог подумать, что из крови смешанной со слюной, такая хорошая смазка. Он прикрывает глаза начиная слабо поглаживать затылок охотника и даже не громко вздыхать. Один вид избитого Брайана на коленях, с таким жалобным выражением лица вызывает у Хьюго отдельное удовольствие.       – Давай, порадуй своего босса, поработай языком, – сквозь очередной вздох скорее приказывает, чем просит Хьюго, – Я знаю он у тебя остался, или если ты им не пользуешься мне его отрезать?       Брайан опускает затуманенный взгляд, а затем и вовсе закрывает глаза. Боль не отступает, не даёт ему хотя бы попытаться думать о чём-то другом. Перспектива всё же лишиться языка не радует, а потому охотник через силу всё-таки начинает действовать. Не сказать, что у него был большой опыт в этом, скорее всё отношения Брайана были с девушками и точно не доходили до секса. Но он инстинктивно обводит языком член, с каждым разом вздрагивая от боли в ранах.       Мотылёк больше не сопротивляется, не трепыхается в попытке что-то поменять. Если нет больше света, куда ему лететь? Лишь порхая бесцельно в темноте, он так или иначе будет съеден.       С каждым разом охотник всё громче и громче стонет, всхлипывает от боли, не от удовольствия. Парня начинает ощутимо трясти и кажется даже с закрытыми глазами он чувствует, как мир смазывается и плывёт превращаясь в кашу. Охотник не разбирает, где верх, где низ, сложно даже сказать, что у него вообще не болит, до того ярко боль застряла в сознание.       Хьюго закусывает собственную губу, когда скользкий язык почти невесомо поглаживает его член. Ясно, что Брайану просто больно действовать иначе, но этого явно мало и он с силой несколько раз давит на язык, тем самым заставляя парня содрогаться в беззвучно крике. С каждым движением крови становится лишь больше. Охотник не знает, сколько уже собственной крови он проглотил. Дышать через нос не удобно, но всякий раз по глупости пытаясь вдохнуть ртом Брайан судорожно задыхается так, что выбора у него не много. Даже закрытые глаза парня по-прежнему болят от слёз       Со стороны хныканье, вздрагивания и стоны охотника кажутся довольно соблазнительными, словно ему тоже приятно, что и подстёгивает Хьюго. Глава Синтракорп уже перестаёт перебирать волосы на затылке, вместо этого он сжимает мягкие пряди, начиная, двигаться быстрее, глубже, пока толчки не начинают доставать до горла.       Буквально несколько таких движений и горло Брайана сводит спазмом. Рефлекторно мышцы сокращаются в некой судороге, от чего начинают дрожать даже губы, а он сам всё же давится. Охотник не успевает сглотнуть кровь, безмолвно закашлявшись и она всё-таки брызгает из его носа, обжигая не приятным ощущением, но это хотя бы позволяет ему вдохнуть воздуха. От того как чужое горло сжимает его член Хьюго не выдерживает, он запрокидывает голову, с протяжным стоном изливаясь в горло охотника. Генеральный директор замирает в эйфории от случившегося, по инерции перебирая волосы парня. Ощущение реальности Хьюго возвращает жалобное мычание Брайана.       Генеральный директор тут же отстраняется приводя себя в порядок. Охотник же просто не двигается с места, лишь запрокидывая голову и тяжело дыша. Брайану по-прежнему невыносимо больно и он всё так же не открывает глаза, словно надеется заснуть и проснувшись, узнать, что это всё лишь кошмарный сон. Однако боль не позволяет ему отключиться, слишком яркая, слишком острая, она обжигает сознание. Охотник не знает сколько времени он так проводится может быть ему и правда удаётся уснуть.       – Держи, – Спокойный будничный голос Хьюго звучит совсем рядом.       Открыв глаза Брайан морщится от боли, несколько раз быстро моргает и лишь потом обнаруживает протянутый стаканчик воды. От этого почти хочется улыбнуться, но стоит ему попытаться как тут же прошибает острая боль и по щекам опять катятся слёзы. Охотник протягивает руки, чтобы взять стаканчик, но обнаруживает, что они всё ещё связанные галстуком. Хьюго лишь хмыкает и свободной рукой легко освобождает сотрудника от оков. Брайан принимает стакан и уже подносит его к губам, чтобы выпить, как его прерывают.       – И ещё это, – Хьюго протягивает упаковку «Никотерола»       Охотник по началу удивляется, но кивает запивая таблетки водой и чувствуя, как боль отступает.