В жизни так бывает

- Батя, можно? - в кабинет Булатова вошла Кошкина, а следом за ней шла Ума. Девушка смотрела в пол, не поднимая глаз на командира. - Рита, что-то случилось? - спросил Батя, рукой показывая девушкам присесть. - Ума, расскажи Бате всё, что сказала мне! - не отвечая Булатову, сказала Багира. - Я давно знакома с Кравцовым. Ещё с училища, он сам ко мне подошёл и сказал, что был другом отца. Мы начали общаться. После училища мы виделись периодически. Во время моей службы он иногда появлялся просто как старый друг, а теперь он... - Ума замолчала не в силах подобрать слова, а из глаз её потекли слёзы. Батя не перебивал её, а Рита взяла девушку за руку и слегка сжала. Справившись со своими эмоциями, девушка продолжила. - Он сказал, что я должна ему помочь добиться расформирования "Нерп" и вашей, с Ритой, отставки. Когда я отказалась, он мне пригрозил… - Леся опять замолчала. - Что он тебе сделал? - спросил Батя, с трудом сдерживая эмоции: злость на Кравцова затопила Булатова. - У меня есть сын, ему два с половиной года. Он сказал, что расскажет "Нерпам" и Вам о Мише, а я не могу допустить, чтобы группа знала о нем, - прошептала Леся и замолчала. - Почему ты боишься, что группа узнает? У Даны тоже есть сын. В этом нет ничего страшного, - Батя подошёл к Лесе и отцовским жестом прижал её к себе. - Я не хочу, - ответила Леся тихо. - Батя, пожалуйста, не говори никому. Я не хочу Вас предавать. Будет лучше, если Вы меня переведёте куда-нибудь, -прошептала Ума. Решение далось ей тяжело, но другого выхода она не видела. Здесь были дорогие ей люди, но безопасность сына важнее. - Переводить я тебя никуда не собираюсь. С Кравцовым мы вопрос решим на днях. Тебе даю четыре дня отгулов, отдохнешь, приведешь себя в порядок, с сыном побудешь. Где он у тебя сейчас? - Батя гладил девушку по волосам. - В садике. Его няня забирает, если я не успеваю. Спасибо! Только не говорите о Мише никому. - Иди, на сегодня можешь быть свободна, - Булатов выпустил девушку из объятий и, дождавшись, когда Ума выйдет, повернулся к Рите. - Как давно ты знала, что у Леси есть ребёнок? - спросил он. - Узнала за двадцать минут до разговора с тобой. - Она тебе сказала, кто отец? - Нет. - То, что из группы, это понятно. Знать бы ещё, кто именно, - проговорил Булатов тихо. - Зачем? Ваня, если Леся не хочет говорить, то и не надо. Я сьезжу к ней вечером. -Леська - умничка, я горжусь ей! Надо группе объяснить некоторые моменты, - Булатов направился к выходу из кабинета, и Рита отправилась вместе с ним. После объявления о невиновности Умы, "Нерпы" переглянулись между собой, но особых эмоций никто не высказал. Только Кот и Бизон победно улыбнулись - в Уме они не сомневались. А Рита задумчиво переводила взгляд с Кота на Бизона: только эти двое были знакомы с Лесей три года назад. Батю она сразу исключила, ведь ему о ребёнке Леся сказать не побоялась. С трудом дождавшись окончания рабочего дня, Рита поехала к Лесе - адрес съёмной квартиры был ей известен. На звонок дверь открыла незнакомая, пожилая женщина. - Здравствуйте, Вы к Лесе? - спросила она. - Да, меня зовут Рита. А Леся где? - ответила Рита, входя в квартиру и снимая верхнюю одежду. - Она с Мишей играет, идемте, я вас провожу, меня зовут Ольга Владимировна - я няня Миши. Леся говорила, что вы придете сегодня. Войдя в комнату, Рита увидела Уму, сидящую на полу, а около нее прыгал ребёнок. Малыш, лет трёх на вид, с темно-каштановыми волосами и, на удивление, с ярко-голубыми глазами. Очень знакомыми глазами, да и в лице ребёнка легко угадывались знакомые черты, причём как матери, так и отца. Рита замерла в дверях, не сводя глаз с малыша, не понимая, как такое может быть. - Вот видишь, тебе одного взгляда хватило и ему тоже хватит, а я не хочу, чтобы он знал! - сказала Леся тихо. - Но как, Леся? Как такое может быть? - Долго рассказывать, пойдём на кухню, там поговорим. Миша, поиграй пока с тётей Олей, маме надо с тётей Ритой поговорить, - Леся поцеловала мальчика в макушку, поднялась с пола и пошла вперёд, показывая Рите дорогу. Уже на кухне, сидя за накрытым столом, Ума начала говорить. - Знаешь, Рита, я влюбилась в него с первого взгляда. Никогда не думала, что так бывает, но… Мне вполне хватало видеть его каждый день, общаться с ним и довольствоваться редкими прикосновениями. Я думала, что это пройдёт, ведь с его стороны взаимности не было, только забота. Но не проходило, последней каплей стала Света и их поцелуй около вертолёта. По прилету в КТЦ я написала рапорт о переводе, но Пригов его не подписал. Дал мне неделю отгулов. Я успокоилась, вроде нормально все стало, а тут командировка и ранение Кота... - Леся не смотрела на собеседницу, складывалось впечатление, что она говорит больше для себя, чем для Риты. Немного помолчав, Ума продолжила. - Ранение Кота. Мы тогда просидели под дверьми операционной несколько часов. Когда стало понятно, что с Васькой все хорошо, мы отправились в гостиницу. У них с Физиком был отдельный номер, у меня отдельный. Но Серёга ушёл первым, а мы остались вдвоём. Я не помню, кто из нас первым это начал, но закончилось все утром. Ты знаешь, трудно в это поверить, но до Бори у меня никого не было. После той истории, когда мне было шестнадцать, на мужиков вообще смотреть не могла. А тут само собой все получилось. На утро Борис предложил забыть обо всем. Я не стала навязыватся, видела, как ему неловко. По приезду в Питер изо всех сил делала вид, что все нормально, хотя ты не представляешь, как это было трудно. Через два месяца поняла, что беременна. Долго набиралась смелости ему сказать, а когда позвонила, трубку сняла девушка и сказала, что он в душе. Я не стала ему навязывается, подала рапорт на уход со службы, но Пригов снова его не подписал. Он уже знал о вашем переводе и уговорил меня остаться. После вашего отъезда перевёл в ИВЦ. Живот был не слишком большим, никто не замечал, кроме Женьки и Васьки. Прости, что не сказала тебе. Я хотела, но побоялась, что Боря узнает. Кота тоже я просила молчать. Роды прошли хорошо, нашла няню, вернулась к работе. А теперь меня перевели к вам. Я безумно счастлива, что я снова с вами, и безумно боюсь, что Борис узнает о Мише. Не хочу навязываться, не хочу, чтобы он думал, что обязан мне чем-то. Я изо всех сил буду стараться, чтобы Боря о нем не узнал, - Леся замолчала и посмотрела на Риту, у той в глазах были слёзы. А сама Рита сидела и думала, что Леся сильная женщина, очень сильная. Не каждая бы справилась с таким, а она смогла. - Девочка моя! - Рита взяла руки Умы в свои и слегка сжала. - Сколько же тебе пришлось пережить! Я не вправе тебя осуждать, не знаю как-бы сама поступила на твоём месте. Я никому и ничего не скажу. Я горжусь тобой! - договорила Рита тихо. Леся посмотрела ей в глаза и, найдя там ответ, обняла Риту и разрыдалась у неё на груди, выплёскивая всю свою боль. У каждого есть свой запас терпения, но рано или поздно он кончается. Вот и у Леси закончился. Предательство Кравцова, новое место службы и вся эта ситуация с Борисом навалились на неё разом. А Рита гладила девушку по волосам, не утешая, но позволяя выплакаться и выплеснуть всю боль, что скопилась в душе у Леси. Когда слёзы кончились, Леся отстранилась и, не смотря Рите в глаза, сказала: - А знаешь, что самое глупое? - и, не дожидаясь ответа, продолжила. - Я люблю его. Ещё сильнее, чем раньше. Но научилась держать себя в руках. Рита, оставайся сегодня у нас, я тебе в зале постелю или со мной ляжешь. Ольга Владимировна спит в комнате Миши, но он иногда приходит ко мне ночью. - Останусь. У тебя славный малыш. Леся, ты не думай, что я давлю на тебя, но можно я в следующий раз приду к вам в гости с Батей? Он тоже хочет познакомиться с твоим малышом! - чуть смущённо спросила Рита. - Приходите. Но Борис не должен знать о Мише. Меньше всего я хочу, чтобы он думал, что я хочу его привязать к себе с помощью ребёнка. - Как-то для этого много времени прошло. Не переживай: ни я, ни Батя не скажем о нём никому. - Пойдём, я тебе халат дам. И можешь сходить в душ, а то скоро Мишутку купать, а это надолго, - Леся уже улыбалась, а на словах о сыне просто засияла. Рита ушла в душ, а Леся пошла в комнату сына. Как всегда, при взгляде на ребёнка, душу заполнила волна нежности - Миша был главным сокровищем в жизни Умы. Может быть и надо бы рассказать о нём Боре, но Умка не хочет, боится, что Бизон будет осуждать её или, что ещё хуже, заявит права на мальчика. А этого Леся не допустит. Когда Рита вышла из душа, они все дружно поужинали, и Рита с удовольствием помогла накупать малыша и уложить его спать. А сами они до глубокой ночи не спали, ведя неспешный разговор. И хоть Рита и не выспалась, но на работу пришла с сияющей улыбкой. - Знакомство прошло удачно? Как они там? Леся успокоилась? - спросил Булатов у Риты. - Все, Батя, я влюбилась. С первого взгляда и на всю жизнь, - улыбаясь, ответила Багира. - Вот прямо так сразу? - Да! Завтра можно к ним вместе сходить, но только с условием, что никто и ничего не узнает. - Ты узнала кто отец? -Да, но лучше бы не знала. Подожди до завтра, сам с одного взгляда все поймёшь! Ладно, надо выпить кофе и идти работать. Как ни странно, но эти два дня прошли спокойно, и Рита снова звонит в знакомую дверь. - Риточка, здравствуйте! А Миша спрашивал о вас! Проходите! - дверь открыла Ольга Владимировна. - Ольга Владимировна, познакомьтесь, это контр-адмирал - Булатов Иван Михайлович. Наш с Лесей непосредственный начальник. - Можно просто Ваня. -Я няня Миши. Ольга Владимировна. Проходите в комнату, они играют, - и, махнув рукой, пошла на кухню ставить чайник. - Батя, Рита. Привет! Как на работе?- Спросила Леся у старших товарищей. - На удивление всё спокойно, - ответила Рита, подхватывая Мишу на руки и начиная его щекотать. Малыш залился смехом, а Леся посмотрела на Батю. Таким удивленным она его ещё не видела. А Булатов смотрел на Риту с ребёнком на руках: пазл сложился, тут никакое ДНК не надо. - Леся? - только и спросил он. - Батя, без вопросов! Хорошо? Пойдёмте лучше чай пить. Хотя лучше поужинаем, Вы же с работы. Вечер прошёл легко и весело, Леся с улыбкой смотрела, как Батя и Рита возятся с малышом и понимала, что эти люди - самые дорогие для неё. Уже прощаясь, Батя сказал: - Умка, если тебе понадобится любая помощь, обращайся. Мы всегда поможем! - Спасибо! Приходите почаще. Мы Вам всегда рады, - Леся обняла Риту и Батю и закрыла за ними дверь. У неё оставался последний день отгулов и ей хотелось провести его с сыном. На работе всё было по прежнему. Конечно, группа заметила, что отношения Бати и Багиры к Лесе стало ещё теплее, чем было, но не придавали этому значения. На заданиях всё оставалось по прежнему, правда Леся стала меньше лезть на рожон, да и вообще стала вести себя намного благоразумней. Хотя это у неё началось ещё с перевода в "Нерпы". Уже давно нет того безбашенного сержанта, каким она пришла служить в " Смерч". Бизон всё порывался поговорить с Ритой и Ваней. Он понимал, что в истории с Кравцовым что-то было не так, только не мог понять, что именно. А ещё он иногда ловил на себе взгляд Риты, в котором было какое-то разочарование что ли. И не мог понять, чем оно вызвано. Но поговорить по душам всё не получалось: когда не было заданий, Рита вечерами пропадала где-то. А вообще-то у Бори и своих проблем хватало: с переводом Умы в "Нерпы" всё началось сначала. Он влюбился в неё ещё в " Смерче", но добиваться не стал. Посчитал, что молодой девушке будет лучше с ровесником. Только один раз сорвался, и та ночь была лучшей в его жизни. Он не хотел испортить жизнь молоденькой девушке, поэтому и предложил забыть обо всем, однако сам забыть не мог. И с каждым днём сдерживаться было всё сложнее. Наблюдая за её общением с Котом, смотря как Сармат и Опер все больше проникают к ней уважением, хотелось плюнуть на все, схватить её в охапку и объявить всем, что она только его. Но приходится сдерживаться, ведь сама Леся ведёт себя как ни в чем не бывало. Ни взглядом, ни жестом не показывает, что он для неё кто-то больший, чем просто командир и старший товарищ. И только это останавливает его от какого-нибудь глупого поступка. За всем этим со стороны наблюдает Батя, он знает Бизона лучше всех и понимает тоже. О его влюбленности в Уму Батя знает ещё со "Смерча", теперь добавилось знание о чувствах Умы. И что со всем этим делать, он не знает. Рита категорически запретила вмешиваться, да Батя и сам бы не стал. Ещё не известно, как бы Боря отреагировал на новость о сыне. Вот и остаётся наблюдать за всем со стороны, надеясь вмешаться в нужный момент и помочь решить эту ситуацию без потерь. Но даже в страшном сне контр-адмиралу Булатову не могло присниться, что ситуация повернётся такой стороной... Началось всё с довольно лёгкой операции по захвату торговцев оружием. Группе удалось взять и продавцов, и покупателей: теперь и те, и другие сидели в камерах при КТЦ. Только у главаря банды был запасной план. На следующее утро после задержания, по дороге в детский сад, похитили двоих детей - Никитину Веру вместе с мамой и Уманова Мишу с няней. Группа тренировалась в спортзале, когда на телефоны Умы и Опера пришли сообщения, прочитав которые, оба побледнели и вылетели из зала, не обращая внимание на все крики Бизона. - Рита, они забрали его! - закричала Леся, врываясь в ИВЦ. Следом бежал Опер: на обоих не было лиц. - Кого забрали? Кто они? - спросила Рита, удивлённо приподнимаясь с кресла. Леся не ответила, только протянула Рите свой телефон. На экране было фото Миши и подпись: "Не отпустите Григорьева - они все умрут!" Прочитав сообщения, Рита посмотрела на Лесю. - Кто все? - только и спросила она. - Верочку и Катю похитили! Требуют отпустить Григорьева, - вместо Леси ответил Игорь. В это время в ИВЦ собралась вся группа и Булатов. - Родионов, быстро всё по номеру, с которого Уме и Оперу прислали сообщения. Свердлова, все связи Григорьева, всё, что есть. Самого Григорьева в допросную! - отдала распоряжение Багира. - Рита, что у нас случилось?- Спросил Батя. - Похитили жену и дочь Опера, а также Ольгу Владимировну с Мишей. Требуют отпустить Григорьева, в противном случае - их убьют, - отчиталась Рита. - А Миша и Ольга Владимировна - это кто? - поинтересовался Бизон. - Мой сын с няней, - прошептала Ума. - Сын? - переспросил Боря. " Нерпы" и сотрудники ИВЦ смотрели на Уму, как на привидение. - Да, сын! У меня есть сын, что дальше? Что вы пялитесь? - Леся сорвалась на крик. Булатов подошёл к девушки и обнял её. Леся доверчиво уткнулась ему в грудь и разрыдалась. Страх за ребёнка затопил все её сознание. - Леся, успокойся. Мы найдём его, я тебе обещаю. Никто из нас не допустит, чтобы ему причинили вред. Ты веришь мне? - шептал Булатов, гладя Уму по волосам. Леся вытерла слёзы, отошла на шаг назад и кивнула. Если она кому и верит, так это Бате и Рите. - Товарищ контр-адмирал, что-то тут странное. Я вычислил местонахождение телефона, с которого было послано сообщения. Они даже не выключили его. Это окраина города, старый завод. Почему они позволили так быстро и легко обнаружить себя? - Потому что у них дети, а это лучший щит, который можно придумать, - ответил Бизон. Новость, что у Леси есть сын, можно обдумать и потом, главное - спасти мальчика. - Астанин, бери своих бойцов и отправляйтесь на завод. Окружите его, но так, чтобы вас не видели. Без моей команды даже не начинать. Леся, соберись, Игорь, ты тоже! Я понимаю, что вам тяжело, но надо взять себя в руки, - отдал распоряжение Булатов. - Леся, ты сейчас звонишь по этому номеру и соглашаешься со всеми требованиями. Сейчас главное - это спасти детей, а там посмотрим. Леся взяла свой телефон и набрала номер. Пока длился её разговор, Багира и Кот стояли рядом с девушкой и поддерживали её. - Они требуют, чтобы я и Опер привезли Григорьева на завод, тогда состоится обмен. Больше никого быть не должно. Через час нам надо быть там, - сказала Леся, закончив разговор. - Игорь, ты как? - посмотрев на Опера, спросил Батя. Игорь сбросил руку Сармата с плеча и молча кивнул. Всё это время он молчал, только сжимал кулаки. - Бизон, Дана и Сармат, вы сопровождаете Уму и Опера, но на расстоянии, смотрите, чтобы вас не засекли. Всё, ребятки, готовимся. Группа разошлась, и операция по спасению детей началась. В машине Григорьев сидел с улыбкой на губах. Он знал, что ему ничего не сделают и наслаждался своей властью. - Я тебе клянусь, если мой сын пострадает, я тебя уничтожу, - это было единственное, что сказала ему Ума. - Убьешь меня? - Нет. Ты будешь жить, но ты будешь проклинать каждую секунду своей жизни. После этих слов даже не причастного Опера пробрало. Доехав до завода, Ума и Опер вывели Григорьева, а трое парней привели Катю с Верочкой и Мишу с Ольгой Владимировной. - Сначала вы отпускаете детей! Когда они сядут в машину, я отпускаю его, потом вы отпустите женщин, и мы разойдемся или я ему прямо тут мозги вышибу, - сказала Ума твёрдо. - Хорошо, - ответил один из парней. Ему с самого начала не нравилась идея брать детей в заложники. - Дети могут идти. - Верочка, возьми Мишу за руку и иди в машину. А мама с папой скоро придут. Иди, - Опер смотрел, как дочь выполняет его указание. Как только дети оказались в машине, Леся отпустила Григорьева, а один из парней слегка толкнул Катю и Ольгу Владимировну в спину. Обе женщины пошли к машине, Опер только успел слегка сжать руку жены. Григорьев сел в машину и уже обрадовался, что все получилось удачно, но их машину сразу же заблокировали, а с разных сторон высыпали люди с автоматами. Преступникам ничего не оставалось, кроме как сдаться. А в машине Леся прижала сына к себе, благодаря всех богов, что её мальчик не пострадал. Опер прижал к себе жену и дочь. И если Верочка была спокойна, то Катю трясло. Она прекрасно понимала, чем могло закончиться их приключение. - Ольга Владимировна, вы как? - спросила Леся. - Нормально. Они нам ничего не сделали, только говорили, что убьют, - Няня улыбнулась и слегка сжала Леси руку. - Как вы, Ума, Опер? - Бизон открыл дверь и сел на водительское сидения. - Все хорошо. Поехали в КТЦ, - Ответил Опер. Ума старалась на Бизона не смотреть. По приезду в центр группа отправилась на доклад к Булатову, Опер с женой и дочерью пошли в комнату отдыха, а Леся пошла к Багире. - Тётя Лита! - Миша подбежал к Рите и запрыгнул к ней руки. Рита прижала малыша к себе. - Привет, малыш! Ну как ты, не испугался? - Рита растрепала мальчику волосы. - Нет. Дядя Ваня! - закричал Миша и, спрыгнув с рук Риты, помчался к двери, в которую только что вошли Батя и группа в полном составе. Булатов легко подхватил ребёнка на руки, а Бизон стоял и смотрел, не веря своим глазам: мальчик был похож на него. - Привет, боец! - Батя также потрепал мальчика по волосам и не собирался отпускать его с рук. - Рита, тебе не кажется, что все прошло как-то гладко? - обратился Кот к Багире, пытаясь хоть как-то разрядить ситуацию. А атмосфера в ИВЦ тем временем накалялась с каждой секундой. Сын Умы был слишком похож на Тарасова, а в КТЦ работают не дураки, и многие уже сложили два и два. - Кажется... Такое ощущения, что подельники Григорьева и не хотели его освобождать. Только тогда не понятно, зачем они вообще всё это затеяли. Свердлова, что там со связями? - Батя, можно я отвезу Мишу и Ольгу Владимировну домой? - не дав ответить Ане, спросила Ума. Сейчас ей хотелось оказаться как можно дальше от КТЦ. Бизон всё понял - это Леся поняла по одному его взгляду. И теперь она просто боялась его реакции. - Можно. И Опера с семьёй захвати, сегодня можете не возвращаться. До завтра отгул обоим, - ответил Булатов, передавая ребёнка на руки Леси. Ума вышла из ИВЦ, стараясь не смотреть на Борю, но все же перехватила его взгляд и замерла на мгновение. Глаза Бориса просто полыхали тем вихрем эмоций, что бурлили у него внутри, поэтому Леся и предпочла как можно быстрее сбежать от Бориса. То, что разговора не избежать, это понятно, но хотелось бы, чтобы он состоялся как можно позже. А Борис перевёл взгляд на Багиру и Батю, теперь он понял что его друзья знали о ребёнке, но ему не сказали. Под тяжёлым взглядом Тарасова не по себе стало даже Бате. - Аня, ты выяснила, что там со связями? - спросил Батя. - Нет, ещё выясняю. - Как только узнаешь что-нибудь, зайдешь ко мне. Рита, Боря, за мной, - сказал Булатов. Борис не ответил, развернулся и чеканным шагом направился в кабинет командира. Рита, переглянувшись с Батей, отправилась за ним. Борис молча вошёл в кабинет, молча сел на стул и уставился в пол. Будь его воля, он бы уже мчался к Умке, но Батя его сейчас не отпустит. Спустя пять минут всеобщее молчание прервал Батя. - Ну Боря, начинай. Я ведь вижу, что ты многое хочешь нам сказать. Борис посмотрел на Батю. - А что сказать? Видимо, знать о том, что у меня есть, сын я не заслуживаю. Ну ладно Леська, с ней потом поговорю. Ладно Рита, Леся её попросила молчать, та и молчала, но ты то, Бать… Ты же все прекрасно знаешь, ещё тогда все знал и не сказал мне. - Леся просила молчать. Прости Борь, но я не мог тебе сказать. Девочке и так досталось, я не мог нарушить данное ей слово. - Я понимаю, я все прекрасно понимаю... - Прости, Борь, мы обещали молчать. Леся очень боится, что ты узнаешь о Мише, - Рита положила руку Бизону на плечо, но Борис поднялся со стула. Дошёл до двери и задал ещё один вопрос. - Как давно вы знаете о ребёнке? - Недавно. Когда была та история с Кравцовым, он... А впрочем, не важно. Тогда Олеся и рассказала нам о сыне, - ответила Рита и после небольшой паузы спросила, - Что ты будешь делать дальше? - Поговорю с Лесей. Нам, как оказалось, о многом нужно побеседовать. Надеюсь, она не сбежит до вечера из города. Булатов чуть улыбнулся. - Нет, сбегать она точно не будет.