В интересах расследования

Когда ты морально и физически выматываешься на работе, общаться с людьми, не связанными с этой самой работой, становится утомительно. Когда ты трудолюбивый импровизатор, известный как «тот длинный с ТНТ», становится утомительней вдвойне. Розовый колокольчик радостно брякнул на входе, и Антон поморщился, уповая, чтобы в помещении небольшого фотосалона оказалось как можно меньше людей. Натянув капюшон толстовки пониже и глубже засунув руки в карманы, сжимая флешку, он, шаркая ногами, протопал внутрь. Удача, решившая сегодня повернуться к Антону лицом, соизволила даже улыбнуться — в фотосалоне, кроме него самого и девушки, работающей у принтера, никого не оказалось. Выдохнув, Антон расправил плечи и уверенно подошёл ближе, выкладывая флешку. — Здрасьте, — он устало улыбнулся и почесал небритую щёку, замечая, как спина девушки напрягается, — мне нужно распечатать несколько фотографий. Девушка медленно обернулась. Видно — узнала. И кончики её подкрашенных губ приподнялись в нервной потерянной улыбке. — Конечно. Пару минут. Она проворно схватила флешку пухлыми пальчиками и нашла единственные сохранённые на ней три фотографии. Антон лениво оглядывался вокруг. С его ростом всегда открывался интересный, недоступный большинству вид на вещи вокруг. Вот и сейчас он рассматривал заказы других клиентов, запрятанные в прозрачные папки, незаметно усмехаясь. Ему нравилось по-простому, по-человечески отдыхать, прямо как отдыхала женщина на стопке фотографий с шашлыком в одной руке и бутылкой пива в другой. Антон даже немного позавидовал. Сам он вовсе позабыл, когда расслаблялся подобным образом: Ире всё заграницы подавай, Италии да Венгрии там всякие. Интересно, конечно, но честно? Иногда хотелось чего-то менее пафосного и дорогого. Антон продолжил рассматривать чужие заказы. Одиннадцатиклассница на выпускном, фотосессия влюблённой парочки в воде... какая, блять, прелесть. Антон хмыкнул, вспоминая, что есть у него в окружении любитель промокнуть с ног до головы ради красоты в Инсте. Весьма сомнительной, по мнению большинства друзей, красоты, но Арсению нравилось, а Антон свои пять копеек не вставлял, молча пялясь на очередную публикацию коллеги, что глаза слезились. Если бы Попов узнал, то точно бы лопнул от самодовольства. Девушка укладывала тёпленькие фотографии в папку, когда взглядом Антон зацепился за весьма любопытный заказ: на первых нескольких снимках красовалась его рожа, сфотканная явно исподтишка. Этих фотографий просто не могло быть в общественном доступе. У него появился особо увлечённый фанат, приближённый к его постоянному окружению?.. Кто-то из Главкино? Стало не по себе, и Антон, никогда не понимающий подобного помешательства на постороннем для тебя человеке, сглотнул. — Ваши фотографии, — девушка всё давила сконфуженную радостную улыбку. Антон кивнул, расплачиваясь и не отводя взгляда от угла с заказами. В голове роились предположения, одно бредовей другого. Антон видел единственный выход из сложившейся ситуации, способный развеять его догадки, и уверенно обернулся к девушке, врубая обаяние по максимуму. — Как вас зовут? — улыбнулся он. Та, явно растерявшись, покраснела и смущённо ответила: — М-марина... — Какое... очаровательное имя... — Антон мысленно назвал себя ебланом, не способным нравиться девушкам. Нет, он, конечно, нравился сам по себе, но стоило открыть рот, прекрасный пол терялся и не понимал, как такой гениальный актёр мог так же гениально тормозить. На лице Марины отразилось хорошо знакомое Шастуну непонимание. — Да вроде обычное имя, — пожала плечами она и нахмурилась, быстро обо всём догадываясь. — Антон, вы со мной флиртуете? — Э-э-э... Пытаюсь? Марина скрестила руки на груди, приподнимая бровь: — Я только что печатала фотографии с вашей девушкой, и после этого вы... флиртуете? Антон издал страдальческий вздох и выпалил, как есть: — Ладно, боже! Я был не прав! Мне просто нужно знать, кто заказывал у вас печать того пиздеца, — и ткнул пальцем в злосчастный угол. Марина повернулась спиной, беря папку и доставая оттуда снимки. Вернувшись обратно, она выложила их перед озадаченным Антоном. Разглядывая фотографии, сделанные в самых неожиданных местах, он чувствовал, как возмущение нарастает в груди. Тут даже была фотография, на которой он спал, свернувшись под каким-то немыслимым углом в старом кресле. Антон был готов руку на отсечение поставить, что кроме команды Импровизации в тот день в здании никого не было. От осознания этого страшно стало вдвойне. Подозревать кого-то из ребят он тоже не решился. Есть, конечно, один вариант... Антон задумался и почесал подбородок. Не-е-ет. Всяко разно нет. Арсений может и любит фотографироваться, а ещё он странный и сам себе на уме, но не настолько же! Антон опёрся руками на витрину и внимательно посмотрел на девушку: — Вы скажете мне, кто должен забрать эти фотографии? Та передёрнула плечами: — Не имею права. — Да ну? Эта чокнутая вторглась в мою частную жизнь! Я должен знать её в лицо! Марина загадочно вопросила то ли у Антона, то ли у самой себя: — Её ли?.. Его лицо вытянулось и скривилось в ужасе: — Окей, может быть его! — Антон умоляюще улыбнулся, невольно переходя на ты: — Слушай, скажи, кто это? Пожалуйста! А я сделаю что-нибудь для тебя! — Меня не купить! — принципиально заявила упёртая Марина, и тут же в её тёмных глазах промелькнул блеск какой-то хитрожопой идеи, и губы сами собой сложились в довольной улыбке. — Разве что... — Фотография? — догадался Шастун. Можно подумать, фанаткам много надо. — А ещё автограф и видео-поздравление для моей девушки! У неё через два дня днюха. Антон удивился такому повороту событий, но промолчал, заранее соглашаясь на все требования. Чего только не сделаешь в интересах расследования...

***

Устроившись поодаль фотосалона, Антон абстрагировался от окружающего мира, врубив музыку в наушниках и привычно зарывшись в толстовку. Выжидал. Марина описала загадочную фанатку, как высокую женщину с широким размахом плеч, специфическим представлением о моде и ненатуральными тёмными волосами, скрывающими её лицо. А ещё добавила, что в тот раз на ней были огромные солнечные очки. Антон стоял в предвкушении, искренне желая узнать, откуда у сумасшедшей такая картотека подробностей его личной жизни и зачем надо было распечатывать её в ближайшем к Главкино фотосалоне. Сколько тайн, сколько загадок, и никаких ответов, как говорится. А перед тем, как Антон покинул небольшое помещение, Марина сказала быть внимательней к странной женщине, потому что в жизни всё сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Антон над этим лишь посмеялся: ему ли не знать! Ира спросила в ватсапе, где он шляется, уже раз сто, но Антон, по привычке, игнорил, занятый более важным делом. Порой ему даже казалось, что смотреть, как в мокром окне одна капля обгоняет другую, в разы интереснее, чем слушать болтовню Кузнецовой. Антон держался за эти отношения, как за что-то стабильное и постоянное в своей суетливой жизни, но и они в последний год приносили одно лишь разочарование. Покосившись на часы, Антон вздохнул — женщина задерживалась, хотя за заказом обещала подойти к двум — косвенно ответил на сообщение Арсения о своём местонахождении (тот любил спрашивать всякую ересь, а потом молчать, будто ничего не было) и принялся ждать дальше. К половине третьего, в тёмных очках и с диковато собранными волосами, торопливо двигалась его клиентка, воровато оглядываясь по сторонам. Антон вырубил музыку и мысленно потёр руки, предвидя, как выведет сталкершу на чистую воду. Однако стоило ей подойти ближе, Шастуну подумалось, что он сошёл с ума. Незнакомка скользнула в приоткрытую дверь, звякнув колокольчиком, а Антон был готов вызывать себе дурку на колёсиках. Под слоями одежды, в странном парике и солнцезащитных очках в салон вошёл Арсений Попов — друг и коллега, от подозрений на которого Антон отказался, пусть и с очевидными сомнениями. О чудный дивный мир... Арсений показался спустя пару минут, сжимая в руках тот самый конверт. И вместо того, чтобы подойти и расставить все точки над «i», Антон молча пялился ему вслед и пытался собрать былую реальность по кусочкам.

***

В гримерку Антон влетел запыхавшимся, с растрёпанной чёлкой и толстовкой наперекосяк. Одёрнув её, он мельком оглядел присутствующих. Арсения не наблюдалось, и Антон невесело усмехнулся: не успел, поди, «макияж» смыть. — И сколько можно тебя ждать? — Ира упёрла руки в бока, хмурясь. — Фанаты, — отмахнулся Антон, отдавая ей фотографии. Кузнецова, всегда умевшая различать фальшь в его голосе, помрачнела и скептически спросила: — Ты же понимаешь, что я могу проверить это через Инстаграм? Плюхнувшись в бесформенное мягкое кресло, Антон вытянул длинные ноги, пропуская слова девушки мимо ушей. Внутренне решая их с Поповым «конфликт», о котором тот пока и знать не знает, Антону было не до глупых претензий. Да и Ира в последнее время ему совсем не доверяла, и это начинало подбешивать. Не дождавшись ответа, Ира сунула фотографии в сумочку (Антон, кстати, так и не понял, для каких целей они понадобились ей прямо сейчас) и вышла из гримерки, хлопнув дверью. — Ты совсем не уважаешь свою женщину, — покачал головой Димка, листая Инсту, — хоть бы не обманывал её... Антон лишь вздохнул и наконец спросил то, что хотел спросить изначально, если бы его не отвлекли: — Где Арс? Матвиенко со своего места громко хохотнул: — Кто о чём, а Шастун о Попове. Арсений пришёл спустя десять минут, и ничего в его внешнем виде не выдавало, что меньше часа назад он расхаживал по округе в женских тряпках. Антон же теперь смотрел на коллегу совершенно другими глазами. Может, чувствуй он Арсения не так хорошо, в жизни бы не признал его в той дикой юбке и солнечных очках... Но он признал и теперь мучался, пытаясь понять его мотивы. Так что ещё неизвестно, что лучше: горькая правда или счастливое неведение. — Всем привет! — Попов плюхнулся на соседнее кресло. — Тебя уже Шаст заждался, — пробурчал со своего места Стас, отбивая звонкий ритм по клавишам ноутбука. — Правда? — Арсений расплылся в счастливой улыбке и обернулся. Антон передёрнул плечами, замечая в его действиях лёгкую скованность и волнение. Неужели догадывается, что облажался? — Где ты был? — напрямую спросил Антон. Арсений сжал корпус телефона, а его улыбка из относительно расслабленной стала какой-то деревянной и неестественной. — Занимался одним дельцем, — неопределённо ответил он. Кивнув, Антон решил, что выведет его к признанию после репетиции, когда друзья разъедутся по домам и не будут сканировать их парочку заинтересованными взглядами.

***

Вот только после репетиции, стоило Антону выйти из гримерки, совершить один звонок и вернуться обратно, там, вместе с Поповым, до сих пор околачивался Серёга. Антон возвёл глаза к потолку, прислоняясь плечом к стене. Не приведи боже они ещё вместе уехать захотят... Сейчас слова Матвиенко о каком-то нерешённом вопросе, который он отправится решать сразу после репетиции, вызвали нешуточные сомнения. Дверь была приоткрыта, и Антон прислушался. — Арс, я твой друг, но это зашло слишком далеко. А вот это уже интересно. — Я знаю, но что мне ещё остаётся? — обречённо ответил Арсений, меряя помещение нервными шагами. — Смириться? У Антона есть Кузнецова, он счастлив. Арсений остановился и выкрикнул: — Нет! Даже слышать не хочу! Он не любит её! — Да с чего ты взял?! — в ответ взвёлся Серёга. — Потому что я вижу... Стало слышно, как пол заскрипел под шагами ещё одного человека. Матвиенко приблизился к другу. — А от тебя он прямо без ума, да? — Нет... Пока что... — Одумайся, Арс! Ты, блять, хочешь приворожить его! По фотографиям! Неужели ты сам не понимаешь, как это звучит? Арсений молчал. Антон вцепился пальцами в край толстовки. В горле от волнения всё пересохло, как в пустыне. — Понимаю. — Слушай, — уже спокойно начал Серёга, — я знаю, как ты сохнешь по нему который год, но оставь парня в покое. У него своя жизнь, тебе там не место... Понятия не имею, в какой момент у тебя кукуха поехала, что ты решил к бабке-гадалке за приворотом обращаться, но очнись уже! Я в эту магическую херню не верю, но за тебя мне по-дружески страшно, Арс. Гримерка вновь погрузилась в тишину. Матвиенко ждал хоть какой-то реакции на свои слова, а Попов, видимо, серьёзно их обдумывал. — Я понял тебя, — совсем тихо сказал он, что Антон с трудом разобрал это шелестение звуков, — ты прав, я схожу с ума. Просто я подумал, что этот приворот мой последний шанс, что он посмотрит на меня больше, чем на друга... Но даже если бы это сработало, Антон полюбил бы меня не по своей воле. — Вот именно! — подтвердил Матвиенко. — Тогда какой в этом смысл? Ещё и эти обязательные фотографии исподтишка... Бред! Мне вообще кажется, что тебя на эксклюзивный контент развести хотят. Антон заглянул в щелку. Серёга приобнимал Арса за поникшее плечо, пока тот смотрел себе в ноги и, кажется, из последних сил сдерживался, чтобы по-детски не всхлипнуть. Антон ещё ни разу не видел его, жизнерадостного и весёлого, в таком отчаянии. — Давай, приходи уже в себя, — напоследок хлопнул друга по спине Матвиенко, надевая куртку. — На Шасте жизнь не заканчивается. Найдёшь себе другого мужика, который будет любить и ценить тебя. Желающие, насколько мне известно, давно очередь выстроили. Антон сжал руки в кулаки, закусывая губу. Очередь? На... Арса? Арс с кем-то другим? Кто-то будет обнимать, целовать и ласкать его? Кто-то другой? Не он?.. — Не хочу желающих, хочу Шаста. Матвиенко тяжело вздохнул, направляясь к двери. Антон скользнул за угол, скрывая своё присутствие. — А он тебя не хочет. Живи дальше, Арс. И ушёл, плотно закрыв дверь, видимо, давая другу время обдумать сказанное, прийти в себя и решить, как жить дальше. Антон прислонился к холодной стене и помассировал виски. Подведём итоги: Арсений переодевался в женщину, чтобы забрать фотографии, сделанные без его, Антона, ведома; он влюблён не первый год и собирался сделать реальный приворот, потому что отчаялся получить взаимность. Просто пиздец какой-то. Не зря говорят, что жизнь — хлеще любого кино. А ещё сейчас, если Антон ничего не сделает, Арсений наверняка посчитает правильным забыться в чужих руках и поцелуях. Да и претендентов на его задницу, оказывается, целая куча. Этому, впрочем, Антон удивлялся меньше всего и больше всего злился. Открывая дверь и уверенно проходя внутрь, он понятия не имел, что скажет и сделает, но одно Антон знал точно: это отобьёт у Арса всякую необходимость засматриваться на других мужиков. Попов так и продолжил стоять в центре гримерки. Он теребил свои пальцы и смотрел вниз, кусая покрасневшие губы с маленькими ранками. Антон остановился напротив. — Ты что-то забыл? — тихо спросил Арсений и тут же выпалил: — Конечно, не забыл. Ты всё слышал, да? — Вообще-то забыл. Арс удивлённо поднял голову и не успел ничего толком сообразить, как Антон поцеловал его, обхватывая за плечи и прижимая к себе. Произошло это настолько быстро и внезапно, что ответил Арсений не сразу, лишь прикрыл глаза и крепко обнял. А когда Шастун немного отстранился, стоял зажмуренный и боялся лишний раз пошевелиться. Антону это показалось щемяще милым и трогательным. Улыбнувшись, он ещё раз легонько поцеловал его и погладил по щеке. Арс неверяще распахнул глаза и обхватил руками крепче, зарываясь лицом в его плечо. Если Антон уже пожалел о содеянном, то продлить прекрасное мгновение казалось болезненной необходимостью. Антон, однако, жалеть даже не думал. — Я видел тебя у фотосалона. Арсений нервно выдохнул. Голову он решил отныне не поднимать и больше никогда не смотреть Антону в глаза. — Ты у меня такой ебанутый, — следом рассмеялся Шастун, — в своё время меня сразил обаятельный красивый мужчина, а не блядский трансвестит. — Сразил? И как давно ты это понял? — Полагаю, пару минут назад. Арсений нехотя отстранился и всё-таки вздёрнул подбородок, продолжая терзать зубами свои несчастные губы. Антон успокаивающе обвёл их большим пальцем. — Всё хорошо, Арс. Серый не прав: тебе не нужны другие мужчины. Тебе хватит меня. Арсений покачал головой: — Если как раньше, на расстоянии, то не хватит. Раньше хватало, теперь нет. Теперь совсем плохо. Антон втянул носом воздух и запустил пальцы в тёмные мягкие волосы, притягивая ближе к себе и настраивая контакт глаз. — Не как раньше. Больше не будет больно и плохо, Арс, обещаю. И приворот тоже не нужен: я всегда смотрел на тебя больше, чем на других, теперь буду смотреть только на тебя. — А с Кузнецовой что делать будешь? — не успокаивался Попов. Антон небрежно дёрнул плечами: — А что с ней? Расстанусь. Я не люблю её, ты правильно тогда сказал. — Она залила ваши совместные фотки и подписала, что всё серьёзно, — Арс грустно усмехнулся. — Дурочка, — Антону сейчас больше всего захотелось, чтобы его Арс перестал сомневаться и мучаться, чтобы поверил и они попробовали сделать друг друга самыми счастливыми. — Не переживай об этом, я разберусь. Пора бы повести себя как подобает настоящему мужчине и перестать обманывать себя и её. Арсений ещё немного подумал и медленно кивнул, осторожно улыбаясь. — Мне хочется сказать тебе, что выслеживать человека и подслушивать его разговоры нехорошо, но я рад, что так получилось, правда. — Это было исключительно в интересах расследования, — рассмеялся Антон и втянул своего новоиспечённого парня в очередной головокружительный поцелуй.