Фруктовый лед и лекарства

– У меня есть предложение, – Бора облокачивается на дверной косяк, обращаясь к Шиен. Ли стоит у холодильника, немного наклонившись. Ищет что-то в отделении морозилки. – Какое? – Шиен даже не оборачивается, занятая своими поисками. Ким, засмотревшись на Шиен, теряет весь смысл происходящего и вообще всего сущего. Сама забывает, что там она хотела сделать. Ведь Ли умеет в любое время делать так, что у Боры в мыслях лишь одни красные буквы имени младшей. – Бора? – повторно к ней обращаются, Шиен вытащила из холодильника шуршащую упаковку с мороженым. И стоит теперь вся озадаченная, смотрит на старшую. – Что за предложение? – А, да, – Ким трясёт головой, сбрасывая неугомонные мысли. – Ты, я, Капитан Америка и Мстители. Шиен расплывается в улыбке. – Замечательная идея, – девушка только сейчас хлопает дверцей холодильника, пока Бора делает шаг вперед. С такой ещё улыбочкой настораживающей. Ли, заметив приближение старшей, что ступает как охотник, делает быстрый шаг назад. – Так, вот давай не здесь. Я помню, чем в последний раз всё закончилось. Шиен, опытом наученная, побитая, в смущении убегающая. Она как-то не смогла сбросить с себя горячие руки, что так и норовили заползти под резинку штанов. И в это же время Юбин понадобилось выйти на кухню. Потом ещё дня два Шиен не могла смотреть ей в глаза. – Не здесь, так не здесь, – обиженно фыркает Бора, а потом блестит хитрой улыбкой. Она разворачивается, манит Шиен за собой рукой и уходит в комнату. – А вот тут можно уже, – раздаётся за дверью. А после Ким по-злодейски смеётся. Шиен тихо возмущается, следуя за старшей. – Договоришься, – угрожающе говорит, но получается не так, как бы хотелось. Бора тоже понимает, что угрозы ненастоящие, Ли сейчас, как и она сама, хочет расслабиться и посмотреть любимый фильм. Поэтому и продолжает её дразнить. В комнате кроме них нет никого. Бора заранее закинула все подушки и покрывала на верхний ярус кровати, заведомо выпроводив Юхен. Да и девушка не особо сопротивлялась. Оправдание завалиться к Минджи в комнату появилось. – Прошу, – Бора делает жест руками, показывая, что Шиен может забраться первая. Она и забирается, только закатывает глаза, зная, что Ким со своего ракурса пялится на то прекрасное, что ниже спины. Шиен быстро укутывается в плед, подкладывая под спину подушку. В руке продолжает шуршать мороженое, которое скоро и вовсе растает, если его прямо сейчас не съесть. Не дожидаясь, пока сидящая рядом Бора устроит ноутбук удобней на их ногах, Шиен аккуратно открывает упаковку. Ким сидит у стены в углу, тоже окружив себя подушками, да и побольше, подтягивая к себе Шиен. В комнате темно, так что единственный источник света – горящий белым и красным заглавный экран фильма Марвел. Бора ставит технику к бортикам кровати, чтобы не мешала, если что, её рукам, которые начнут в сторону Шиен перемещаться. – Как будет свободное время, нужно устроить марафон с первого фильма, – Шиен поплотней укутывается в бежевый плед и ест свой апельсиновый фруктовый лёд. Поразительное сочетание. Бора вроде и старается сосредоточиться на любимом фильме, но глаза сами собой желают смотреть на Ли и не терпят отказа. У Шиен была такая привычка, от которой сердце кульбит совершает и выпрыгивает в окно. Она и так свои губы без конца облизывает, то сжимает зубами язык, то поведёт пальцем по контуру, скользяще касаясь лица. И вот теперь девушка сидит, опирается коленкой о коленку Боры, сжав тонкими пальцами деревянную палочку мороженого. Заинтересованно смотрит на экран, где во всю действия происходят, и водит розовым языком по линии фруктового льда, собирая стекающие оранжевые капли. В комнате и так жарко было, а теперь у Боры пылает каждый кусочек тела. Она девушка трезвомыслящая, она понимает, что завалить Шиен прямо тут, на кровати Юхен, – идея не из лучших. Поэтому она предпринимает попытку прекратить это совращение. – Может, выкинешь его, – и головой указывает на еду, заглушая своим голосом звуки фильма, который не поставила на паузу, – а то накапаешь ещё, потом Юхен злиться будет. – Не накапаю, – раздражённо отвечает Ли. Отвлекают тут её от просмотра, что за люди. Бора заёрзала на месте, мимолётно кидая взгляды то на экран, то на Шиен, которая уже губами собирает апельсиновую сладость. Что за пытка. Ким сдерживается ещё, ведь она хоть и ведёт себя вызывающе, знает, что такое границы. Девушка делает глубокий вздох. А потом Шиен кладёт свою голову ей на плечо. – Всё ещё считаю этот момент глупым, – между делом выдаёт Ли, сгибая ноги, почти наваливаясь на Бору. – Ага, – жалко выдаёт Ким, чётко чувствуя, что жар сползает не туда, куда надо. Ей либо на свежий воздух надо срочно, либо раздеть Шиен и саму себя заодно. Радует лишь, что теперь голова Ли упирается в изгиб шеи, и она не видит всех тех соблазнительных движений. Бора надеялась полежать и пообнимать свою девушку, но тут уже не до невинных объятий. Если она прикоснётся к Ли, точно уже знает, – остановиться не получится. Но руки простреливает мелкими шариками, они так и тянутся к изящным изгибам тела, чтобы вжаться в них и не отпускать. Из динамиков вырывается чей-то протяжный крик, описывая всё состояние Ким. А Шиен рядышком лежит спокойная, расслабленная, потихоньку съедая этот злополучный лёд. Не знает, как сильно влияет на Бору одним тихим дыханием. – Вот блин, – спешно выругалась Ли, выпрямляясь. Она лязгнула ногой ровно по пробелу, ставя фильм на паузу. У неё по рукам стекают апельсиновые дорожки, вся палочка оказывается липкой и грязной. Шиен хаотично слизывает мороженое со своих рук, не обращая на Бору никакого внимания. А следовало бы, очень следовало бы. Ким дышит через раз, сжимает руки в кулаках и смотрит безостановочно на блестящие сладостью губы. У Шиен лёд тающими дорожками оказывается даже на подбородке. Она что-то шипит, лицо её меняется в эмоциях каждую секунду. – Нет, не надо, прекрати, – сбивчиво говорит Шиен, пытаясь хотя-бы словами остановить ужасные происшествия. Она вся в панике. Плохая идея была на кровать лезть с мороженым. Ли вся в фруктовом льде, пара капель падает на домашнюю футболку, кое-как не попав на постель. – Срочно тащи полотенце, – нервно говорит девушка, поворачиваясь к Боре. И замирает. Ей хорошо знаком этот взгляд. – Сама виновата, – на выдохе произносит Ким через плотно сжатые зубы, рывком заваливая Шиен на спину. Ли вскрикивает, больно ударившись ногой и рукой. Теперь вся кровать точно безвозвратно испачкана. От испуга Шиен выпускает палочку из рук, и та падает где-то рядом. Бора над ней нависает, вжимаясь одной рукой в плечо, а другой в мягкую постель, чтобы не упасть. – Бора-я, может не на… – Ли хочет её хоть как-то успокоить, но её затыкают самым (не)подходящим сейчас способом. Шиен горячо выдыхает в губы напротив, что яростно впиваются в её собственные. Дыхание – лавовый поток, а губы у Ли – холодные, липкие, сладкие апельсиновым соком. Бора хочет застонать только от этого вкусового набора. Так приятно касаться рьяно, с несдерживаемыми эмоциями, проникая языком в приоткрытый рот, сталкиваясь с холодом. Ким слизывает тающий лед с мягких губ, опускаясь рукой ниже и ниже, цепляет ткань остервенело. Сдержености не хватает. – А зайдет если кто? – шелестом вырывается у Шиен, когда Ким отрывается от неё, чтобы облизнуться, чувствуя чужой привкус на себе. Ли под ней красная, с румянцем на худых щеках, с пеленой возбуждения в тёмных глазах. Футболка беззастенчево задралась, оголяя до ребер. Руки у Шиен тоже хотят коснуться желаемого напротив, царапать ногтями молочную кожу, выбивая стон за стоном. И, видимо, Бора понимает эти мысли, сама пропускает через себя, поэтому и наклоняется вновь. Задерживается на миллиметр от зацелованных губ, успевших покраснеть, и говорит: – Наплевать. И снова льнет к Шиен, которая выгибается на встречу, стоит острым зубам пройтись по нижней губе.

***

Бора давно не чувствовала себя так паршиво. Голова трещала, в горле горело адское пламя, щипало иголками. А тело и вовсе стало сплошной ватой, которая ноет от краткого вздоха. Юхен давно проснулась, ходит туда-сюда, создаёт шум, что давит на барабанные перепонки, делая головную боль всё непереносимее. – Ты вставать собираешься? – младшая оказывается рядом, наклоняется, упираясь рукой о кровать. Она заглядывает в темноту нижнего яруса, чтобы увидеть, проснулась ли Бора. В ответ ей хриплое мычание. – Онни? Что с тобой? – в голосе Юхен так много волнения, она уже готова бежать к Минджи за помощью. Заболеть после жаркого секса с Шиен – это, конечно, талант. И во всём тот фруктовый лёд виноват. Из-за которого им ещё досталось от Юхен. Вся простынь была в апельсиновых пятнах. Хотя, даже без мороженого, постельное бельё всё равно пришлось бы стирать. – Со мной всё отлично, – голос хрипит страшно, отдавая болью везде. Говорить ей не стоит. – Мне позвать Минджи? – Не надо, – и, в доказательство своих слов, старшая пытается встать, тут же жалея о своём поступке. Одежда неприятно липнет к телу, а головная боль только усиливается от движений. Но вставать надо. Поэтому, опираясь о кровать, Бора медленно-медленно выползает со своего яруса. Юхен смотрит на это с волнением, бросаясь помочь старшей для начала, хотя-бы, встать. – Когда ты только успела. Знаешь же, что здоровье слабое, надо беречь себя, – Юхен начинает читать нотации, но Бора отмахивается от неё. Слова не только бесят, но и раздаются железом неприятной высоты голоса. Бора висит на Юхен, держась руками за шею. О тренировках на сегодня можно забыть. – Так, ладно, – младшая понимает, что так дело не пойдет. Она возвращает сопротивляющуюся Бору на кровать, и та сразу падает на мягкую поверхность. – Я пойду скажу Минджи. Будем думать, что делать. Бора снова неопределенно мычит. До девушки доносятся редкие вскрики, а потом она слышит громкие шаги, что направляются к ней. Открыть глаза силы нет. Она чувствует, как что-то холодное прикасается ко лбу и вздрагивает. Её и так озноб захватил. – Дела плохи, – голос у Минджи встревоженный, она оборачивается к Юхен и Юбин, что стоят у входа. – Сегодня она точно остаётся дома. – Не остаюсь я дома. Пять минуточек полежу, и пойдем, – возмущением отзывается от Боры, которая даже руку поднять не в состоянии. Сегодня у них запланированный день в студии. Камбек скоро как-никак. И пропускать категорически нельзя. Бора много раз больной выступала и тренировалась, сейчас бы тоже пошла, если бы могла. – Остаёшься, – тут уже Бора слышит голос Шиен. Девушка пришла посмотреть, что за утреннее собрание происходит. От этого голоса у Боры нежность плавится под венами. Теперь к туману пылающего от болезни тела, добавилось тепло от одного присутствия Шиен. Ким улыбнулась, получилось очень вымученно, но никто всё равно не увидел. Теперь ей хочется к Шиен на ручки, и чтобы она успокаивающе целовала в лоб. – Вчера же здоровой была, а тут, – зло начинает Шиен, обходя Минджи, и приседает на корточки, чтобы видеть Бору. И потом вспоминает, чем интересным они вчера занимались, вспоминает и то мороженое, и как смешивался лед с пламенем. Шиен покрывается смущением и виной. – Ты тут справишься? – тихо спрашивает Минджи, ободряюще кладя руку на плечо младшей. Юхен с Юбин уже давно убежали собираться, зная, что Бора в надежных руках. – Конечно, – Шиен кивает, улыбаясь лидеру. Как только Минджи уходит, Ли перехватывает обмякшую ладонь Боры и касается губами лба. Её обжигает так, что девушка отшатывается. – Шиен-ни, мне холодно, – жалобно тянет Бора, сворачиваясь калачиком. Она не видит Ли перед собой, но точно знает, что это она. Друг друга выучили до мелочей. – Сейчас принесу что-нибудь, – кусая нервно губы, говорит Ли. Она и привыкла к частой простуде Ким, но волнуется всё равно. Ей невыносимо больно, когда видит, как страдает Бора. И девушка в твёрдой уверенности заботится о ней, пока ей не станет лучше. Она убегает из комнаты, спрашивая у Минджи, где у них самое тёплое одеяло. – Я могу остаться? – с надеждой спрашивает Шиен, принимая сложенное шерстяное одеяло. – Только если обещаешь, что отработаете вдвойне, – понимающе отвечает Минджи с улыбкой. Старшая точно знает, что Бора с Шиен нагонят их в миг, со своей то трудолюбивостью. – Спасибо. Из общежития ушли все, кроме Минджи, которая задержалась, чтобы на всякий случай. Только Ли направляется к Боре в комнату, чтобы закутать её покрепче в тепло, как та самая Бора обнаруживается в дверном проеме, держась за стену. Её серая футболка съехала, обнажая шею и ключицы, волосы все растрёпанные, влажные. Лицо нездорово-красное, с линиями от мятого постельного белья на коже. Девушка еле-еле стоит на ногах и смотрит на Шиен с такой уверенностью и нажимом. – Ты не можешь из-за меня остаться, – с усилием шепчет. Как бы сильно девушке ни хотелось тёплой Шиен под боком, она понимает, что подвела остальных и так, а тут ещё Ли тащит за собой. – Ты зачем встала, идиотина, – Ли подлетает к девушке, но та отталкивает её руки, пошатываясь. – Я сама справлюсь, не маленькая. Мне не нужна нянька, – слова звучат грозно, но тяжёлое дыхание не даёт Шиен передумать. – Как бы интересно у вас ни было, я пошла, – усмехаясь, Минджи выходит из дома, – не устройте только погром. И уходит, громко хлопая дверью. – Давай, тоже иди. Бора делает шаг вперёд, чтобы толкать Шиен к выходу, но ноги подкашиваются, и она падает. Если бы не рефлексы Ли, старшая давно бы уже встретилась с полом. А так, она падает в надёжные руки Ли, что держат её крепко. – Никуда я не пойду, – в голосе Шиен сталь, она грозно и с заботой смотрит на Бору, которая полностью в её руках обмякла. – Иди, – Ким упирается в грудь младшей, прилагая все силы. Хоть сил и не осталось вовсе, каждый слог и так отдаёт режущей болью, а пульсация в висках и вовсе доходит до масштаба взрыва бомб. Шиен недовольно выдыхает, утаскивая Бору обратно в кровать. – Ты невыносима. Успокойся и отдыхай. Младшая укладывает девушку на постель, бережно закутывая в одеяло. Бора бормочет протесты, но сделать уже ничего не в силах. Потому что Шиен чаще и чаще касается, и только от этого умиротворяюще закрываются глаза. Ким засыпает беспокойным сном. А Шиен уходит искать в их аптечке жаропонижающее и другие лекарства. На такие случаи у девушки целый отдел с таблетками только для Боры. Ли тащит всю аптечку в комнату Боры и, подумав, заваривает чай с мёдом для смягчения болей в горле. – Бора, – зовёт младшая, нежно дотрагиваясь до плеча. Ставит чашку на пол, туда же кладёт таблетки. Ким реагирует мгновенно. Лениво открывает глаза и смотрит на Шиен, не двигаясь. – Мне всё ещё холодно, – хрипло отзывается Ким. – У тебя жар. Вот, выпей, – она протягивает пару таблеток и стакан тёплой воды. – Каким образом мне это выпить, – даже в таком состоянии язвит. Неисправима. Шиен недовольно кривит губы, шепчет что-то неразборчивое, явно относящееся к Ким, а потом помогает старшей встать. Она садится на край постели, позволяя Боре опереться о свое плечо. – Осторожнее, – предостерегает она, пока девушка запивает таблетку. Ким морщится от боли и снова падает на кровать. В таком состоянии чай точно не поможет. Шиен думает, может, в больницу отвести, а то на этот раз болезнь сильная слишком. Решает для себя, если лучше не станет завтра, повезёт девушку к врачу. А пока своими силами. – Всё еще холодно? – Ли отставляет чашку и таблетки, чтобы никто не споткнулся о них. Например, сама Шиен. Вместо ответа Бора кивает головой, чтобы горло не тревожить. Но тут же понимает, что идея плохой была, голова не перестаёт болеть. Одеяла тут не помогут, это ясно. Ким всю трясёт, капли пота на лбу выступают, озноб отступать не намерен. Она лежит, плотно закрыв глаза, дышать старается через раз. Шиен всегда заботливой была, вот и перелезает через Бору, ложится сбоку, забираясь под одеяло. Старшая и не сразу понимает, что тёплое тело оказалось рядом. – Иди сюда, – говорит Ли, на что Бора без задержки отзывается. Она с трудом переворачивается, тут же оказываясь в объятиях младшей. Хоть что-то хорошее в этом её состоянии. Ли ласково опускает руки на спину, водит пальцами по ткани, целует в макушку. Бора успокаивается, дышит равномерно, утыкаясь носом в грудь. Согревается медленно. От Шиен пахнет так опьяняюще. Она вся как огромная зависимость, к которой Бора прижимается доверчиво, заворачивается в нежность и не хочет отпускать. – Больше никаких поцелуев после мороженого, – шепчет младшая, ногами забираясь на Бору, путая их конечности, становясь своеобразным одеялом. – А просто поцелуев? – спрашивает Ким, опаляя жаром кожу шеи. – Когда выздоровеешь – поцелую. – А почему не сейчас? – неймётся девушке, она даже голову поднимает, чтобы заглянуть в тёмные глаза. У Боры же в глазах янтарь плещется, но привычный азарт разбавлен температурой и слабостью. Ещё и оголённые ног соприкасаются с другими ногами. Греет, конечно, но распаляет тоже. – Хочешь, чтобы и я заболела? – со смешком начинает, но осекается, стоит почувствовать чужие пальцы на животе, что задирают футболку, прижимаясь ближе. – Я хочу тебя, – голос и так хриплый, но снижается до томного, вызывая у Шиен мурашки по позвоночнику. С Борой не поймёшь, шутит ли она, или правда прямо тут завалит на ближайшую поверхность, подминая под себя. – Спи давай, – вспыхивает Ли, опуская голову Ким обратно, – и руки убери. Ответом ей ехидный смех, а потом сильный кашель и тихое сопение на плече, когда Бора наконец-то засыпает. На этот раз спокойно, с радостью в улыбке.

***

Они решили провести очередную трансляцию. Шиен что-то бурно обсуждает с Минджи, пока Дон с Юхен пялятся в телефон. Юбин рядом с Гахен, увлеченно наблюдает. Бора читает комментарии, натыкается на интересный и зачитывает вслух: – Суа, у тебя в последнее время болит горло? И сильно, кажется. Жар спал пару дней назад, но некоторые симптомы остались. Шиен упорно лечила Ким все эти дни, насаждая, заставляла принимать лекарства, когда сама Ким отнекивалась. Говорила, что уже лучше и самой пройдет. Но Ли таким не убедить. – Почему? – спрашивает Гахен, наклоняясь вперёд, чтобы видеть Ким. Она и без этого ответ знает, но спрашивает всё равно. На реакцию посмотреть захотелось. – Потому, что Шиен-ни, – начинает Бора и замолкает. Ли резко поворачивается к ней, услышав своё имя, смотрит с удивлением и вопросом. Минджи смеётся с этого, как и Шиен. Боре так и хочется дополнить это «потому что». Но не знает, чем точно. Знает лишь, что Шиен явно виновата в этом. То ли из-за любви младшей к мороженому, после которого её губы холодные – но не менее притягательные. То ли из-за того, что Шиен запредельно невозможная, от которой оторваться не хочешь, хочешь лишь больше тихого шёпота на ухо, что просит не останавливаться. То ли от того, что Ли не выдерживает множественные дразнящие фразы, забирается сверху, пугая возбуждением в глазах. Бора только выздоравливать начала, как Ли, забыв про всё и сразу, выбивает громкие стоны, отчего горло Ким саднит до сих пор, а под одеждой скрыта парочка непрошедших засосов. И вместо любого из этих вариантов, Бора только улыбается, смеётся следом за девушками. Шиен начинает дурачиться, пока Минджи показывает рукой половину сердечка. Ей кажется, что все в их группе понимают, что происходит. Ведь никто не реагирует на эти странные заявления, лишь Минджи понимающе улыбается. Никто не реагирует, когда Бора дёргается, но то было так незаметно, так быстро – что сама Ким осознать не успела. Шиен легко толкнула ногой рядом сидящую девушку и совсем на мгновение сверкнула темнотой в глазах, что обещают не оставить просто так такое неосторожное высказывание. Горло у Боры пройдёт не скоро.