Хроника Чернокнижника

      — Да, моя ошибка. Слишком много трансформаций. Но я думал, что оторвался от тебя, когда переплыл море.       — Алистер, не слушай его, просто уходи! — кричала без остановки Лин. Неприятель взглянул на неё холодными глазами и, начертив в воздухе знак, усыпил эльфийку.       — Кажется, пора тебе заткнуться, дорогая.       — А что касается слежки, то так и было, но монеты развязывают языки. Поэтому несложно узнать, куда вы отправились. Впрочем, не важно. Пойдёшь сам? Или привязать тебя к лошади и тащить волоком? — всадник взялся за рукоять меча и ждал ответа.       — После стольких лет, ты думаешь, я просто так сдамся? Я убью тебя, всадник. В этой или другой жизни. Вырву сердце, располосую тело, сломаю все кости. Ты убил её. Она была ни в чем не виновата, — Кроули сжал в руках топоры и с ненавистью смотрел на противника.       — Кого, «её»? Даже не знаю, о ком ты говоришь.       — Моя жена. Ты рассёк её и ещё не родившееся дитя, почти десять лет назад. Она пошла за корзиной и встретила тебя. Только я одного понять не могу. Ты лишил её жизни, но оставил в живых меня. Зачем?       — Хах, –злобно усмехнулся латник, — думаешь, я помню всех тех, кого убил? Видишь этот меч? — он обнажил клинок и провёл рукой по лезвию.       — Это «Ангельская скорбь.» Оружие, сила которого зависит от поглощённой жизненной или магической энергии. Возможно, тогда я просто оказался рядом и решил подпитать меч очередной душой, а тебя оставил в живых ради того, чтобы ты погоревал над её хладным телом.       — Ты врёшь. Врёшь, мразь! Хочешь сказать, что моя жена погибла просто так?       — Ха-ха-ха. Да, оказавшись не в том месте, не в то время. Правда всегда горька. Наверное, ты строил теории заговора? Но нет, всё намного проще, чем кажется, — всадник ехидничал и надменно улыбался, тем самым вызывая ещё больший гнев и в то же время разочарование. В душе Алистер осознавал, что Эльза погибла просто так, но эмоции и гнев брали верх. Месть — единственное, что могло унять его горе.       — Я убью тебя, урод, — Алистер прикусил губы и нахмурил брови, — чего бы мне это не стоило.       — Понятно, значит поедешь волоком, — всадник начал ходить кругами и размахивать мечом, показывая тем самым свое мастерство. Собрав всю волю в кулак, чернокнижник сжал топоры и ринулся в атаку. Движения его были скованные. Боль от ран давала о себе знать. Но он не мог просто так сдаться. Даже если есть малейшая надежда хотя бы нанести ранение убийце, то он непременно ей воспользуется. Но как бы Алистер не старался, могущественное существо, полное сил и энергии, не оставит не единого шанса на победу. Парируя атаки чернокнижника, убийца не спешил заканчивать. Издевательские пинки или лёгкие несмертельные ранения прилетали каждый раз после неудачных попыток.       — Сколько ещё мы будем играть с тобой? Ты жалкий и беспомощный. Не понимаю, как одна из самых великих магических сил выбрала такой сосуд. Само твоё существование оскорбительно для этого мира.       Но Алистер не слушал все эти бредни, но и драться он был не в состоянии. Упав на колени, чернокнижник опустил руки и, практически теряя сознание, смотрел на противника. Тот, в свою очередь, обойдя бренное тело, занёс над головой меч и изо всех сил проткнул его насквозь, буквально пригвоздив к земле. От удара сердце разорвало в клочья. Алистер перестал сопротивляться окончательно, ведь ранение оказалось смертельным. Все, на что хватило духу, так это сказать последние слова:       — Прости меня, Лин. Прости за всё, я погубил нас двоих, — последнее, что он увидел, так это рыжие волосы эльфийки, развевающиеся на ветру.