Букет

Машина. Цветы. Миссис Хадсон. Глупый разговор про оборудование и коробки. Было ли это всё взаправду, Джон забыл в тот самый миг, когда пожилая дама, уходя, отвернулась. Вот и всё. Он был последним, кто остался стоять у могилы Шерлока Холмса. Камень вместо человека. Гробовое, в буквальном смысле, молчание, вместо десяти малопонятных слов в секунду. Этот человек был настолько подобен неостановимому вихрю, что мужчина до сих пор в это не верил. Сознание не покидало ощущение нереальности, полной бредовости происходящего. В некоей мере это раздражало не меньше извечной манеры поведения того, кто лежал сейчас под гранитной плитой. Но сам факт её существования. Воспоминания, о том дне. Бег, одышка, глупая трель телефона в кармане. Темная фигура на крыше напротив. Надрывная речь из динамика. Ветер треплет плотное пальто в свободном падении. Руки незнакомцев, что оттягивают подальше от неподвижного тела. А затем и вся правда, что сквозь вату в ушах пытается пробиться к нему с голосом Майкрофта и так и не достигает цели. От того, как всё обернулось, лекарю всё меньше верилось в происходящее, но откуда тогда зияющая пустота в груди, он не знал. — Ты… ты сказал мне однажды, что ты не герой, — выдавил он, не в силах ни молчать, ни говорить, и не смог остановиться. — И даже было время, когда я не считал тебя человеком, но позволь мне сказать вот что: ты был… лучшим человеком, более «человеком» из всех, кого я знал и никто не сможет убедить меня в том, что ты мне врал, вот… так… Не зная, куда деть руки, мужчина сделал пару неловких шагов и коснулся надгробия, несколько раз, кончиками пальцев. Фарс всё больше смахивал на правду, ибо всё стало как раньше, живо воскресив образы тёмной аскетичной квартиры и нетронутого пистолета в выдвижном ящике стола и тихо пробуждая затаённую, слабую ярость. — Я был так одинок… и я столь многим тебе обязан. Но, прошу, только одну вещь, ещё одну, ещё одно чудо, Шерлок, для меня, не… не будь мертв. Ты можешь сделать это только для меня? Просто прекрати это. Прекрати. И он бессильно склонил голову. Лишь на миг. Ибо за спиной раздался мягкий звук шагов. Мужчина резко обернулся, о чём сразу же сильно пожалел. Черные кудри. Свободное черное пальто. Тот же рост и та же худоба. Джон опомнился далеко не сразу, только когда незнакомец поравнялся с ним и молча склонился над могилой с букетом белых анемон в перебинтованных руках. — Это не смешно! Но человек едва ли отреагировал на громкий выкрик. — Кто вы? Что за маскарад?! — Не враг, — отозвался тот монотонным голосом, — уж в это можете поверить. Но вы правы, это совсем не смешно. — Что… — только и успел изречь мужчина, как услышал миссис Хадсон вдалеке. Та спешила к ним как могла, и вскоре оба смогли различить её слова: — Джон? Джон, что случилось? Мне показалось, я слышала крик… о, Господи… Незнакомец выпрямился, и только тогда оба смогли по-настоящему разглядеть представшего перед ними призрака. Сходство с Шерлоком было лишь мимолётным. То ли мужчина, то ли юноша, казалось, был лишь немногим старше двадцати, но инстинкты солдата словно вылили на Джона ведро ледяной воды. Отрезвляя. Он был не тем, кто станет наряжаться под умершего шутки ради, он был опасным. Непроницаемые, беспристрастные карие глаза из-за тьмы в них казались одновременно беспросветно черными и красными от жажды крови. Руки и пальцы — тонкими, но крепкими. Не слишком широкие плечи — уверенно расправлены. Хрупкая тростинка была намного крепче скалы, а знакомый изучающий взгляд пронзал саму душу насквозь. — …Дазай? — Миссис Хадсон, — вежливо поклонился он в лучших традициях Востока, — простите, я припозднился. Немного не рассчитал время. — Да будет тебе, — ахнула домоправительница. — Ты проделал такой путь, он был бы рад… Пойдём домой, пойдём, мой мальчик… — Конечно, — бесцветно согласился он и приобнял женщину за плечи, неторопливо ступая. — Сэр, могу ли спросить вас? Джон, никак не ожидая услышать обращение к себе, невольно заторопился за ними. — О чём? — Как это случилось? — Вы приехали сюда, не зная деталей? — Майкрофт лишь сообщил мне о похоронах. Я не читаю местных газет, и причин доверять им у меня нет. Лучше узнать у непосредственного свидетеля. — С чего вы взяли, что я им был?! — Вы были близко знакомы с Шерлоком — вы знаете, с чего, — говоря это, он смотрел поверх плеча онемевшего врача, и вдруг усмехнулся со странной иронией и жестокостью. Прикрыл глаза. — Прошу прощения. Мы все сегодня на нервах. — На нервах, — согласился Джон, вытирая абсолютно чистую руку обо ткань куртки. — Да. На нервах. Тем временем же живой и здоровый Шерлок Холмс наблюдал за ними из тени деревьев, и ответная полуулыбка играла на его губах.