ЗОЛОТАЯ КЛЕТКА.

Магнус пялился на швабру, ведро и тряпку, которая была накинута на ведро. Его сосед ушел сразу, как только вышел из душа. Молча, не сказав ему больше ни слова. Он, конечно, не ждал, что они сразу станут лучшими друзьями, но полный игнор его персоны как-то обижал. Обиду Магнус решил выплеснуть на симпатичных близнецов. Но, когда запирал дверь, обнаружил прилепленное к нему объявление. Этакое напоминание от коменданта о том, что его черед убираться. Магнус хотел его проигнорировать, как делал это ранее, но приписка снизу, сообщавшая о том, что если он не выполнит свои обязанности сегодня, то в качестве штрафа будет дежурить весь месяц, а в обязанности дежурного входят не только мытье коридора и лестницы, заставила его передумать. Конечно, можно было проигнорировать и это. Но, зная Саймона Льюиса, дешевле было выполнить работу сегодня. Кем бы ни был ботаник Льюис, Магнус по себе знал, что лучше не делать того своим врагом. С него станут требовать за все прошлые прогулы. И вообще, в теории, Магнус знал, что к чему. Надо налить воду в ведро, намочить тряпку и намотать на швабру. Но… Если его за этим делом кто-то увидит? Прощай, репутация. Еще и вспомнилось, что Рафаэль обещал явиться. Магнус никогда в жизни не вставал раньше девяти. А сейчас было всего три минуты седьмого. Надо было приступать к уборке, пока все спят и его никто не видит. Хотя, судя по тому, что уборочный инвентарь, которого вчера точно не было, был рядом с дверью, одному очкарику уже не спалось. Набрать воду в ведро - что может быть проще? В раковину ведро бы не поместилось, даже если бы ему очень этого захотелось. Оставался душ. Вот тут неопытного уборщика ждал еще один подвох. Если опустить все нецензурные выражения и то, что теперь в душе тоже надо было делать уборку. Магнус весь взмок, пока набирал воду. Причем в прямом смысле этого слова. Кто бы ему подсказал, что напор воды надо уменьшить и шланг с душевой насадкой надо снять с крепления. Воду-то набрал, но пришлось после этого полностью переодеваться. Ибо прошлую его одежду можно было смело выжимать. Закинуть проклятую тряпку отвратительного коричневого цвета в ведро было самым простым. Но после попытки вытащить тряпку из ведра и, собственно, кинуть ее на швабру (простую, деревянную, короткую) ему пришлось снова идти переодеваться. На бурную «радость» в связи с произошедшим Магнус отреагировал так, как полагается нормальному человеку. В ответ на матерную ругань из соседней комнаты он услышал много нового о себе, цензурным из которого была только просьба заткнуться. Переодевшись и переобувшись, Магнус едва не растянулся, поскользнувшись на воде, которую он налил с тряпки, когда кидал ее бесформенным комком на швабру. Радовало, что его пируэты, когда он ловил равновесие, никто не видел. Ну, он так думал, что никто не видел, пока не услышал аплодисменты своему «танцу». Свидетелем его позора оказался Саймон. Судя по мобильному в его руках, этот момент был еще и заснят. — Удали сейчас же и не смей меня снимать! — И не подумаю. И вообще, Магнус, у тебя сейчас есть реальный шанс прославиться. — Да ты… ты… Магнус чувствовал, как то ли от стыда, то ли от злости горят щеки. Красноречие, которое до сегодняшнего дня его никогда не подводило, улетучилось. Но хуже всего — он ведь действительно не мог ничего поделать. Нет, в теории, конечно, мог, у отца был целый штат юристов и адвокатов. Но он не был настолько сволочью, чтобы из-за этого ломать чью-то жизнь. Оставалось надеяться, что у Саймона есть совесть и он не будет выкладывать это видео в сеть. Правда, надежды на то, что он не покажет его Сантьяго, у него не было. Но это он как-нибудь переживет. — Ладно, успокойся. У меня нет времени заниматься такими глупостями. Достаточно того, что ты будешь знать, что оно у меня есть. Все. Он на крючке. И, судя по довольной роже коменданта, тот это знает. — Что ты хочешь за удаление этого небольшого незначительного видео? — Почему небольшого? Я тут с момента, как ты прочитал на двери мою записку. Твой сосед ее, кстати, тоже читал. Она у него вызвала улыбку. Может, еще поднять ему настроение и послать это видео? — Думаешь, я стану в его глазах выглядеть хуже, чем сейчас? — Думаю, что оно его повеселит. А то вид у него был очень озадаченный. — Делай, что хочешь, только уйди уже! — И пропустить твой проигрышный поединок с тряпкой? — Почему проигрышный? — Потому что, судя по тому, что я увидел, тряпка побеждает. — Льюис, у тебя больше дел нет?! Или желаешь помочь? — И не мечтай. Кстати, совсем забыл. Саймон уткнулся в дисплей телефона, быстро «бегая» по нему большим пальцем. У Магнуса от этого засосало под ложечкой. — Что ты делаешь? — Делаю, что хочу. Сам же сказал. Ты не волнуйся, я поделился снятым роликом всего с одним человеком. Магнус, конечно, сказал это, но рассчитывал на то, что комендант послушает его и сделает наоборот. — Раз ты не назвал имени, то не скажешь, перед кем меня опозорил? — Пусть это будет сюрпризом. А сейчас я, пожалуй пойду. Дел, знаешь ли, много. Да и у тебя впереди еще работы куча. Вслед уходящему коменданту Магнус мог только гневно сверкать глазами. Незнание, кому очкарик отправил его позор, просто сводило с ума. Но беситься времени не было, скоро начнут просыпаться другие соседи. Как держать швабру, Магнус видел в каком-то фильме. Но одно дело видеть, а другое —делать. Пока пристрелялся, налил с тряпки еще больше воды. Но самое поганое было то, что он снова намочил ноги. Магнус прислонил швабру к стене. В этот раз он не будет подставлять дизайнерскую обувь под воду. Магнус разулся, снял белые носки и закатал мокрые брюки до колен. Стараясь не думать о том, как он паршиво и смешно выглядел со стороны, Бейн предпринял еще одну попытку подружиться с шваброй. Ухватившись за древко швабры двумя руками, Магнус сделал пару движений. Намотанная тряпка, которая на манер шарфика обвивала древко швабры у самого низа, конечно, кафель мочила, и еще как! Но вот впечатление от чего-то было, что и здесь было что-то не так. — Может, ее надо снова намочить? Бейн оглядел «болото», что развел возле себя. Ему раньше приходилось видеть, как орудуют подобными орудиями пыток уборщицы, но только после них почему-то не оставалось столько воды. — Ты что творишь? Голос за спиной прозвучал как-то особенно неожиданно и громко. Магнус вздрогнул и отступил на шаг. Конечно, по закону подлости, там находилось злосчастное ведро, которое он перевернул. Грохот металлического ведра о мраморный кафель и ругань очень знакомым голосом была последней каплей. Нет, рыдать он не стал, но глаза предательски защипало. Повернувшись назад, Магнус обнаружил абсолютно нерадостную картину: за его спиной стоял сосед, которого из перевернутого ведра окатило водой. Сама же вода растекалась огромной лужей по коридору и стекала по лестнице, так как лестничный пролет был практически напротив. — Я не хотел. Просто… Почему это так сложно? У Алека было на редкость хорошее настроение. Он вдоволь набегался по огромному парку и даже нашел подработку официантом в местном кафетерии, здраво рассудив, что для того, чтобы принимать и относить заказы, хватит и его невеликих способностей. Выходя из комнаты, он, конечно, видел занимательное послание его соседу, но с тех пор прошло больше получаса. Он не рассчитывал застать того за работой. Хотя то, что он делал, мытьем полов можно назвать с большой натяжкой. Говорила ему Изабель, что болтать «под руку» чревато последствиями. А он не верил и вот результат: полные кроссовки воды. Но на это он практически не обратил внимание. Его больше занимал его сосед. Начиная от босых ног и заканчивая растрёпанными волосами. А уж лицо-то какое. Растерянное, виноватое, смущенное, а главное, без малейшего намека на косметику! Впрочем, смеяться тут было не над чем. Что происходит, Алек уже понял. Сам когда-то был на его месте. И до сих пор не мог забыть тот день, когда ему впервые вручили швабру и ведро. Тогда он тоже умудрился перевернуть ведро и едва себе шею не свернул, поскользнувшись на пролитой воде. Со временем он научился, и сейчас уборка уже не вызывала былого ужаса. Лайтвуд отобрал из рук соседа швабру, снял с нее тряпку и кинул в лужу, в которую превратился коридор. Намочить в «луже», отжать воду в ведро, и так пока потоп был не устранен. На совершенно мокрые носки и мокасины, стоявшие у двери, он только хмыкнул. На то, чтобы устранить потоп и помыть коридор, у него ушло минут десять. Все это время Магнус так и стоял на одном месте и только удивленно смотрел, как его сосед легко справлялся с чудовищем под названием швабра. Урок он выучил и в следующий раз будет знать, что перед тем как положить тряпку на швабру, надо отжать ее в ведро, тогда она не будет разливать вокруг воду. И как пользоваться готовым результатом (швабра + тряпка), он теперь тоже знал. На то, чтобы научиться мыть полы, у него ушла всего пара минут. В остальное время он любовался самим Алеком. Зрелище было сексуально-завораживающим. — Готово… Магнус вздрогнул. — Спасибо. Магнус с ужасом посмотрел на ведро с грязной водой, в которой плавала злополучная тряпка. — Лестницу я, пожалуй, сам помою. — Спасибо. У тебя здорово получается. — У меня было много практики. Но в первый раз было почти так же, как и у тебя. Магнуса интересовал один никак не дающий ему покоя вопрос. — Зачем ты мне помог? Разве это не шанс, чтобы… — Чтобы что? — Ну… Магнус растерялся. А действительно, отличный шанс для чего? Чтобы поиздеваться? Так Александр не он и не Саймон. Чтобы отомстить? За что ему мстить? За халат? Глупость. К тому же, он ведь сам утром зарыл топор войны. Да и уборкой ему скорее Саймон отомстил и, надо сказать, с блеском. — Не бери в голову. Мне все равно особо делать нечего и, как ты уже заметил, мне не трудно. А что помог, так разве дежурство не касается и меня? Алек поднял ведро и направился к маленькой неприметной каморке возле лестницы. Из любопытства Магнус последовал следом. К его удивлению, там не только находился уборочный инвентарь, так сказать, посовременней, но был и специальный слив для грязной воды, маленькая раковина для стирки тряпок и под ней кран для набора воды. Лайтвуд вполне профессионально отжал тряпку и бросил ее в раковину, слил грязную воду и налил новую. Магнус же думал, что у него даже шанса нет на месть Льюису. А еще, что нагибающийся над ведром Александр Лайтвуд был поистине великолепным зрелищем. Александр замер. Посмотрев на дисплей телефона, он невольно улыбнулся, увидев кривляющуюся рожу Джейса на заставке звонка. Магнус тоже увидел, и кто звонил, и как его сосед улыбался этому звонку. От этого зрелища ему стало очень горько. — Прости, но с лестницей тебе придется самому. Александр ответил на звонок и попросил перезвонить через пять минут. И, виновато улыбаясь, всучил потерянному Магнусу треклятую швабру, поставив у его ног ведро. Он отправился вниз по лестнице, чтобы поговорить со своим парнем без лишних ушей. А Магнусу осталось только зубами скрежетать от ревности. И лестница. Чертова лестница, восемь пролетов до первого этажа. Но теперь он хотя бы имел представление, как надо управлять проклятой шваброй. ******* Как показала практика, мыть коридор и лестницу — совсем разные вещи. Очень быстро он понял, что у него ни черта не получается. Конечно, теперь он и тряпку отжимает, и знает, как ее надевать на швабру. Вот только как мыть лестницу, ему никто не показал. Помучившись целый пролет, Магнус плюнул на швабру и начал мыть руками. Молясь, чтобы его никто в таком положении не увидел. Особенно всякие очкарики. Так дело пошло быстрее. Ко второму этажу он уже вполне себе наловчился и даже стал что-то напевать под нос. Осталось всего несколько ступеней и мучениям придет конец. Настроение скакнуло вверх, особенно когда он подумал, что кажется, ему все же удалось наладить отношения с соседом, пусть и предварительно опозорившись. — Боже, какое зрелище! Сын самого богатого в мире человека! Наследник многомиллиардного состояния ползает с мокрой тряпкой по лестнице. Ну почему я именно сейчас забыл телефон? Еще до того, как бросить тряпку в ведро, Магнус разогнулся, чтобы лицом к лицу встретить очередного свидетеля его позора. Магнус уже знал, что госпожа удача его за что-то сильно невзлюбила. Нет. Она его не невзлюбила! Она его за что-то сильно возненавидела! — Что ты здесь забыл, Моргенштерн? Ты не живешь, к счастью, здесь. И куда только смотрит охрана. — В данный момент охранник любуется зелененькой такой купюрой с несколькими нолями. — Что. Тебе. Здесь. Надо? — Не твоей лакированной головушки де… Себастьян резко оборвал себя. Только сейчас он рассмотрел, как выглядит сын Асмодеуса. Босой. В простой, пусть и дорогой футболке цвета хаки, в закатанной до колена одной штанине (вторая раскаталась еще на третьем этаже). Растрёпанные, без грамма привычных блёсток, волосы и также отсутствие привычной косметики на лице. Если бы он не знал, как Магнус Бейн выглядит без грима, он бы усомнился, а тот ли человек перед ним. Но он знал. Все же они как-то делили с ним постель. — Прости… Себастьян демонстративно вынул из кармана кошелек и, открыв, извлек из него пару весьма крупных купюр. — Я не знал, что тебя лишили наследства, и теперь ты вынужден работать уборщиком. Протянутые купюры Магнус проигнорировал, и тот просто бросил их ему под ноги. Магнусу было стыдно. Очень. Оглядев свой внешний вид и вспомнив, кто его еще в таком виде видел, Магнус буквально сгорал от стыда. А он-то, наивный, думал, что хуже Льюиса с видом его недотанца быть не может. Может, еще как. Себастьян Моргенштерн теперь не даст забыть ему этот момент никогда. А самое паршивое, что он в этот раз ничего не может ему ответить. Не кидаться же оправдываться. Глупо и бесполезно. Хотя бы потому, что про дежурство среди студентов он знал и так. — О, ты почти закончил. Быстро ты. Неудобно получилось. Я ведь сам предложил помочь с лестницей. Но Джейс бы не успокоился, так и трезвонил бы… Алек, заметив, что Магнус не один, замолчал. Пара мгновений на оценку ситуации, на валяющиеся под ногами купюры, которые так и чесались руки сгребсти, потому как ему таких еще долго не видать… Появившийся порыв присвоить валяющее сокровище он прогнал из головы. Сейчас главным было спровадить Себастьяна восвояси. Пока он не привязался. Если уж выбирать между компанией Магнуса и им, он бы предпочел Бейна. Как показала жизнь - с первым вполне можно было общаться. Что касается второго… Вот уж кого бы он вовек не видел. — И ты здесь. Тебя нет, к моей великой радости, в списке проживающих здесь студентов. — Я очень сейчас жалею, что это так. Но, к моему сожалению, все места заняты и придется мне ютиться в моей крохотной (в целый этаж) квартирке. Александр… Себастьян положил руку на плечо Лайтвуда. Магнус от этого стиснул зубы. Алек сбросил руку и наградил Моргенштерна убийственный взглядом. — Держи руки при себе. Себастьян сделал вид, что ничего не произошло. — Я тут из-за тебя… — Какая честь. Что надо? — Я здесь в качестве твоего… Себастьян выделил последнее слово интонацией. — …капитана. Тренировки начнутся раньше, чем занятия. В идеале… Моргенштерн посмотрел на часы, которые буквально кричали о своей немалой цене. — Они уже начались. Ты новенький. Я еще не узнал номер твоего телефона. Пришел тебя, так сказать, лично сопроводить на нее. Еще тебе надо получить комплекты формы, заполнить несколько бумаг и познакомиться с командой. Александр стиснул зубы. Он совсем забыл об этой проблеме. Самое поганое, что он просто не может отчислиться из команды. Нет, конечно, уйти и забыть он мог. Если бы у него была учеба на высоте. А так как он умом не блещет, себе-то можно было в этом признаться, клубная деятельность помогает продержаться в этом учебном заведении на плаву. Хотя и учебу ему все же придется налаживать. Он уже подал заявление в класс отстающих. Правда, туда допускали со второго курса, но ректор сделал для него исключение. Еще бы, он ведь прекрасно знал, чей он сын. Было от этого мерзко, но куда деваться. Вот и от Моргенштерна с его баскетболом ему тоже было деваться некуда. — Мне нужно переодеться. Себастьян прошелся взглядом по простой белой футболке со знаком Найк, по черным по колено шортам и по кроссовкам, в которых все еще хлюпала вода из ведра. — Ты прекрасно выглядишь. — Скажи, куда прийти, я буду там через полчаса. — Я подожду. — Как хочешь. Алек бросил на свидетеля их разговора нечитаемый взгляд и быстро поднялся по чистым ступеням. Магнус провожал его взглядом, пока тот не скрылся из виду. Надо было домыть несчастные ступени, но будь он проклят, если станет это делать под насмешливым взглядом сына Валентина, который числился в списке богатейших людей на третьем месте. Себастьян поймал взгляд Бейна и усмехнулся. Не было ничего особенного в том, что сын Асмодеуса тоже положил взгляд на его Александра. Все же Лайтвуд был очень хорош, а как смущался… Но было одно такое жирное «но». — Он мой. — Что, прости? Засмотревшись на соседа, Магнус совершенно забыл о том, что не один. — Александр Лайтвуд - мой. Любуйся, но держись от него подальше. Магнус от такого прямого заявления, мягко говоря, опешил. — Что-то я не заметил на нем клейма с твоим именем… Себастьян перестал улыбаться. Его самодовольную улыбку словно ветром сдуло, когда он вспомнил, как говорил с ним Лайтвуд, пока не заметил его. — Хочешь сказать, что уже уложил его в свою постель? Да. Ему хотелось прокричать в лицо Моргенштерну эти две простые буквы (Д и А). Он прекрасно знал, что Себастьян не трогает тех, кто был в его кровати. То ли брезгует, то ли еще по какой идиотской причине, но факт остается фактом. Так же и он старался не спать с теми, кого до него уже трахал Моргенштерн, особенно, если знал об этом точно. И сейчас был реальный шанс отвадить его от Ангела раз и навсегда. Но… Если бы это был кто-то другой, он бы соврал. Он видел, с какой брезгливой неприязнью на Себастьяна смотрел Александр. Но если последний узнает, а он был уверен, что Себастьян донесет до него эту информацию хотя бы для того, чтобы проверить его слова на подлинность, что он сказал Моргенштерну, что у них был секс, то можно было смело топать за ворота, сразу под венец. Он уверен, что тот взгляд, которым Алек наградил Себастьяна, будет меньшей карой за такой обман. — Нет. Еще нет. Мы просто соседи по комнате, но я пару раз видел его, так сказать, во всей его красе. И клейма с твоим именем как-то не заметил. Себастьян, услышав, что у Алека и Бейна ничего не было, заметно повеселел. Даже если бы и было, он бы все равно сделал в этом случае исключение. Александр Лайтвуд того стоил. Конечно то, что между ним и Магнусом ничего не было, радовало, но вот сообщение об одной комнате настроение портило. И почему он сам не додумался до такого. Он ведь приперся в эту дыру исключительно из-за Александра. Ждал его появления. Разузнал о его увлечениях. Стал капитаном баскетбольной команды. Ему даже неожиданно понравилась и сама игра. Но почему ему в голову не пришло поселиться с ним в одной комнате? Наверное, потому что он не думал, что Алек вообще будет жить в общежитии. Только так он мог оправдать себе этот промах. — Облизывайся на него, Бейн… пока можешь. Но руки прочь. Я уже говорил. Он мой. — А Александр знает о твоих наполеоновских планах? А его парень? — Какой парень?! Известие о том, что кто-то смог получить то, что он не может получить уже почти три года, ошарашило. — Спроси у Александра. Сам не рад. Себастьян внимательно посмотрел на Бейна. Тот выглядел искренне раздосадованным этим фактом. Почему тогда он не знает об этом? Уж Клэри бы ему сказала, если бы у Александра, который последние три года весьма убедительно строил из себя натурала, вдруг появился парень, муженек его сестры знал бы об этом точно. А то, что знает он - знает и его сестра. — Ты-то откуда знаешь? — Знаю. Видел их вместе, и видел, как Александр на него смотрел. Себастьян не мог в это поверить. Как так? Как он мог пропустить, что задница, которую он хочет уже не один год и не может получить, досталась кому-то неизвестному. И ладно, если бы это была девушка. Но парень? Это был удар ниже пояса. Конечно, когда его чья-то несвобода останавливала? Но черт. С этим парнем все было сложнее. Он не просто хотел его в свою постель. Поначалу, конечно, да. Но сейчас он хотел его в свою жизнь, раз в сердце тот уже умудрился влезть. — А ты чего такой довольный? — Да смотрю на твою недовольную физиономию, и у меня настроение само по себе взлетает. — Надеешься заполучить Александра, рассорив его с этим… его неожиданным бойфрендом? — Я похож на идиота? Ты ведь тоже сейчас злишься потому, что понимаешь, что если влезешь между ним и его блондинчиком, то Александр не воспылает к тебе любовью. А наоборот, ты станешь ему еще «милее», чем сейчас. Себастьян замер. Он знал только об одном блондине, который был в жизни Александра. За ним была замужем его сестра. И да, когда он впервые их увидел, то тоже подумал, что между ними есть что-то большее, чем дружба или отдалённое родство. Иногда они и впрямь вели себя как парочка, сами этого не замечая. — Скажи, друг мой любезный, а у блондина, с которым у моего Александра, по твоему отношения, курчавые волосы, дурацкое лицо и его зовут Джейс? Вот сейчас, когда недовольное и буквально трещавшее от злости лицо Моргенштерна сменилось на привычное высокомерное, Магнус понял, что Себастьян знал что-то, чего не знал он. А еще сейчас он сомневался, как никогда, в своих выводах. — Твое молчание и твое непередаваемое выражение лица подсказывают мне, что я прав. — В чем прав? — В том, что Александр мой. — Мечтай. Себастьян немедленно облапал взглядом спустившегося Лайтвуда в светло-зеленом спортивном костюме, состоящем из майки и коротких шорт, который ему невероятно шел. А судя по мокрой голове, он только что из душа, и одежда на его влажном теле смотрится еще более привлекательно. Магнус тоже не мог не отметить, что Александр каким-то невероятным образом с каждой встречей все больше и больше его привлекает. Александр нашел взглядом соседа и, отметив одну закатанную штанину, по-доброму усмехнулся, даже злость на «наводнение» в ванной комнате пропала. — Даже знать не хочу, что ты делал в ванной комнате… — Я уберу. Просто не успел. Прости. Я не знал, где надо было набирать воду и быстро понял, что душ - не самое лучшее место. Магнус понятия не имел, с чего вдруг принялся оправдываться. Но адресованная ему улыбка Алека точно того стоило. Особенно стоило того, что он видел, как изменилась самодовольная рожа Моргенштерна, когда тот тоже увидел эту улыбку. — Так вот что там случилось. Я прибрал. Но в следующий раз… — В следующий раз буду убирать сразу, и с меня уборка во всей комнате. — Хорошо, только кровать мою не трогай. Замечание Магнусу не понравилось. Но он, собственно, и не собирался этого делать. Он вообще не знал, зачем сказал про уборку, будто ему сегодня ее не хватило! А теперь и впрямь придется убираться. — Удачи начинающему уборщику в уборке. Знаешь, я хорошо заплачу, если ты и у меня приберёшься... — Боюсь, что тебе не хватит папиных денег, чтобы со мной расплатиться. Себастьян перестал улыбаться. А Магнус, наоборот, расплылся в улыбке. За столько лет он знал, куда бить. — Александр! Как хорошо, что я тебя нашла! А то звоню, звоню… Лайтвуд рассеянно похлопал себя по карманам. — Я забыл телефон в комнате. Лидия, прекрасно выглядишь. — Думаешь? Девушка кокетливо покрутила головой и покрутилась сама. Ее белое платье без бретелей выгодно подчеркивало немаленькую грудь. А короткая юбка взметнулась вверх, на мгновение демонстрируя присутствие кружевного белья. Девушка была красива. Это отметили все присутствующие. — Ты сейчас очень занят? Алеку хотелось сказать "нет". Что он абсолютно свободен эту неделю, но надо было решить все проблемы с баскетбольным клубом. Что он, с искренним сожалением, и сказал ей. — Жаль. А я хотела утащить тебя на свидание. — По магазинам? Девушка, видя с каким непередаваемым ужасом Алек сказал эти два слова, рассмеялась. — Ты помнишь, что я тогда тебе сказала? Успокойся, я не настолько зла, чтобы так издеваться над тобой, еще и на первом свидании… Алек выдохнул с заметным облегчением. — …может, на втором или третьем. Прости. Не смогла удержаться. Ты так забавно реагируешь. — Просто ты ни разу не ходила по магазинам с Из. Она просто демон шопинга, даже мама не выдерживает ее напора. — Из - твоя девушка? — Сестра-близнец. — Как здорово! А я в семье одна. — У меня еще есть младший брат Макс и старший - Джейс. Поверь, иногда я хочу быть единственным ребенком в семье. — Не говори так, тебе очень повезло. Я так и не поняла, у тебя есть девушка? — Нет. Как-то мне с этим не везет. — А парень? — Лидия! — А что. Я современная девушка. — Нет у меня никого. Алек смутился и украдкой бросил взгляд на соседа, а когда поймал себя на этом, разозлился. — Теперь есть. — Есть что? — Я. Ты же не против, если я стану твоей девушкой? Ты мне очень нравишься. Не то чтобы Алек был против, он ведь пообещал Джейсу, что если судьба еще раз сведет его с Лидией, с которой у него на редкость получается нормально общаться, он попробует. Так почему бы и не начать пробовать сейчас. Особенно когда на него смотрят и Магнус Бейн, и Себастьян Моргенштерн. — Я не против. Особенно, если ты пообещаешь не таскать меня по магазинам. — Да легко. Только если по книжным лавкам. — О. Думаю, что книжные лавки я переживу. — Познакомишь меня с твоими друзьями? Все же с этого дня я твоя девушка. — С какими?.. Александр проследил за взглядом своей девушки и содрогнулся. Вот уж с кем он не намерен дружить, так с этими двумя. — Магнус Бейн - мой сосед по комнате. И Себастьян Моргенштерн - капитан баскетбольной команды. Лидия по очереди улыбнулась обоим парням. И подошла поближе, протянув руку для рукопожатия сначала Магнусу, потом Себастьяну. Оба пожали протянутую ладонь чисто на автомате. То, что происходило на их глазах, буквально не укладывалось в голове. — Мы часто будем видеться. Так что будем знакомы. Лидия Бранвел - девушка Александра. — Приятно познакомиться. Магнус даже любезную улыбку попытался изобразить, но по глазам присутствующих понял, что никого своим кривлянием не провел. Себастьян даже изображать ничего не стал. Семья Бранвел была весьма влиятельна, не одно поколение мировых судей вышло из нее. От этой девушки так просто не избавиться, чревато серьезными последствиями. А делать хорошее лицо при плохой игре он никогда не умел. — Себастьян, доверяю тебе Александра. Мне ведь можно прийти на тренировки? — Тебе разве нечем заняться? — Пока не начнется учебный год, нечем. Я буду стажироваться у вашего психолога. Так что сейчас я абсолютно свободна. Так мне можно приходить на тренировки? Александр, ты же не против, если я приду за тебя поболеть? Алек был против. Еще как против! Он и сам не знал, что это за тренировки и не хотелось бы позориться еще и перед Лидией. Но напрямую возразить он не мог. Оставалось надеяться на Моргенштерна, которого идея присутствия его девушки в баскетбольном клубе, судя по лицу, тоже не радовала. — Вы не подумайте. Я состояла четыре года в женском баскетбольном клубе. Просто я не ученик и официально вступить не могу, а побросать мяч охота. Так можно, капитан Моргенштерн? — Конечно. Как я могу отказать такой красивой девушке? Особенно если она встречается с одним из моих подопечных. Александр, пойдем. Время не резиновое. Одному только создателю ведомо, чего стоила Себастьяну эта фраза. — Не буду задерживать… Лидия подошла к Лайтвуду и, обвив его шею руками, поцеловала в губы. Алек от неожиданности растерялся вначале, но на поцелуй ответил, все же, вопреки мнению Джейса, девственником он не был. Лидия отстранилась. Махнула на прощание откровенно злому Себастьяну и кивнула расстроенному Магнусу. — Александр, с тобой я не прощаюсь. Как разберёшься со своими делами, позвони. Я знаю один книжный бутик… — Да… Я позвоню... Алек, ошеломлённый происходящим в целом и поцелуем с Лидией, в частности, встрепенулся, до него с запозданием дошло, что он при всем своем желании не может выполнить то, что он только что пообещал. — Лидия! Девушка резко обернулась, юбка платья обвила стройные ноги. Алек нервно облизал губы. — ...я потерял твой номер... прости... — Александр, тебе никто не говорил, что ты очаровательно смущаешься? — Лидия достала из крохотной сумочки маленький блокнот для зарисовок и карандаш, написала на нем семь цифр и протянула смущённому парню, но когда Алек ухватил листок, девушка не стала его отпускать. — В качестве наказания за утерю моего номера с тебя чашка кофе, я люблю латте... Девушка отпустила листок, и Александр суматошно сунул его в карман. — Не потеряй снова. Впрочем, если потеряешь, не страшно. Мой номер отпечатался на твоем телефоне в списке пропущенных номеров... Алек вспыхнул краской стыда. — Да. Я не подумал... — До свидания, Александр, буду ждать звонка. Лидия еще раз чмокнула своего парня в щеку и, улыбаясь, вышла за дверь. Алек стоял смущённый и счастливый и просто пялился на дверь, закрывшуюся за ЕГО девушкой. А за его спиной настроение было абсолютно противоположным. — Пошли. Моргенштерн, пребывая в бешенстве, молча вышел следом. Алеку оставалось только идти следом, так как он и в ус не дул, где находится этот чертов баскетбольный клуб. Магнус, который только сейчас понял, что стоит мало того что босиком, так еще и с мокрой половой тряпкой в руке, которую он тут же со злостью зашвырнул в ведро, расплескав из него грязную воду. Пожалуй, так паршиво и беспомощно он себя еще не чувствовал.