Ненавижу Хэллоуин

      В просторной комнате было свежо и прохладно, сумрак уже давно поглатил предметы, очертания которых слабо можно было рассмотреть благодаря тусклому свету монитора. Из открытой форточки веяло холодом. Стоило бы её уже и закрыть, ведь зубы отбивали чечетку, и в такт им содрогалось всё тело. Челюсти крепко сжаты вокруг уже давно выкуренной сигареты. Возле левой руки стояла фарфоровая тарелка, когда-то подаренная одной из бывших девушек. Ей было найдено применение — теперь она выполняла функции обычной пепельницы. Правой руке повезло больше, так как рядом с ней покоилось несколько пустых бутылок газировки.       — Да чтоб вас всех за ногу! — гневно произнес парень, ударив по столу так, что тарелка подскочила и несколько окурков отправились в свободный полёт. Глаза парня то щурились, пытаясь собрать расплывающийся текст в кучу, то бегали по строчкам, цепляясь за очень уж неподходящие слова. Палец настойчиво нажимал клавишу, на которой уже давно отсутствовала пометка, стирая целый абзац. Так не проще, так просто утешительнее. Закрыв глаза и слегка надавив на них пальцами, парень начал массировать уже порядком настрадавшиеся органы зрения.       На мониторе виднелось обилие текста под шапкой "отчёт" и закрепленное под именем Рай. Странное имя для парня, да и, как он сам считал, никак не подходило к его характеру, но внешности, на удивление, соответствовало больше. Светло голубые глаза цвета чистого неба, бледная кожа и неестественно белые волосы, которые не брала ни одна краска. Уж не мог парень сказать точно, издевается это кто свыше или так просто надо, но где-то в десятом классе он просто бросил идею перекрасить свои локоны. Отращивать он их никогда не планировал, поэтому, когда мать запретила идти в парикмахерскую, мальчишка просто взял инициативу в свои руки, а если быть точнее, то ножницы. Мать была в шоке, отец лишь посмеялся и похлопал по плечу, произнеся лишь "Сразу видно, мужик растёт". После парень основательно взялся за свою внешность, дабы не выглядеть слишком миловидным. В привычку также вошли ежедневные тренировки.       Так было до недавнего времени. В свои двадцать четыре появилась необходимость устроиться на работу и лучшее, что он нашёл — это стать долбаным офисным работником. Спал он мало, курил много, работал тоже много и, как следствие, раздражаться стал тоже чаще. Отдавшись полностью работе, парень перестал обращать внимание на многие вещи. Рай тяжело вздохнул, прислушиваясь к приятной тишине, которую нарушал только шумно работающий старый ноутбук.       Внезапно из открытого окна послышался смех и радостные крики. Посмотрев на время и дату, парень истерично выдохнул и опустился тяжелой головой прямо на уже порядком нагревшуюся клавиатуру. Хэллоуин.       Он уже давно не может терпеть этот день. Слишком шумно и радостно становится на улице. Все веселятся, когда он корпит над этим долбаным отчётом. Рука потянулась к карману штанов, но, не нащупав там ничего, безжизненно повисла. Разочарованно проскулив, парень поднялся со стула, к которому, готов был поклясться, он успел прирасти, и двинулся к заначке с сигаретами. Но в ящике его ждало очередное разочарование. Емкость была пуста.       Гневно задвинув ящик, парень поспешил обуться и, накинув на себя куртку, взял несколько копеек и удалился из дома.       Холодно. Действительно, а что ещё он ожидал от осени, да ещё и выскочив в домашних шортах, кедах и слегка утерявшей свою белизну футболке, прикрытой легкой курткой.       На улице было темно, особенно в районе, где жил Рай. Напротив домов находилась массивная каменная стена, а фонари располагались в нескольких метрах друг от друга. Всё бы ничего, только вот добрая половина этих фонарей просто не горела.       — Ну, конечно, нахер это кому надо, — парень прикрыл глаза, как почувствовал сильный толчок в плечо. Рай резко распахнул глаза и, еле-еле удержав равновесие, раздраженно уставился на убегающих в темноту мальчишек в костюмах пришельцев. — Кто вообще придумал этот долбаный праздник? Бесит, — развернувшись обратно, Рай решительно двинулся вперед, но, заметив темную фигуру вдали, осознанно замедлил шаг. Маньяков в такую ночь хватает, а отсутствие света давало им преимущество. Подойдя ближе, голубоглазый парень мог отчетливо видеть эту непонятную картину.       Посреди улицы горел только один фонарь, и в его свете спиной к Раю стоял высокий человек в черном костюме, а на голове у него была… тыква? Не сдержавшись, Рай издал тихий смешок, а после и вовсе взорвался смехом.       — Ха-ха-ха, я и подумать не мог, что взрослые мужики такой фигней занимаются, — произнес он, смахивая слезинки с глаз и пытаясь отдышаться. — Фух, ладно, у каждого свои заскоки, — он уже хотел было дать добро очередному порыву смеха, но фигура мужчины слегка дернулась и не спеша повернулась к парню лицом. Того словно прошибло током. Сейчас на Рая уставилась тыква, именно злобно улыбающаяся тыква, из разрезов глаз которой на парня смотрели два красных огонька. Парень сглотнул. "Да ну нахер, лучше не нарываться".       — Ладно, мужик, прости, твой костюм шикарный, — Рай напряженно улыбнулся и поспешил в магазин, который, слава богу, находился рядом. Но ощущения чужого взгляда не покидали парня даже тогда, когда тот скрылся в глубине магазинчика.       "Да что за бред" — не унимался Рай, доставая из кармана все копейки. Оплатив блок сигарет на кассе, парень с опаской вышел из магазина. Тот мужчина находился в том же положении, на том же месте, все так же смотря на дрогнувшего в этот момент Рая. "Ну, нахер, пойду в обход, там вроде и фонарей рабочих побольше. Подумаешь, ещё померзну, не привыкать жопу морозить", — накинув на голову капюшон куртки, парень свернул за угол. Быстрым шагом он миновал фонари, повороты и, увидев вблизи свой дом, уже почти полностью успокоился. Но череда горящих фонарей закончилась, только возле дома парня один из фонарей тускло освещал высокую стену.       "Ты же не работал, мать твою. А если и заработал, то можно хоть не как в хорроре?" — Рай недовольно цокнул языком и, глянув на злополучный фонарь возле магазина, замер. Тело словно окаменело, а сердце пропустило удар, Рая прошибла непонятная дрожь и явно не от холода. "Какого… хрена?" — невесть у кого поинтересовался парень, напряженно сглотнув. В свете фонаря не было фигуры мужчины и почему-то именно сейчас, именно в эту ночь его отсутствие пугало до жути. Он же говорил про маньяков? Да, говорил. Не просто думал, а говорил. Ясно, что насильника на него не найдется, но и умереть в этот дерьмовый день тоже не хотелось.       — Так, ладно, он просто ушёл. Нашёл себе жертву и свалил нахрен! Да, так оно и есть! И мне следует последовать его примеру: свалить, — воодушевившись собственной речью, парень почувствовал прилив смелости и повернулся в сторону дома, как перед его лицом показалась та самая тыква. — Етить мать твою налево! — подпрыгнув на месте, парень ретировался назад, но наткнулся на холодную каменную поверхность. Рай чувствовал, как его прошибло холодным потом, поджилки затряслись, давая понять хозяину, что скоро его зад столкнется с не менее холодным асфальтом. Мужчина медленно двинулся ближе к Раю и тот сжался, устремляя взгляд в землю. Он не боялся, что Вы, совсем не боялся, просто сердце, казалось, выпрыгнет из груди, ноги предадут, а из глаз покатятся слёзы. Блять, да конечно он боялся! До усрачки боялся, боялся до такой степени, что, казалось, тверже его зада в этот момент может быть только стена за спиной.       "Блять, к-какого хрена ему нужно?" — Рай боялся поднять взгляд, эта долбаная тыква не могла не устрашать, а красные огни из вырезов глаз словно прожигали, ощупывая тебя изнутри. Сглотнув, парень решил хоть что-то да предпринять.       — Слушай, мужик, это… у меня только сигареты. Можешь забрать, но больше у меня ничего нет, п-правда, — Рай поднял глаза, протягивая блок сигарет незнакомцу. Да, лучше бы он этого не делал, так как в тот же самый момент, когда его взгляд встретился со взглядом мужчины (если это можно так назвать), сильная рука резким движением припечатала к каменной стене запястье Рая, протянутое вперёд. Рука парня ослабла, выпуская блок. Рай в свою очередь вскрикнул, словно чужим голосом, и как-то даже пискляво протараторил:       — А-а-а-а-а, больно, мать твою! Что ж ты так пугаешь-то, я чуть на месте не обделался… Слушай, мужик, прошу, ну, не трогай ты меня, ну что ж я тебе сдался, с меня и взять-то нечего, — на лице парня появилась нервная улыбка, но ощущение, словно красные огни вместо глаз осматривали Рая с ног до головы, заставило парня напрячься и, рвано выдохнув, замолчать.       Ну что у него красть? Всю мелочь он спустил на сигареты, да и оделся как последний бомж. Не насиловать же его собрались.       Но тут вторая рука незнакомца взяла парня за подбородок, крепко сжимая челюсть с двух боков, из-за чего Рай зашипел и схватился свободной рукой за чужое запястье. Однако, как бы он не пытался оторвать этого мужчину от себя, ничего не выходило. Тот лишь медленно спустился холодными пальцами на шею, слегка сдавливая, и Рай рвано выдохнул от холодного прикосновения. Что он там говорил про насильников? Что на него не найдется? Да, будем надеяться, что так оно и будет.       Парень чувствовал на себе этот прожигающий взгляд и, из-за невозможности смотреть на эту устрашающую тыкву, забегал глазами по периметру, мало ли пройдёт кто, мало ли помогут. Однако в то же самое мгновение мужчина придвинулся ближе, приближая тыквенную голову настолько, насколько это было возможно.       — Мать моя, — на выдохе, тихо прошептал Рай, отворачивая голову в сторону и зажмурив глаза. Внезапно, со стороны мужчины послышалось странное гортанное рычание, и в такой холод Рай ощутил поток тепла. С опаской открыв глаза по очереди, парень перевёл свой взгляд на тыквоголового. Рай не мог понять, то ли ему сейчас страшно, то ли смешно, то ли он вообще поражен, но, увидев, как тыква испаряется в пламени, парень не знал, как ему реагировать. И только после того, как тыква исчезла, Рай вздрогнул. Под маской у мужчины было самое обычное лицо, ну, как обычное, скорее необычное... или всё же обычное. В голове парня был беспорядок, статные черты завораживали, но в то же время и пугали.       Сероватая кожа словно поблескивала в свете фонаря, красные глаза словно горели пламенем, с издевкой смотря на парня, а широкая белоснежная улыбка, украшенная клыками, пробирала до дрожи.       — Ух ты ж ёпт твою налево, чел, зря ты с огнем так. Уже и кожа потемнела, — на одном дыхании пробормотал Рай, заметно сжавшись. Вот зачем он нарывается? Ну, вот почему всегда нарывается, словно не жалко своей жалкой душонки.       Да, как себя можно назвать, парень и сам не знал. Он не считал нормальным свою реакцию: тело пробила мелкая дрожь, но совершенно не от страха или холода. Рай был геем с ног до головы и никогда не скрывал этого, но этой ситуации понять никак не мог. Да, это "нечто" очень даже в его вкусе и парень просто не знает, что будет делать, когда это шикарное чудо заметит его внезапный стояк.       "Дыши, Рай, конченный ты извращуга, тебя тут убить пытаются. А, может, и изнасиловать. Хотя… последний вариант вполне себе… Так, стоп! Хватит, иначе я сам его сейчас изнасилую!" — поток мыслей не собирался прекращаться, заполняя все уголки разума Рая.       "Надо бежать. Желательно туда, откуда нет обратной дороги. Но этот мужик навряд ли позволит мне просто так свалить в туман… я… надо, чёрт. Надо валить".       — Эй, — собрав свои силы в кулак, Рай попытался нагородить первое, что придет в голову. Так, сейчас Хэллоуин, а это нечто явно отсюда. — Слу-у-ушай, я был бы счастлив, если бы ты хоть немного ослабил хватку, так и помереть не долго… — удивительно, но реакция со стороны незнакомца последовала, вот только не та, которую ожидал Рай. Незнакомец ухмыльнулся, словно парень сказал что-то забавное, и сжал горло сильнее. Рай закряхтел, нервно сжимая чужое запястье со всей силы настолько, насколько смог.       "Черт, я же такими темпами задохнусь", — он не мог понять точно, он подумал об этом или всё же каким-то образом сказал. Но некоторое время спустя, когда казалось, что сознание вот-вот ускользнет, улыбка с лица незнакомца ушла, а рука освободила горло. В то же самое мгновение Рай смог сделать глубокий вдох. Закашлявшись, он сполз по стенке на асфальт, пытаясь прийти в себя. На улице было холодно, но парень был готов поклясться, что дрожал сейчас совсем не от холода. Пересилив себя, Рай поднял взгляд на незнакомца. Словив чужой взгляд, мужчина расплылся в довольной улыбке.       — Вот же тварюга, чуть человека не убил, а ухмыляется, словно наркоты обнюхался, — бубня себе под нос, произнёс парень. — Надо валить, — снова утвердив старую цель, он начал действовать. — Слушай, ты же это… фанатик, эм, фанат Хэллоуина так? Я тоже… тоже его обожаю, все эти костюмы, люди… конфеты? — на лице незнакомца появилось замешательство, что заставило Рая вздрогнуть. — Эм, да, ты прав, я конфеты тоже не люблю…       "Чёрт, я близок к провалу", — пронеслось в голове парня, прежде чем он выпалил самую глупую, по его мнению, уловку.       — Джек! Там Джек — повелитель тыкв! — выкрикивая это, Рай настойчиво тыкал пальцем в противоположную от своего дома сторону. Но кто бы мог подумать, что этот бред сработает. Вот и Рай не думал, но незнакомец повернулся в сторону, куда настойчиво показывал парень. Охреневать времени не было, поэтому Рай оставил это на потом, резко подрываясь с места и убегая так быстро, как смог. Он перепрыгнул через калитку, взлетел по ступенькам, но если бы всё было так просто. Не совладав со скоростью, не успев вовремя затормозить, он просто влетел во входную дверь.       — Блять! Черт, больно, поэт его за ногу! Тц, ау-у-у, — потирая места ушибов, он изредка вздрагивал, словно пережил жуткую катастрофу, а не столкновение с дверью. Забыв об основной проблеме, парень медленно повернулся в сторону, откуда так стремительно убегал. Он застыл, когда заметил красные глаза, взор которых был направлен прямо на него, и клыкастую улыбку. Это выражение так и кричало о том, как же Рай смешон.       — Ага, хрен тебе! Ни за что не признаюсь, что у меня на такое стоит! Соси! — показав средний палец незнакомцу, Рай открыл дверь и буквально влетел в дом, запирая за собой на замок и подпирая дверь стоящей неподалеку тумбочкой. — К херам этот Хэллоуин, надо всё позакрывать, не хватало, чтоб этот ходячий секс меня до инфаркта довел. Я молод и горяч! Ну, может, и не так уж и горяч… но я молод, чтоб твою тефтельку! — возмущаясь сам себе, парень не спеша поднимался на верхний этаж в спальню. Открыв дверь, первым, что он заметил, не считая пола, были черные мужские туфли. Внутри всё похолодело, на пару секунд он застыл. Но, сглотнув, произнес:       — К-кажется я ошибся комнатой. Пф, спальня, кому понадобиться забираться в чужую спальню, бред какой. Пойду лучше туалет проверю, вот там грабители обычно и кучкуются. Да, именно так. Ха-ха, кучкуются, во слово подобрал, — не отрывая взгляд от пола, он не спеша ретировался назад, медленно прикрывая за собой дверь. Повернувшись к ней спиной, парень закрыл глаза, делая глубокий вдох и долгий выдох. Совладав с собой, он был готов драпать, как никогда. Однако где это видано, чтобы всё было так просто. Это вообще возможно в его жизни? Пф, да над ним явно потешаются.       Открыв глаза, он подпрыгнул от испуга на месте, неосознанно вжимаясь в дверь. Напротив него стоял тот самый мужчина, из-за которого стояк Рая никак не мог помахать ручкой и залечь на дно.       Всё, что в этот момент смог Рай — это, рвано выдохнув, пропищать что-то невнятное. Усмехнувшись, мужчина медленно приблизился к Раю вплотную, прижимаясь своим телом к телу мальчишки.       — Ты у нас тот ещё извращенец, да? — в этот момент Рай готов был провалиться сквозь землю. Горячий шепот разнился с холодом рук, которые по-свойски легли на чужой таз. Ухо горело. Хотя чего мелочиться, Рай покраснел как рак, не зная, как прикрыть сокровенное. Руки неосознанно потянулись к стояку, в надежде, вовремя его прикрыть.       — Что ты, не обижай малыша-Рая, — сказав это, мужчина просунул ногу между чужих ног, надавливая на выпирающий член. Парень вздрогнул, простонал и ухватился за чужие плечи, чувствуя, как ноги слабеют.       — Предатель, — выплюнув это слово в адрес своего члена, Рай снова простонал, запрокинув голову назад. Чужое бедро всё так же прижималось, изредка потираясь о стоячий орган парня. Рай и сам не заметил, как начал тереться о бедро незнакомца. Холодные руки оглаживали бока Рая. "Хорошо, что я в одежде", — хотел он было обрадоваться, как на своем бедре ощутил внезапный холод. Холодная рука медленно продвигалась под шортами к промежности парня.       — Не н-н-н… К черту всё! — что-то щелкнуло в сознании Рая. Тот самый переключатель Хочу-Нельзя и Мысли здраво-Пошли всё к херам. О да-а-а, Рай сделал правильный выбор, очень правильный. Получилась та ещё куча Хочу-Пошло всё к херам. И Рай об этом пожалеет, точно пожалеет, но это будет потом. А сейчас, сейчас его шею настойчиво вылизывают, кусают, посасывают бледноватую кожу и Рай плавится. Он плавится, словно мороженое на солнце. Да, Рай, ты умница, с чем же ещё сравнить этого мужчину, как не с палящим солнцем в такой момент. Да и вообще, какого хрена он всё ещё думает о чем-то, кроме этого серокожего незнакомца с охерительно красными глазами и охерительно сексуальным… эм, всем? О да, черт, как же он горяч.       Тем временем на бледноватой коже уже отчетливо виднеются укусы и красные засосы. Подхватив парня под бедра, мужчина прижал его к двери, вжимаясь в его пах своим, вырывая у младшего сладкий стон наслаждения.       — М-м-м, чтоб тебя, я хочу вылизать этот рот и почувствовать этого красавца в себе, — он бредит. Он однозначно бредит. Он говорил, что пожалеет? Ах да, говорил, ведь неоднократно говорил. Но это всё не мешает ему продолжать пороть эту чушь, попутно пытаясь нажать на ручку двери, чтобы зайти, наконец, в эту чертову комнату разврата и приземлиться на этот чертов траходром.       Спустя пару секунд он таки справляется с ручкой, пропуская их в комнату. Чужие руки настойчиво сжимают зад Рая, пока их владелец не спеша несет податливое тело к кровати. Уложив парня на мягкую поверхность, мужчина одним щелчком пальцев освободил их от одежды, сжигая надоевшую ткань. И, если бы Рай не был бы так возбужден, он бы обязательно задал пару, ну, или не пару вопросов этому сексуальному мужчине. Но не до того, не в такой момент, когда твое тело горит, словно в огне, а к нему прижимается такое охерительно подтянутое тело серого красавца. Незнакомец медленно склоняется над парнем, а Рай не сводит с него глаз, облизывая каждую частичку этого серого тела. Его взгляд переходит на лицо, на котором красуется довольная ухмылка. И плевать, что он не победил, плевать, Рай готов проиграть такому… Ему он готов проигрывать раз за разом, утопая в этом мужчине.       Холодные руки скользят по горячему телу, заставляя выгибаться им навстречу и вздрагивать, выстанывая просьбы прикасаться больше. Смазав пальцы смазкой, незнакомец приставил их к сжатому колечку мышц. Почувствовав это, Рай максимально расслабился, пропуская в себя сразу три пальца.       — Какой ты похотливый мальчик, так часто играешь с собой, — от этого шепота парень готов был кончить. Его глаза были томно прикрыты, в то время как рот был приоткрыт, а собственные пальцы терзали нижнюю губу. — Я вхожу, — приставив головку к проходу, мужчина осторожно толкнулся. Парень слегка поморщился, после чего потянулся к чужому лицу. Обхватив его ладошками, он максимально приблизил чужое лицо к своему, после чего смело облизал чужие губы, которые мгновенно расплылись в довольной улыбке, оголяя зубы. Рай не мог удержаться. Недолго думая, он провел языком по зубам мужчины. Усмехнувшись, тот приоткрыл рот. Беря инициативу на себя, незнакомец взял парня за подбородок, проталкиваясь языком в чужой рот, соприкасаясь и сплетаясь с языком Рая, ловя каждый его стон в поцелуе. Вторая рука медленно двигалась вверх вниз по члену парня, даря тому блаженное удовольствие. Не разрывая поцелуя, в нетерпении Рай попытался сам насадиться на чужой член, но холодные руки резко остановили его бедра, сжимая до синяков.       Не получив желаемого, парень жалобно всхлипнул, посмотрев слегка разочарованным взглядом на мужчину, словно спрашивал "Чего ты ждешь?". Но на это мужчина лишь усмехнулся, отстранившись от Рая. Придерживая его под коленками, незнакомец облизывал лежащее под ним тело. Его это безумно возбуждало. Томный взгляд из-под светлых ресниц, слегка распухшие от настойчивых поцелуев губы. Затвердевшие от контраста тел соски, периодически вздымающаяся грудь. Дрожащий от ожидания член, истекающий смазкой, и просящая о большем, пульсирующая дырочка, которая довольствовалась только головкой чужого члена.       — Чего ты хочешь? — его глаза были полны коварства, Рай это видел, но это превосходство лишь заводило его еще больше.       — Я х-хочу глубже. По-пожалуйста, войди в меня до конца. Сюда, — его рука скользнула по собственному телу, минуя требующий разрядки член, касаясь того самого места, где они сливаются воедино.       — Ты этого так хочешь?       — Да-да, именно этого, только этого хочу, пожалуйста, дай мне это, умоляю, боже — А-ах! — одним резким движением мужчина вогнал свой член на всю длину. На секунду показалось, что Рай забыл, как дышать, его глаза наполнились слезами. С очередным резким толчком парень излился себе на грудь.       — Не смей упоминать его, когда молишь меня о том, чтобы я отымел твое сладкое местечко. Понял?       — М-м-м, — Рай закивал так быстро, как мог, прежде чем вскрикнуть от очередного толчка. — Ах, как… как же хорошо, ах, м-м-м, да.       — Хорошая работа, я тебе поверю. А теперь позволь мне услышать больше твоих молящих стонов.       — Поцелуй, прошу, поцелуй, м-м-м, — слегка вытащив язык, Рай просил этой близости, пока тянулся к чужим губам, настойчиво обвивая чужую шею. И ему это позволили, позволили взять инициативу в поцелуе, пока мужчина вколачивался в разгоряченное тело. За эту ночь Рай кончал столько, сколько, казалось, не кончал никогда. Он чувствовал так, как не чувствовал никогда. Хотел так, как не смел и мечтать. И получил столько, сколько не снилось ни в одном мокром сне.       За окном начало светать, когда Рай кончил в унисон с мужчиной, который не выпускал его всю ночь, продолжая терзать его дырочку.       Компьютер уже давно перешел в спящий режим, а лучи восходящего солнца медленно проникали в комнату парня.       Они оба пытались отдышаться. Мужчина, слегка отстранившись, сел на кровати, всё так же находясь между разведенных ног Рая. Он смотрел на парня и улыбался, словно получил самый значительный приз в его жизни. Словно выиграл в лотерею, в которую никому и ни разу не удалось выиграть. Рай был не лучше, он не мог перестать смотреть на мужчину, с которым испытал такую животную страсть.       Солнце уже забралось во все уголки комнаты, попадая на подтянутое тело мужчины. Свет медленно поглощал его. Серая кожа постепенно сгорала на солнце, оставляя после себя привычную человеческую кожу. Радужка глаз, мелькнув красным пламенем, сменила цвет на темно коричневый. Лишь клыки и безумная прическа остались прежними. И эта улыбка, которая так сильно будоражила.       — Ты же не хочешь сказать, что ты человек, которым раз в году овладевает дух Хэллоуина и карает детишек, которые в него не верят? — да, Рай пришел в себя, окончательно. На этот вопрос, мужчина усмехнулся.       — Что будет, если я скажу, что это так?       — Тогда я скажу, что этому демону придется хорошенько поработать, так как я всем нутром ненавижу Хэллоуин, — сказав это, парень приподнялся, садясь на чужие бедра и кладя руку на плечо мужчины.       — Тогда тебе придется приготовиться. Так как перевоспитание будет непростым, — он притянул Рая ближе, не отрывая взгляда от его светлых глаз.       — И как же зовут моего мучителя? — в голосе усилились заигрывающие нотки. Рука парня погладила крепкую грудь мужчины, медленно спускаясь ниже к паху. Незнакомец проследил взглядом за рукой Рая, прежде чем снова посмотреть в эти похотливые глаза.       — Джек. Как бы ни было примитивно, но твоего демона-мучителя зовут Джек, малыш, — он притянул парня ещё ближе и поцеловал. Рай тихо простонал, усаживаясь поудобнее и начиная тереться ягодицами о возбужденный член мужчины.       — Думаю, надо начать подготовку заранее. Чем больше тренингов, тем лучше буду выносить наказание?       — Ты чертовски прав, не будем медлить, — произнес Джек, направляя член в Рая. Одним движением он насадил парня на себя, вырывая из него сладостный стон. — Ты такой растянутый и такой влажный, что мне сносит крышу. А теперь повтори, за что я должен тебя наказать? — продолжал он говорить, блаженно постанывая, пока раз за разом насаживал на себя Рая.       — Ненавижу Хэллоуин. А теперь заткнись и заставь меня думать только о тебе, мой демон, — произнес Рай, прежде чем занять рот мужчины страстным поцелуем.