Правда раскроется?
11 мая 2020 г., 09:40
Машина медленно двигалась по бескрайнему полю, оставляя за собой лёгкий шлейф пыли. Рассвет уже разлился по горизонту, окрашивая небо в нежные персиковые тона.
Алекс осторожно достала из сумки потрёпанный блокнот Бекки и начала перелистывать страницы, её пальцы слегка дрожали. Каждая строчка, каждый набросок напоминали ей о том, насколько близко она связана со всем этим.
— Алекс, что там? — спросила Рейвен, её голос прозвучал тихо.
— Блокнот Бекки, — ответила Миллс, не отрывая взгляда от страниц, словно боясь, что кто-то прочитает её мысли.
— Можно взглянуть? — Рейес протянула руку.
Алекс замерла на мгновение. Ей не хотелось отдавать блокнот — вдруг кто-то заметит что-то, догадается? Но отказ выглядел бы ещё подозрительнее. Медленно, почти нехотя, она передала его.
— Не бойся, я никому не скажу, — прошептала Рейвен ей на ухо, и в её глазах мелькнуло понимание.
Александра кивнула, но внутри всё сжалось. Она знает.
Рейвен начала листать страницы, время от времени задерживая взгляд на отдельных записях. Через несколько минут она произнесла:
— Бекка была… невероятной. — Алекс слабо улыбнулась, чувствуя, как гордость смешивается с горечью. — В двадцать шесть лет она открыла способ влиять на человеческий разум. Тогда же она изолировала АЛИЕ, потому что на вопрос: «Что не так с миром?» та отвечала: «Слишком много людей». А в двадцать семь… АЛИЕ запустила ракеты.
— Что она пишет о Пламени? — спросила Кларк, обернувшись с переднего сиденья.
— Есть другая АЛИЕ, — ответила Алекс, стараясь говорить ровно. — Бекка верила, что так сможет искупить свою вину. Новая АЛИЕ имела доступ к разуму человека и могла сливаться с ним. Она не уничтожала людей, потому что стала частью нас. — Девушка произнесла это с такой убеждённостью, будто пыталась убедить в этом прежде всего себя. — Сначала Бекка вживила чип себе и изменила ДНК, чтобы тело не отторгало имплант. То есть… она была первой Командующей.
— Бекка ПромХеда, — проговорила Гриффин. — Её кровь почернела из-за генной терапии?
— Да, — подтвердила Рейвен, не отрывая глаз от блокнота.
— Откуда ты это знаешь? — спросила Октавия, переводя взгляд на Алекс, в чьих глазах читалось куда больше, чем она готова была сказать.
— Ночная Кровь, — ответила Кларк. — Значит, всё началось с неё. Её потомки унаследовали это.
— Луна — одна из них, — добавила Миллс. — Поэтому мы должны найти её. Если она получит доступ к АЛИЕ-2, то сможет подсказать, как остановить первую АЛИЕ.
— У Бекки ПромХеды будет второй шанс искупить свои ошибки, — заметил Синклер.
Алекс едва заметно улыбнулась, но в душе бушевали противоречивые чувства.
— Кстати, о доступе к разуму, — вмешался Монти с водительского места. — Если АЛИЕ загружает сознание в Город Света через чип, значит, есть шанс, что моя мама… всё ещё жива. — В его голосе звучала робкая надежда.
— Смотря, что называть жизнью, — осторожно сказала Рейвен.
Наступила тишина, прерываемая лишь шумом колёс по неровной дороге. Так прошло несколько минут, пока Рейес снова не заговорила:
— Посмотрите, — она развернула блокнот, показывая страницу остальным.
Алекс почувствовала, как сердце ушло в пятки. На рисунке была изображена девочка.
— Думаете, этот ребёнок что-то значил для Бекки? — спросила Рейвен, но её взгляд скользнул в сторону Александры.
— Или как-то связан с её исследованиями, — поспешно сказала Миллс, стараясь звучать равнодушно, хотя внутри всё сжалось от страха.
— Не думаю… — задумчиво протянула Рейес. — Здесь есть имя… Катрин.
Она подняла глаза на Алекс, и та почувствовала, как по спине пробежал холодок.
Рейес заметила, как та напряглась, как её пальцы вцепились в браслет на запястье, где с обратной стороны было выжжено имя — Бекка Франко.
Все молчали. Никто не решался озвучить догадку, витавшую в воздухе.
Рейвен, словно почувствовав напряжение, быстро перевернула страницу, но её взгляд ещё на секунду задержался на Александре.
Машина медленно подъезжала к лагерю, колёса. В воздухе витало напряжение.
— Почти на месте, — пробормотал Монти, крепче сжимая руль. — Всем смотреть в оба.
— Миллер, — Беллами схватил рацию, голос напряжённый. — Приём.
Тишина в ответ.
— Харпер, ты там? — повторил он, и в его тоне уже звучала тревога.
Снова ничего.
— Будем там через две минуты.
— Отличное начало, — саркастично бросил Джаспер, пытаясь разрядить обстановку, но его шутка упала в пустоту.
На него тут же обрушились осуждающие взгляды.
— Ладно, Монти, останови машину, — резко скомандовала Алекс, и тот немедленно нажал на тормоз.
Они вышли — Алекс, Беллами, Октавия, Синклер, Финн и Кларк, оружие наготове. Джаспер выбрался через люк на крыше, озираясь по сторонам.
Подойдя к воротам, Алекс нахмурилась.
— Прошло два дня, а их так и не починили.
— Потому что чинить было некому, — мрачно заметил Джаспер, глядя на покосившиеся створки.
Монти медленно вёл машину внутрь.
— Как город-призрак, — прошептала Октавия, сжимая меч так, что костяшки пальцев побелели.
— Миллер, где ты, чёрт возьми? — Беллами снова поднёс рацию ко рту, но ответа так и не последовало.
— Мне это категорически не нравится, — пробормотал Синклер, нервно постукивая пальцами по прикладу.
— Может, их чипировали? — предположил Джаспер.
— Тогда они ждали бы нас в пещере, — отрезал Беллами.
Машина продвигалась между покинутыми деревянными постройками. Ветер гулял по пустым улицам, шевеля разбросанный мусор.
— Может, они пошли искать книгу Линкольна? — снова встрял Джаспер.
— Может, хватит уже говорить «может»? — резко оборвала его Октавия. Её голос дрогнул — мысль о Линкольне сжимала сердце.
— Если их поймали, то враги уже знают, что мы здесь, — холодно констатировала Алекс.
Машина резко остановилась.
Прямо перед ними — лужа крови. Тёмная, почти чёрная, уже подсохшая, но всё ещё отчётливая. Все замерли, уставившись на неё.
Октавия почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она узнала бы эту кровь где угодно — Линкольн. Его последний бой, его последний вздох. Её пальцы непроизвольно сжались, будто пытаясь удержать то, что уже навсегда потеряно.
— Давайте заберём дневник и свалим отсюда, — её голос звучал хрипло, будто через силу.
— Такой план мне по душе, — Джаспер бледнел, глядя на кровавое пятно.
Октавия шагнула вперёд первой, её шаги были твёрдыми, но внутри всё горело. Алекс задержалась на мгновение, её взгляд прикован к луже.
Машина въехала в гараж.
— Закройте ворота и разверните машину, — приказала Алекс. — Возможно, уходить придётся быстро.
Скрип железа, тяжёлый удар — ворота захлопнулись, оставив их в полумраке. Но чувство опасности не исчезло.
Тишина в опустевшем лагере давила на уши. Кларк провела пальцами по пыльному столу, где вещи лежали в неестественном порядке — будто люди просто встали и ушли посреди своих дел.
— Такое ощущение, будто они исчезли в одно мгновение, — прошептала она, обмениваясь встревоженными взглядами с Алекс и Беллами.
Миллс сжала кулаки, ощущая, как по спине пробегают мурашки.
— Нужно всё тщательно осмотреть, — твёрдо сказала она, когда к ним присоединились остальные. — И загрузить джип оружием до отказа. Мы не знаем, что нас ждёт впереди.
— Я поищу карту, — бросила Октавия и, не дожидаясь ответа, резко развернулась в сторону комнаты Линкольна. Её шаги отдавались гулко в пустых коридорах.
— Я с ней, — быстро сказал Джаспер, заметив, как Алекс уже сделала шаг вслед за Октавией. — Ты же сама говорила — нельзя ходить по одному.
Рейвен, скрестив руки на груди, скептически оглядела помещение.
— К чему такая спешка? Они явно не планировали возвращаться.
Кларк резко повернулась к ней.
— Откуда ты можешь это знать?
— Миссия АЛИЕ проста — чипировать всех подряд, — холодно ответила Рейес. — Зачем ей возвращаться туда, где уже не осталось свежей добычи?
Синклер, до этого молча наблюдавший за разговором, хмыкнул.
— Очень даже зачем, — сказал он, медленно обводя взглядом помещение. — Например, чтобы встретить тех, кто придёт за ответами.
В воздухе повисло тяжёлое молчание.
— Ты прав, — наконец согласилась Рейвен, её голос стал твёрже. — Тогда не будем терять время. За работу.
Алекс кивнула, и группа разошлась по лагерю.
Беллами и Алекс пошли к арсеналу, чтобы собрать оружие. Они собирали молча, потому что каждый думал о своём. Алекс думала о Бекке, а Беллами о том, что сейчас он наедине с Алекс. Он до сих пор корил себя за те слова, что сказала ей.
— Алекс, — позвал он девушку.
Миллс повернулась к нему, и настал неловкий момент. Алекс видимо тоже поняла, что не разговаривала с ним с той встречи в оружейной.
— Я хочу извиниться, — произнес Беллами.
— Не сейчас, Беллами, — Алекс продолжила собирать оружие, развернувшись от него.
— Алекс, прошу.
Алекс молчала, а Беллами продолжил:
— Ты права, я нарушил обещание. И… я не хотел говорить то, что сказал тогда. Прости меня. Я полный идиот.
— Беллами, — Алекс развернулась к нему. — Ты сказал, что думал. И я не виню тебя за эти слова.
— Но?
— Но то, что ты сделал… Понадобится время, понимаешь? — Алекс дотронулась до его плеча.
— Да, — кивнул Беллами и выдохнул, будто груз слетел с его плеч.
Беллами взял рацию из кармана, нажал кнопку передачи и произнёс:
— Всё, закругляемся. Собираемся в арсенале.
— Почему так внезапно? — в динамике раздался встревоженный голос Кларк.
— Сегодня фортуна на нашей стороне.
— Хорошо.
***
Алекс и Беллами быстро погрузили оружие в багажник и вышли на прохладный воздух. Где-то вдалеке слышался шум ветра, шевелящего листву. — Как думаешь, Харпер, Миллер и Брайан уже у АЛИЕ? — спросил Блейк, оглядываясь по сторонам. — Сомневаюсь, — ответил Алекс, шагая рядом с ним по направлению к дальнему входу в Аркадию, где должны были ждать остальные. — Иначе она бы уже дала нам знать. Беллами бросил на него быстрый взгляд, но в этот момент из-за угла стремительно выбежала Кларк и чуть не столкнулась с Блейком, который ловко поймал её за руку. — Кларк, что случилось? — спросил он, чувствуя, как её пальцы дрожат. — Эмерсон, — выдохнула она, переводя взгляд на Беллами. — «Правая рука» Кейджа… — пробормотала Миллс, сжимая рукоять пистолета. Не теряя времени, троица развернулась и двинулась обратно, держа оружие наготове. Алекс шла впереди, её глаза внимательно сканировали каждую тень. — Где Монти? — резко спросила она. — Эмерсон увёл его, — ответила Гриффин, голос её дрогнул. — Но зачем? — прошептала она, словно пытаясь найти ответ в пустом воздухе. Они резко остановились, и Александра выдернула рацию. — Октавия, приём! — Никакого ответа. — Джаспер, ты здесь? Отзовись! — Тишина. — Миллер, Харпер, Брайан… — перечислила Кларк, затем опустила голову. — Это я виновата. — Она подняла глаза, полные отчаяния. — У меня был шанс убить Эмерсона в Полисе, но я его упустила. — О чём ты? — резко спросила Алекс. — Я могла остановить его тогда… но не сделала этого. Внезапно в рации раздался треск, и голос Рейвен прорвался сквозь помехи: — В чём дело? Приём. — Рейвен, вы в порядке? Где вы? — быстро спросила Миллс. — В техотделе. Всё спокойно. — Рейвен, слушай, здесь Эмерсон. Остальные с вами? — вклинилась Алекс. — Нет, только я и Синклер. Этот Эмерсон — из отряда Кейджа? — Да. Заблокируйте ангар! — приказала Миллс. — Никого не впускайте, кроме нас. Не теряя ни секунды, Алекс, Кларк и Беллами бросились к техотделу, но тяжёлая дверь уже была заперта. — Рейвен! — Беллами ударил ладонью по стеклу, пытаясь разглядеть что-то внутри. — Рейвен! Синклер! — крикнула Кларк, присоединяясь к нему. В этот момент откуда-то донёсся крик Рейес. — Наружные ворота! — Алекс рванула вперёд, и они помчались к выходу. — Дверь уже открыта! — Беллами первым подбежал к ней, пистолет наготове. — Рейвен! Синклер! — позвала Алекс, осторожно заходя внутрь. — Синклер! — Кларк бросилась к телу мужчины, лежащему на полу. Беллами и Алекс встали в боевую стойку, стволы направлены в темноту ангара. Они наблюдали, как Кларк прикладывает пальцы к шее Синклера, ища пульс. — Нет… — её голос дрогнул. — Его нет. — Она медленно закрыла ему веки. — Мы опоздали, — глухо произнёс Беллами. Алекс на мгновение зажмурилась, затем резко развернулась. — Нет. — Её голос стал твёрже. — Если бы он хотел их убить, то оставил бы тела здесь. Он их забрал. — Если ты права… значит, Октавия и остальные тоже у него, — в голосе Беллами прозвучала слабая надежда. — Но где он мог их спрятать? — Гриффин поднялась, стирая с рук кровь. — Где угодно, — ответил Блейк. — Откуда он вообще знает эту местность? — Он уже был здесь, — внезапно осознала Кларк. — Ты же сам говорил, что он из лагеря Кейджа… Воздушный шлюз! — Она резко выхватила рацию у Беллами. Они подошли к машине. Голос Гриффин прозвучал чётко и холодно: — Эмерсон, я знаю, что ты меня слышишь. Нам нужно поговорить. Тишина. Лишь лёгкий шум эфира. Затем — его голос, спокойный, почти насмешливый: — Мне нечего тебе сказать, Кларк. Ты должна была пристрелить меня, когда у тебя был шанс. — Так вот зачем ты пришёл? Чтобы убить меня? — Что-то вроде того. Кларк сжала кулаки, но её голос оставался ровным: — Отпусти моих друзей, и я сама приду к тебе. — Храбрая. Но глупая. — Кларк! — резко позвал Беллами, хватая её за руку. — Я знаю, что делаю, — отрезала она, не отводя взгляда от рации. Эмерсон продолжил, словно наслаждаясь моментом: — Твоим друзьям повезло, что ты их так любишь. Приходи к воздушному шлюзу. Без оружия. Сейчас же. Связь прервалась. Гриффин медленно опустила рацию и повернулась к Беллами и Алекс. — Какого чёрта ты задумала?! — прошипел Блейк, его глаза горели яростью. — Я спасаю их. — Ты совсем рехнулась, если думаешь, что мы просто отпустим тебя одну, — Миллс скрестила руки, её голос звучал жёстко. — Это моя вина, Алекс! — Кларк резко шагнула вперёд. — Я не позволю им умереть из-за моей ошибки. — Не знаю, что там случилось в Полисе, но сдаваться Эмерсону — это не план, а самоубийство! — А у тебя есть вариант лучше? Алекс замолчала на секунду, затем её губы тронула едва заметная ухмылка. — Ты отвлекаешь его. Мы будем на подхвате. — Я согласен, — кивнул Беллами. Кларк на мгновение задумалась, потом слабая улыбка тронула её губы. — Ладно. — Хорошо, слушайте план, — Алекс выпрямилась, её голос стал командным. — Идти всем скоплением — глупо. Он может догадаться, что ты не одна. Беллами, ты следуешь за Кларк. Если тебя не раскроют — отлично. Если же всё пойдёт по классическому сценарию… — она сделала жест «кавычки» в воздухе, — …тогда вступаю я. Я зайду с другой стороны коридора. Беллами утвердительно кивнул. — Договорились.***
Они разошлись в разные стороны, растворяясь в полумраке коридоров. Алекс бежала. Ноги горели, лёгкие рвало на части, но она не сбавляла шаг. Лабиринт переходов казался бесконечным, каждый поворот — ловушкой. И когда она наконец ворвалась в отсек шлюза, было уже почти поздно. Эмерсон прижимал Кларк к массивной двери, за которой их друзья бились в предсмертных судорогах, задыхаясь в вакууме. Пистолетный ствол впивался ей в висок, его пальцы впились в её шею, перекрывая дыхание. — Ты убила триста восемьдесят одного человека, — его голос звучал как скрежет металла. — Ты отняла жизнь у моих детей. Кларк хрипела, её пальцы судорожно цеплялись за его руку, но он сжимал сильнее. — У моего брата. Моих друзей. — Его дыхание обжигало её кожу. — Ты правда думала, что мне хватит просто убить тебя? Алекс замерла в тени. Она вышла из-за угла, бесшумно, как тень. Пистолет в её руках был направлен точно в затылок Эмерсона. Один выстрел — и всё кончено. Но… Она не стреляла. Не потому, что сомневалась в своём мастерстве. Она никогда не промахивалась. Но Кларк дёргалась в его хватке, её тело дрожало, и даже малейшая ошибка — пуля могла уйти не в того. — И сейчас ты совсем одна, — прошипел Эмерсон, прижимаясь губами к её уху. — Никто не придёт тебе на помощь. Кларк зажмурилась. — Ошибаешься. Голос Алекс прозвучал как гром. Эмерсон резко обернулся — и в этот момент Кларк всем телом рванулась вперёд, вырываясь из его хватки. Выстрел. Глухой хлопок, свист пули. Её палец нажал на спуск. Выстрел в лоб. Эмерсон даже не успел ахнуть. Его тело рухнуло на пол, как подкошенное, кровь растекалась по металлу. Кларк, едва переведя дух, рванулась к панели управления. Её пальцы дрожали, но она била по кнопкам с яростью загнанного зверя. — Держитесь! — крикнула она в микрофон, хотя знала — они её не слышат. Шлюз начал наполняться воздухом. Гудение систем, шипение кислорода, и наконец — резкий скрежет разблокировки. Дверь медленно поползла в сторону. Все на полу, синие, с выпученными глазами, но живые. Кларк бросилась к ним, срывая узлы, перетягивающие их запястья. — Всё хорошо, вы в безопасности… Кларк торопливо развязывала последние узлы на запястьях Монти, когда ледяное предчувствие заставило её резко поднять голову. — Алекс? — её голос дрогнул, когда она повернулась к Миллс. Все замерли, следуя за её взглядом. Алекс стояла, прислонившись к металлической стене, её пальцы судорожно впивались в бок, где темнело кровавое пятно, медленно расползающееся по майке. Лицо девушки было неестественно бледным, губы подрагивали, но не издавали ни звука. — Алекс! — Кларк вскочила на ноги, сердце бешено заколотилось в груди. В тот же миг ноги Миллс подкосились, и она начала падать. Беллами оказался быстрее всех. Он поймал Алекс в объятия, аккуратно опускаясь с ней на колени. — Тише, всё будет хорошо, — шептал он, но его собственные руки дрожали, а по щекам катились предательские слёзы. Когда остальные окружили их, Беллами сильнее прижал ладонь к ране, пытаясь остановить кровь. — В лазарет! Быстрее! — распорядилась Кларк, и Беллами, не раздумывая, подхватил Алекс на руки. Она бежала рядом с Беллами, несущим обессилевшую Алекс, и уже мысленно составляла список необходимого: антисептики, давящая повязка, возможно, даже кровоостанавливающие. «Господи, только бы не задет кишечник», — пронеслось в голове, когда они ворвались в лазарет. — На стол! Осторожно! — Кларк уже раскатывала стерильный набор, руки автоматически выбирали нужные инструменты. Только когда он осторожно уложил её на кушетку, все увидели ужасающую правду — его руки были испачканы не красной, а густой чёрной кровью. Такая же тёмная жидкость сочилась из раны Александры, капая на белые простыни. — Что... это... — прошептала Гриффин, чувствуя, как земля уходит из-под ног. В комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием раненой. Октавия, единственная, кто не выглядел потрясённым, крепко сжала руку Алекс. — Кларк, — позвала она мягко, но настойчиво, вернув Гриффин к действительности. Ее пальцы, несмотря на дрожь внутри, работали точно и быстро. Она промывала рану, пытаясь определить траекторию пули. — Кажется, прошел по касательной... ребро повреждено, но органы целы, — бормотала она себе под нос, вынимая из раны черные сгустки. Когда она наклонилась ближе, чтобы наложить швы, Алекс внезапно застонала и слабо дернулась. — Держи ее крепче! — Кларк на секунду подняла глаза и увидела, как Беллами стиснул зубы, прижимая плечи подруги. В его глазах стояли слезы, но руки не дрожали. Последний шов Гриффин накладывала уже при свете керосиновой лампы — наступил вечер. Когда она завязала узел и отрезала лишнюю нить, по лазарету пронесся общий вздох облегчения. Финн не выдержал: — Что это значит? — Она сама вам расскажет, когда придёт в себя, — ответила Октавия, встречая вопросительные взгляды. — Ты знала? — не отступал Коллинз. Кивок Блейк только усилил напряжение в комнате. Кларк устало провела рукой по лицу. — Главное, что она выживет, — произнесла она, больше пытаясь убедить себя, чем остальных. Когда все разошлись, Гриффин осталась у постели Миллс. Её пальцы нежно обхватили ее холодную руку, случайно задев металлический браслет. Механическое движение — поворот украшения — и Кларк замерла. На внутренней стороне чётко виднелась гравировка: «Бекка Франко». Сердце Гриффин бешено застучало. Она подняла глаза на спящее лицо Алекс, потом снова на браслет. Осторожно вернув украшение на место, девушка вышла, оставив за собой больше вопросов, чем ответов. Тем временем у погребального костра собрались все. Пламя лизало тело Синклера и найденные останки Линкольна, отбрасывая мрачные тени на лица скорбящих друзей.***
Первые лучи утреннего солнца пробивались сквозь окна, когда Алекс медленно открыла глаза. Мир вокруг был размытым, но постепенно зрение начало фокусироваться. Первое, что она увидела – склонившуюся над столом Октавию, уснувшую в неудобной позе, с перепачканными кровью руками, все еще сжимающими влажную тряпку. Резкая боль в боку заставила её вздрогнуть. Миллс осторожно коснулась перевязанной раны – и в тот же миг в памяти всплыли обрывки вчерашнего кошмара: выстрел, горячая волна боли, черные пятна на руках Беллами... и понимание. Понимание того, что все они видели. Видели её тайну. «Черт возьми...» – мысленно выругалась она, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. – Октавия, – её голос звучал хрипло от долгого молчания. Когда подруга не шелохнулась, Алекс позвала громче: – Октавия! Блейк вздрогнула, резко подняв голову. Несколько секунд её глаза бессмысленно моргали, пока сознание не вернулось к реальности. – Алекс! – её лицо озарилось облегчением, когда она тут же придвинулась ближе, осторожно беря подругу за руку. – Ты пришла в себя! Как ты себя чувствуешь? Губы девушки дрогнули в слабой усмешке: – Если не считать, что меня будто прошили насквозь раскаленным прутом... то просто замечательно. Она попыталась приподняться, но Октавия тут же мягко, но настойчиво положила руку ей на плечо: – Даже не думай вставать! Ты потеряла много крови... – О, перестань, – Алекс всё же села, стиснув зубы от пронзившей тело боли. – Лучше скажи... как они отреагировали? На... – она сделала паузу, – на цвет моей крови? Блейк потупила взгляд, её пальцы нервно теребили край одеяла: – Они... были в шоке. Финн вообще думал, что у тебя какое-то редкое заболевание. Беллами до сих пор не может говорить об этом. А Кларк... – она взглянула на Алекс, – Кларк просто молчала. Но я видела её глаза. Она напугана. Алекс закрыла глаза, глубоко вздохнув. Боль в боку вдруг показалась ничтожной по сравнению с тяжестью на душе. – Я знала, что этот день настанет, – тихо сказала Октавия, осторожно беря её руку. – Ты не могла скрывать это вечно. – Знаю. Придется им всё рассказать, – Миллс открыла глаза и посмотрела в окно. – Сколько я была без сознания? – Недолго. Сейчас около девяти утра. – Чёрт! – Алекс резко попыталась встать, но тут же застонала от боли. – Нам нужно двигаться, пока... – Ты никуда не идешь! – Октавия вскочила, блокируя ей путь. – Ты еле жива! Их взгляды встретились – упрямый камень против непоколебимой стали. Наконец, губы Алекс дрогнули в той самой улыбке, перед которой Октавия никогда не могла устоять. – Ну и упрямая же ты... – вздохнула Блейк, уже зная, что проиграла. – Но только если будешь опираться на меня. И ни шагу больше! Когда Миллс встала, мир вокруг на мгновение поплыл. Её ноги подкосились, но Блейк тут же подхватила её, обхватив за талию. – Видишь? Ты даже стоять не можешь! – в голосе Октавии звучали и тревога, и раздражение. – Просто... немного кружится голова, – Алекс тяжело дышала, цепляясь за плечо подруги. – Давай... давай просто постоим так минуту. Октавия покачала головой, но крепче прижала её к себе: – Если ты рухнешь в обморок, я лично привяжу тебя к этой кровати. Поняла? Алекс слабо рассмеялась, чувствуя, как силы понемногу возвращаются: – Как же я люблю твою заботу, Блейк. – Да? А я вот уже жалею, что не оставила тебя спать, – огрызнулась Октавия, но в её глазах светилась теплая искорка облегчения. Опираясь друг на друга, они медленно направились к выходу, где их уже ждали остальные – и правда, которую Алекс больше не могла скрывать. Ангар встретил их гулким эхом шагов. Октавия, поддерживая Алекс, первой переступила порог, её голос радостно прозвучал под металлическими сводами: — Смотрите-ка, наша героиня решила к нам присоединиться! Мгновенная тишина — и затем взрыв эмоций. Все разом вскочили со своих мест. Миллер, не сдерживая восторга, начал неистово хлопать, его аплодисменты гулко разносились по помещению. — Никогда не видела, чтобы меня встречали с таким энтузиазмом, — фыркнула Рейвен, скрестив руки на груди, но уголки её губ непроизвольно дрогнули. Кларк тут же бросилась к ним, её брови сведены в тревожной складке: — Алекс, тебе нельзя быть на ногах! — она ловко подхватила девушку с другой стороны, принимая часть её веса на себя. Беллами подошёл молча. Его карие глаза выражали безмерное облегчение. Без лишних слов он взял Миллс на руки, как ребёнка, бережно неся к машине. — Мы уже потеряли слишком много времени, — его голос звучал твёрдо, но в нём слышались нотки беспокойства. — Нужно двигаться. Все закивали, начав собирать вещи, но Алекс неожиданно подняла руку: — Подождите. — Я... я должна вам кое-что объяснить. — Она указала на свою перевязанную рану, где сквозь бинты проступали тёмные пятна. Беллами поставил ее на ноги. В ангаре воцарилась гробовая тишина. Все замерли, затаив дыхание. Алекс глубоко вдохнула, её пальцы нервно перебирали край бинтов: — Моё настоящее имя... Катрин Франко. — Она наблюдала, как эти слова ударяют по друзьям, словно электрический разряд. — Бекка... Бекка моя мать. Взрыв шёпота. Финн открыл рот, собираясь что-то спросить, но Александра продолжила: — Перед тем, как вы начнёте забрасывать меня вопросами... Да, она ввела мне ночную кровь, когда я была младенцем. Предварительно испытав её на себе. — Но... — Блейк первым нашёл в себе силы говорить, — как ты можешь быть такой молодой? Ты выглядишь на... — Двадцать пять? — Алекс горько усмехнулась. — Чёрная кровь дала неожиданный побочный эффект. — Она опустила глаза. — Мама... Бекка... чтобы спасти меня, поместила в криокамеру. Думала, найдёт решение. А потом... потом случился конец света. Её голос сорвался, когда она рассказывала, как Бекка отдала её тёте на станции «Альфа», инсценировав смерть дочери. Как её «родители» разбудили её годы спустя. — А побочные эффекты? — Рейвен, всегда практичная, не могла не спросить. — Простая лихорадка, — Алекс покачала головой. — Бекка так переживала, что не поняла — это была обычная детская температура. Тишина. Густая, тяжёлая. Все переваривали услышанное. Миллс закрыла глаза — она чувствовала, как с её плеч спадает невидимый груз, который она несла все эти годы. Наконец, она открыла глаза и улыбнулась — по-настоящему, впервые за долгое время: — Ну что, если вопросов больше нет... может, наконец отправимся в путь? Её слова разорвали напряжённую атмосферу. Один за другим друзья начали подходить, каждый по-своему выражая поддержку — похлопывание по плечу, крепкое объятие, молчаливый кивок. Даже Рейвен буркнула: «Ну ладно, это объясняет твою любовь к старым учебникам». Когда Алекс устроилась в машине, прислонившись к окну, она поймала взгляд Кларк. Ни слова не было сказано, но в этом взгляде было всё — понимание, принятие, дружба. И Алекс знала — какая бы кровь ни текла в её жилах, эти люди теперь были её настоящей семьёй. Кларк резко подняла руку, её брови сведены в решительной складке. — Подожди, — её голос звучал твёрдо, но в глубине глаз читалась тревога. — Значит, Луна — не последняя Натблида? Алекс закрыла глаза на мгновение, чувствуя, как в висках начинает пульсировать знакомая головная боль. — Кларк, нет, — она медленно покачала головой, выбирая слова. — Я понимаю, к чему ты клонишь, но представь, как это будет выглядеть... Человек из СкайКру, да ещё и с чёрной кровью — в роли Командующей? — Губы её дрогнули в горькой полуулыбке. — Я дала слово передать Пламя в надёжные руки. — Надёжнее тебя ночной крови просто не существует! — Кларк сделала шаг вперёд, её пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Ты буквально создана для этого! Миллс резко вдохнула, чувствуя, как в груди закипает знакомая смесь гнева и отчаяния. — Ты думаешь, я не обдумывала это? — её голос внезапно сорвался, став на октаву выше. — Каждый день с тех пор, как узнала правду? — Она провела дрожащей рукой по лицу. — Представь, что будет, когда правда всплывёт. «Дочь Бекки Франко, скрывавшаяся среди нас». «Мутантка с чёрной кровью». Они никогда не примут меня, Кларк. Никогда. В ангаре повисла тяжёлая тишина. — Это... это не должно обсуждаться, — Алекс прошептала, и в её голосе впервые зазвучала настоящая мольба. Она обвела взглядом всех, останавливаясь на каждом лице по очереди. — Пожалуйста. Финн неожиданно кашлянул, нарушая напряжённое молчание. — Мы должны уважать её решение, — сказал он тихо, но твёрдо. — Если Алекс говорит «нет» — значит, на то есть веские причины. Александра посмотрела на Коллинза с такой благодарностью. — Хорошо... — наконец сдалась Гриффин, но её глаза всё ещё блестели от непролитых слёз. — Но знай, я всё ещё считаю, что ты совершаешь ошибку. Алекс расслабила плечи, впервые за этот разговор позволив себе полноценно вдохнуть. — Возможно, — она устало улыбнулась. — Но это моя ошибка. В её голосе звучала такая окончательность, что даже Кларк не нашлась, что ответить. «Если бы они только знали... Значило бы для них что-то, что я боюсь не отвержения, а того, что стану? Что капля за каплей, Пламя выжжет из меня всё человеческое, оставив лишь холодную тень Командующей? Что я увижу, как оно меняло Бекку — день за днём, год за годом, пока от той не осталось горстка пепла». Она сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Нет. Она не позволит этому случиться. Не позволит себе стать тем, против чего боролась всю свою жизнь. Даже если это будет стоить ей всего. Группа направилась к машинам, но двое остались стоять у входа в ангар. Рейвен и Монти. — Мы остаёмся, — твёрдо заявила Рейес, прерывая общие сборы. Беллами резко развернулся, его брови поползли вверх: — Что за внезапное решение? Рейвен хмыкнула, указывая на себя: — Посмотри на меня. Я едва держусь на ногах. — Затем дотронулась до своей перевязанной руки: — Моя рана начинает воспаляться. Хотя, — её губы дрогнули в привычной дерзкой ухмылке, — мой интеллект по-прежнему работает на полную мощность. Монти, хрипло кашлянув, добавил: — Рейвен считает, что оригинальная АЛИЕ могла сохранить свои коды в центральном процессоре Ковчега. Если мы найдём этот «скелет в шкафу», у нас появится козырь против неё. — Когда вы передадите АЛИЕ-2 Луне, — продолжила Рейвен, её пальцы непроизвольно постукивали по рации, — нам понадобится доступ к исходнику, чтобы полностью стереть эту маньячку из системы. Беллами перевёл взгляд на Миллера, который уже понимающе кивнул: — Мы обеспечим им прикрытие, — он указал большим пальцем на Харпер и Брайана, уже проверяющих оружие. — А ты? — Беллами пристально посмотрел на Джаспера. — Ты уверен, что готов к этому? Дорога будет не из лёгких. Джаспер лишь широко ухмыльнулся: — Эй, когда это меня останавливало? Я с вами до конца. Прощание получилось неожиданно тёплым. Рейвен крепко обняла Алекс. Монти последовал её примеру, его объятие было осторожным, но полным неподдельной заботы. Октавия задержалась у двери машины, её пальцы сжимали дверной проём до побеления костяшек: — Ты уверена, что справишься? Алекс ответила без колебаний, глядя прямо в глаза: — У меня нет выбора. Этот простой ответ, казалось, сказал всё. Блейк кивнула, резко дёрнув головой, словно отгоняя нахлынувшие эмоции, и забралась на своё место. Когда двигатели взревели, а колёса начали медленно проворачиваться, Алекс в последний раз махнула рукой остающимся. Через пыльное стекло она видела, как Миллер поднял в ответ два пальца в характерном жесте, а Рейвен уже отвернулась, полностью погрузившись в обсуждение технических деталей с Монти. Машина выкатилась из ангара, оставляя за собой клубы пыли.
