2 глава
5 ноября 2023 г., 22:21
29 октября, вторник, 2002.
Гермиона упала в чистый и мокрый снег. Под руками и ногами хлюпала грязь, покрытая белым снежным пухом. Рана на её боку сочилась кровью, щедро разбавляя грязь и оставляя красные пятна на снегу. Девушка изо всех сил старалась зажать рану, но руки безбожно тряслись и от внезапного холода колотило всё тело. Другой рукой она старалась нащупать палочку в бездонных карманах своей чёрной мантии. И с каждым безрезультатным хлопком её сердце содрогалось в ужасе.
«Нет, нет, нет,…пожалуйста, нет…»
Она только и могла, что судорожно думать. Проверив пространство возле себя, она чуть ли не заплакала. Палочки нет; порт–ключ Пожирателя смерти привёл её неизвестно куда; колото–резаная рана от вражеского заклинания прошлась чуть глубже и дальше, чем Гермиона думала изначально; холод и влага очень быстро проникали сквозь мантию, лёгкую толстовку и тонкие штаны, а грязь приветливо заполоняла нижнее бельё и бессовестно лапала хрупкое женское тело.
Издалека раздались звуки. Потом Гермиона распознала, что это был собачий лай. А затем раздался голос.
– Если вы напились, то будьте добры валяйтесь в парке, а не на моей территории, – голос становился всё ближе и ближе. – Эй, вы слышите…? Чёрт побери! Вы в порядке?
Молодой человек, подойдя достаточно близко рассмотрел, что здесь в грязи валялся вовсе не пьяница, а женщина, которой и вправду нужна была помощь.
–Гойл, фу! – сказал парень строго собаке. – Сидеть! – раздалась следующая команда. Все звуки, кроме хрипящего дыхания Гермионы и торопливых шагов молодого человека, стихли. Она напряжённо смотрела в серые глаза незнакомого человека.
– Дамочка, только не теряйте сознание! Ваш труп на моём участке не скажется на мне положительно! – ему было чертовски страшно, но он всё же поднял её на руки и поспешил к дому.
– И угораздило же вас свалиться в единственную лужу здесь! – недовольно шипел парень сквозь зубы. И всё же к тому времени, как услышать эти слова, девушка уже потеряла сознание.
Гермиона очнулась только тогда, когда её тело оказалось в тепле и комфорте. Два этих компонента уже почти год отсутствовали в её жизни, и сейчас было довольно странно просыпаться именно от того, что твой организм поспал, хоть и недолго.
– Извинений за нарушение личного пространства даже и не ждите! Будем считать это возмещением за пересечение границ частной территории и за испорченные ковёр с диваном, – молодой человек сидел неподалёку в кресле и смотрел на свою неожиданную гостью. Гермиона резко перевела взгляд на парня, уже открыв рот для назревшего вопроса, но её сознание повело, и тошнота подступила к горлу.
– Не делайте резких движений, а то закружится голова. Это от обезболивающего.
– Где я нахожусь?
– Какой примитивный вопрос для данной ситуации! – он скучающе вздохнул. – Для начала нам нужно представиться друг другу. Драко, – он махнул рукой на себя, – а это Гойл, – рука метнулась к псу, который компактно устроился у камина.
Гермиона не знала, что из себя представляет этот человек, назвавшийся «Драко», поэтому раскрывать своё настоящее имя она не торопилась.
– Джейн, – хриплым голосом отозвалась она, осторожно осматриваясь вокруг.
–Джейн, вы помните, что произошло?
– Вообще–то у меня не травма головы… – неуклюже огрызнулась «Джейн».
–Вообще–то у вас колото-резаная рана на левом боку, глубиной в половину дюйма и длиной в четыре дюйма. Но теперь она просто была. Джейн вам определённо повезло, что вы попали к почти хирургу, – его голос был прохладным.
Принимая решение отправиться в путешествие, а затем прикупив небольшой домик в Норвегии, почти что в лесу, Драко искренне ожидал не этого.
– И отвечая на раннее заданный вами вопрос. Сейчас вы находитесь в деревне Стархеллинга. И судя по вашему лицу вам неизвестно, что эта деревня находится в Норвегии.
– Кто-нибудь ещё знает, что я здесь? – с накатывающим ужасом спросила она, пытаясь приподняться.
– Лежите смирно. Швы сшиты обычной нитью. И поверьте мне, она готова порваться от любого вашего движения, – Драко довольно быстро охладил пыл Гермионы. Он, конечно же, понимал, что сейчас она находится в шоковом состоянии. Малфой встал и подал ей стакан воды.
– Связь здесь ни к чёрту. С социальными службами, собирающих бездомных, равно как со скорой и полицией связаться мне не удалось. Поэтому, пока погода не улучшится, мне придётся присмотреть за вами. Если вы вдруг голодны…
–К вашему сведению, я не бездомная. И, спасибо, но я не голодна!
Единственное, на что хватило Гермиону – хмыкнуть и закатить глаза. Если бы она была в лучшем состоянии, то с её языка сорвалось бы как можно больше слов.
–К вашему сведению, – передразнил Драко, – тряпки, в которых вы валялись в грязной луже не похожи на одежду человека, приобщённого к цивилизации.
– Ох… а мои вещи…
– Я просто развесил эти тряпки сушиться. Не имел понятия, есть ли в карманах что–то важное, поэтому стирка обошла ваши вещи стороной. Теперь моя ванная комната выглядит так, будто там побывал грязевой монстр, – он развёл руками в сторону. Наблюдая, как девушка несколько расслабилась, и даже улыбнулась уголками губ от его шутки.
Стоило Драко лишь вспомнить творившийся там беспорядок, как зачесались руки поскорей вернуть всё в исходное состояние. Малфой вообще старался не смотреть на испорченные предметы мебели.
Гермиона искренне была рада. Ведь в недрах её мантии пряталось множество всего важного. Вопрос палочки всё ещё висел над ней дамокловым мечом.
– Эм, а возле меня была па…были ли ещё какие–либо вещи? – осторожно спросила Грейнджер. Если бы обнаружилась её палочка, то всё стало бы в разы проще.
– Если вы про грязно–фиолетовую маленькую…э–э … сумочку? То она так и осталась висеть на вашем чёрном … плаще? Накидке?
– Больше ничего не было? – с теплившейся надеждой спросила она, заглядывая в глаза неожиданному спасителю.
– Если вы не приносили ту лужу с грязью с собой, то только эта тряпичная сумка, – он тяжело вздохнул и пригладил светлые волосы рукой.
– Оу, могу вас уверить, что эта грязь уже была там, когда я упала.
– Ещё странней становится вопрос: как вы в ней оказались?
– Поверьте, этот вопрос мучает меня не меньше, чем вас, – она вздохнула и положила руку себе на лоб. – Хм, не могли бы вы принести мне мою сумочку? Пожалуйста.
– Хм? Если вам так понадобился этот комок грязи, то проявите немного терпения… – ухмыльнулся Драко и, собравшись с силами, дошёл до ванной комнаты.
–Не смотри, просто возьми сумку и возвращайся. Не смотри… – говорил он сам себе, стараясь держать трясущиеся руки под контролем. Для закоренелого перфекциониста было слишком тяжко наблюдать ситуацию, развернувшуюся в комнате для водных процедур (последняя априори должна сиять свежестью и чистотой).
– Ох, да не беспокойтесь вы, в ней нет бомбы, – съязвила Гермиона, наблюдая за тяжёлым выражением лица Драко.
– Сама сумка и есть настоящая бомба. Грязевая бомба, – почти выплюнул Малфой, аккуратно положив её справа от девушки. Он трезво рассудил, что левую руку пострадавшей лучше не беспокоить.
Неторопливо копаясь в сумке, Гермиона пыталась поддержать какую бы то ни было беседу, а заодно и уважить своё непомерное любопытство.
– Вы совсем не удивлены происходящим, учитывая, что обнаружили человека с …ножевым ранением.
– А вас совсем не беспокоит тот факт, что вы находитесь в доме с незнакомым мужчиной, где–то в Норвежской глуши?
Гермиона скривилась и от его вопроса, и от огромного количества вещей, сквозь которые ей приходилось прорываться в поисках кое-чего нужного.
– Предпосылок для беспокойства пока что не выявилось. Если конечно венцом ваших желаний не является насилие над «бездомной» и грязной, в прямом смысле этого слова, женщиной.
От её ответа он хохотнул и прикрыл глаза.
– Сейчас венец моих желаний – это чтобы ваши швы не разошлись. Не хотелось бы второй кровавой волны для этого итальянского диванчика.
Она усмехнулась от его слов. Её пальцы нащупали небольшой значок, затем она дотронулась до древка метлы(предположительно). К сожалению, ни тем, ни другим она не смогла бы воспользоваться без шансов на то, что её тайна останется скрытой от глаз маггла.
Со стороны Гермиона выглядела странно – Драко не мигая смотрел на то, как девушка с усердием копошится в крошечной круглой сумке. Единственное к чему он пришёл – она всё же хорошенько так приложилась головой.
– Если будет происходить нечто странное, то, пожалуйста, – ощущение небольшой склянки в руках привело девушку в состояние ликования, – не кричите. А сейчас, будьте любезны, закройте глаза на некоторое время. Я скажу, когда можно их будет открыть.
Неосознанно она говорила с ним учительским тоном. Заметив за собой разжёвывание действий, она могла лишь вздохнуть и подумать о том, что столь длительное пребывание в обществе Рона и Гарри дало свои результаты.
Драко смотрел на неё с некоторым подозрением и думал – «Что может быть ещё более странным, чем бесконечное копошение в маленькой сумке?». По предположению Малфоя, его кулак мог бы легко уместиться в этой тряпке в самый притык.
– Знаете, я могу сделать ваше предложение ещё более комфортным для вас. Я просто-напросто пойду и прикончу бардак, который остался от ваших грязных вещей.
Он поднялся.
– А то вдруг вы уже нашли ваш крохотный пистолетик в вашей крохотной сумочке.
Усмешка сквозила не только на его губах, но и в мимике лица, и в движениях тела.
Гермиона закатила глаза.
– Ох, придётся вас огорчить – я пока что не нашла тот самый крошечный пистолетик в своей крохотной сумочке. Не волнуйтесь, я буду искать тщательней, – ядовито отозвалась девушка, молясь, чтобы Драко поскорей ушёл. Разговорчивость Гермионы со временем приобрела и негативные черты...
Малфой опять хохотнул и покачал головой. «Джейн» казалась ему несколько уморительной (несмотря на довольно затруднительное положение дел). А также он мог только подивиться её фантастическому спокойствию и способности трезво мыслить в сложившейся ситуации. Она даже умудрялась отпускать подобные шутки! И Драко размышлял, а смог бы и он также? Лежать, с недавно зашитой раной на боку, в неизвестной местности, в доме неизвестного человека и после некоторых признаков ужаса и паники взять себя в руки и даже обмениваться язвительными фразочками с этим самым неизвестным человеком?
Не смог бы.
Поэтому он сделал вывод, что этой дамочке пришлось пройти сквозь огонь, воду и медные трубы, чтобы вот так вот легко адаптироваться к тяжёлым ситуациям и вовремя брать свои страхи за узду.
Лишь от одного взгляда на грязные разводы на полу и стенах Драко начинало мутить. Как человек, росший всю жизнь в чистоте, приученный к порядку, он не мог спокойно реагировать на такое.
– Поезжай в Норвегию, сказала матушка. Там невероятно красиво, говорила она. Побывав в Норвегии один раз, ты запомнишь это на всю жизнь, говорила матушка. Ещё бы! Теперь каждый раз как буду думать о Норвегии, то буду вспоминать эти грязные, кровавые тряпки и вездесущие лужи, капли и разводы на кафеле. Самого лучшего путешествия и не придумаешь вовсе!
Малфой никогда не был склонен к разговорам с самим собой. Но если бы он молчал, то вероятнее всего просто закипел бы как чайник. Сейчас было невозможно контролировать свой язык.
Гермиона слышала возбухания своего нового знакомого и не могла не хохотнуть, тут же скривившись и застонав от острой боли, что прошлась по левому боку. И вместе с тем ей было несколько неловко и совестно, но сейчас она могла думать только о боли, что разъедала её тело.
– Чёртовы… выродки… – грязно выругалась она, подрагивающей рукой вытаскивая склянку с мазью.
Не без труда ей удалось щедро намазать длинную рану. Густо нанесённая смесь тут же начала жечь, а на коже вокруг пореза оставались только небольшие покраснения. Сдерживая крик, она сжала губы и зажмурила глаза. Её сердечко билось о клетку из рёбер и являлось вздутой веной на шее, а воздух попадал в лёгкие и выходил из них урывками. Когда мазь, шипя, затягивала рану, Гермиона могла только стонать.
Гойл поднял на неё свои чёрные глаза, махнул пару раз хвостом, поднялся и подошёл поближе, принюхиваясь.
Спустя некоторое время от серьёзной раны остались только нитки, что прилипли к телу, а затем и вовсе упали на диван. Пёс подошёл ближе и слизал остатки мази с зажившего бока Грейнджер.
– Хороший… хороший мальчик, – девушка погладила пса по голове, тяжело дыша.
Левая сторона всё ещё болела, но это уже были психосоматические остатки, которые пытался скормить ей её мозг. Сейчас она хотела лишь отлежаться в ванне с горячей водой и оттереть каждый участок своей кожи от засохшего слоя грязи.
Гермиона хотела отдать должное этому странному парню. Он избавился лишь от того предмета одежды, который мешал свободному доступу к ране, а именно от футболки. Грязные джинсы, носки и спортивный бюстгальтер всё ещё были на ней. Единственные части её тела, находившиеся в чистоте: кисти рук и область раны.
За своих друзей, с которыми до попадания в портал она была рядом, девушка не переживала. Ведь она своими глазами видела как они трансгрессировали. Это случилось как раз в ту секунду, когда её откинуло от них заклинанием. И она надеялась, что в убежище Ордена на Гриммо 12 они прибыли со всеми своими частями тела. И что им хватило мозгов не вернуться обратно.
Её план был таков: привести себя в порядок, найти палочку, очистить свои вещи, стереть память магглу и вернуться в штаб-квартиру Ордена. Гермиона не считала себя незаменимой – временно занять её место есть кому. Но всё же ей не хотелось подводить своих друзей и оставлять их одних на пути борьбы с тёмными волшебниками. От количества предстоящих дел Грейнджер могла только хмуриться.
Игнорируя сопротивление и боль всего тела (видимо сказалось именно падение с небольшой высоты), Гермиона поднялась и первым делом стянула с себя носки и смяла грязный комок в руке.
Заглянув предположительно в ванную комнату, она сначала поразилась её размерам, а затем ужаснулась тому, что ещё стало доступно её взгляду.
Вездесущая грязища!
Поначалу она думала, что Драко перебарщивал со своей реакцией, но теперь она находилась примерно в таком же состоянии. И заметив не только свою одежду на длинной верёвке, но и чистую мужскую одежду на другой, она сообразила, что он видимо и сам испачкался, когда нёс её к дому.
Гермионе вновь стало очень стыдно и неловко. Особенно за слова, которые она издавала, валяясь овощем на этом многострадальном диване.
Внезапно повернувшись к ней лицом, Драко злобно и возмущённо выдал:
– Вы решили кровищи добавить и склеить ласты прямо ту...? – он мог бы и продолжать если бы не увидел, что страшная рана ныне отсутствовала – Что …?
Малфой был в шоке.
– Вы не сошли с ума. С вами всё в порядке и со мной тоже. Не спрашивайте как.
Драко бросил тряпку в ведро и прикрыл глаза. Ему, на удивление Гермионы, потребовалось около тридцати секунд, чтобы взять себя в руки. Что ещё больше поражало: он не кричал, не бросался оскорблениями, не набрасывался на неё с кулаками (если бы это произошло, чего греха таить, Грейнджер вряд ли бы одержала победу).
– И всё же я предпочту верить, что: либо я сплю, и мне это снится, либо я на самом деле рехнулся, – он потёр переносицу, и, вскинув руку, сказал, как ни в чём не бывало:
– Раз уж вы в порядке, то возьмите тряпку из ящика и помогите навести здесь порядок.
– Рассмотрев ваше унылое лицо при ярком свете, могу сделать предположение, что мы с вами одного возраста. Так что удобней будет обращаться на «ты».
На самом деле лицо Драко показалось девушке довольно симпатичным и оно будто кричало "посмотри какая у меня родословная!".
– Да что ты говоришь, Джейн. Твоё лицо ещё более… – сквозь полосы грязи просматривалась светлая кожа, редкие веснушки, умные карие глаза, ровная линия носа и правильные черты лица, – скучное.
Драко отвернулся, достав тряпку из ведра. Проигнорировав выпад нового знакомого, Гермиона вновь заговорила:
– У меня есть довольно логичное предложение: сначала приберусь здесь, потом постираю вещи, а затем приму ванну.
Осмыслив всю справедливую логичность идеи, Малфой лишь прохладно хмыкнул и кивнул головой.
– Чистое полотенце в ящике.
– И повторюсь, – её взгляд был достаточно суровым, а тон голоса серьёзным и строгим, чтобы Драко принял к сведению. – Никто не должен знать, что я тут.
– Если будешь убивать меня пока я сплю, то сделай это быстро. Нет ничего хуже, чем мучительная и долгая смерть.
Спокойно отозвался Драко, одной ногой стоя за порогом ванной комнаты. А Гермиона могла лишь молча подтвердить, что хуже такой смерти – жизнь в бесконечных муках.
– А, чистая одежда в самом нижнем ящике. О Господи, и не смотри на меня так! Там всего лишь сменный пижамный набор!
Малфой закатил глаза, нервно дёрнул плечом и закрыл за собой дверь. Наблюдая такую реакцию Гермиона, не могла не хмыкнуть. Несмотря на язвительность, он казался ей действительно неплохим парнем. И у неё не было причин разубеждать себя.
