А потом я держала его за руку

01 ноября, суббота, 2002 год. – Кстати, Джейн, мне вот интересно какие хобби у «вас»… – Драко вёл машину, а за окном мелькали заснеженные ели и вот-вот грозилась нагрянуть метель. – У «нас» это у ведьм? – Мгм… – По пятницам мы едим младенцев, а в субботу утром подкладываем лягушек с бородавками в дома к людям… – А если серьёзно? – А если серьёзно, то почти тем же, что и люди «не из нас». Я до двенадцати лет жила в Лондоне… – Хех! А потом пришёл ирландский эльф и сказал тебе, что ты теперь ведьма? – хохотнул Малфой, улыбаясь кривой улыбкой, явно намекая на её ирландский акцент. – Ха-ха, как смешно… Я к тому… – но продолжение рассказа прервалось внезапно спикировавшей птицей на лобовое стекло, птица оказалась очень проворной так что столкновения избежала. Однако машину всё же повело – внезапное «нападение» испугало и водителя, и пассажира. – Чёртова птица, – выругался Драко, стараясь успокоиться. – Поддерживаю, – Гермиона разжала пальцы, вцепившиеся в то место на плаще, где должна была находиться волшебная палочка. На заднем сидении истошно залаял Гойл. – О-о-о, вот и очнулся наш защитник. Не поздно ли? – Малфой посмотрел на пса через зеркало заднего вида. – Эта птица сумела лишить его дара речи, ты видел какая огромная она была? – Честно? В первый раз вижу такую… Через некоторое время Гермиона закончила свою фразу, прерванную неудачливым крылатым охотником. – Так вот… моё хобби – чтение книг. Правда сейчас особо некогда… – Оно и понятно, если валяться в грязи с дырками в животе, то никакого времени не хватит на какое бы то ни было хобби… – Малфой хоть и ёрничал, но был чертовски прав (по крайней мере так показалось Гермионе и всё же она не смогла не закатить глаза на его реплику) – А чем ты увлекаешься? Драко глубоко задумался. А ведь и правда… Что ему нравится? Чем он любит заниматься в свободное время? А давно ли у него появилось свободное время? Если бы честным, то время для ничего не делания у него появилось только в маленькой норвежской деревушке без нормальной связи с миром. Долгое молчание Гермиона расценила как отсутствие хоть одного мало-мальски приличного хобби. – Как тебе коллекционирование марок? Или монет? Драко рассмеялся над её предложениями. – Неужели в твоих глазах я настолько безнадёжен? – Тогда как насчёт коллекционирования карточек? – Если мы ещё с тобой когда-нибудь встретимся, то напомни мне не просить тебя о совете по поводу хобби… 10 марта, четверг, 2006 год В Министерстве магии Англии творился ад. Без прикрас. Это был ад. И так казалось не только Рону, но и Гарри, которые за последние несколько лет уже считали Министерство своим вторым домом. После встречи с Гермионой Гарри сразу же поспешил к министру магии с планами добровольно вызваться на решение проблемы с магглами. А Рону было суждено упокоиться в нескончаемой бумажной рутине, превращающуюся в мини-башню. – Гарри, ты вернулся…!!! Нас не было несколько часов, но посмотри на это! Ой.. – В такие моменты я рад, что собрать кучу бумажек можно при помощи магии, – отозвался Гарри и взмахом палочки вновь возвёл башню на столе Рона. – Так что сказал Бруствер? – Что он уже начал решать вопрос с магглами… – Но…? – И официально нам с тобой, а Гермионе тем более, нельзя лезть. – Напишу Гермионе… – Давай я… лови её…!!! – Чёртчёртчёрт, – Рон при помощи палочки вновь собирал башню. – Мы почти только что вернулись после…всего этого и нас вот так вот сразу завалили бумажками… – Тебе нужна моя помощь с отчётами по миссиям? – по-дружески спросил Гарри. – Оу, не смотри на меня как на своего спасителя. – Нет, Гарри, ты не спаситель… ты – мой герой! – Только сначала сообщу Гермионе, она, наверное, всё ещё подавлена. Он уже подумывал отправить патронуса, но прикинул, что сейчас тот маггл мог быть с ней. Так что ему всё же пришлось сесть за стол и взяться за перо. *** Драко с несколько отсутствующим взглядом осматривался вокруг. По его ощущениям (физическим в том числе) он оказался в доме обеспеченных людей конца двадцатого века. Пришлось даже протереть нос, чтобы избавиться от запаха старого дерева в пазухах. Как будто он вновь оказался в семейном поместье своей бабушки по маминой линии. Ещё Малфой старался не смотреть на картины, которые почему-то двигались и вроде бы даже шептались.              «Где мы? Как я тут оказался?» – подобные вопросы всё не покидали мысли Драко.        – Знаешь я вот думаю, – начал Малфой с опаской садясь на хлипкий с виду стул. – Почему всё это происходящее вокруг не влияет на меня так, как должно? Гермиона с интересом слушала его размышления. – Либо я очень сильный ментально, либо какая-то эмоциональная часть меня умерла в какой-то момент. Лекарства не могут такого сделать… – на этих его словах в душе Грейнджер царапнуло. – Мы уже в том месте, где можно говорить без опаски? И почему ты опасалась разговаривать там…? – Если бы в госпитале узнали, что ты маггл… – Что я «кто»? – Твоё недоумение мне понятно… маггл – это человек, который не обладает магическими способностями. – Тогда я задам вопрос, достаточно банальный… – Что было бы если все узнали там, что ты «маггл»? – Именно. И без того грустное лицо Гермионы стало печальным. – Тебе бы стёрли память обо всём… У Малфоя от полученной информации сжалось всё внутри. Малфой вскочил на ноги и начал ходить взад-вперёд. Его разрывало от собственного двойственного отношения к этому: с одной стороны, ему бы залезли в голову и убрали бы всё, чего он знать не должен (и это злило), а с другой стороны… он был бы рад забыть сырой дом в лесу, людей в чёрном и ту кровожадную жестокость, что лизнула его шершавым языком. «…обо всём…» – Обо…всём? – его ярость уже угасла и остался лишь песок осознания с кислым послевкусием во рту.       Драко опустил взгляд на Гермиону и его ярость тут же сменилась растерянностью. Девушка рыдала так, будто это она гнала себя сквозь дебри лесной чащи. Горячие слёзы обжигали не только её лицо. У Малфоя дрогнуло сердце, а вслед за ним и руки. Для успокоения он накрыл тонкие руки девушки своими тёплыми руками, игнорируя неприятные подёргивания в левом предплечье. Гермиона хотела что-то сказать, но из-за потока всхлипов и рыданий она не была способна связать ни одной фразы. Сейчас она была способна лишь вцепиться в запястья Драко. – Они…бы и меня…из твоей…памяти…. Ей не нужно было заканчивать предложение, ведь её молодой человек и так всё понял. – Прости, я такая эгоистка…но я так не хотела подвергать тебя ещё и этому… Он понял, насколько тяжкий выбор ей пришлось сделать. В глазах встала слёзная пелена. Малфой крепко (насколько ему позволяло его нынешнее физическое состояние) обнял Грейнджер. Его глаза покраснели и лишь когда слёзы потекли по щекам и некомфортно достигли шеи… …Малфоя отпустило. Ему стало так невероятно легко. Когда он плакал в последний раз? Приносили ли его последние слёзы столько освобождения как сейчас? Нет. Те слёзы были по Астории, и они были не солоны, а горьки как самое полезное в мире лекарство. Они не приносили «освобождения», они лишь сильнее перековывали сердце Малфоя в нечто более плотное и устойчивое к внешнему воздействию. Когда вместо слёз остались только сухие и блестящие дорожки на лице, пара всё же осмелилась посмотреть друг другу в глаза. – Спасибо, что дала мне возможность выбора… – Девушка потупила взгляд. Драко пояснил: – Когда ты решилась рассказать мне всё, то ты дала мне право выбрать: помнить или забыть…Но если цена забытья ты и всё, что было между нами, то я предпочту помнить. Чтобы не разреветься вновь, Гермиона, словно уж, вывернулась из объятий Драко, отчего последний явно понял, что добрался до стены. И теперь у него был выбор: попробовать перебраться через эту стену прямо сейчас или оставить пока что всё как есть. Дрожащей рукой Драко вытер предательские дорожки со своего лица и шеи. – Чай будешь…? – Девушка в три длинных шага добралась до шкафа с кружками и чашками. Быстрыми движениями, незаметно, стёрла рукавом остатки влаги с лица и шмыгнула носом. – Можно… – парень кашлянул, прочищая горло – …что-нибудь успокаивающее? – Малфой хмыкнул, считая тему «памяти» временно закрытой, и удобно устроился (насколько это было возможно) на длинной скамье возле такого же длинного стола. И молчание. Да такое, что перешёптывания оставшихся картин на верхних этажах всё же донеслись до кухни. Малфой младший навострил уши. – В этом доме сейчас есть кто-то ещё? – Гермиона молча перевела на него взгляд, а позже посмотрела на дверь и прислушалась. Источник шёпота она распознала сразу, но некоторое время обдумывала ответ. – Мы в доме Гарри и Джинни… – Подожди, они тоже ведьмы? Но разве мужчины могут быть ведьмами? – Если быть точнее, то Гарри волшебник, а Джинни ведьма… Свист чайника заставил Драко повременить с дальнейшей дискуссией. – И тебя не обижает, что если ты женщина, то ведьма, а если мужчина, то волшебник? Благодарю, – маггл пододвинул к себе чашку, внешний вид которой опять напомнил о нескольких годах жизни в старинном поместье бабушки в Саутгемптоне. – Нет, это не обидно. Просто… – и тут Гермиона вспомнила их разговор, где она уже объясняла чем волшебники, колдуны и ведьмы друг от друга отличаются. – Что «просто»? – Просто есть некоторая разница между волшебниками, колдунами, ведьмами… – А, ты про это… так я знаю в чём между ними разница. Но сейчас меня не столько это волнует, сколько вообще ситуация в целом…В моей голове так много всего перемешалось, что она как свинцовый шар. И я, надеюсь, ты поможешь мне хоть как-то разложить по полочкам всё, – Драко вздохнул и нервно потёр большим пальцем по указательному. Пока что ему удалось отодвинуть информацию о стирании памяти и о чётко очерченной границе отношений от эмоциональной составляющей. Гермиона вспомнила про великолепное зелье «чистых мыслей». – Давай я буду выдвигать свои предположения, а ты если что добавляй. Потому что я не знаю, сколько ты можешь мне сказать, – улыбка молодого человека получилась немного кривой и Гермиона несколько сконфузилась, ведь он был прав. – Меня похитили, и, уверен на сто процентов *на этом моменте Малфой шумно сглотнул*, в этом лесу бы и прикончили. Почему я? Это из-за моей семьи? Меня уже похищали в детстве несколько раз из-за положения нашей семьи… Драко смотрел на Гермиону не отводя глаз, ожидая ответ. – Нет, это не из-за твоей семьи…Ты же уже понял, что тебя похитили необычные люди… – Драко кивнул на риторический вопрос девушки. – Эти люди… они тоже волшебники, но у них радикально другое видение мира и общества волшебников в целом. Конфликт в нашем сообществе длился не год и не два, это довольно продолжительное нагнетание, но колоссальный масштаб он приобрел около шести лет назад, – от нервов Гермиона перешла на стиль речи для официальных выступлений, но всё же молодой человек внимательно слушал, стараясь не упустить ничего. А в голове попутно крутилась мысль: «Сколько ей было тогда лет?». – Гражданская война закончилась полтора года назад, – Малфою было тяжело уложить все её слова в свои знания о мире. Последние десятилетия их страна жила довольно-таки мирно и никакие новости о военных конфликтах внутри страны не появлялись. Видимо его замешательство было так очевидно, что Гермиона решила немного облегчить его муки. – Понимаешь, наше «сообщество» живёт тайно и скрытно от обычных людей. Если волшебник не желает, то ты даже не узнаешь, что столкнулся с ним. Но те люди в чёрном – исключение. В расцвет своей идеологии они хотели «очистить» страну и от магглов… Небольшая ремарка облегчила понимание, от которого волной пробежали мурашки по телу. – Ладно, я понял, что у вас не всё так просто в вашем «сообществе». Но ты говоришь, что конфликт давний, а окончательный масштаб конфликта – шесть лет назад. И раз «гражданская война» закончилась уже какое-то время назад, то почему сейчас и почему именно меня? Гермиона не удержалась от тяжёлого вздоха. – Потому что ты был близок со мной, – видя его не понимание, девушка пояснила. – В нашем сообщество я одна из «Золотого трио», кто-то вроде героя… – щёки Гермионы заалели, ей было до абсолюта неловко говорить так о себе (банально из-за того, что она не примеряла на себя все эти «звания») – Погоди, ты в свои… – Мне сейчас двадцать четыре… – …ты в свои двадцать три стала настолько авторитетной, что за тобой следили и высматривали твои слабости? – и Драко на этом моменте почувствовал что-то родственное к девушке. – Можно и так сказать, хоть я и не вмешивалась ни во что (что видимо было зря), но всё же… Наконец у Драко появилась возможность задать тревожащий его вопрос. – Тогда…сколько тебе было лет, когда это всё началось…? – Лет с тринадцати где-то… У Малфоя пропал дар речи, а в груди нещадно щемилось сердце, не находя себе места. Теперь в его голове всё, что он знал о Гермионе логически укладывалось: странные реакции на некоторые вещи, шрамы по всему телу, чрезмерная «взрослость» для своего возраста и явная повышенная тревожность. Ещё грустнее ему было от того, что девушка называла это «войной», не просто «противоречия», «разногласия», а война. И если остатки людей в чёрном были настолько жестоки и безжалостны даже после своего поражения, то что творилось, когда чаша весов постоянно колебалась? А Драко был уверен, что она колебалась. Малфою было тяжело сдержать внезапный порыв обнять эту сильную девушку. И он не сдержал. Он так крепко сжал её в своих объятиях, будто желал выдавить из неё всё то, что она скопила в себе за все эти года. – Эй, эй! Ты чего…? Это я должна тебя обнимать и успокаивать, а не наоборот…Чего молчишь? –… Ответные объятия были так же крепки. – Всё это было так ужасно, но ты отлично справилась, – тихим шёпотом сказал ей на ухо Драко, от которого всё ещё девичье сердце затрепетало, а сама Гермиона чувствовала себя в данный момент нагой. Скорость смены настроения в их несколько сумбурном диалоге оставляла сомнительное послевкусие, которое Гермионе и Драко распробовать так и не удалось… – Драко, ты тоже отлично справился… – Кхм-кхм, извините, что прерываю вас… – со стороны двери раздался смущённый голос Гарри. Поттер обратил внимание на нетронутое письмо на подоконнике и мысленно вздохнул. Объятия ослабли и Гермиона, смахивая непрошенные слёзы, повернулась к своему другу. – Привет Драко. Как себя чувствуешь? – Привет, как будто заново родился… – неосознанно Малфой пытался высмотреть отличается ли чем-то друг Гермионы от «обычных» людей, но чисто визуально Гарри, как и в их первую встречу, был похож на обычного ботаника в очках и странном свитере. – О, это замечательно. Герми, можно тебя украсть на несколько мгновений. Оу и кажется у вас остыл чай, – одним взмахом палочки Гарри подогрел остывший чай, на что услышал возмущённый возглас Грейнджер: – Гарри! – и Гермиона вышла с кухни, а её друг следом за ней. – Я быстро! – Повернулась она к своему молодому человека и нежно улыбнулась. От удивления Драко немного глупо приоткрыл рот, затем взял чашку с чаем, что и правда была горячая. –… и вкус совершенно не изменился… На кухню зашла Джинни. – Драко, здравствуй! Как себя чувствуешь? – хоть Джинни и выглядела вымотанной, но всё же имела в себе силы быть дружелюбной. – Смело можно отмечать второе рождение… Новоявленная Поттер тяжко вздохнула: – Мне тоже… Два человека сочувствующе посмотрели друг на друга. – Главное, что мы живы, а всё остальное… – вновь заговорила Джинни доставая из шкафа стеклянную бутылку и потрясла ей. – Будешь? – Что это? – Виски. Драко молча вылил чай в раковину и протянул чашку, Джинни хохотнула и от души налила огненной воды. – За второе рождение! Позже вечером Гермиона накрыла Малфоя пледом и оставила там, где он уснул: на диване в гостиной. И для всех людей, находящихся в этом доме, день закончился. 11 марта, пятница, 2006 год. Сразу после короткого утреннего приветствия Гарри начал свой небольшой инструктаж для Драко. – …Так как это очень серьёзное дело, то в прессе поднялась большая шумиха… но как мне сказала Гермиона, – Гарри бросил взгляд на свою подругу. – Твоя мама прекрасно справилась со всем этим, но всё же кое-какая проблема осталась… …Миссис Малфой открыла глаза и посмотрела на часы. Она не ожидала, что проснётся настолько поздно… –… и, естественно, нам надо было как-то её уладить. Так что послушай внимательно следующее… Нарцисса обратила внимание на пустующее место рядом с собой и нисколько не удивилась отсутствию супруга. С немного тяжёлой головой женщина поднялась с кровати, взяв трубку, она набрала номер своего секретаря. – Майк, отмени всё моё расписание во второй половине дня и будь готов выезжать в Лондон после полудня. –…ты присутствовал на дне рождения твоей матери, но ушёл раньше из-за плохого самочувствия, седьмого числа ранним утром ты уехал в Лондон и до сегодняшнего дня (до одиннадцатого марта) ты находился дома. Твоя мама тоже так считает. – Это единственный вариант? – Другой вариант это… – Когда ты полностью забываешь обо всём, – твёрдо добавила Джинни, показав, что это действительно серьёзное дело. – Понял, – Драко внутренне напрягся и у него скрутило от нервов живот. – Не переживай, с твоей семьёй всё в порядке, хотя нам пришлось вчера повозиться, но в целом всё в порядке, – Гарри приподнял очки и помассировал веки. – В каком плане «повозиться»? – Слишком много людей знали о твоей пропаже…Драко, от лица всего нашего «сообщества», – это слово Гарри немного иронично выделил и посмотрел на Герми, всем видом давая понять, что они вчера достаточно долго ждали перед тем как зайти на кухню, – хочу попросить прощения, и если ты окажешься в ситуации, когда может помочь только чудо или капелька волшебства, а Гермионы не окажется рядом, то просто разломи эту палочку, – Гарри вручил Малфою ничем не примечательную зелёную веточку. – Это конечно не так просто как кажется, так что придётся постараться…и надеюсь, она тебе не пригодится, но на всякий случай…И ты помнишь, что… – …что мне нельзя никому рассказывать обо всём, что связано с…вами… – Драко оглядел глазами всех троих, замечая их особенно серьёзный взгляд. – Гарри, у тебя уже некоторое время мигают карманные часы, – вклинилась Гермиона в этот диалог. – Оу, в таком случае, думаю, мне пора… Поттер и Малфой пожали друг другу руки. Когда Гарри исчез в камине, Драко оторопел и с интересом посмотрел на огромный камин. – Джинни, что ты сделала с Гарри…? – Гермиона удивлялась тому, как изменился её друг. – Любовь, забота и капелька строгости… – Задорно хихикнула Джинни. – Драко, извини, если была груба, но пойми правильно… – Всё в порядке, – маггл усмехнулся, он ведь догадывался, что у Гермионы в друзьях не могут быть абы какие люди. Договорить ему не дал звук хлопка, а затем и появление рыжего крепкого парня, ростом чуть ниже Малфоя. Парень был одет в такую же одежду, что и Гарри нынешним утром. – Бруствер… – начал было Рон, но заметил новое и незнакомое лицо, вопросительно посмотрев на девушек. – А ты… – Это Драко, мой молодой человек, – напомнила ему Гермиона. – А, вспомнил, – так как Рон видел его мельком, да ещё и в бессознательном состоянии, то не сразу признал. – Привет, – поздоровались парни одновременно. – Меня зовут Рон, я брат Джинни и лучший друг Гарри и Гермионы. Рад, что с тобой всё в порядке, – добавил Рон, на что Драко молча кивнул. – Умираю с голоду, – высказалась Джинни. – Будете что-то? – уточнила девушка у Гермионы и Драко. – Спасибо за приглашение, но я думаю нам пора… – И правда, зная мою маму, то она уже направляется ко мне домой… И он оказался чертовски прав! Ведь не прошло и десяти минут с момента появления Драко и Гермионы в «докторской» квартире, как зазвонил стационарный телефон, и консьерж учтиво сообщил, что пришли гости. – Вот это «пуф!» действительно очень удобная вещь, всегда о такой мечтал… Гермиона решила не рассказывать своему парню, что трансгрессия не самый безопасный способ перемещения. Хватит с него потрясений на ближайшее время. – Драко, я не могу остаться. Нельзя, чтобы кто-то узнал, что я в Лондоне… Гермиона уже собиралась трансгрессировать вновь, но молодой человек схватил её за руку. – Это же не последняя наша встреча? – Мы ещё увидимся… Волшебница поцеловала своего молодого человека в губы и с небольшим хлопком исчезла. 12 марта, воскресенье, 2006 год       Гермиона стояла вдоль стены коридора у кабинета Бруствера. У неё болела голова и неприятно зудел свежий шрам на ключице, а мозоль на пятке ставила настроение Гермионы на границу между усталым «хочу домой» и озлобленным «чёрт, хочу домой!». –… они хоть живы там? – бурчал Рон, пробираясь к своей подруге. Девушка посмотрела на лучшего друга и помассировала закрытые глаза. – Ты можешь открыть дверь и проверить… – предложил Рону кто-то из очереди. – Спасибо Синклер, если я когда-нибудь захочу испытать на себе всю силу защитных чар, то обязательно так и сделаю…– бубнел Рон в ответ. – Тебя тоже вызвали? – спросила Гермиона. – Нет… пока что (на этих словах Рон закатил глаза) … просто хотел сказать тебе, что мы собираемся сегодня вечером на небольшой ужин, приободрить всех…каким-то образом… – Я постараюсь… –… но не обещаешь? – хмыкнул Рон и немного неловко похлопал подругу по плечу. Гермиона шикнула. – Ой, прости…– рука друга переместилась на другое плечо. – Будем ждать тебя в Норе, как закончишь... тут… – Уизли взглядом окинул контингент, – обязательно заскочи к нам, мама волновалась… Волшебница устало кивнула. И вот спустя полчаса настал её черёд: – Грейнджер, проходи, – голос Бруствера раздался как будто рядом, но сам человек лично не сдвинулся ни на дюйм со своего места. – Добрый день, сэр… – Прошу, – министр магии указал на стул напротив. Дверь сама захлопнулась за спиной Гермионы. ***       Миссис Уизли заботливо накрывала на стол, расставляя любимые чашки своих детей. Гарри и Гермиона по какому-то умолчанию тоже входили в этот список. Чуть позже Молли оглядела свою семью и родных и её доброе сердце затрепетало. Почти все её близкие люди представали перед ней с новыми шрамами, синяками по всему лицу и телу, уставшими и поблекшими глазами. Да что там… на неё из зеркала смотрела точно такая же женщина, с таким же особым букетом. – Гермиона не придёт? – спросила Джинни. – Сказала, что постарается… – Рон потеребил ухо. – Она пошла к Драко? – Джинни постаралась спросить это тихо у своего мужа, но почему-то вышло так, что услышали все. И тут же локаторы были настроены на получение дополнительной информации. – А кто это? – с вежливым любопытством Флёр обозначила своё присутствие. Джинни виновато поджала губы, но всё же ответила: – А-а…эм-м… это её парень…? – Он работает в Министерстве? В первый раз слышу это имя… – мистер Уизли поинтересовался. – Нет, он маггл, – ответила за свою подругу Гермиона, появившись в дверном проёме. Её лицо потеряло былой румянец и бежевый оттенок, теперь оно больше было похоже на фотографию в сепии. Брови людей, которые данной информацией не располагали, поползли вверх, но ненадолго. – Если он твой парень, Гермиона, то он видимо тот ещё фрукт! – попытался разрядить обстановку Джордж. – О, милая, это такая хорошая новость! Очень рада за тебя! Садись скорее! – запричитала миссис Уизли. Грейнджер с теплотой посмотрела на кружку, в которой любой напиток становился в разы лучше. – Руки! – Я уже, миссис Уизли, – Гермиона с лёгкой улыбкой подняла руки и покрутила кистями. – Всё чисто. – Хех, мама как всегда в своём репертуаре, да, Фр… – начал Джордж, но запнулся и замолчал, утыкаясь взглядом в стол. – Давайте поднимем бокалы за всех, кто сегодня не с нами, – с тяжестью в голосе мистер Уизли поднял свой бокал. Все лишь молча поддержали. У каждого в голове был свой список, но единодушно все желали, чтобы больше он не пополнялся. *** После ужина Гермиона решила всё же остаться в Норе, расстилаясь в комнате, в которой они когда-то ночевали с Джинни. Вот только теперь она была тут одна. – Тук-тук, можно? – украдкой поинтересовалась Джинни. – Говорить о дьяволе… – Гермиона попыталась улыбнуться, но не получилось. – Конечно, проходи, я ещё не ложилась. – Прости, что про Драко все… – Всё в порядке, рано или поздно они бы всё равно узнали, так что… – Я подумала, что ты пойдёшь к нему. Представляю, насколько ему сейчас тяжело. – Я хотела пойти, как только вышла из кабинета Бруствера, но… – Но? – …мне стало страшно… а что, если он подумал и больше не захочет меня видеть? Или скажет, что я…я…во всём виновата… – плечи Гермионы задрожали. Джинни молча приобняла подругу и погладила жёсткие кудрявые волосы. – Джинни, прости… ты как? Рыжая улыбнулась поджатыми губами и всё же ответила. – Мне повезло больше, чем всем остальным… Мельком услышала разговор Гарри с Роном про тот дом и…всех тех людей… – Джинни с усилием сглотнула ком в горле и решила сместить диалог в другое русло. – А насчёт своего белобрысенького не переживай, Джордж прав… парень твой тот ещё фрукт и не из тех, кто сдаётся без боя. Скорее всего ты и сама это знаешь… – Джинни, скажи мне, когда и как ты тоже успела так повзрослеть? – Так же как и мы все: внезапно и вынуждено… – тут Джинни немного слукавила, ведь она всегда была «с крепким характером». Пожелав друг другу спокойной ночи бывшая Уизли оставила Гермиону в тихом одиночестве. Джинни была права, но Грейнджер всё равно было страшно, но больше страха её мучило чувство вины. Да и пока что она не могла появиться перед Драко. Слишком много разных дел и вопросов надо разрешить, прежде чем вздохнуть спокойно. 13 марта, понедельник, 2006 год       Сон Гермионы оборвался резко и неожиданно, после себя оставив учащённый пульс, влажный затылок и прерывистое дыхание. В руке ладно лежала волшебная палочка, прошедшая с ней многое, а кончики пальцев слегка дрожали.       Девушка привела себя в порядок и спустилась вниз. Её любимая кружка уже стояла на столе и испускала желтоватый пар. Стоило Гермионе сесть за стол, как перед ней опустилась тарелка, на которой постепенно собирался традиционный английский завтрак. – О, дорогая, ты уже спустилась! – Прощебетала миссис Уизли, вплывая в столовую. – Все уже разошлись? – юная волшебница кинула взгляд на часы с кукушкой. – Гарри помогает Джинни найти в кладовке её старые вещи для квиддича. – Мы уже всё нашли… – отозвался Гарри. Он и Джинни спускались по лестнице. По их лицам Гермионе стало понятно, что найденное их разочаровало до такой степени, что придётся идти по магазинам. Трое человек сели завтракать, а миссис Уизли сославшись на какие-то дела покинула столовую и теперь гремела чем-то на втором этаже. – Так что тебе сказал Бруствер… – как бы невзначай завёл разговор Гарри (Рон рассказал ему про очередь размером с василиска в кабинет Министра магии). – Много всего… – уклончиво ответила Гермиона. Глаза Поттеров загорелись. – Плохого больше, чем хорошего? – Джинни взглядом дала понять, что от объяснений не убежать. – И да, и нет… но в целом… мне предложили работу… И тут уже этот поезд было не остановить. 17 марта, четверг, 2006 год       Вернуться в привычную колею оказалось не так-то просто, как думалось изначально. Три ночи подряд Драко ночевал в комнате отдыха в больнице, потому что одиночное пребывание в замкнутом помещении вызывало нервозность, страх и бессонницу. – Приплыли…ПТСР мне ещё не хватало… – в который раз прошипел Драко, лёжа на втором этаже двуярусной кровати. – Доктор Малфой, у вас всё хорошо? – взволновано поинтересовался один из интернов, среагировав на неразборчивый шёпот. – Да, Аарон, всё отлично, – устало ответил Малфой младший и показал палец вверх. Человек, названный Аароном приветливо улыбнулся на ответ коллеги и лёг на кровать. – Вы и сегодня дежурите? – не унимался Аарон, отчего (?) Драко готов был вскипеть, в нём зрело желание заткнуть человека или хотя бы крикнуть, чтобы… –…развязать этот узел… – внезапно осознал Малфой и тихо прошептал ответ. – М-м? Не расслышал, – неугомонный интерн высунул голову, чтобы лучше слышать. – Нет, говорю. Сегодня не дежурю. Наконец-то до Аарона дошло, что пришла пора заткнуться и он лишь ответил: – Вот он как…       Драко физически ощущал, что он не в порядке. В его груди что-то застряло, и по ощущениям застряло так, словно пронзило его насквозь. И теперь это не вытащить безболезненно. В этот комок смешалось всё, а топингом на этом горьком мороженом было отсутствие вестей от Гермионы, которая совершенно точно пообещала, что они ещё встретятся. Или это он, дурак, ничего не понял? Малфой младший грузно вздохнул и мысленно сказал спасибо Аарону, что тот тоже пребывает сегодня в больнице с ночёвкой. Но всё же сон не шёл и под утро Драко тихо спустился со второго этажа своей кровати и сел за письменный стол. На листке каллиграфично отобразились слова: «Заявление на отпуск за свой счёт». 18 марта, пятница, 2006 год –… ты бы спустился на второй этаж и зашёл к Мэри, она сделает тебе МРТ, а то мало ли что, – участливо предложил главврач, что вышел вместе с Драко из кабинета. – Да, так и поступлю, – выдавливая из себя каждое слово кивнул Малфой младший и побрёл в сторону лестницы.       Главврач порекомендовал пару мест, где можно хорошо отдохнуть и восстановиться, и, получив обещание от своего сотрудника рассмотреть данные варианты, попрощался с Драко.       ***              Драко зашёл в свою докторскую квартиру и сначала проверил все места, где мог кто-то спрятаться (с клюшкой для гольфа в руках, конечно же). И лишь после этого смахнул холодный пот со лба и лёг в кровать и (уже каким-то привычным ощущением) похлопал по внутреннему карману пиджака, проверяя наличие веточек. В голове всплыли воспоминания о поездке в Норвегию двухлетней давности: домик в глуши, дорога, уходящая в заснеженные леса. Он вспомнил то спокойствие, с которым прошло его путешествие и ком в груди сжался ещё сильнее. Однако он больше не хотел быть один так долго.              Раздался стук в дверь и Малфой, схватив клюшку, пошёл к двери. – Его нет дома? – из-за двери раздался знакомый голос и стук в дверь повторился. В мыслях Малфоя пронеслась мысль, что Гермиона могла просто сделать этот «пуф!» и оказаться внутри квартиры, но он списал произошедшее на воспитание, выдохнув бросил клюшку обратно в сумку и открыл дверь. В этот момент он наблюдал как сменились эмоции на лице Гермионы: от нахмуренных бровей и жёсткого взгляда, до лёгкой улыбки и радости в глазах. Неосознанно Драко выдохнул и пропустил её внутрь. – Прости, прости, прости, что я так долго… – Гермиона обняла своего молодого человека и уткнулась ему в ключицу, отметив, что от Драко пахнет усталостью и больницей. – Я… Малфой не мог подобрать слова: волновался? Переживал? Скучал? Беспокоился? Поэтому он просто сильнее сжал её в своих объятиях. – Теперь всё будет хорошо, – с мокрым голосом Грейнджер отозвалась на его немые слова. – Ха! Ты меня сейчас как ребёнка успокаиваешь? – неудачно пародировал едкую манеру речи Драко. – Ты же так похож на ребёнка, – с покрасневшими глазами Гермиона запрокинула голову и посмотрела на Малфоя снизу вверх. – Хочешь, я тебя тоже успокою? – Будем успокаивать друг друга? Ладно. – Мне привезли столько еды, что я один не справлюсь… Гермиона молча смотрит на него, открывает сумку и начинает доставать… – Очень полезная сумка…Откуда это? Пахнет…аппетитно, – Драко неосознанно проглотил слюну. – Утром я заходила к родителям, появилась на глазах живая и здоровая, а также получила вот этот набор блюд… Хах! Знаешь, что мне сказала мама, когда я сообщила ей, что поеду к тебе? – И что же? – между делом пара собрала контейнеры с едой и перенесла на кухню. Гермиона открыла пару контейнеров, проверяя всё ли в целости и сохранности. – «Не вздумай кормить этим Драко, он не привык есть ТАКУЮ еду!» – О да, ты же не знала, что я питаюсь только лобстерами и стейками за сотни евро… А если серьёзно, то весь мой рацион это домашняя еда… – Потому что её готовит личный повар в твоём доме? – съехидничала Гермиона, открывая желанный контейнер с лазаньей. Малфой закатил глаза и достал тарелки. С момента их расставания ему наконец-то вновь было спокойно и не тихо. – Так-с, у меня тут лазанья, салат с…баклажанами?... не могу разобрать… Рыбный пирог, ещё один салат… Что будешь? Драко смотрел на Гермиону и понимал, что с её появлением здесь он готов съесть всё, что она предложит. *** – Кстати, как ты узнала, что я именно здесь? – во время обеда поинтересовался Драко. Гермиона прокрутила в голове возможный ответ: «Я заметила, что в этой квартире тебе комфортнее всего жить, а так как недавно с тобой много всего случилось, то скорее всего ты решил остаться в месте, где ты чувствуешь себя безопаснее всего». И ответила: – Я проверила все остальные возможные места…Кроме главного здания вашего семейного поместья, там теперь слишком много камер и охраны. – Да, и всё зря, потому что я не хочу жить в главном доме. – Почему? Я думала, наоборот, ты не захочешь оставаться один, – мысли Гермионы попали в самую точку. – У нас с отцом… непростые(?)...отношения. Да и после нашей последней встречи я почти жил в больнице. Аарон, конечно, неплохой малый, – видя вопросительный взгляд Гермионы Драко пояснил, – коллега, он неплохой, но просто безумно болтливый. Знаешь, что помогает его заткнуть? – И что же? – Грейнджер прыснула и наколола кусочек мяса на вилку. – Вот это, – и Драко опустил голову немного вниз, посмотрел исподлобья, немного свёл брови и не мигал. – Делаю типичное Малфоевское выражение лица. Если после увиденного она ещё могла унять рвущиеся шутки и смех, то после его последней фразы Гермиона не удержалась. Они засмеялась так громко и так искренне, что её волосы затряслись как у медузы. Драко засмеялся вслед за ней. И вместе со смехом, узел в груди молодого человека стал не таким тугим. Просмеявшись Гермиона шумно вдохнула и полюбопытствовала: – Почему «малфоевское» выражение лица? – О-о, милая моя. Спешу тебе сообщить, что из всей моей семьи ты знакома только с мамой. Все остальные Малфои ходят с таким лицом, – он опять продемонстрировал чудеса мимики и волшебство взгляда посылать в дальнее путешествие, – по-сто-ян-но. – Тяжко, наверное. – В каком плане? – Всегда приходится соответствовать… Драко задумался над её словами и усмехнулся. – Однако, я тебя в первый раз вижу с таким выражением лица, – конечно она видела его с таким лицом во второй, но этот «первый» был в период, который Драко не помнил. – Я просто-напросто… устал… Возвращаясь к теме о моём местонахождении. А конкретно, есть вообще какие-то ограничения на твой этот «пуф!»? Грейнджер приняла правила игры при резкой смены темы и ответила: – Пока вот тут, – Гермиона показала на свою голову, – хватает сил концентрироваться. – Ответ на вопрос, что будет если сделать «пуф!» без концентрации, меня испугает? Гермиона многозначительно промолчала и не отрываясь смотрела в серые глаза собеседника. – Понял, лучше мне этого не знать. Для моего же спокойного сна? И, кстати, тебе стоит потренировать «малфоевское» лицо… – Твоя сообразительность просто как бальзам на душу…Только при твоём чутком руководстве… – Не подлизывайся, – ухмыльнулся Драко и вложил руку девушки в свою. – Для твоего сведения, я никогда не подлизываюсь и честно высказываю людям, что я о них думаю! – Ты, наверное, и в детстве такая была? – Можно и так сказать..? – задумалась Гермиона, отодвигая вилкой часть шкурки баклажана к краю тарелки. – Тогда у тебя тоже не было друзей? Волшебница хотела опровергнуть слова Малфоя, но прикусила язык, вспомнив, что с Гарри и Роном она подружилась только к концу первого курса. – Почему тоже? Ты хоть и не ходил в школу, но всё равно же общался с кем-то? – Если это можно назвать общением, – Малфой задумался и откинулся на спинку стула, хмуря брови от воспоминаний. – Как вообще получилось, что ты не задержался в школе надолго? Не думаю, что у тебя были проблемы с учёбой, – парень улыбнулся уголками губ, ему польстили слова Гермионы. – Это долгий и неинтересный рассказ… – Я никуда не тороплюсь, я взяла «отпуск», да и не могу упустить момент – меня же потом любопытство съест. – Тогда я завариваю чай. Достанешь один из тех сладких пирогов, что всучила мне мама?