Необычный способ веселья.

Паука можно было описать только одним словом – психопат. Серьёзно, психопат, любящий убивать людей, втаптывая их в грязь, временами буквально. На миссии сначала его брали опасливо, мол: «Мальчик ещё». Когда Зимний предоставил доклад и статистику, доктора, наконец, поняли, что «мальчик» уже готов убивать. Хотя Солдат в подробности не вдавался, ему самому понравилось, как этот мальчуган с озорством в глазах, убирал с их пути одного за другим. Быстро, слаженно, болезненно. При этом и хохоча, как совсем поехавший. Что-то зацепило мужчину, но он надеялся, что не сам Паук. Их очередной миссией в этот раз был какой-то ветеран, который вернулся около недели назад с фронта. Им нужно было найти или выпытать у него некоторую информацию или документ, в котором эта самая информация содержится. Срок – неделя. И всё бы просто, но, видимо, мужик не был промах и наставил охраны, как у президента. -Паук, - холодно обратился к пацану Зимний, - Убираешь всех справа. -Убивать же можно? – с надежной спросил он и чуть не завизжал на кивок. Была одна миссия, в которой им запрещалось убивать, и, что вполне разумно, Паук всё время ныл, что миссия – дерьмо полное. Солдат лишь закатывал глаза и говорил быть тише. Пока Зимний расстреливал с глушителем всех слева, стараясь быть как можно тише, Паук с радостными воплями и хохотом носился над головами людей справа, как уж он «убирал» охрану, мужчину мало интересовало, главное, чтоб расправился. Мальчик радостно приматывал «Паутиной» людей сначала к земле, собираясь поразвлечься с каждым, когда его Друг уйдёт за главным. Слишком завлекаясь в увлекательное связывание охраны с одной стороны, он совсем не уследил за тем, кто и когда попал в его бедро пулей, но раз второй не последовало – Зимний уже расправился с этим подонком. Но Паук всё же понадеялся, что убили того козла не насмерть. Месть – лучшее, что может существовать. Пусть и такая вот маленькая. -Паук! – окликнул его Солдат, - Чисто? -Да-а! – эйфорически простонал парень, уже придумывая, как бы накапать на мозги выжившей охране, ведь видеть, как взрослые матёрые мужики плачут – любимое во всём развлечении. Зимний вошёл во внутрь дома. Пора играть. Паук медленно приблизился к мужику, прилипшему к стене. Мальчик стянул свою маску, пугая белозубой безумной улыбкой. Он упал на колени рядом с «игрушкой» и начал искать застёжку на бронежилете. Та обнаружилась на боку, так что Пауку пришлось немного побороться, дабы расстегнуть её, не выпустив, случайно, жертву. Победно кинув жилет в сторону, парень полез в набедренный карман за острым, но достаточно компактным, ножом из чёрной стали с приятной резиновой рукоятью. Лезвие, недобро переливаясь, прошлось по верхней одежде мужчины, распаривая её и открывая вид на побледневшую кожу. -Ну что? – смеясь, спросил мальчик, - Сами в грехах будем каяться или мне помочь? 202 Уже, будучи на Базе, Паук смеялся, рассказывая про мужчин, с которыми он «играл», пока Зимний пытался вытащить пулю из бедра мальчугана. Глубоко засела, но малой будто вовсе не чувствовал, что в его нервах пинцетом копаются, хохотал в захлёб. -А потом, ах, а потом он начал рыдать и говорить, что у него жена, дети – семья, - говорил радостно Паук. Зимний не сильно слушал его, пытаясь сосредоточится на маленьком кусочке металла в мышцах мальчика. Но когда тот резко замолчал, мужчина всё же поднял голову и прямо посмотрел в глаза. Паук, нахмурившись, сверлил взглядом стену. -Что? – грубо отозвался Солдат. -Почему люди так категоричны, когда мне весело? То пакость скажут, то уродом назовут, - задумчиво спросил мальчик. -Обычно, когда тебе весело, умирают люди, - недовольно ответил мужчина, не понимая, как к убийству можно относиться с весельем? Вот он, к примеру, никак к ним не относился, только выполнял то, что говорили. -Будто моя вина, что они угарно умирают, - фыркнул Паук, с прищуром смотря в голубые глаза. -Они страдают! – опрометчиво было думать, что что-то такое может поменять мнение парня. -А я о чём?! Мужчина лишь выдохнул и снова принялся выковыривать пулю из ноги мальчика. Воцарилось молчание, благодаря которому Солдат, наконец, сосредоточился и вытащил несчастный кусточек стали. Он кинул его в небольшую железную тару и туда же положил пинцет, а вместо него взял иглу и нить. -Ты просто псих, ты знаешь? – пробурчал мужчина. -Ага, шизофреник с раздвоением личности, - смешливо ответил мальчик, - Ты открыл Америку, поздравляю! -Что? – непонятливо посмотрел на него Зимний. -Проехали. Ты закончил? – и дождавшись кивка, притянул мужчину ближе к себе, облизывая его губы, - Тогда, может, снимешь, наконец, свой ворчливый стресс? -Как же, - Голубоглазый прищурился, наслаждаясь тёплым сухим языком у себя на щеке. -А будто ты не знаешь?