Вечные связи

      Всю неделю я исследовал замок, знакомясь с его обитателями, среди которых попадались как грозные орки, так и грациозные кентавры. Этакий зоопарк, ей-богу.       Но по-настоящему «весёлое» утро началось сегодня. На завтрак пожаловали родители Варэса, прежнего владельца этого тела. «Соскучились по сыночке», ага, как же. Приехали навестить «сыночка», а познакомились со мной. Исполненые гордостью за Варэса, считая, что их отпрыск наконец-то взялся за ум. Представьте себе: я сижу в библиотеке, окружённый древними томами, пытаюсь строить из себя интеллектуала, а тут, как вихрь, врывается эта парочка. Чуть кофем не подавился. И, как вишенка на торте, выясняется, что мой дорогой супруг прибудет сегодня, хотя его ждали не раньше, чем через неделю. Ну что ж, тем интереснее будет вечерок.       Я, конечно, старался держаться молодцом в присутствии родителей Варэса, но, честно говоря, боялся сморозить какую-нибудь глупость. Богиня, конечно, одарила меня скромными знаниями об этом мире, но воспоминаниями, к сожалению, не наделила. «Ну хоть википедию в голову закинула, и на том спасибо», — подумал я. К счастью, родители редко видели сына, так что, надеюсь, ничего не заподозрили.       Во время своих «научных» изысканий в замке мне случайно попалась на глаза книга о магии. «Самоучка, блин», — подумал я, — «Если бы здесь был интернет, всё было бы куда проще». Сосредоточившись, я попытался повторить короткий щелчок пальцами, стараясь расходовать энергию экономно. «Вжух», — прошептал я, увидев результат, и невольно улыбнулся. Пусть мне удалось всего лишь зажечь свечу, но это уже кое-что. Магия оказалась преимущественно бытовой, но и такая могла пригодиться в сложившихся обстоятельствах. Почувствовал себя немного доктором Стрэнджем на минималках.       Открытие порталов оказалось задачей посложнее, чем я предполагал. Инструкции были понятны, но мои руки, казалось, жили своей жизнью, выписывая в воздухе немыслимые кренделя. «Руки-крюки», — проворчал я, стирая пот со лба.       Левитация… Ох, лучше бы я и не пытался! Подняло меня к потолку так быстро, что люди за дверью начали проявлять беспокойство. «Эй, там всё в порядке?» — раздался встревоженный голос. Боюсь даже представить, что произойдёт, если я попробую повторить это на улице. Вдруг улечу в космос и повстречаю Гагарина. От накопившегося напряжения мой правый глаз начал непроизвольно дёргаться. Со вздохом я оттолкнулся от потолка руками, исполнил какое-то нелепое сальто и со всего размаху приложился лбом о деревянную перегородку кровати.       «Бдыщ!», — раздалось эхом в комнате.       — М-м-м-м… — пробормотал я, лёжа на полу в неестественной позе. Превозмогая боль, я постепенно встал на четвереньки и пополз к ближайшей опоре. Встав на дрожащие ноги, я слегка покачнулся. — Жизнь меня явно к такому не готовила. В мои-то годы такие кульбиты опасны, иначе следующий день рождения придётся встречать на кладбище, — пробормотал я, развалившись в кресле и приложив руку ко лбу. — Начну с чего-нибудь попроще… О, растение подойдёт. Вспомню, что там говорили про энергию…       Вдох и выдох. Закрываю глаза и мысленно представляю поток энергии, идущий из цветка ко мне. «Ну давай, цветик, поделись силой», — подумал я. Кажется, получается. Тонкие энергетические нити окутывают моё тело.       Глубокий вдох и выдох. Полная концентрация. Нить становится толще и крепче. Энергия плавно струится в меня. Как только мои магические резервы наполнились до краёв, нити осторожно отсоединились и исчезли в земле.       — Ух ты! Я чувствую себя таким лёгким, просто замечательно! Спасибо тебе, цветик, — проговорил я, ласково погладив его по лепесткам и полив из кувшинчика водой.       — Рад помочь, — раздался вдруг звонкий голосок. От неожиданности книга, которую я держал в руках, полетела на пол. «Опаньки!»       — Кто это сказал?       — Тот, кого вы только что поблагодарили!       — А-а-а… Теперь понятно. Значит, все растения тут разумны?       — Нет, только малая часть.       — Понятно… Тогда…       — Ваше Величество, — осторожно заглянув в кабинет, появился слуга. — Вам здесь… это… Почта, в общем.

***

      Отложив в сторону стопку документов, я откинулся на спинку стула и начал массировать виски. Дела в королевстве шли не то чтобы хорошо, но и не катастрофически плохо. Прежний властелин, Варэс, изрядно запустил дела. Союз с эльфами у нас есть, но отношения далеки от идеальных. Драконы и вовсе грозят войной. И года не прошло после моего прибытия, а проблем уже невпроворот. Пытаясь разобраться в бумагах и понять, что и где нужно подписать, чтоб избежать неприятностей в будущем, я узнал, что у эльфов далеко не всё так гладко. Они, хоть и не являются сторонниками кровопролития, умудрились испортить отношения практически со всеми.       Теперь я начинаю понимать, что наш брак — это шанс для правителей двух великих держав положить конец многовековой вражде. Из-за того, что эльфам претит всякая «грязная» работа, у нас накопились проблемы. Как можно не засеивать поля?! Или не разводить гусей и кур?! Русского человека этого не понять! Чем они питаются, энергией солнца? Что это, Индия?! Просто нет слов. Пока мой муж отсутствует, я должен привести государство в порядок, иначе меньше чем через век всё развалится, и останутся одни руины и горстка лупоглазых эльфов. Несмотря на свои многочисленные достижения, эльфы поражаются людям. Ибо люди весьма плодовиты и обладают невероятными врождёнными способностями. Люди сумели преобразовать земли, которые эльфы сочли абсолютно непригодными для жизни. Эльфы поражены. И, возможно, напуганы. И я их понимаю.       Хотя люди постоянно ссорятся и конфликтуют, они, кажется, созданы для того, чтобы властвовать над миром. За считанные годы они творят чудеса, на которые у эльфов уходят целые века. Неудивительно, что человечество разрастается и завоёвывает всё новые и новые территории, в то время как эльфы, избегая столкновений, уходят в леса, прячась от внешнего мира.       Человеческая природа столь многогранна, что эльфы считают невозможным выработать к ним единый подход. Различия между людьми, ставящие эльфов в тупик, вынуждают их держаться подальше.       Металлообработка — грязное и трудоёмкое занятие, абсолютно неприемлемое для утончённых эльфов. Металлическая утварь либо полностью отсутствует в их обиходе, либо встречает холодное презрение. Мол, жили без неё веками и ещё столько же проживём. Возможно, металл их попросту пугает, поскольку наделяет другие расы значительным преимуществом. Логика железная, не правда ли? Кузниц у нас нет, и если начнётся война, чем отбиваться будем? Палками? Или, может быть, зайцами пуляться? Надо взяться за гномов — это всегда работает. Припашу их к делу, обеспечу всем необходимым, и пусть куют. А вот с полями… люди справятся лучше всего, они всем нужны. Решено, подам запрос, и дело в шляпе.       Так, нужно бы чего-нибудь перекусить.       Выскользнув за дверь и оглядевшись по сторонам, я прокрался на кухню в поисках мяса. От одной мысли о зелени меня выворачивало. «Траву я и дома не очень-то жаловал, а тут и подавно не буду».       Захватив кусок баранины, я уселся за стол. И вот, только приготовился откусить, как в комнату вошёл мой ошарашенный муж. Вид у него был, мягко говоря, неважный: бледный, искусанные губы, мешки под глазами, взъёрошенные волосы. «Видок, как будто три ночи вагоны разгружал».       Ах да, сегодня же он должен был приехать, а я и забыл!       — Э-э-э, — предложил я ему, — Может, откусишь? Салатика? Или чайку с малиной? — подвинул ему приборы и продолжил есть. На удивление, он сел за стол, но к еде не притронулся, а только смотрел на меня в упор. Как будто впервые в жизни видит, как люди едят! Ну и пусть себе смотрит.       С закрытыми от удовольствия глазами я наслаждался бараниной. Господи, ничего вкуснее в жизни не пробовал. А поел я немало! Насытившись до отвала, я откинулся на спинку стула, сложил руки на животе и блаженно вздохнул.       — Ик! — невольно вырвалось у меня. Муж сидел напротив с бутылкой в руках. И явно не с соком. — Какой повод? — он бросил на меня презрительный взгляд, сделал большой глоток и с грохотом поставил бутылку на стол.       — Не твоё дело, человек! — и снова приложился к бутылке. «Так дело не пойдёт, алкаш ты мой лупоглазый», — подумал я. Поднявшись со стула, я отобрал у него спиртное. — А ну, поставь на место. Это приказ!       На меня не очень добро зыркнули.       — Ага, как же, разбежался, — проворчал я. — Пошли, доведу твоё высочество до покоев, — с этими словами я поднял его, упирающегося, на руки и потащил в спальню. Мы добрались до комнаты без особых потерь, если не считать углов, которые он успел собрать.       Уложив его в постель, я снял с него лишнюю одежду, оставив только в штанах, и укрыл одеялом. Уже собрался было уходить, но этот ушастый внезапно прижал меня к себе так сильно, что у меня перехватило дыхание. Вздохнув, я понял, что выбраться не удастся. Устроившись поудобнее, я закрыл глаза и погрузился в сон.

***

      — А-а-а-а! — я вскочил с кровати, схватившись за горло. — Что за дьявольщина… — отдышавшись, я сглотнул вязкую слюну и медленно повернулся к эльфу, который продолжал сладко спать.       Похоже, мне приснилось воспоминание короля и его… супруга. Не то чтобы это было страшно, скорее неожиданно. Странный был сон. Передо мной предстал разгневанный эльф, вперивший взгляд в разбитый горшок с редким цветком. Его лицо исказила гримаса ярости. — Какое право ты имел уничтожить то, что тебе не принадлежит?! — Владыка, это всего лишь растение, к чему весь этот фарс и крики? Этого мусора в замке навалом, бери любой, — ответил мужчина, вальяжно облокотившись на стол. — Твоя раса — самая отвратительная из всех, что мне довелось увидеть. Вы, люди, — варвары, уничтожаете то, что даровала вам Мать-природа! — в глазах эльфа клокотал гнев. Один его взгляд вызывал ужас. — Такова наша суть, — проговорил мужчина, проведя рукой по столу и сгребая остатки цветов на пол. — Ой, какая жалость… — в следующее мгновение эльф набросился на него и начал душить. Королю стало не хватать воздуха. Ему не оставалось ничего, кроме как применить магию. В лицо эльфа полетела какая-то пыль, он закричал истошным криком… И всё оборвалось. — Значит, вот кто это сделал! — пробормотал я с кривой усмешкой, поглаживая изуродованное лицо. Из воспоминаний можно было понять, что с тех пор прошло немало лет — тело человека сильно изменилось. Тот мальчишка не мог быть старше двадцати лет. А эльф почти не изменился. Это поразительно.       Следующее пробуждение оказалось гораздо приятнее. Наглый солнечный лучик бил прямо в глаза, а слева доносилось тихое мурлыканье. Поняв, что сопротивление бессмысленно, я потянулся и сладко зевнул. «Ммм, как хорошо», — пробормотал я. Здесь было жарковато. Откинув одеяло, я сел на кровати.              — Как всё болит… Спина совсем заныла, что ж дальше-то будет? — пробормотал я, потирая глаза и с трудом разлепляя веки.       Ох, ёлки-палки… Передо мной, раскинувшись на всю постель, безмятежно спал эльф. Выглядел до невозможности мило. Но пора его будить, нечего тут дрыхнуть.       Легонько коснувшись его плеча, но не заметив ни малейшей реакции, я вздохнул. Краем глаза взглянул на Владыку и заметил, как его заострённое ухо едва заметно дёрнулось. Какой же он милаха! Меня вдруг до безумия захотелось потрогать его ушки.       Не выдержав соблазна, я осторожно поднялся, размял затёкшие конечности и, ступая на цыпочках, придвинулся к Владыке. Легонько коснулся его ушка кончиком пальца. Эльф даже не пошевелился. Тогда я осмелел и начал нежно тискать его, пока не понял, что это, очевидно, очень чувствительная часть тела. Владыка, слегка приоткрыв глаза, придвинулся ближе ко мне, слегка закусив нижнюю губу.       Пока Владыка пребывал в некоторой прострации от наглости своего супруга, я продолжал тискать и гладить его миленькие ушки, украшенные миниатюрными серьгами.       Всё моё внимание было сосредоточено на ушках, пока меня не вывел из задумчивости тихий стон. Отдёрнув руки, я испуганно посмотрел на Владыку. Он лежал, откинув голову на подушку, с лёгким румянцем, проступившим на бледной коже. Стало совершенно очевидно, что мои прикосновения ему нравятся. Но, резко распахнув глаза, он посмотрел на меня и несколько раз моргнул,. Затем бросил на меня злобный взгляд, от которого мороз пробежал по коже. Он начал что-то лихорадочно искать вокруг и, наконец, нашел свой «плащ». Словно фокусник из цилиндра, он извлёк из него маску, нацепил её на лицо и, сверкнув пятками, стремительно удалился из моей комнаты в одних штанах.       — А где «доброе утро»? — проворчал я, поправляя пижамные штаны и направляясь в ванную. Приведя себя в порядок: почистив зубы, умывшись и причесавшись, — я убедился, что выгляжу вполне сносно. Одетым вышел на балкон и замер от изумления. Пегасы! Вижу их в первый раз! Сколько ни выбирался на природу, никогда не встречал этих крылатых коней.       Широко улыбнувшись, я пошёл обедать в общий зал, где Его Величество уже восседал во главе стола со своей свитой. Не раздумывая, я сел подальше от супруга. Всё время, что я здесь нахожусь, я ощущал нервозность, исходящую от эльфа. Он то и дело поглядывал на меня искоса, но, встретившись взглядом, тотчас изображал из себя неприступный айсберг и увлечённо беседовал с сыном.       Столы в зале были расставлены в форме буквы «Т». Слуги и воины скромно сидели за нижним столом, тогда как за верхним, возвышающимся над ними на тридцать сантиметров, расположились эльфы благородных кровей. Лицо Владыки оставалось бесстрастным, а голубые холодные глаза не выражали никаких эмоций. Он выделялся своим спокойствием и аристократичностью даже среди других эльфов и меня.       За столом сидели ребёнок и две эльфийки. Одна из них, рыжеволосая Мариша с болотными глазами, выглядела очаровательно. Её бледная кожа с лёгким румянцем лишь подчёркивала её красоту, а локоны, заплетённые в сложную причёску, изящно обрамляли овальное лицо. Справа от неё сидела Эльдрамила. Её ледяной, оценивающий взгляд, казалось, проникал в самую душу. Белоснежные волосы волнами спадали на плечи, скрывая декольте с изящной росписью, а коралловые губы, казалось, вот-вот тронет презрительная улыбка. Она высокомерно окинула меня взглядом при моём появлении.       Тириэль, казавшийся лет шестнадцати, внимательно разглядывал меня. Его большие желтоватые глаза смотрели прямо в мои, не отрываясь, и я заметил в них столько всего — от лёгкого страха до трепетного восхищения. Длинные пшеничные волосы мальчика были собраны в небрежный конский хвост, из которого выбивались несколько прядей, придавая его образу неряшливую очаровательность. Заострённое лицо, сухие искусанные губы и светящиеся глаза — он смотрел на меня заворожённо, едва дыша.       Почему, интересно, он не притронулся к еде? Тарелка перед ним абсолютно пустая. Сидя рядом, я решил проявить заботу. Положив в его тарелку свежий салат и налив сок, я поставил их перед ребёнком.       — Ваше Величество, что Вы делаете? — надменно спросила Эльдрамила. — Его Высочество наказан за неподобающее поведение и неуважительное отношение к учителю Сагэлю.       — И за это вы лишили ребёнка еды? Это абсурд, товарищи! — чуть не вырвалось «Сталина на вас нет!», старею, должно быть. Посмотрев на ребёнка, я легонько потрепал его по голове. — Ешь, — он же из-за опущенных ресниц смотрел на меня. Наклонившись, я прошептал ему так, чтобы услышал только он: — Не бойся, эта курица тебе ничего не сделает, — ребёнок робко улыбнулся и начал с удовольствием поглощать салат.       — Ваше Величество! Что Вы наделали?! Не вмешивайтесь в дела, которые Вас совершенно не касаются!       — Меня это касается, и весьма! Это ребёнок, ему нельзя противопоставлять себя вашим суровым нормам и правилам. Сделайте лицо попроще, дорогие мои, а то и до гастрита недалеко, — оглядев всех присутствующих, я решительно встал из-за стола. — Извольте откланяться, — лицо до этого бесстрастного Владыки вдруг выразило вековую растерянность.

***

      Как же я жажду погрузиться в мягкость постели и утонуть в обволакивающем сне! Эти королевские споры, напоминающие яростные баталии, где, чтобы быть услышанным, нужно перекричать всех, измотали меня до предела. И неважно, что ты сам король — слушать тебя будут, лишь если вопишь, как чайка над бурным морем. О, как же я устал! Эти надоедливые придворные вымотали меня до самых костей! В своём мире я терпеть не мог политиков!       Когда голос охрип, а стрелки часов перевалили за полночь, я, с трудом сдерживая зевоту, объявил своё решение. Завтра начнутся долгожданные перемены: народ я уже собрал, осталось довести дело до конца. И теперь мне приходится бесцельно бродить по дворцу, когда сквозь мельчайшие щели проникает морозный воздух. Однако есть и другая сторона: свежий ночной воздух, яркая луна, усыпанное звёздами небо, изредка щебечут ночные птицы… Настоящая романтика. Эх.       Что за суматоха в такой поздний час? Все куда-то бегут, кого-то лихорадочно ищут. Вздохнув, я двинулся дальше. Подходя к своим покоям, я вдруг остановился. Из одной приоткрытой комнаты выходило загадочное существо, окутанное тёмным плащом, искусно скрывающим его фигуру. Лишь алые глаза зловеще блестели в полумраке.       Я окаменел: что это за странная сцена передо мной?! Вглядевшись, я понял, что незваный гость вытянул кого-то из дверного проёма и нежно поцеловал. Это был Тириэль! Он, элегантным жестом перекинув через плечо искусно заплетённую косу, поднял свои жёлтые глаза на гостя и робко улыбнулся. Этот изумительный на первый взгляд эльф словно втягивал молодого человека в омут страсти. Даже я, в своём почтенном возрасте, был потрясён такой откровенностью.       Но их счастье было недолгим: внезапно появился мой супруг… Бегите, милые! Эльф был в ярости.       — Тириэль! — ошарашенный эльф втянул красноглазого в комнату и, взглянув на отца, воздел очи к небу: — Прошу прощения, атар! — и с грохотом захлопнул дверь.       — Открой дверь! — немного успокоившись, Лиорэль стал говорить мягче, хотя его глаза по-прежнему пылали праведным гневом. — Сын… йондо, открой дверь, нам нужно поговорить…       — Нет! — перебив отца, Тириэль начал что-то кричать на непонятном эльфийском языке. Лиорэль бледнел с каждым его словом, казалось, вот-вот в обморок упадёт. Надо увести его отсюда, пока не поздно.       С огромным трудом оторвав своего разъярённого эльфа от двери, я потащил его прочь. Весит он, должно быть, тонну! Еле-еле протащил его через длинный коридор.       — Варэс! — он дёрнулся так резко, что мы вместе рухнули на пол.       Он мотнул головой, но даже не попытался встать. Я бы изумился, если б он выбрался из-под меня.       — Наверное, я сейчас поседею, — прохрипел я от нехватки воздуха.       Я попытался подняться, ухватившись за плечо эльфа, но едва не уселся обратно на него, когда меня повело в сторону.       — Извини… пару мгновений, — вот она, старость.       На коленях стоять, оказывается, можно, особенно если крепко держаться за шею Лиорэля.       — Ты мне в ухо дышишь, — сдавленно просипел тот, и его ухо предательски дёрнулось. Подо мной распластавшийся супруг едва дышал.       Я с неподдельным интересом уставился на его ухо и, не удержав равновесия, сложился пополам, плюхнувшись на задницу, когда он толкнул меня в живот. Вроде не сильно, но дыхание вышибло моментально.       — Не дыши эльфу на уши! Это… — поднявшись с пола и поправив съехавшую набок маску, он добавил. — Неприлично!       Пока я зачарованно наблюдал за покрасневшим эльфом, с другой стороны послышался писк и грохот чего-то тяжёлого. Вздохнув, я побрёл туда. Дёрнув дверь, которая не поддалась, я дёрнул ещё раз.       — Так, что тут у нас за дела? — сосредоточившись на замке, я поколдовал над ним. Щелчок! Хлопнув в ладоши, я бесцеремонно вошёл в комнату.       — Ш-ш-ш! Не двигайся! — раздался тихий шёпот из шкафа.       — Ты сам виноват, Тиришка, телепортатор из тебя так себе! И не закрывай мне рот, здесь же никого нет, — пробормотал хриплый голос из шкафа. — И… хватит так жаться ко мне! Мы тут прячемся или сексом начинаем заниматься?       — Ага, вот вы где! — победно направился я к шкафу.       — Мне что-то послышалось, Эдри… тихо! — с каждым моим шагом я сильнее ощущал… ауру? Или это были эмоции?       Стоя напротив деревянного шкафа со скрещёнными на груди руками, я громко кашлянул, почему-то так, что кто-то жалобно пискнул.       — И долго вы собираетесь там сидеть, конспираторы? — стоило постучать по дереву, как передо мной возникла умилительная картина: Тириэль, красный как рак, прижался спиной к почти обнажённому… Эдри?       Эдри смущённо потупил глазки. Теперь понятно, откуда у него красные глаза: он оказался молодым вампиром. Бледнее моего супруга в разы, с растрёпанными чёрными волосами, похожими на воронье гнездо, и бледными губами, сведёнными в тонкую линию. По виску стекала капелька пота.       — В-ваше Величество, вы же не сдадите меня атару? Пожалуйста! — почти плача, умолял эльфик. — Отец и так не в восторге от того, что я связался с вампиром…       — Выходите, а то как-то не по себе держать детей в шкафу. И… оденьтесь, — добавил я, метнув быстрый взгляд на смущённого вампира.       — Одежда, — начал Эдри. — Осталась в другой комнате… — этот ответ явно не устроил Тириэля. Метнув на своего возлюбленного яростный взгляд, он сглотнул и посмотрел на дверь, простонав жалобным голосом.       — Атар будет в ярости…       — Почему? — не понял я.       — Одежда осталась в моей комнате! А туда отец уже наверняка зашёл, я уверен! — И он оказался прав. Через минуту в дверном проёме стоял разъярённый Лиорэль с тёмной тряпкой в руках. От его испепеляющего взгляда у меня по спине пробежал табун мурашек от шеи до самого копчика.       — Отец? — как-то нервно спросил Тириэль. Хотя он и старался выглядеть относительно спокойно, вампир, стоявший рядом с ним, был на грани обморока.

***

      В полумраке комнаты повисла гнетущая тишина. Мне казалось, будто я наблюдаю за допросом в застенках КГБ. Усталость валила с ног, веки слипались, но я упорно сидел в кресле, наблюдая за Лиорэлем, который, казалось, и не думал останавливаться в своей гневной тираде. Я старался держаться в стороне, лишь изредка вставляя свои «пять копеек», но когда гнев отца обрушился и на меня, предпочёл отступить, предоставив им самим разбираться в этом хаосе чувств. В конце концов, Тири, казалось, вот-вот разрыдается.       — Йондо, — Лиорэль произнёс это имя с такой усталостью. — Я уже всё сказал, и повторять не намерен: вы с ним никогда не будете вместе! Как ты вообще додумался связаться с этим… порождением тьмы?! Вам чуждо всё, что дорого нам, эльфам.       — Но, атар! — взмолился Тири, вкладывая в это слово всю свою боль и отчаяние.       — И это моё последнее слово, — отрезал Лиорэль, не давая сыну даже шанса на возражение. — А теперь, Эдриан, прошу на выход. И чтобы я больше не видел тебя рядом с моим сыном. Надеюсь, ты меня услышал?       — Отец, я тебя ненавижу! — выкрикнул Тири, с яростью в глазах схватив своего возлюбленного за руку. Не давая никому опомниться, он рванул к выходу, увлекая за собой вампира. Хлопок двери, оглушил оставшегося в комнате Лиорэля, приводя его в чувство.       — О Боги! — взвыл эльф, рухнув на кровать. Его взгляд застыл, устремлённый в одну точку на потолке. Время тянулось мучительно медленно, а в воздухе ощущалось напряжение. Между тем, за окном уже сгущалась глубокая ночь, а мы всё ещё не были в постели.       — Лео, — тихо позвал я, осторожно. Эльф словно очнулся от забытья. Он резко вскочил с кровати и, прежде чем я успел понять, что происходит, обрушил на меня удар. Боль пронзила лицо, казалось, челюсть вывихнулась от силы удара.       — Не смей произносить моё имя, человек! — прорычал он, его голос был полон яда и презрения. — Ты не достоин этого! — прижав руку к ушибленной щеке, я ошарашенно смотрел на эльфа. В его глазах плескалась ненависть. — Если ты думаешь, что я забыл то, что ты сделал, то глубоко ошибаешься, — насмешливо окинув меня взглядом, он продолжил: — Человеческий век недолог: всего лишь считанные десятилетия. Я подожду, — собираясь уходить, Лео обернулся на пороге. — Доживай свой срок, человек…