Фурия

I

— Чтоб тебя гиена сожрала, Дэймон! — выругалась про себя выдохшаяся на жаре шатенка, понимая, что наступила в некую коричневую субстанцию, и судя по размерам, оставленную здесь стадом слонов. — Я тебя ненавижу! — выдохнула она в воздух. Пот лился рекой по загорелой бархатной коже, насквозь пробирая салатовую майку и даже бейсболку на голове. Сухой африканский климат определенно не подходил девушке, которая проклинала тот день, когда согласилась на уговоры друга и партнера по работе — Дэймона Фолка, поехать куда-нибудь «отвлечься и отдохнуть». И когда радостный парень вручил ей оплаченный тур в самое пекло Африки, его еще долго преследовало головокружение от удара по затылку целой стопкой офисных бумаг. И все же, после долгих рассказов коллег — как удивителен и волшебен этот континент, она согласилась слетать на родину Тимона и Пумбы, чтобы наконец отдохнуть от работы. И вот она стоит посреди саванны, в окружении толпы восторженных и крикливых людей, с фотоаппаратом наперевес и огромным рюкзаком за плечами, и ждет своей очереди в огромный автобус, напоминающий старый разваленный пикап дедушки Джона. Наверное, пробег у него до самой луны. Александрия Ферре, так зовут помощника директора консалтинговой компании «Аркадия», которая так же является его левой рукой. Потому что правую занял ненавистный Пайк Моргулис, с которым девушка вела непрерывную борьбу. Но что-то пошло не так и теперь, вместо долгожданного повышения по службе, она находится в большой заднице в виде сокращения штата сотрудников. Сил на войну за место «под солнцем» не оставалось, Пайк во всем ее подсиживал, поэтому она и уехала, чтобы отдохнуть и набраться сил. — Ваш билет, мэм, — обратился к ней высокий смуглый мужчина с кудряшками на голове. Девушка показала ему «проездной», а потом возмущенно уставилась на этого наглого паренька, не сводившего глаз с ее мокрой от пота груди. — Проходите, — он чуть не подавился слюнями, когда понял, что его «засекли». Лекса прошла вдоль сидений старой развалюхи и села в самом центре, положив на соседнее кресло свой большой рюкзак. Проходившие мимо пассажиры недовольно глядели на бесцеремонность этой девушки, занявшей аж! целых два места. Но ей было плевать. Она надела гид-наушники и приготовилась слушать дурацкую лекцию молоденького гида Беллами Блейка. Экскурсия началась. Они ехали вдоль африканского сафари и слушали вводный материал. Огромных и страшных животных пока никто не наблюдал. Лишь пара тушканчиков стояла на дороге, будто сдерживаясь от смеха над их разваленным корытом, которое даже не сразу завелось. Лексе стало стыдно перед зверьками за то, что она находится в нем. Прошло около получаса. Смотреть в окно не хотелось, все равно эти африканские степи ее не впечатляли. А вот на парочку львов в диких условиях она бы поглазела. И как по щелчку желания перед ними возникло целое семейство кошачьих. Люди издавали удивленные вопли, а гид наскоро предупреждал о мерах безопасности. Лекса выглянула в переднее окно, в которое как раз и было видно «кошечек», но ничего не могла разглядеть из-за постоянно вертевшейся перед ней головы. Какая-то дамочка сидела через два сидения впереди и будто нарочно не переставала болтать своей кочерыжкой в стороны. У Лексы даже помутнело в глазах от этой блондинистой пестроты. — Девушка, вы не могли бы сидеть спокойно? — окрикнула она ее, но та даже ухом не повела. Лекса начинала злиться. — Эй, вы что, оглохли там в первом ряду? И наконец незнакомка обернулась. — У меня скрипит в ушах от вашего голоса, — высказалась блондинка, чем ввела Лексу в полное недоумение. Лексе хотелось натравить на нее тушканчиков, но она была так возмущена, что не смогла ничего ответить. А еще невольно засмотрелась на нее. Блондинка уже отвернулась и, не сбавляя темпа, продолжила вертеться — фотографировать, пить воду, просто крутить головой. Лекса поняла, теперь это делалось специально. «Сучка»  — подумала шатенка и больше не пыталась высмотреть львов. Тем более автобус уже ехал дальше. Спустя два часа автобус остановился возле нескольких ларьков посреди дикой саванны. Люди ужасно хотели освежиться и пить. Вся толпа вывалилась из салона и потащила свои отсидевшие задницы в очередь за водой. Лекса хотела чего-нибудь погорячее. И снова как будто небеса услышали ее мысли, к ней подошел их гид — Беллами. — Знаете, на такой жаре лучше не пить алкоголь, но если желаете, в том крайнем «баре» можно за несколько долларов купить местное «горячительное», — улыбнулся парень, указывая жестом на глиняный домик. — А я останусь жива после него? — поинтересовалась она. — Ну, я же живой, — раскидывая руки в стороны и улыбаясь, проговорил Беллами. Лекса была готова отдать почку за что-нибудь холодное и покрепче. Они вдвоем прошли до магазинчика и обратились к продавцу. Но чернокожий мужчина с кольцом в носу и дредами по всей голове указал в сторону, и на ломаном английском произнес: — Я только что продал последний Чангаа той красавице. Лекса перевела взгляд на блондинку, уже знакомую ей по автобусу, которая с райским наслаждением глотала из трубочки нужный ей напиток. Губы Лексы пересохли, а внутри начинал извергаться вулкан. «Опять эта кобра» — выругалась она матерным словом, а потом вопросительно посмотрела на парня. — Извините, больше Чангаа нет, но можно купить лимонад. — Пошло все к черту! — высказалась она и пошла к автобусу, прямо через эту девчонку, и когда настигла ее, то толкнула плечом. — Эй, ты что творишь?! — закричала блондинка, когда выронила свой напиток на песок, и он полностью разлился. Но Лекса уже садилась в автобус и никак не реагировала на ор. «И это только первый день! Как мне выжить до конца отпуска? А ведь нас еще не заселили в номера, а сразу потащили на эту адскую экскурсию. Дэймон уже может присматривать себе надгробие!» — вела с собой монолог шатенка. Настроение было такое, будто по ней прошлись два миллиона носорогов, и один даже успел нагадить. Еще пару часов их возили по саваннским степям, а потом, наконец, привезли к гостинице. В городе было прохладней. К тому же был вечер, и даже подул ветерок. Уставшая и измотанная жарой Лекса стояла в очереди и ждала, когда ей передадут ключ от номера. В этой Африке все было не как у людей. Или Дэймон купил ей самый дешевый тур, какой есть на белом свете. Вместо люкса, которого и в помине не было в этой стране, ее ждал двухместный номер, напоминающий хостел на самом краю земли. Да еще его придется делить с каким-то человеком, заранее жутко ненавистным шатенке. Лекса хотела уехать назад. Наконец, ключи были в руках, и она шла, еле волоча на плечах черный рюкзак, везя за собой два чемодана с вещами и несколько сумок. Ноги заплетались, а тело ломило от усталости. Снова хотелось пить. Она все же «доползала» до заветной двери. И когда вставила ключ, то поняла, что дверь была открыта. Пройдя в номер, она резко остановилась у входа. «Этого мне еще не хватало» — пронеслось в голове. Та самая блондинка сидела на одной из кроватей и распаковывала единственный чемодан. Она посмотрела на Лексу, а потом продолжила разбираться с вещами. — Если ты просверлишь во мне дырку, красотка, тебе придется выплачивать мне страховку. А это дорого для тебя, — не поднимая глаз, проговорила девушка. Лекса все еще не верила себе. Жизнь не может быть настолько несправедливой. И все же шатенка прошла вперед, заметив, что ей досталась кровать в самом углу возле маленького гудящего холодильника. «Я ее убью» — сказала себе Лекса, а потом замерла, когда повернулась к этой девушке. Блондинка стояла в одном бюстгальтере, переодевая футболку, и совершенно игнорируя ошарашенную Лексу. А потом она начала снимать штаны и, наконец, сверкнула в шатенку голубыми глазами. Лекса отвернулась, заметив на ее лице самодовольную улыбку. «Беспринципная хамка!» — мысленно подытожила Ферре, делая вид, что занята своими вещами. На самом деле, ее нервировала эта обстановка и эта девушка с милой ангельской мордашкой, но, видимо, полная демонов внутри. Когда многочисленные сумки и чемоданы были распакованы, Лекса пыталась затолкать последний «саквояж» в шкаф, но ей это не удавалось. Несколько минут она провозилась с этой штуковиной, пока, наконец, не справилась с задачей. А потом выдохнула и села на кровать. И сразу наткнулась на смешливый взгляд голубоглазой, которая сидела напротив с телефоном в руках. — Что? — возмутилась Лекса, не скрывая раздражения. — Да так, просто весело, — загадочно улыбалась блондинка. — Мне нужны все эти вещи, — зачем-то оправдывалась Лекса. — Да, пожалуйста, пожалуйста, — подняла руки девушка, — просто мы в Африке, некоторым местным достаточно и набедренной повязки, чтобы здесь жить. — Спасибо, что просветила. Лекса не знала, куда смотреть, чтобы не встречаться с ней взглядом. Она не комфортно чувствовала себя под ним. Время было позднее. И хотелось лишь одного — как следует выспаться. Поэтому Лекса придумала предлог, чтобы хоть немного побыть одной. Она взяла необходимую одежду и отправилась в душ, провожаемая взглядом голубых глаз. «Что она на меня так таращится?» — подумала девушка, когда закрыла дверь в душевую. Холодная вода помогла Лексе освежиться. После этого стало намного легче и уютней в этой насквозь кипяченной Африке. Она вошла в комнату, но тут же остановилась, кинув взгляд на новую знакомую. Блондинка лежала на кровати и смотрела в телефон, громко всхлипывая и шмыгая носом. Стало понятно — она в слезах. «В какой жизни я провинилась, что все это разом навалилось на меня?» — обреченно вздохнула Лекса. — Что-то случилось? — шатенка пыталась быть не настойчивой. Девушка перевела на нее слезный взгляд. — Боже, восемь лет моей жизни! — ответила она. И Лекса напряглась, понимая, что произошло что-то серьезное. — Ээм, я могу как-то помочь? — Никто не может мне помочь! — слезы по-прежнему катились из глаз. Лекса начала нервничать. Только что принятый освежающий душ шел прахом. На нее снова свалились проблемы. И на этот раз — не свои. — Ну, может, ты хочешь высказаться? — шатенка стала подходить ближе. — Да что тут высказываться! Джон Сноу убил Дейнерис! Понимаешь, этот обросший чувак просто взял и убил любовь своей жизни! Я не знаю, как это пережить! Лекса резко остановилась и недовольно посмотрела на эту сумасшедшую. — Знаешь, что! Иди ты к черту! — почти выкрикнула Лекса и легла в постель, полностью натянув на себя одеяло, и оттуда закончила: Мне вообще все равно. Я за драконов! Блондинка издала смешок. — Ладно, ладно, не нервничай так. Через минуту Лекса вновь услышала ее голос. Но такой тихий и спокойный, немного с хрипотцой. — Меня зовут Кларк Гриффин. И шатенка вылезла из-под одеяла. — Лекса Ферре. Кларк кивнула. — Слушай, я так вымоталась за день. Ты не против, если я немного посплю? — устало обратилась Лекса, подозревая, что это был не конец разговора. — Хорошо, я поняла, — отстала блондинка, и Лекса, наконец, закрыла глаза. — А ты смотрела Сотню? — вновь раздался ее голос, отчего шатенка вздрогнула и распахнула глаза, — вот где настоящая трагедия! — Клааарк, — протянула она. — Да, да, помню и молчу. Еще около часа Лекса не могла заснуть под настойчивые беседы соседки. А потом она еще снилась ей всю ночь. Отчего девушка постоянно просыпалась в холодном поту. Сны были совершенно не детские: Кларк управляла армией тушканчиков и пыталась забрать у Лексы железный трон. За всем этим пристально следили драконы.

II

«Янки в Африке» продолжались. Утром Лекса встала первой. У нее болела голова, а зевота и не думала заканчиваться. Она зло посмотрела на громко сопевшую блондинку и так сильно захотела запустить в нее подушку, что непременно схватила ее и прицелилась, но сдержала пыл. Она сидела на кровати и изучающе смотрела на девушку напротив. С виду обычная блондинка, немного полноватая, грубая, циничная и язвительная, а еще эта родинка над губой. В другой обстановке Лекса и не обратила бы на нее внимание, хотя НЕТ. Она совершенно не обычная, скорее слишком не обычная и не похожая на других. «И абсолютно не похожа на Мерлин Монро!» — завершила внутренний монолог шатенка. Лекса не собиралась ее изучать, копать глубже, выискивать душу за слоем колючих игл, она ее совсем не интересовала. Девушка встала и пошла в душ. В нос ударил зловонный запах улицы, раскаленной на жаре и похоже напрочь засыпанной специями и пряностями. Но это не помогало. Вонь была жуткая. После освежающей водички, девушка вновь вернулась в комнату. Кларк не спала и молча не сводила с нее глаз. — А где «доброе утро»? — поинтересовалась шатенка, чтобы хоть как-то отвлечь Кларк от наглого разглядывания себя. Кларк молчала. А Лекса не сходила с места, пригвожденная к нему небесами. Которые в глазах этой блондинки. Лекса была в белом шелковом халате выше колен, волосы мокрые и распущенные, с них еще капала вода, а на лице никакой косметики. Кларк, наконец, отвела взгляд и, как ни в чем не бывало, поднялась с кровати и пошла в душевую, ничего не ответив шатенке. Лекса поймала вихрь, который эта блондиночка оставила после себя. «Если она продолжит так на меня смотреть, я обращусь к шерифу. Блин, или кто тут у них? К большому черному шерифу, КЛАРК!» — она угрожающе посмотрела на закрытую дверь душевой. Лексе было неловко. Если вчера эта девчонка была несносной, то сегодня вполне себе напоминала нормального человека. Только какого-то странного человека. «Может, ей тоже приснились тушканчики?» — подумала шатенка, а потом услышала, что звонит скайп. Вызывает: «DeMoN_666» Лекса усмехнулась и приняла вызов. — Слушай, смени ник, а? Тебе уже не 15, мальчик, — сказала она парню в мониторе. — Не умничай, африканочка! — ответил он. — Ну, как там в экзотике? Подцепила уже накаченного мулата с большим и огромным … кольцом в ноздре? — Фу, Дэй, у тебя странные фантазии. Никого я не подцепила и не собираюсь цеплять. Потому что всю энергию хочу направить только на одно — убить тебя в первую же минуту прилета! — УУУ! Я знал, что ты заценишь, красотка. Что, горячая Африка поджарила твою попку? И ведь это только первых два дня! — не унимался парень. — Я ведь до тебя доберусь, засранец! — приблизилась девушка к монитору. — Давай, выкладывай, что там на работе? Пайка не уволили? — И не мечтай! Цветет и пахнет наш кабанчик. Но вот для тебя не все так гладко. Шеф подписал какой-то важный контракт и поставил отвечать за него этого жлоба, а надо бы, чтобы это была ты! — Я же говорила, что не надо мне ехать в эту гребанную Африку! — шатенка подскочила со стула и стала метаться по комнате. — Лекс, ты еще не поняла? Шеф все равно бы назначил Пайка, даже если б ты была здесь. — Мне конец, Дэй? — она грустно посмотрела в экран. — Мы еще повоюем! — подбодрил парень. Лекса услышала, что дверь душевой отворяется. Она резко обратилась к парню: — Ладно, спасибо, что ты рядом, Дэймон. Созвонимся позже, — и отключила связь, не дослушав его ответ. Кларк прошла по комнате, опустилась на кровать и выразительно посмотрела на Лексу. — Его зовут Дэймон? Лекса смутилась бестактности девчонки. Все же это личное и никого другого не касается. — Дэймон, а что? — ответила Лекса и села на свою кровать напротив Кларк. — Красивый, сексуальный мерзавец, посасывающий кровавую Мэри из человеческих шей? — Что, прости? — шатенка сдвинула брови, не понимая, какой еще изощренный способ придумала эта выскочка, чтобы оскорбить или разыграть ее. — Забудь. Кларк отвернулась к своему ноутбуку. Похоже, настроение у нее было не самым солнечным в этот раз. Лекса последовала примеру и тоже занялась своими делами: сушила волосы полотенцем, поправила подушку и почему-то постоянно одёргивала халат, как будто стеснялась кого-то. — Вы встречаетесь? — не поднимая глаз, неожиданно спросила Кларк. А Лекса уже смотрела на нее во все глаза, думая, отвечать ли. Но почему бы и нет? — Хоть он и сексуальный мерзавец, Кларк, но мне больше нравится его брат Стефан. Блондинка перевела свои голубые на Лексу. Она какое-то время молчала и снова смотрела на нее, как удав на кролика. — Ты серьезно, у него есть брат, и его зовут Стефан? — Да, а что здесь такого? — Похоже, их мама пересмотрела Дневники, — констатировала без улыбки блондинка и снова уставилась в ноутбук. — Какие Дневники? Блин, хватит меня испытывать, Гриффин! — Лекса выходила из себя, понимая, что они говорят на разных языках. — Так значит, тебе по душе Стефан? И как у вас с ним? — блондинка снова уставилась на Ферре. И даже слегка скользнула взглядом по оголенному бедру, на что Лекса сразу же одернула подол халата. — Господи, Кларк, отстань! Она встала с кровати и направилась к шкафу за одеждой, а потом скрылась в душевой. Кларк достала телефон и безразлично настрочила смс Октавии, подруге по университету. Кларк: Доброе утро, детка. Как жизнь? Октавия: Все плохо. Хочу назад в Европу, эта взрослая деловая жизнь мне не по кайфу. Кларк: Привыкай, лентяйка. Теперь папочка не будет оплачивать тебе счета. Все сама, теперь ты полноценный РАБотник этого мира. Октавия: Черт, помнишь, как мы круто тусили в Италии! Хочу снова беззаботные студенческие дни, а лучше ночи. Слушай, я сейчас позвоню. Через секунды Октавия была на проводе. Этим летом подруги получили дипломы и перестали пополнять студенческие ряды. Октавия уже во всю трудилась на отца, а Кларк… Кларк просто отдыхала от выпускного года. Кларк рассказала ей, что отдыхает в Африке и выслушала кучу обвинений, что не взяла Октавию с собой. А потом они еще долго о чем-то трещали, пока дело не дошло до личной жизни Кларк. — Слушай, Окс, отстань. — Но ты же и дня не проводишь без секса, подруга! Как ты еще не затащила ни одно шоколадное тело в постель? — Здесь скучно, а еще эта соседка, которая… — Так, так, выкладывай! Ты на кого-то запала? Кто она? — Хватит, Окс, ты же знаешь, как я отношусь к натуралкам. — С чего ты взяла? Но Кларк уже не ответила, потому что в дверях стояла Лекса и внимательно за ней наблюдала. — Я тебе перезвоню, дорогая, — попрощалась блондинка и отложила телефон. Лекса еще какое-то время внимательно и изучающе смотрела на Кларк, которая ерзала под этими глазами. — Подруга звонила? — как-то подозрительно спросила шатенка и прошла по комнате. Она уже в полной комплекции была готова к экскурсии. — Да. — Близкая? — не унималась Лекса. — Какое тебе дело? — недоумевала Кларк. — Ну, ты же расспрашиваешь меня о личном. — Могла бы не отвечать. Лекса все время на нее смотрела, и Кларк не могла больше этого терпеть. Напористая сама, она таких же людей не выносила. Она не стала скрываться в душевой, чтобы переодеться, а начала это делать прямо здесь под напором очаровательных зеленых глаз. Она встала и сняла через верх ночную футболку, оставаясь лишь в узком топе, а потом сняла шорты и повернулась к Лексе. Та уже не срывалась с места, не сбегала и даже не отводила глаз. Кларк видела ее смущение, но, видимо, это битва, которую кому-то из них придется проиграть. Топ и трусики. Больше ничего. Кларк с вызовом посмотрела в зеленые, перед тем как снять топ, но не успела. — Так! Нужно спускаться вниз. Там уже ждут, — подскочила шатенка, рассеянно бегая по полу глазами и не глядя на блондинку, помчалась к двери. Кларк осталась одна, довольно ухмыляясь своей победе. Внизу отеля действительно было полно людей. Лекса стояла дальше ото всех и все еще переводила дыхание. Ей не давала покоя выходка новой соседки. Ей вообще было не спокойно от того, что Кларк постоянно держит ее в напряжении. Лекса приехала отдохнуть, но, похоже, после такого отдыха ей понадобится еще один. Кларк вышла из здания, и Лекса резко отвернулась, мысленно заклиная «Не подходи». — Чего тут одна стоишь? — послышалась через минуту за ее спиной. Шатенка вздохнула и повернулась к обладательнице этого голоса с хрипотцой. — Наверное, наслаждаюсь одиночеством, разве не ясно? — Ух, как грубо, — наигранно надула губки Кларк. — Что ж, сегодня тебе придется наслаждаться моим обществом, потому что эти организаторы что-то напутали и дали нам на двоих один входной билет. Там на каждом шагу охрана и всем им нужно показывать эту наклейку, — Кларк показала Лексе жетон с бананами. Лекса еще раз глубоко вздохнула. Похоже с Африкой у них взаимная неприязнь. Сегодня путешественники посещают джунгли Конго, и путеводители обещали опасности на каждом шагу. Лекса не любила испытывать судьбу и ощущать острые впечатления, а Кларк, напротив, рвалась к опасностям в полный ход. Они шли своей группой по заросшим древесным лесам и постоянно оглядывались по сторонам. То большой паук упадет кому-нибудь на голову, то по земле пробежит ползучий гад, то мартышки кинут в Лексу бананом, то какая-нибудь птица украдет панаму Беллами и улетит ко всем чертям. Прогулка выдалась не из легких. Через два часа группа остановилась в кафе прямо посреди джунглей и гомона пернатых друзей. Обед на лоне природы — что может быть прекрасней на этой земле? Все отдыхающие скинули свои рюкзачки и уселись за круглый стол под навесом из пальмовых листьев. Все. Но не Лекса. Кларк, немного подкрепившись и заметив, что соседки по комнате среди них нет, тоже выбралась из-за стола. Она прошла по лестнице и спустилась на землю, потому что именно среди деревьев и ползучих лиан она заметила ее — девушку, которая так гармонично вписывалась в эту первозданную природу. Будто она и сама из каких-то дальних первобытных мест. Кларк подошла ближе, и когда Лекса повернулась, она заметила, как ярко и светло блестели ее глаза. Они такого же цвета, как эта природа, как джунгли, как первобытный лес. Кларк засмотрелась и почему-то грустно улыбнулась, а потом, немного встряхнув головой, обратилась к шатенке: — Красиво, правда? Лекса подозрительно на нее посмотрела. Восторженных слов она еще не слышала из этих тонких насмешливых губ. Они обе смотрели куда-то вглубь джунглей, вдоль небольшой тропинки, ведущей неизвестно куда. И слушали звуки природы. Какая-то магия исходила из этих мест, вызывая внутри восторг и повиновение. Здесь прохладно и свежо, много воздуха и дурманящих ароматов. Хотелось как можно дольше удержать этот момент. Но по этой ли причине? Кларк — точно нет. Она стала строгой и молчаливой и немного украдкой смотрела на профиль Ферре. Правильный, плавный и безупречный. А вся она как вулкан, источающий опасность и пламя. Такая спокойная, но громкая. Такая разная, но одна. А ее дыхание, словно разновидность ласки. Кларк полностью погрузилась в эти мысли. Она не боялась изучать и следить за каждым ее вдохом. А потом услышала тихий, тревожный шепот, сорвавшийся с розовых губ: — Кларк… Блондинка словно выпала из мечтаний и вернулась сюда, к ней. — Что? — посмотрела она на нее ясным взглядом, но ответа не требовалось. Лекса стояла, как камень, и даже не пыталась дышать. Руки расставлены в стороны, она вся сгорбилась и плотно сжала белоснежные зубы. А на плечах у нее покоилась зеленая змеиная голова и громко шипела, высовывая язык. — Нихрена себе! — вскрикнула Кларк и отскочила в сторону, но потом все поняла. По зоологии в школе у нее был высший балл, и она сразу разглядела в этой гадюке питона. Особо волноваться причин не было. Но все же неприятно. А Лекса выглядела так, будто уже отошла в иной мир. — Сними его, — шепот молила шатенка, умоляюще глядя на Кларк. Гриффин поняла, что владеет ситуацией. — Расслабься, Лекса. Посмотри, какой он симпатичный и явно положил на тебя глаз... то есть, голову! — улыбалась блондинка. Лекса не двигалась и больше всего на свете боялась этих ползучих тварей. Больше всего! — Прошу, Кларк, избавь меня от него! — уже более громко молила шатенка, на что питон еще ниже спустился ей на грудь. — А поцелуй прекрасной принцессы за это полагается? — неожиданно сорвался вопрос с губ Кларк, но она сделала вид, что именно это и хотела сказать. — Если только в лоб, Гриффин, провожая тебя в последний путь! — перешла в атаку Лекса, и не понятно, что ее больше вывело из себя: этот вопрос или бездействие блондинистой негодяйки. Кларк улыбнулась, а потом сняла с девушки питона, опуская его на лиану, с которой он сполз. Лекса облегченно выдохнула, а затем резко подскочила к Гриффин, обжигая светлое лицо яростным дыханием. Глаза метали молнии. — Ты зашла слишком далеко, умница. Оставь свои глупые шуточки при себе и перестань преследовать меня своим нахальным взглядом! Улыбки больше не было на лице Кларк. Она смотрела вслед уходящей шатенки, понимая, что совершенно не может найти с ней «общий язык». Но зачем? Она слишком сложная и прямая. А Кларк веселая, гибкая и простая. Ну, такой она себя видела. Они из разных миров. Кларк вздохнула и пошла следом. Но больше они не пересекались в этот день. До самого вечера.

III

Вечером Кларк долго не ложилась спать. Постель Лексы была пустой, и это нервировало девушку. Она не включала свет, не ела, не садилась, а просто ходила по комнате взад-вперед, от двери до окна. На столе стояла бутылка открытого виски, а рядом пустой стакан, который уже успела осушить Кларк. Ей было неудобно за сегодняшний инцидент, но извиняться она не собиралась. Тем более не перед кем. Внутри блондинки происходили странные метаморфозы. Она то злилась на себя, то на Лексу, то корила ее за грубость, то тонула в воспоминании о ней. Было жарко в груди, было очень жарко. Она подошла к окну. И стало совсем невыносимо. Там, внизу перед входом стояла шатенка, а провожал ее какой-то кудрявый мерзавец. Беллами, разумеется. По сердцу Гриффин словно провели ножом. Вскоре Лекса вошла в номер и сразу же наткнулась на пару лазурных глаз. — Ты еще не спишь! Маленьким девочкам давно пора в кроватку, — ерничала Лекса, снимая с себя салатовый кардиган и проходя по комнате. Кларк молчала. Лексе стало даже неуютно от этого странного взгляда. Как будто она в чем-то была виновата перед ней. — Ладно, извини, иногда я могу перегнуть палку. И тебя я прощаю за питона. Кларк подошла к столу, сняла крышку с бутылки и залпом сделала несколько глотков. Лекса во все глаза за этим наблюдала. А потом блондинка, взглянув на Ферре осуждающим взглядом, как будто сама себе сказала: — А он симпатичный. И направилась прямо в постель. Лексе было не по себе. Она еще ни разу не видела эту заносчивую девчонку такой. И наверное, не хотела бы видеть. Ночь была долгой и молчаливой. Обе девушки не могли заснуть. Лекса думала, что произошло с Кларк и почему она так сказала о Беллами. А Гриффин не думала ни о чем. Она горько смотрела на стену и думала, как не справедлива жизнь. Утром Лекса обнаружила, что Кларк уже нет в номере. Сегодня была запланирована экскурсия к берегу реки Ченг, и группа уже собиралась внизу. Кларк среди них не было. Не понятно зачем, Лекса осмотрелась по сторонам, но не нашла знакомую фигуру. В глубине души закралась маленькая грусть разочарования. Лексе все это не нравилось. Беллами все время был рядом. После вчерашней прогулки он явно подбивал к ней свои кудряшки и всячески пытался обратить на себя внимание. Но настроения у Лексы на него не было, как и не было вообще. Экскурсия длилась до самого вечера. А когда солнце село за горизонт, а вдали раздавались голодные вопли гиен, Лекса вышла из номера, уставшая за день, и решила зайти в бар. Сидеть одной в комнате не было сил. Кларк там до сих пор не было, и на сердце шатенки заиграла тревога. Бар располагался прямо возле их отеля. Девушка хотела выпить чего-то горячительного, чтобы меньше волноваться из-за Кларк. Наводить панику раньше времени она не хотела. Тем более эта блондинка не предсказуемая и сама себе на уме. А еще образ Кларк преследовал шатенку на протяжении всего дня, отчего Лекса совершенно не находила себе места. Когда заказ был оформлен, и бармен услужливо протянул ей лаймовый джин, она заметила знакомую фигуру на другом конце бара. Кларк сидела с какой-то брюнеткой, активно с ней разговаривала и угощала вином. Лекса сглотнула, когда увидела, что рука блондинки покоится на талии этой штучки и все ближе прижимает ее к себе. Лекса хотела уйти, но вместо этого осушила стакан залпом, а потом стремительно направилась к голубкам. Без церемоний и реверансов она громко села за их стол возле Кларк и, улыбаясь, поочередно посмотрела на недоумевающих дам. — Мы никого не приглашали, — сухо высказалась блондинка, выказывая равнодушие в глазах. — Извините, но мне просто стало скучно сидеть одной, — Лекса уже не сводила взгляд с Гриффин, которая продолжала обнимать девушку. Шатенка все это видела, и в жилах закипела кровь. Она перевела взгляд на губы Гриффин и соблазнительно прикусила свои. Кларк внимательно наблюдала за ее жестами и дышала так, что охладилась бы вся Африка. — Я не знаю, куда делся твой парень, Лекса, но мы с Ширли не намерены тебя развлекать. — Парень? — отстранилась шатенка и выгнула бровь. — Ага, если, конечно, вы не успели расписаться где-нибудь на заднице носорога, — отвернулась Кларк к своей спутнице, игнорируя Лексу всеми фибрами души. Лекса усмехнулась. — Да уж, вы слишком себе на уме, мисс. Если дело в этом, то никакого парня нет, Кларк. — Расскажи это тому питону, который, к сожалению, тебя не сожрал, — фыркнула блондинка, продолжая смотреть на свою девушку. — Кстати, о питонах! Извините, не запомнила, как вас зовут, — Лекса обратилась к ошарашенной брюнетке, — я должна вашей любовнице поцелуй за то, что она спасла меня от этого милого создания. Лекса резко встала и развернула крутящийся стул Кларк на себя. Она обхватила лицо блондинки двумя руками и, секунду помедлив, страстно прильнула к ее губам. И не встретила сопротивления. Пухлые губы грубо и настойчиво впились в губы Кларк, яростно сражаясь с ней языками. Поцелуй не длился долго. Лекса разомкнула губы и посмотрела на застывшую блондинку. — Это к вопросу о натуралках, Кларк. А потом она быстро исчезла, оставляя Кларк в хмельном состоянии. «Что это было?» — крутилось в блондинистой голове, когда она снова начала дышать, оттаив от пьянящего прикосновения. Это даже не страсть — это что-то большее, потому что первый раз у нее кружилась голова от поцелуя. Сердце отчитывало громкий ритм, а губы все еще горели зеленым пламенем. Кларк подскочила с места, и, не объясняясь с новой знакомой, отправилась в номер, желая все прояснить. Когда она закрыла за собой дверь, то увидела Лексу, которая сидела на кровати и почему-то отворачивала лицо. Кларк заметила, что ее глаза блестели. — Что с тобой, Лекса? — шепотом, будто боясь спугнуть, спросила Гриффин. — Не переживай, это из-за Дейнерис, — улыбнулась Лекса, и Кларк улыбнулась в ответ. А потом подошла к ней и села рядом. — Ты весь день где-то пропадала, и я уже думала, что с тобой что-то случилось, Кларк, а потом эта девица и ты… — продолжая отворачиваться, тихо говорила шатенка, и почувствовала теплое прикосновение к своей руке. Кларк нежно обхватила ее руку своими и ласково поглаживала большим пальцем. — Лекса, я просто думала, что безнадежно опоздала к тебе. Пожалуйста, посмотри на меня, — прошептала она. И шатенка повернулась. Они просто смотрели друг на друга и видели нечто прекрасное в этих глазах. Как рассвет и закат — они такие разные, но вместе будто осветили весь небосвод. Они из одного времени, из одного мира, из одних лесов. И чувство, словно где-то на земле или в космосе они уже были знакомы до этого мига. Чувство единства и понимания, чувство, которое испытала каждая из них. Ничего не было этой ночью. Они просто лежали рядом и смущенно касались друг друга руками. Иногда Кларк останавливала взгляд на губах Лексы, и тогда они целовались до самых звезд.

IV

Под утро обе заснули. А когда Лекса открыла глаза, Кларк, нежно прижавшись к ней, все еще спала. Осторожно и бережно освободившись из-под ее рук, ласково посмотрев на это создание, шатенка взяла полотенце и отправилась в душ. Теплые капли касались шоколадной кожи Лексы. Она глубоко дышала, дрожала и обреченно прикрывала глаза, сглатывая ком. Она возбуждена и хотела большего, чем поцелуи Кларк на своих плечах. Рука потянулась туда, где пульсировало волнение, а капли настойчиво вызывали желание и секс. Да, Лекса хотела секса, хотела Кларк, хотела ее руки в себе и на клиторе, хотела стона из губ, хотела тонкие губы ниже, чем линия талии, хотела ее всю и до конца. Руки блуждали по всему телу, она ласкала свою грудь, шею, живот, прижимаясь к стене, потому что теряла равновесие. А в голове лишь Кларк и ее нежные прикосновения. Она не заметила, как дверь в душевую открылась, а потом отворилась сама кабина к ней. Казалось, Кларк услышала эти желания, она и сама была хмельна в своем взгляде на Лексу. Она сама к ней шагнула, окунаясь в потоке бесконечной воды и вжимая смуглое тело в стену напротив. Не говоря ничего, не спрашивая и не сомневаясь, она покрывала тело шатенки страстными поцелуями, лаская губами грудь и проникая в нее легко и без сопротивления. Лекса была готова, давно она уже желала ощутить эти руки в себе, эти губы на своем рте, это тело в своих руках. И стоны один за другим слетали под каплями теплого «водопада». Через час они сидели в фуршетном зале и болтали о своем. Лекса рассказала Кларк о проблемах на работе, о Пайке, о Дэймоне — той еще занозе в заднице, но искренне опекающем ее, о своих бывших, об этой поездке, о змеях, так ненавистных ей. Казалось, она все уже о себе рассказала, но Кларк было мало. Она жадно поглощала каждое слово, жадно впивалась в нее глазами, а потом, когда Лекса закончила, положила на ее руку свою и нежно погладила. — Ты такая смешная, когда чем-то увлечена, — улыбнулась блондинка. — А ты мягкая и приятная на ощупь, — парировала Лекса. — Что? — удивленно спросила Кларк, — я тебе тут о мимишностях, а ты об этих телесных, осязаемых вещах! — А ты хочешь поговорить о любви? — серьезно спросила шатенка, и улыбка с лица Кларк моментально исчезла. — Ну, я не это имела в виду, — как-то замешкалась блондинка, отводя взгляд в сторону. — Понятно, кто-то еще ни разу не был влюблен. — Как ты догадалась? — спросила блондинка. — Когда знаешь, что это такое, почему бы об этом не поговорить? Мы ведь рядом, Кларк, — куда-то в воздух с лёгкостью проговорила Лекса и перевела взгляд на сцену, на которой темнокожий мужчина играл на саксофоне. Но Кларк солгала. Она влюблялась. Миллион раз влюблялась и тысячу раз говорила о любви. А сейчас не могла. Говорить о чувствах с Лексой было страшно, волнительно и больно. Впервые Кларк не чувствовала той уверенности, с которой соблазняла, играла, влюбляла в себя других. Она смотрела на эту девушку, такую желающую, жаждущую, такую прекрасную, как может быть только женщина, которая сходит по кому-то с ума. И сама сходила с ума. «Но я-то хочу не только быть рядом… Я хочу тебя всю, хочу снять с тебя одежду, хочу уложить рядом с собой, хочу трогать везде, где позволишь, хочу закрывать глаза, целуя твои мягкие губы, хочу опять почувствовать ту властную силу, с которой ты целовала меня в ночи. Твои руки стали такими уверенными там, будто ты делала это миллионы раз — обнимала меня и прижимала к себе. И я снова хочу познать, что могли бы сделать твои руки с моим телом. А еще я хочу, чтобы ты полюбила меня, Лекса...» Кларк грустно посмотрела на эту девушка, которая, словно услышав ее мысли, наконец, посмотрела в ответ. — Что-то не так, Кларк? — заметив тревожность на лице блондинки, спросила Ферре. — Я уезжаю через два часа. Лекса молчала. Она только что услышала то, к чему совершенно была не готова. И не хотела это слышать. — Почему? — тихо спросила шатенка. Ее глаза стали безгранично печальны. — Я, наконец, нашла работу. И теперь надо спешить, — Кларк сдерживала порыв, чтобы не броситься к ней на шею. — Хорошо, раз нужно, уезжай, — проговорила Ферре, смотря куда угодно, только не на Кларк. — Все нормально, Лекса? — Кларк пыталась поймать ее взгляд. — Да, да, все хорошо. Просто мне нужно в номер. Ферре встала и направилась в номер. Она была не готова к такому повороту дел. Кларк осталась одна в размышлении. Она все время думала: что между ними? Курортный роман, секс без обязательств? Страсть? Экзотика? Или чувства? Насчет себя Гриффин определилась и именно поэтому спешила домой. Она всегда умела делать красивый жест, даже когда предстояло расставание. Вскоре Кларк уехала, улетела, убежала прочь из объятий Ферре. В номере они почти не разговаривали, когда Кларк собирала одну единственную сумку. Лекса была отстранённой и совсем замкнулась в себе, а блондинка чувствовала вину и спешила поскорее исчезнуть. Наверное, так происходит испытание чувств? Кларк определённо это знала. Лекса еще пару дней пробыла в Африке, но, не дождавшись окончания тура, вернулась в Америку. Слишком пусто стало в этой стране, которая навсегда сохранит те мгновения, что стали так важны для Лексы Ферре. Она не думала о Кларк. Точнее, боялась думать. Все произошло так неожиданно и жестоко с ее стороны, что шатенка не хотела уделять ей даже толику своего драгоценного времени. Мысли на блокировке, тонны работы, расспросы коллег, борьба с Пайком и… скорое увольнение. Этот мужлан уже успел насолить Лексе и выкрал ее годовой отчет, отчего шеф практически прямым тоном предупредил ее о сокращении. Все было как обычно. Она сидела в своем лофте и вертела телефон в руках. По коже пробежали первые лучи заката, освещая ярким пламенем просторное помещение ее жилья. Один единственный раз она подумала о Кларк, и это было именно в это мгновение. «Если бы у меня был ее номер…» И тут же она яростно прогнала эти мысли прочь. Она скучала. Неимоверно и жалостно скучала. Как щенок, выброшенный на дорогу, все равно скучает по своему хозяину. Ей было жалко себя за эту слабость, за то, что она все еще не может выкинуть Кларк из головы. Она встала и подошла к ноутбуку. Вбив в поисковик популярной социальной сети имя «Кларк Гриффин», она не нашла ее профиль. Тоже самое она провернула в других поисковиках. И даже ввела ее имя в Google. НИЧЕГО. Будто и не было этой девушки на земле. Лекса снова опустилась на диван. Мысли об увольнении не давили так сильно, как тоска по блондинке из головы. «Господи, надо было сразу перестрадать, отпустить и забыть. Но нет же, Ферре, ты слишком все запустила». Лексу никогда не бросали, не отвергали так явно и под звуки возбуждающих труб. У нее вообще не было серьезных отношений, лишь отношения на пару недель. В основном, с девушками. Лекса уже отчаялась в свои 27 завести спутника жизни. Завела кота  — Пуфика и спокойно делит с ним быт. Он даже спит на отдельной кровати и имеет собственный шкаф. А тут эти гребанные чувства. Эта Африка и Гриффин Кларк. Как все это произошло, почему Лекса тоскует — никто не мог этого пояснить. Завтра ее ждет полный зал народа в главном холле корпорации «Аркадия». Именно там шеф объявит список тех, кто полетит к чертям из айсберга денег и лжи. Лекса просто легла спать, чтобы поскорее дождаться участи. Пуфик всю ночь смотрел футбол, отчего хозяйка недовольно вертелась и часто просыпалась под крики комментатора «ГОЛ» и мяуканье заядлого болельщика.

V

— Как ты? — раздался мужской голос за спиной шатенки. Лекса обернулась. — Знаешь, мне уже все равно, — тихо ответила она. Лекса и Дэймон стояли у входа в «Аркадию» и смотрели, как огромное количество людей без конца и края пытается втиснуться в этот небоскреб. — Может, все еще обойдется? — приподнял брови парень, положив руку девушке на плечо. — Не думаю, Дэй. Шеф уже недвусмысленно намекнул мне. Знаешь, что я сделаю первым делом после увольнения? — Что? — Пойду в бар и надерусь там как следует. Ты со мной? — Ты какая-то другая в последнее время, — задумался парень. — Как будто сама не своя с тех пор, как прилетела из этой Африки. Лекса сверкнула в него глазами. — Тебе показалось, Дэй, не придумывай. — Да, да, я только сейчас это понял. Не воюешь с Пайком, не пытаешься ничего доказать шефу, нет в тебе той хватки и закала, ты стала отстраненной и замкнутой. Признавайся, что там произошло? — Скажи адрес, — произнесла шатенка. — Какой адрес? — Твоего кабинета психологической поддержки, который, по всей видимости, ты успел открыть, пока я тусила с тушканчиками. — Лекса! Я серьезно. Расскажи, и мы вместе решим эту проблему. Девушка улыбнулась и грустно посмотрела на «сексуального мерзавца». — Ну, если мы перекрасим тебя в блондиночку, прилепим родинку над губой, осветлим кожу и оденем женские трусы, тогда да, мы решим проблему, — усмехнулась Ферре, а потом стала серьезной. — Вот только ты все равно не Кларк. Она особенная. Лекса вспомнила голубые глаза девушки, их нежный лазурный свет и теплоту, обрамленную яркими искорками, их ясность и глубину и, горько вздохнув, добавила: — Ты не сможешь мне помочь, как видишь. А потом под внимательным взглядом друга вошла в Аркадию и скрылась из вида. Дэймон еще долго задумчиво смотрел ей вслед. Главный зал корпорации. Толпы людей и бесконечные разговоры. Шум. Толкучка. Косые и обеспокоенные взгляды. И Лекса. Она заняла кресло у самого входа и безразлично смотрела куда-то перед собой. Но вдруг все превратилось в тишину. На публику вышел глава корпорации Маркус Кейн и занял место у микрофона. Все знали, чем закончится это представление и со страхом следили за каждым его жестом. Мужчина средних лет оглядел огромную аудиторию, как цари осматривают свою территорию, и слегка улыбнулся. — Доброе утро, коллеги! Сегодня важный день для нашей корпорации, сегодня я сообщу вам важную новость. Все слушали, притаив дыхание, а шатенка безразлично смотрел в пол. Ей было плевать на свою судьбу, тем более, что она предопределена. «Давай уже, Кейн, заканчивай демагогию и переходи к делу» — сказала она себе. — Я знаю, многие из вас думают, что сегодня - ваш последний день в этих стенах. НО. Лекса пристально посмотрела на него. — Я решил поступить по-другому. Чтобы сохранить штат и ценных сотрудников, я расширяю пределы Аркадии и разделяю ее на две самостоятельные корпорации. Одна останется под моим руководством, а вторая, новая, перейдет во владение моей дочери — Кларк Гриффин. Признаюсь, я давно хотел ввести ее в дело, но она долгое время противилась этому. А несколько дней назад сама изъявила желание стать членом нашей империи. Надеюсь, вы примите ее в свои ряды. В зале раздались аплодисменты. Никто и подумать не мог, что теплые места сохранятся за ними. Но Маркус нашел отличный выход из ситуации. — Давай, дочка, скажи пару ласковых своим новым знакомым, — обратился он к куда-то в толпу за своей спиной. И на сцену вышла Гриффин. Лекса все это время не сводила с Маркуса глаз. Она плохо соображала, ладони потели, органы словно переворачивались внутри, ей стало плохо и нечем дышать. И вдруг Кларк. Она вышла, немного прокашлялась и обратилась в зал со словами приветствия. Лекса еще никогда не видела ее такой строгой, элегантной, деловой по-королевски и важной до кончиков волос. Это приталенное платье в пол, эти большие горящие глаза, эта четкая линия губ… Все в голове Лексы перемешалось. Она не могла трезво соображать. Встав бесшумно и незаметно со своего места, шатенка мигом исчезла за дверь и поспешила прочь из корпорации. Она злилась, неимоверно злилась на Кларк за все. За то, что не сказала ей тогда, в Африке, что является наследницей империи, когда Лекса изливала ей душу о своей работе, за то, что оставила ее, бросила гореть в самом пекле Африки, за то, что она такая красивая, сексуальная и гордая выступает там, перед всеми, за то, что она не нашла ее до сих пор... Лекса на всех парах гнала за рулем своей Панамеры, чтобы поскорее закрыться в лофте от всего враждебного мира. Дома кот, футбол, пустой холодильник. Она ходит по комнате и не может найти себе места. Она не думает о том, где и с кем теперь придется работать, ей и в голову не пришло, что Кларк специально все это сделала. Раздался звонок в дверь. Лекса враждебно на нее посмотрела. «Кто бы там не был, он зря решил ворваться в логово льва» — подумала она, и действительно, ее ярости хватило бы на несколько десятков браконьеров. Звонок снова прозвучал. И Лекса открыла. Кларк. Красивая, смелая, гордая и величественная. Она стояла, облокотившись бедрами о стену, скрестив руки на груди. — Привет, — тихо сказала она. Лекса сузила глаза и немного тряхнула головой — не видение ли это? Но секундная слабость о том, что она ждала эту женщину всю жизнь, мигом исчезла из зеленоглазых мыслей, и она сразу же стала ледяной. — Зачем ты пришла? — колко спросила шатенка. Кларк медленно подошла ближе и внимательно осмотрела ее лицо. — Можно войти? Лекса слегка отшатнулась от ее близости, ощутив знакомое тепло молочного тела. И невольно пропустила девушку в лофт. Кларк вошла и огляделась, а Лекса жадно сверлила в ней дыру. — Тут мило, — улыбнулась блондинка. Лекса еле сдерживала пыл, не понимая, как можно так просто уходить и так просто врываться в чью-то жизнь снова. Кларк подошла к окну, облокотилась бедрами на подоконник и вопросительно посмотрела на шатенку. — Ты уже решила, с кем останешься работать? С Маркусом, моим отчимом, или со мной? — А это имеет значение, Кларк? Лекса заметила, как напряглось тело Гриффин при произнесенном имени. Кларк молчала. — Я собираюсь уйти из Аркадии, — снова сказала Ферре. Кларк опять выжидающе молчала. Лекса нервничала и сгорала под взглядом этих глаз. — Черт возьми, Кларк, скажи хоть что-нибудь! — сделала она несколько шагов к блондинке. — Что ты хочешь услышать, Лекса? — Ну, хотя бы — зачем ты здесь? — Я скучала. Лекса сдвинула брови от неприятного укола в груди. «Она скучала! Да ты бросила меня одну после великолепных часов, проведенных вместе, исчезла вне бытие, а теперь выдаешь такое!» Кларк подошла ближе. Точнее, совсем близко, заметив, как шатенка нервничает и сходит с ума. — Знаешь, Лекса, — Кларк осмотрела ее с ног до головы, — что бы ты сейчас не думала, мне плевать. Потому что все, чем я жила в последнюю неделю — была только ты. Да, я уехала, да ничего не объяснила тебе, но и ты не остановила меня! Ты даже представить не можешь, как ты стала важна для меня. Но теперь я окончательно вижу — это не взаимно. Кларк отстранилась, переставая ощущать морозное дыхание на себе, и повернулась к двери. Но была остановлена тонкой рукой. — Стой! Лекса притянула ее к себе за талию и крепко обняла, прошептав в губы: — Теперь ты готова говорить о любви? Кларк сглотнула, ощущая тепло и дрожь смуглого тела. — Теперь я готова на большее. И поцелуй, так страстно перетекающий в жгучие объятия и ласки, продолжил своё существование под покровом дня и следующей ночи. Только Пуфик, насупясь, хмуро смотрел на смелых влюбленных, понимая, что жить отныне они будут втроем.