Влечение

      Стояло раннее утро. Предрассветный туман одеялом накрывал траву и деревья, окутывая их белизной и умывая в росе. Птицы уже проснулись и весело щебеча искали что поесть в ожидании когда солнце откинет белое облачное одеяло и пригреет их тёплыми лучами. Чейз спал. Вернее, спал до тех пор пока лёгкий ветерок не принёс ему на нос пушистое белое перышко, отчего пёс чихнул, подскочив в будке и мгновенно растеряв остатки сна. Медленно потянувшись, зевнул. Было очень рано и все остальные пока что спали. Решив никого не будить, пёс залез обратно в будку, на этот раз закрыв её, и попытался уснуть.       Пролежав так минуты две, Чейз понял что ничего уже не выйдет — сон наотрез отказывался приходить к нему и уносить в свой бездонный, интересный и такой приятный мир. Но раз сон не желал приходить к нему, можно просто полежать в ожидании утра. В последнее время Чейз стал замечать за собой странную вещь — его не тянуло к сучкам. Совершенно. На базе была течная, но псу и дела до этого не было. Но овчар видел как реагировали на собачку другие кобели. Из-за этого ему в голову частенько закрадывалась мысль: с ним что-то не так? Почему другие реагируют на это, а ему плевать?! Зато он стал испытывать странное чувство к Маршаллу. Его как будто…притягивало к нему. Влекло словно железо к магниту. И пёс ничем не мог себе это объяснить. «Чем я отличаюсь от других?! Почему… я так странно реагирую на своего друга?! Не мог же я… нет… этого не может быть»       Пёс помотал головой, отгоняя странные мысли. Не мог же он влюбится в своего лучшего друга!

***

      Чейз, лежа на травке, грызя сахарную косточку. — Чейз… привет! — негромко поздоровался с ним кто-то.       Овчар быстро обернулся: мимо него проходил Маршалл, сейчас почему-то остановившийся. В ноздри пса ударил знакомый аромат: далматинец как всегда пах смесью клубники и банана, этаким молочным коктейлем. Чейзу всегда нравился этот запах, при каждом вдохе хотелось растянуть это мгновение как можно дольше, чтобы всласть насладиться освежающим, ярким вкусом, словно при каждом вдохе ты погружаешься в океан запахов, который мгновенно вскруживает голову. — Привет Маршалл! — ответил другу полицейский. Пусть и не сразу, но ему удалось стряхнуть с себя это наваждение.       Чейз оставил свою кость лежать на траве, прекрасно зная что её никто не тронет, и подошёл к Маршаллу. Они стояли друг напротив друга. Карий взгляд пса неожиданно встретился с его, голубым, пронизывающим, казалось, насквозь. Его дыхание участилось, сердце гулко забилось в груди. Прохладный ветер ворошил его шерсть, но он не обращал на это внимание. Казалось, что больше никого кроме его и этих небесных глаз нету на свете. Наконец, Маршалл спросил: — Ты… пойдёшь играть с… нами в мяч? — далматин посмотрел в сторону друзей, которые пока что болтали дожидаясь его. — Нет, я пожалуй тут останусь, — Чейз кивком головы указал на кость лежащую на траве. — Хорошо, — пожарный быстро ушёл к ожидавшим его Зуме и Рокки.       А Чейз вернулся к своему прерванному делу, прокручивая в голове то, что недавно произошло.

***

      Солнце клонилось к горизонту. Птички умолкли, уютно устроившись в своих гнёздах, цветы закрыли шторки, и теперь тихо шелестя листиками, покачивались на лёгком ветерке. Райдер скомандовал отбой, и патруль тихо посапывал у себя в будке. Завтра им предстояло очень рано вставать чтобы поехать куда-то. Райдер рассказывал про это, но Чейз не слушал его. Сейчас пёс лежал в своей будке пытаясь уснуть. Но ничего не получалось: мысли его вновь и вновь возвращались к Маршаллу. Ему всё не давала покоя их сегодняшняя встреча, вновь и вновь она возникала у него в мыслях.       Чейз встряхнул головой, и закрыл глаза, вновь пытаясь уснуть. Как вдруг в ноздри ему ударил знакомый аромат — смесь клубники и банана. Пёс тут же распахнул глаза и вскинул голову, силясь узнать откуда исходит запах. Вскоре раздался неуверенный стук в дверь. Овчар открыл его, и увидел далматина стоящего около его будки. Полицейский вышел из будки, и не дожидаясь какого-либо объяснения от Маршалла жадно впился губами в его губы. Далматин, сначала, оторопел, но затем ответил Чейзу на поцелуй. — Ничего не говори, — одними губами прошептал пёс… …Чейз уткнувшись носом в белую шерсть, закрыл глаза, впервые за много дней быстро уснув. Теперь он был уверен — так будет всегда…