Без души ли?

       Мягкие рыжие локоны волной скользили между крепкими мужскими пальцами. Анабель, прикрыв глаза, беззаботно болтала ножками, облокотившись о плечо молодого человека. - Ты не замерзла? - заботливо поинтересовался он. - Нет, так хорошо мне давно не было, - мелодичный голос юной особы ласкал слух влюбленного. - Уже поздно, давай подвезу тебя, - как бы не хотелось нарушать гармонию, Йозефу пришлось подняться на ноги. - Ну, - надув губки, Бель отвернула голову, показывая недовольство.        Парню хотелось рассмеяться, но нужно было сохранять серьезность. Ведь любимой завтра рано писать вступительный экзамен, а время уже позднее. Вечно он ее задерживает, а потом девушка не высыпается. - Давай, а то снова виновником буду я, - на это Ана лишь вздернула конопатый носик, показывая, что так просто не сдастся. - За один поцелуй, так уж и быть, подумаю, - небесные глаза игриво блеснули в темноте.        Йозеф приблизился к возлюбленной, притягивая к себе. Делая вид, что целится в щеку, парень обманом оставил поцелуй на тонких губах. Рыжая даже не успела ничего понять, настолько быстро все произошло. - Йози, - капризно протянула Франк. - Ладно-ладно, я помню, мы ждем твое совершеннолетие, - как бы тяжело не было, блондин отпустил девушку.        Вначале сама соблазнит, а потом ему страдать. Благо, до дня рождения остался месяц, и тогда парень получит все, что ему обещали. Два года ожидания того стоят. К тому же в такой особенный день он собирался сделать ей предложение. Чего тянуть? Йозеф работает, Анабель будет учиться в медицинском. Идеальнее быть не может. - Милый, еще немного, - теплом отдало в мужское ухо. - Не переживай, столько ждал, и еще подожду, это не главное, - поцеловав рыжеволосую в руку, как настоящий принц, зеленоглазный подошел к автомобилю. - Я пройдусь пешком, - не смотря на прекрасный вечер, девушка помнила о покупках на дом, которые просила бабушка. - Если тебе куда-то еще нужно, я завезу, - еще раз предложил парень.        Не желая обременять молодого человека, Анабель все таки отказалась. - Буду скучать, - обняв блондина напоследок, рыжая отстранилась. - Набери мне, как дойдешь, - их время еще не заканчивалось, несмотря на прощание, дома по телефону они протрещат еще минимум час.        Лишь дождавшись, когда машина исчезнет из виду, Бель начнет путь. Проводив последний блеск фонарей глазами, Ана спокойна пошла по делам. Маркет располагался рядом, поэтому, быстро скупив все необходимое, девушка направилась домой, насвистывая под нос незатейливую мелодию.        Из года в год на очередной день рождения рыжая загадывала одно и тоже желание, задувая свечи: найти отца. Анабель выросла сиротой, воспитанная лишь бабушкой, которая сейчас уже сильно состарилась. Она стала плохо видеть и слышать, тяжело передвигалась на больных ногах. Постоянное давление и бесконечный вызов скорой помощи пугал голубоглазую. Юная особа боялась, однажды придя домой, застать единственного близкого человека мертвым. Тогда она останется одна.        Этого рыжеволосая боялась больше всего на свете. Поэтому, пока еще было время, Бель мечтала найти отца, о котором толком ничего не знала. Мать покончила с собой сразу после родов, причину бабушка не рассказывала, как бы Ана не просила. В конце концов, ей скоро восемнадцать, а она ни слухом, ни духом о своей семье. Йозеф обещал, что наймет специального человека, который разузнает все, что сможет. Это вселяло в душу девчонки большую надежду.        Посмотрев на часы, девушка ускорила шаг. Не хотелось, чтобы бабушка переживала, вдруг снова поднимется давление. Все таки больно смотреть на человека, который стареет с каждым годом. Удивительное и страшное явление. Закрыв глаза, Анабель могла описать картину пятнадцатилетней давности, когда женщина еще была молодой и прекрасной, а сейчас ее уже не узнать. Словно подменили.        Морщины покрывали каждый участок тела, делая кожу дряблой и уязвимой. Неаккуратное движение или прикосновение, как она покрывалась багровыми синяками или даже рвалась, долго не заживая, кровоточа по новой. Седые волосы были редкими и тусклыми, а выцветшие глаза казались всегда грустными. Радовало одно: несмотря на возраст, памяти бабушки можно позавидовать, не то что у нее, как у рыбки.        Громкий свист прервал все мысли, заставляя обернуться. - Красотка, сигаретки не найдется? - двое крепко сложенных мужчин медленно приближались к ней. - Нет, не курю, - развернувшись, рыжая зашагала дальше молясь, чтобы преследование закончилось. - Ну, куда ты? Давай поговорим, - подхватил другой. - Может деньжат подкинешь, а то курить охота - труба, - начал первый.        По голосам мужчин легко было различить: первый хриплый, прокуренный, второй - тонкий и высокий.        Если им нужны только деньги, все не так плохо, рассуждала в голове Анабель. Но с другой стороны она еще не работает, надеясь поступить на бюджет. Пенсия бабушки маленькая, а брать деньги Йозефа не хотелось, и так он вечно за нее платит и покупает все, что она пожелает. Посему приходилось беречь каждую копейку.        Отвлекшись на хаотичные мысли в голове, девушка не заметила, как мужчины ее нагнали, схватив за руку. Теперь смотреть приходилось прямо в их глаза. На удивление пьяными они не были. - У меня, правда, ничего нет, - не смотря на стойкую выдержку, голос дрогнул, выдав страх. - А если мы поищем? - второй дернул за сумку, из-за чего Бель выронила пакеты с продуктами.        Несмотря на едкий ужас, Ана вцепилась в сумку, не давая забрать ее. - Ого, ты видел? Цыпочка не хочет отдавать клад, - первый толкнул рыжую, из-за чего она приземлилась на пятую точку, больно ударившись.        Мужчины быстро вывалили содержимое на асфальт. Черный кошелек привлек внимание, его сразу подняли, начав копошиться в нем. Всякие дисконтные карты и проездные вмиг отбрасывались в сторону. Деньги были, но не так много, как хотелось бы грабителям. - А курица-то общипанная, - намекая на бедность девушки, первый сплюнул на землю. - Зато смотри, что у нее на шейке. Золотую цепочку можно сдать и получить денег, - второй был более проницательным и подмечал все мелочи, что всегда помогало в любой ситуации совершить удачный грабеж.        Испуганно схватившись за единственную вещь, оставшуюся от матери, Анабель вскочила на ноги и побежала. Уже было плевать на потерянные покупки и деньги, на которые можно было прожить еще две недели. Важнее цепочки на данный момент ничего не было. Она не могла потерять последнюю связь с мамой. Не привыкшая к спорту, девушка понимала, что далеко не убежит. Спрятавшись за ближайшими мусорными баками, Бель, не замечая отдышкы пыталась быть тише воды, ниже травы.        Вонь была адской. Казалось, что она заполняет все внутренности, и от тебя самой уже несет нечистотами. - Где эта сука? - доносилось до нее. - Смотри внимательнее, далеко уйти не могла.        Ана очень надеялась, что ее не найдут и, устав от поисков, мужчины бросят это дело. Неужели цепочка настолько дорога, что стоит так дотошно за ней гнаться? От зловоний уже подташнивало и слезились глаза. Даже мобильного рядом нет набрать Йозефа, он на проклятье остался в сумке. В такой обстановке Бель готова была сидеть до последнего, но выбравшаяся из мусорного бака большая серая крыса, в темноте казавшаяся черной, напугала рыжую, заставив закричать.        Поняв, что натворила, Анабель прикрыла рот рукой, проклиная себя. Не ожидая, когда на ее крик прибегут грабители, Франк выскочила из убежища, попав в руки первого. - Игра окончена, детка, - в наказание за побег мужчина ударил ее кулаком в живот, из-за чего девушка согнулась пополам, опускаясь на колени. - Зачем ты ее бьешь? - вмешался второй. - Забирай цепочку и пошли. - Чтобы она поняла, что все нужно отдавать сразу. - Да хрен с ней, давай быстрее.        Превозмогая боль, Бель пыталась отползти, когда к ней потянулась рука. - Ты посмотри-ка, не хочет по-хорошему, а ты говоришь: "Не бей!", - проворчал первый.        Не успевшая очухаться девушка получила ногой по почкам. В глазах потемнело, и Ана развалилась на асфальте, не в силах преодолеть головокружение. - Уважаемые, что за беспредел вы тут творите? - на появившегося Франк не обратила внимания, пытаясь прийти в себя. - Тебе-то что? Чеши отсюда, пока не получил! - огрызнулся первый, у которого очень чесались кулаки.        Поправив фетровую шляпу, незнакомец приблизился: - Не уверен, что получу я.        Перевернувшись на болевший живот, Анабель попыталась оттолкнуться руками от земли и приподняться. Покачнувшись в сторону, рыжая схватилась за стену, стараясь удержаться. Пока грабители беседовали с неизвестным, Бель хотела незаметно уйти. Второй это заметил и побежал в ее сторону. Страх заставил Ану сорваться с ног. Остановившись возле мусорного бака, девушка, прикладывая усилия, опрокинула его. Узкая улочка не давала обойти преграду, и, пока мужчина возился с препятствием, девушка пустилась в бег.        Адреналин придавал силы, казалось, что у рыжеволосой открылось второе дыхание. Даже дышать становилось легче. Куда бежать Франк не знала. Одно понимала точно, что грабители могли проследить за ней, поэтому навлекать беду на бабушку нельзя, придется укрыться в другом месте. Там, где ее не найдут. - Стой, дура, куда ты бежишь? Вернись, пока не поздно! Хрен с этой цепочкой, не беги туда! - послышался голос второго ей в след, видимо, все таки справился с мусорным баком.        Лишь укрывшись в чаще деревьев, Анабель поняла, почему мужчина так кричал. Сама того не понимая, она забежала в лес, о котором ходила та еще слава. Несмотря на то, что люди столько лет живут бок о бок с лесом, бояться было чего. Люди, попавшие сюда, не выбирались. Их больше никто не видел. Даже тела не всегда находились. Возможно, они просто терялись и умирали там от истощения. Но те, чьи трупы были опознаны, были жутко обезображены, самый голодный медведь на такое не способен.        Только этого ей не хватало, но, с другой стороны, пока грабители рядом, девушка не собиралась уходить отсюда. Возможно, все это уловка, а стоит выбраться, как на нее вновь набросятся. Присев у дерева, Ана обхватила коленки руками, позволив наконец расплакаться. Ведь даже когда ее ударили, она не заплакала, стойко выдержав все. Но теперь когда ей ничего не грозило, если так можно сказать, рыжей хотелось плакать. От страха, от безысходности, от волнения за бабушку. - Ты, что, упустил ее, кретин? - послышался голос первого.        Никак не оставят ее в покое. Новый ужас заставлял цепенеть. Вместо того, чтобы убежать, Бель тихо сидела и вслушивалась в их разговор. - Она убежала в лес, я не смог остановить эту дуру. - Молодец! Замечательно! Надейся на тебя! - А что я мог сделать? Пока ты возился с каким-то придурком, только я один побежал за ней. - Ладно, сегодня нам не повезло. Пусть ее душа покоится с миром, все равно она, считай, не жилец. - Да, в этом ты прав, даже жалко девчонку. - Вот только этого нам не хватало, пошли отсюда.        Лишь когда голоса стихли, Ана выдохнула с облегчением. Но какая-та странная, необъяснимая сонливость окутала ее, на душе вмиг стало как-то спокойно и равнодушно. Закрыв глаза на секунду, девушка, сама того не понимая, провалилась в темноту. Ей снилась кровь, много крови, в которой она захлебывалась. Проснувшись, с ужасом рыжая вскочила на ноги и опешила.        Бель точно помнила, что когда засыпала, видела дорогу и свет окон многоэтажек. Здесь же была самая настоящая чаща. Одни деревья вокруг. Казалось, что они давят на нее, окружая все ближе и ближе. Луны не было видно, как и неба. Высокие кроны все преграждали, не пуская сюда ни капли света. И этот мертвецкий холод заставлял ежиться. Как она сюда попала? Анабель ничего не понимала.        Выбираться нужно было как можно скорее. Пальцы ног в легких босоножках были ледяными, как и вся особа. Тоненькое, летнее платье не поможет согреться, а здесь словно зима. Конечно, она читала о понижении температуры ночью, но не ожидала, что настолько. Вся кожа была усыпана мурашками. Ругая себя за глупость, девушка попыталась сделать несколько шагов.        Земля была мягкой и рыхлой, ступни быстро проваливались в нее, идти было сложновато. Рядом распологавшиеся кусты кололи голые ноги, оставляя алые царапины. Гробовая тишина давила на голову. Раздвигая руками острые ветки, Бель вышла на поляну. Увидев мужчину в черном костюме, Франк настолько обрадовалась, что даже не задумалась о странности ситуации. - Мистер, помогите! Я заблудилась! - крикнула рыжая, подходя ближе.        Девушка ни капли не испытывала страха, представляя картины, как она окажется дома и успокоит бабушку. - Даже не понимаю, как оказалась здесь, но я так рада, что встретила вас, - искреннее, от всего сердца продолжала говорить Ана.        Наконец незнакомец зашевелился, встав в полуоборота. Лица не было видно. Но вблизи Анабель оценила, что неизвестный очень высокий и бледный. Еще эта лысина и длинные руки. Но собираясь поступать в медицинский, Франк много читала, в том числе и о генетических аномалиях. Поэтому, стараясь не пугаться и не показывать брезгливость, дожидалась диалога со стороны оппонента. - Уверена, что рада? - низкий бас заставил покрыться кожу мурашками по новой, а, может быть, причиной все таки служил холод. - Да, теперь я не одна в этом лесу, и смогу выбраться, - как-то слишком по наивному мыслила особа. - Замерзла? - спросил незнакомец, подобный вопрос сегодня она уже получала от любимого. - Если честно, да, как-то здесь слишком холодно, - потирая руки, ответила девушка.        Расстегнув и сняв пиджак, мужчина протянул его Анабель, до сих пор не оборачиваясь. - Спасибо, - надевать его Ана не видела смысла, все равно длинный и доходил ей до колен, при этом она еще была высокой.        Укутавшись в одежду незнакомца, рыжеволосая почувствовала, как мгновенно согревается, и зубы уже не стучат от низкой температуры, несмотря на исходящую прохладу от пиджака. - Вы мне поможете? Мне уже даже все равно, что не высплюсь, главное - завтра успеть на экзамен, - продолжила говорить Бель, не понимая, почему так разоткровенничалась с ним, но что-то словно заставляло ее говорить и говорить, не замолкая. - Экзамен? - Да, хочу поступить на врача, надеюсь, у меня получится, - опустив в низ голову, проговорила рыжая.        В этот момент неизвестный наконец к ней обернулся. - В этом я сомневаюсь, - как-то разочарованно проговорил он. - Поч..? - вопрос оборвался на полуслове, когда Анабель подняла небесные глаза.        Конечно, начитанность о всяких аномалиях до этого ее успокаивала, но у мужчины не было лица, в смысле оно было, но просто белая кожа с выемками для рта, носа и глаз, но самих органов не было. Как это возможно? Как он видел, говорил? - Вот ты и испугалась, - не вопрос, а констатация факта.        Ничего не понимая, Ана отступила, мысли слишком медленно поступали в мозг, прерываясь. Понимая, что слишком много думает, девушка сорвалась со всех ног, настолько быстро, насколько могла - учитель физкультуры, увидев такое, точно раскрыл бы рот. Споткнувшись о какую-то корягу, рыжая развалилась на земле. Но тут же собралась и побежала дальше. Она бежала пока ей позволяли. Но вскоре мужчине эта игра надоела. Телепортировавшись, он оказался перед ней. Не ожидавшая такого, Бель не успела затормозить и попала прям в руки незнакомца. - Game over, - обожгло холодом ей ухо.        Слендермен любовался вырывающейся девушкой, которая поначалу смело с ним болтала, не боясь его, пока не увидела лица. К такой реакции ему не привыкать. Но начало позабавило. Рыжеволосая была красивой. Приятное овальное лицо, словно нарисованное, разбросанные веснушки-звезды, большие голубые глаза и тонкие розовые губы. Кукла, вылепленная из фарфора. И сейчас он ее сломает.        Тонкий раздумывал, как лучше убить свою жертву, на игру настроения не было. Ощущалось нечто иное, давно забытое старое. Возбуждение. В половой контакт мужчина вступал за всю долгую жизнь всего два раза. Первый ради интереса, посмотреть, как ломается жертва от насилия. Второй - на спор с Оффендером. Оба раза ему не понравились, точнее, что было, что нет. Но сейчас впервые ему хотелось самому.        Он не хотел уподобляться своему брату, но что-то безумное притягивало к этой девушке, что хотелось распробовать ее всю на вкус. Боль, слезы, горечь, отчаяние - все. Пока Палочник снимал свой пиджак, девушка не рыпалась в его руках, надеясь, что он просто заберет свою вещь и успокоится. Но когда он снял лямку ее платья, глаза Анабель расширились в непонимании, а когда в них проскользнуло осознание, затрепыхалась, как бабочка в паутине паука перед смертью. - Стойте! Что вы делаете? - слабые руки пытались бороться, упираясь в тяжелую грудную клетку.        Хотелось скорее получить желаемого. Разорвав платье и нижнее белье на части, Слендер толкнул Бель на холодную землю. Отчаяние окутывало Ану. Она не так представляла свой первый раз. Происходящее не укладывалась в ее голове. Лучше бы рыжая отдала проклятую цепочку, спасаясь от грабителей. И сейчас давно сидела бы дома, попивая чай и разговаривая с Йозефом. Что она теперь ему скажет? Скажет ли? Если останется жива.        Не сдаваясь, Франк пыталась уползти, билась ногами и руками. Но какие-то холодные черные змеи сковали ее конечности, обездвижив. Механизма голубоглазая понять не смогла, да и не до этого было. Впервые наука проиграла, и объяснения этому Анабель дать не могла.        Палочник приспустил брюки, нависая над перепуганной девушкой. Он не думал о ласке, смазке и безопасности. Просто приставил большой член к розовому лепестку, который от страха и отвращения был сухим. До последнего Ана пыталась вразумить и остановить обезумевшее существо. Но ее крики были лишь звуком надоедавшего комара, которого стоит прихлопнуть.        Подавшись вперед, Тонкий смог вогнать лишь головку. Безумный крик сорвался с ее уст. Боль была невыносимой, окутывая весь низ живота, доходя до промежности. Анабель пыталась ногами отползти и освободиться от члена внутри. Это лишь дразнило Слендермена. Плюнув на кровь, вытекающую из уже не девственного влагалища, и осознав, что это первый раз жертвы, мужчина задвигался дальше, впервые понимая Оффендера.        Почему два раза были безуспешными, а этот такой приятный и возбуждающий, Палочник не понимал. Стоны боли были мелодией для слухового аппарата существа. Хотелось больше криков. Больше боли. Больше слез. Вгоняя большой болт до основания, он разрывал девушку, оставляя травмы. Сорвав голос, Бель сипела, но замолкнуть была не в силах. Настолько больно, что смерть выглядела милостливее. - Убей меня, окажи честь, - как в бреду шептала Ана.        Казалось, что у нее начался жар, настолько тело горело. А весь источник боли сосредотачивался внизу, принося безумные мучения. Слендер рукой без усилий обхватил ее тонкую шею, немного сдавив, а когтями оставив яркие полосы, вмиг защипавшие от потока слез, которые, казалось, никогда не закончатся. Из-за них уже ничего не было видно.        Когда мужчина покинул истерзанное лоно, с губ Анабель сорвался стон облегчения. Рыжая думала, что ее мучения закончились. Но Палочник хотел ее испробовать всю, а всю означает всю. Перевернув жертву на живот, Тонкий зафиксировал руки и таз девушки по-новому, выставляя на показ пятую точку. Лишь когда что-то холодное коснулось сфинктера, Франк поняла, что существо от нее хочет. Девственности ему было мало. - Нет, нет, стой! Остановись! Пожалуйста! - ерзая, Бель пыталась выскользнуть из крепкой хватки, найти спасение.       Даже на больно впившиеся мелкие камни в коленях было плевать.        Безликому было все равно на охрипшие крики, желание было важнее. Утолить голод. Однако, такой опыт будет и для него впервые, он понимал, что сюда так просто не проникнет, как в естественное отверстие. Член стоял колом, требуя разрядки. Скользкий вектор смазал кружочек. То, что сфинктер нужно разроботать еще пальцами, мужчина не придал значения, пытаясь протолкнуться пенисом в анус, который плотно сжался, отвергая и не пуская орган.        Это злило Слендера, выводя из себя. За что Анабель получила несколько сильных ударов по спине и голове, от которых темнело в глазах. Для себя она понимала, что нужно расслабиться и впустить его, но ничего не могла поделать с организмом, сопротивляясь, тем самым принося себе еще большие муки. Все таки кружочек мышц не выдержал под напором, когда Безликий сильно ущипнул нежную девичью грудь острыми когтями, терзая сосок. Член Палочника вторгся в кишечник, разрывая ткани вокруг, кровь послужила смазкой изнутри, и половой орган лучше заскользил. Вперед-назад.        Легче от этого не стало, боль была сильнее, чем при потере невинности. Обессиленная и измученная, девушка повисла на фиксирующих ее векторах. На завершение Бель уже и не надеялась. Слишком долго с ней развлекались, что она уже потеряла счет времени. Сознание плыло, как и вся она, словно парила где-то над землей, находясь не тут. Сделав последний толчок в анусе, Тонкий вышел и перевернул Ану на спину, войдя снова во влагалище, которое припухло от нанесенных травм.        Раскрытый сфинктер, который судорожно сжимался, занял вектор. Пальцам на шее мешала дурацкая цепочка, которую он сорвал и отбросил. Вместе с сорванной цепочкой в душе оборвалась последняя надежда, и словно вся она умерла с выброшенным, поломанным украшением, которое хорошо олицетворяло ее.        Двигаться в узкой вагине было приятно, от чего Слендеру хотелось рычать и схватить Франк за волосы. Но пик наслаждения завладевал мужчиной и, толкнувшись последний раз, заполнил нутро изнасилованной. Отпустив девушку, Палочник обнаружил, что рыжая без сознания. Не вытерпела мук и лишилась чувств. Оставалось убить жертву и уйти отдыхать.        Но внимание привлекло блеск золота. Схватив цепочку, Слендермен приблизил ее к лицу и почувствовал дурноту. Такую же он видел примерно двадцать лет назад, может, немного меньше, на девушке, с которой вступил в половой акт на спор с Оффендером. Та тоже имела медные локоны и сапфировые глаза. Следя за жертвой, он обнаружил, что она беременна, и после родов стал свидетелем ее смерти: женщина повесилась у него на глазах в лесу.        После этого он понял, что все эти развлечения для брата, но тут его рассудок затуманился. Надев брюки и пиджак, Тонкий ушел вглубь леса, в раздумьях позабыв об изнасилованной секундой назад Анабель.        Бледное тело было усыпано синяками, на разбитой губе успела запечься корка из-за травмы, а из растраханных отверстий вперемешку с кровью вытекала сперма.