One More Light

***

Конец сентября. Это время в Пусане зовётся «золотым периодом», т. к. погода достигает максимально комфортного уровня для человека, а приятный бриз с моря и мягкое солнце только добавляют позитивного настроя. Завтра Чусок и город ожил в преддверии столь важного события для каждого жителя Кореи. Дороги из города были заполнены машинами, что везли целые семьи с детьми, питомцами и нужным багажом в деревню на свежий воздух или к диким пляжам. Те же, кто предпочёл остаться в городе заполняли магазины, рынки и сувенирные лавки, суетились и спешили все успеть подготовить к празднику. Хангель и Чингу были на пристани. Парень мочил ноги в прохладной воде, а пёс мирно посапывал на согретых солнцем деревянных балках. . Хангель смотрел вдаль. Казалось что его сознание находится где-то за линией горизонта. Ему некуда спешить и не для кого готовится. Его не ждут в теплом и уютном доме. Этот праздник, призванный сплотить семейства, для него был лишь очередным напоминанием бессмысленности его бытия. Два часа назад он встретил Миок на рыбном рынке. Девушка улыбаясь передала, что завтра его ждут у них на ужине и без опозданий. Он конечно пойдёт, т. к. не в праве обидеть этих добродушных людей. Но, ту звенящую пустоту внутри не способны заполнить даже их светлые лица. Он повсюду чужой, нужно помнить об этом и не позволять себе надеяться. Дом ректора был украшен красивыми цветочными венками, везде горел мягкий свет. На столе стояли различные традиционные закуски и много фруктов и овощей, а также большие бутылки соджу. По правде говоря Хангель не любил вкус соджу, ему больше по душе холодная водка или старый добрый джин. Эх, старик Джо. Последние четыре года они проводили этот праздник вместе, с рыбными закусками, кимчи и бутылкой джина. В те моменты одиночество не смотрело ему в лицо своей уродливой мордой с такой силой. Вечер прошёл в приятной атмосфере с шутками и играми. Миок сыграла «Ариран» на каягыме. Грустные волнующие душу мотивы этой народной мелодии настроили присутствующих на более серьёзный лад и все стали делиться историями из жизни. Хангель понял, что ему пора, поднялся, поклонился и поблагодарил за вечер. Его попытались остановить. Миок сказала, что скоро подадут сладкое. Ответив, что он не любит сладкое, парень надел кепку и вышел во двор.             

***

Выйдя он посмотрел на полное звёзд ночное небо. На самом деле домой не хотелось, но и оставаться тут тоже. Передернув плечами и зевнув он решил прогуляться по ночному городу. В ночи Пусан был ещё более красив. Огни города были похожи на сотни маленьких светлячков, что заполнили собой бескрайнее пространство. Такие крохотные, но у каждого из них свой неповторимый оттенок. И тот свет, что они несут в себе так же неповторим. Совсем как люди, коих так много на этой планете и в этом городе. Каждый несёт в себе свет, но заметит ли кто, как кто-то из них погаснет навсегда?! От осознания, что никто на планете не испытает боль утраты, если его вдруг не станет, сильно скрутило где-то в районе сердца. С такими тяжёлыми мыслями Хангель пробродил почти до рассвета. В пять утра город ещё покрыт иссиня-серыми сумерками, а в воздухе как будто застыла влага, которая незаметно опускается на открытые участки тела прохожих покрывая их «гусиной кожей» и заставляя дрожать. На пустынных улицах пахнет сыростью и асфальтом. Ни души, только отовсюду виднеются яркие огни неоновых вывесок, дающих простор для воображения. На одной их таких вывесок остановился взгляд Хангеля. «Элизиум» кричало с мигающего табло над невзрачной дверью. И несмотря на смертельную усталость ему вдруг нестерпимо захотелось войти туда. Он знал, что это за место и какой люд туда ходит, но сам, никогда не решался переступить порог этого запретного рая. Не давая себе времени на раздумья он толкнул тяжёлую ручку двери и вмиг оказался в длинном тёмном коридоре освещенном голубым светом. Элегантный молодой человек приветствовал его и пригласил пройти в большой зал. Чем дальше Хангель шёл по коридору, тем отчетливее слышались множество мужских голосов. Было ясно, что посетителям весело. Войдя в большой зал, его встретил приятный приглушенный свет, красивый интерьер в стиле винтаж, много свободного места, уютные столики с парочками сидящим и за ними, и большой барной стойкой во весь зал. Хангелю было непривычно видеть в одном месте так много подобных себе людей. Тем более непривычными были те вольности, что они себе позволяли. Прикосновения, поцелуи, откровенный флирт. За все это им бы устроили публичную порку, позволь они такое в другом месте. Он конечно знал, что не один такой неправильный на всем белом свете, но одно дело знать, и совсем другое видеть своими глазами. Еще не отойдя от шока, он стараясь ни на кого не пялиться проследовал к барной стойке. - «Один стакан водки со льдом пожалуйста» - получив желаемое он залпом опрокинул в себя содержимое стакана. Горло обожгло, но это лучше чем сухой ком, что стоял у него в горле с самого входа в зал. -«Вау!! Впервые такое вижу» - послышался высокий, почти женский голос с левой стороны от Хангеля. Подняв глаза он увидел, что рядом с ним сидит молодой человек лет двадцати. Одет он был с иголочки: элегантный чёрный костюм, приталенный пиджак модного фасона и свободные брюки. Под пиджаком была надета шёлковая чёрная рубашка с боа в районе шеи. На ногах дорогие кожаные ботинки. Волосы уложены в причёску, кожа светлая и чистая как жемчужина, чёрные раскосые глаза смотрели на него ясно, а на дне их плескались бесята. А, самое главное это безумно нежная улыбка, что расцвела на лице у незнакомца. В своих аккуратных небольших ладонях он держал бокал с каким-то коктейлем. В общем и целом он сильно выделялся на фоне здешней публики. Было ясно, что это место не достойно его присутствия. Несколько секунд Хангель не мог оторвать от него взгляд. - «Эй, есть кто живой на Марсе?!» - парень слегка провел рукой у глаз Хангеля. Тот встрепенулся и ожил. Раздался лёгкий игривый смех. Даже смех его звучит, как журчание горного ручейка подумалось Хангелю. - «Я говорю, что впервые вижу столь юного человека, способного залпом выпить немалый бокал чистого спирта и даже не закашляться. Ты умеете удивлять» - все это время улыбка не сходила с лица незнакомца. - «Я просто хотел пить» - простодушно ответил Гель. -«-"Просто… хотел… пить.!!» - расхохотался парень. Теперь уж и бармен не смог сдержать усмешку. - «Ты тут впервые?! Хотя можешь не отвечать, определенно впервые, ибо я бы тебя заметил, непременно бы заметил. Да, кстати, меня зовут Сынен.» - он протянул руку Хангелю в знак знакомства. - «Хангель» - Гель принял рукопожатие. Рука Сынена была мягкой на ощупь, в отличии от его рабочих мозолистых рук. - «Хангель, хотел бы ты потанцевать со мной?!» - все также улыбаясь бодро спросил Сынен. «Но, я не умею» - быстро ответил Гель. Хотя тут он соврал, так как от природы ему была дана пластичность и он иногда танцевал для себя, но сейчас его охватило смущение и неуверенность перед этим красивым человеком. - «- "Идём же» - когда на тебя смотрят столь ласковым взглядом невозможно устоять. Не долго думая и не давая Хангелю и шанса на протест Сынен схватил его за руку и потащил на танцпол. Оказалось, что Сынен выше Геля на полголовы, но необычайная стройность фигуры делало его более уязвимым и хрупким, его хотелось защищать. Зазвучала бодрая ритмичная музыка. Хангель вдруг расслабился. Это так на него не похоже, но когда на тебя вот так смотрят эти смеющиеся глаза- полумесяцы… Это похоже на то, как будто ты начертал на песке все плохое, что было на душе и лёгкая морская волна набежав на берег смыла все дурное. Танцевальная мелодия сменилась спокойной блюзовой композицией. Пары вокруг стали ближе друг к другу. Атмосфера поменялась. Сынен положил свои тонкие изящные руки на плечи Хангеля обхват его шею кольцом. Руки Хангеля легли на стройную талию. Пальцы Сынена слегка касаясь поглаживали шею Хангеля, что посылало яркие вспышки по всему телу парня. Взгляд Сынена был уверенным, он прямо смотрел в лицо Хангеля, в глазах его мерцал тёплый свет. Приблизившись к уху Геля он прошептал: - «- "Ты пахнешь рыбой, солью и морем» - «Прости» - «Нет, нет, не извиняйся. Мне нравится твой запах» - шёпот его губ оставлял тёплые следы и бросал в приятную дрожь. – «Хочешь поехать ко мне?!»

***

Сам не зная как Хангель очутился в такси. Рядом с ним сидел Сынен. Эйфория, что настигла их в клубе рассеялась и они оба чувствовали неловкость. Хангель старался не смотреть на парня и сосредоточился на окне. На улице уже было светло. Небо горело розовым оттенком прям как его щеки и уши. В тишине они доехали до дорогого жилого комплекса. Гель даже представить не мог, что однажды окажется в таком месте. Уже подымаясь на лифте он все ещё не верил в то, ради чего он тут. Как только за ними захлопнулась дверь в квартиру, Сынен сразу же припал к его губам. Его непослушные руки блуждали по всему телу Хангеля, пытаясь найти выход и освободить того от неприятных оков рубашки. Казалось, та тягучая атмосфера, что зародилась между ними в клубе, вернулась с ещё большей силой. Она действовала на них как лавина, такая же внезапная, беспощадная и разрушительная. Хангель ответил на поцелуй и углубил его. Его крепкие руки обвили талию Сынена и с силой прижали к себе, потом медленно спустились к бедру властно касаясь округлых форм. Тем временем Сынен снял рубашку Хангеля оголяя прекрасный торс парня. Он провел рукой по ключицам, груди и прессу, медленно спуская её к ремню и расстёгивая его. Пиджак Сынена оказался на полу, туда же полетела и лёгкая шёлковая рубашка. - «- "Пойдём в кровать» - прошептал Сынен.

***

Шторы в спальне были затянуты массивными серыми шторами, которые не давали солнцу и шанса пробраться внутрь. В всепоглощающей темноте, два молодых крепких тела сплелись воедино. Бледные стройные ноги крепко обхватывали талию, а изящные ладони царапали широкую загорелую спину. Комната была заполнена стонами и вздохами. Казалось молодые люди не могли напиться друг другом. Чёрные как смоль волосы Сынена разметались по подушке, испортив модную причёску. Из-под взмокшей челки виднелись горящие страстью глаза. Он запустил пальцы в жёсткую спутанную копну волос Хангеля, привлекая его ещё ближе к себе. Тот слизнул капельки пота с его виска, прошёлся поцелуями вдоль линии подбородка и приник к губам. Сынену нравился тот напор и сила, с которой Хангель овладел им, как будто голодного пса спустили с цепи и дали вдоволь насытится. Понятие стыда было смыто. Их потные тела двигались в рваном темпе, воздуха не хватало, да и зачем он был нужен, когда они и есть воздух друг друга?! Судорога прошлась по всему телу Сынена, когда волна сильного наслаждения овладела им. Это было чистой воды безумие….