Новая жизнь

Придумай себе просто другую жизнь. Придумай себе все то, чего ты всегда хотел. Придумай, что на этой улице, на этой самой улице когда-то жил твой лучший друг, с которым вы часто гуляли и веселились. На все вопросы отвечай, что он уже давно уехал, а ты - просто остался. Остался из-за того, что у тебя отец, о котором надо заботиться. Остался потому, что тебе тут просто нравится. Нравится смотреть, как с моста Понт-Неф каждое утро встает солнце. Нравится проходить по нему каждый божий день. Нравится слышать, как люди смеются, переговариваются. Французский язык кажется мелодичным и певучим после грубого английского, и тебе почти кажется, что они поют... Не беда, что ты тут никого не знаешь, ведь так? Ну кроме тех людей, что дают тебе работу и приют. Всегда можно придумать, что ты родился на соседней улице. Что долгое время был богат, а потом стал чудовищно беден... ** В эту ночь Мишелю исполнилось двадцать три. Он не очень любил ни дни, ни ночи своего рождения, так как не помнил, чтобы проводил их как полагалось. Вот и сегодня...единственным обновлением являлось то, что он наконец-то переехал в Париж. Работу и жилье он нашел быстро - помогли старые рекомендации друга семьи. О том, что потом стало с этим другом, Мишель предпочел не думать и не вспоминать. Главное - он здесь. Дышит одним воздухом с парижанами, смотрит на закаты - рассветы и убивает почти все свое свободное время на работе. Каждый пятничный вечер, выходя из Ситэ, он отказывал коллегам в том, чтобы пойти с ними выпить. Его считали милым и безобидным, он редко громко высказывался, старался на работе, а в остальном ему претила мысль идти куда-то с незнакомыми людьми. Поэтому привычно шел со всеми до моста Понт-Неф, махал всем, когда они уходили дальше, и останавливался, разглядывая Сену, медленно несущую свои волны мимо него. Сегодня, как он ни старался, ничего не помогало отвлечься. У него был день рождения, и если бы он сказал об этом коллегам, они бы купили ему какой-нибудь кусок торта или даже целый... Но у него и так не было особо денег, чтобы скидываться... Грустно вздохнув, Мишель привалился к перилам моста, глядя вниз. Безумная мысль мелькнула в его голове - а насколько на самом деле глубока эта река? Что, если он просто встанет и шагнет? В голове что-то зашумело, и он осторожно перекинул ногу через перила, а потом встал, держась руками за них же, с трудом удерживаясь на маленьком каменном бордюрчике. Он был один, кругом была ночь, внизу ласково плескалась река, и внезапно его решение показалось ему единственно верным. Мишель сжал руки на перилах, преодолевая свой последний страх, и почти шагнул вниз, как вдруг услышал голос за спиной: - Эй, ты чего делаешь? Сердце его сжалось, он осторожно повернул голову и увидел приближающегося к нему человека. Это был парень ненамного старше него, однако одетый куда как приличнее: пальто явно было дорогим, а само лицо... Мишелю показалось, что он где-то точно его мог видеть. Но где? А, впрочем, все богатые на одно лицо... - Я...хочу прыгнуть, - Мишель моргнул, не сводя с него взгляда. - Зачем? - голос у парня был с легким акцентом, он смотрел на него с легким любопытством, не более. - Ночь только началась, Париж хорош в это время года, держу пари, дома тебя ждет какая-нибудь красотка... Разве нет? - Нет, - Мишель опустил голову ниже. - Никто меня не ждет. - Вот как...- парень по-видимому сделал свои выводы. - ну значит, стоит ее найти себе... Мишель впился руками в перила, теперь, когда тут стоял посторонний, мысль о том, чтобы прыгнуть, выглядела даже где-то глупой... - Давай руку, - незнакомец протянул ему свою, и Мишель осторожно потянулся к ней, неверяще вглядываясь в его лицо. Красивый... такие лица, с них картины пишут... Он только сейчас понял, как испугался, стоя над целой темной рекой. Запутавшись в своих мыслях, Мишель не заметил, как оказался на земле. Его неожиданный спаситель рассматривал его с живым интересом. - Меня зовут Рене, - произнес он, приближаясь к нему и обнимая за плечи. - Пойдем, выпьем чего-нибудь и поговорим. Его рука так по-хозяйски устроилась на плече, что Мишель не смог ему отказать. Ближайший трактир оказался со смешной вывеской: собака дымила сигарету. На мгновение он испугался того, что они застанут там знакомых, но Рене произнес несколько слов на французском, и вежливый метродотель отвел их к дальнему свободному столику, почти скрытому за ширмой. - Тут нам не помешают, - произнес он ласково. Им принесли меню, и Мишель почувствовал, как внутри него все холодеет. Цены казались устращающе высокими... будь он один, то уже ушел бы. Он бросил робкий взгляд на Рене. - Заказывай все, что хочешь, - тот правильно истолковал его взгляд. - Я плачу. - Я вовсе... просто...может, нам пойти еще куда-нибудь? - пробормотал Мишель. - Здесь достаточно уютно, а об остальном не волнуйся, - Рене выбрал и подозвал официанта, заказал то, что хотел и повернулся к парню. - Выбрал что-нибудь? Мишель замотал головой. - Тогда ему пожалуйста номер 7 и 34, - вежливо произнес Рене. - И пару бутылок вина... у моего друга день рождения... - Откуда вы знаете? - прошептал Мишель удивленно. Рене несколько минут изучал его лицо, а потом весело рассмеялся. - А это правда? Ну я молодец, - сказал он. - Я имел ввиду, потому что ты как бы родился второй раз. Я же спас тебя...от твоего своевольного прыжка, ведь так? - Да, - смущенно согласился Мишель. - И я...наверное, благодарен. Он оглядывал ярко освещенный зал, ровный ряд столиков, людей за ними и почувствовал себя уже не так плохо, как раньше. Словно бы этот свет потихоньку передавался и ему. - Только наверное? - Рене склонил голову, рассматривая его более пристально. Темноглазый, белокожий, парень выглядел все еще подавленным, однако в глубине глаз он видел небольшой блеск. Черты его лица казались ему резковатыми, а привычка хмурить брови придавало лицу печальное выражение. Полные губы пожалуй были хороши, если бы парень не кривил их и не поджимал немного. - Ты работаешь в Ситэ? - Да, - пробормотал тот. - Как зовут? - Мишель, - смущаясь, ответил парень. - Я недавно в Париже. - Тебе здесь нравится? - Да, но...- Мишель замялся. - Я тут почти никого не знаю. Рукам чего-то не хватало, он взялся за вилку, начав нервно вертеть ее в руках. - Почти? - У меня был друг, - вдруг сказал он. - Здесь, в Париже. - И что случилось? Он уехал? - Рене склонил голову, рассматривая парня. Тот втянул голову в плечи, стараясь уйти от такого пристального внимания. - Нет, - шепнул Мишель. - Умер. - И ты решил к нему присоединиться и броситься с моста? - Я не планировал это, - возразил парень. Их прервали: официант принес мясо для Рене и рыбу для Мишеля, а еще налил им по бокалу вина. Мишель рассматривал красиво сервированное блюдо, ощущая, как легкий дымок поднимается вверх. Он сделал глоток вина - это было вкусно, и занялся ужином, не особо разглядывая вилки и тарелки. Рене следил за этим, улыбаясь. «Определенно, парню повезло, что именно я проходил мимо» - решил он - «Вот так вот неожиданно идти и встретить...подобного забавного человечка...» Рене вспомнил, как начиналась ночь, и мог только вздохнуть про себя. Они с Луи снова договаривались провести эту ночь вместе, но его мама в последний момент утащила его на званый вечер. Его записку он получил уже, когда прибыл к нему домой, и ничего не оставалось, как идти обратно. Хотя...может быть, малыш Мишель скрасит его одиночество? Мишель допил бокал, Рене понемногу цедил свой, наслаждаясь мясом и гарниром. Он сделал знак официанту долить ему еще. Чтобы как следует набраться, разве много ему будет надо? Вон какой...худой. Мишель робко улыбнулся, когда тарелка опустела. Рене полюбовался этим, лицо словно стало выглядеть моложе и красивей. - Спасибо... - Подожди, еще будет небольшой десерт... Все же, день рождения раз в году, ведь так? - Это так много...- Мишель перестал улыбаться. - Я не смогу заплатить... Он начинал чувствовать себя всерьез неловко под взглядом этих внимательных глаз. Кроме того, он никогда раньше не думал, что будет сидеть в таком красивом месте и смотреть в лицо другому человеку. - Я даже не знаю, как вас зовут... - Рене, - весело ответил его собеседник. Мишель зашевелил губами, запоминая его имя. В это время к ним подошел официант и наполнил бокалы. Рене поднял свой и чокнулся с Мишелем. - Ну за знакомство? - он улыбнулся так чарующе, что Мишель почувствовал, что плывет. Реальность все больше ускользала, он чувствовал себя опьяненным, но скорее не от вина, а от наконец-то присутствия кого-то настоящего рядом. - Надеюсь, оно будет долгим, - проговорил он вдруг, заглядываясь на Рене. Его вело, и он начал слушать, что ему рассказывает новый знакомый, особо не понимая слов, но наслаждаясь самим звуком. В какой-то момент Мишель понял, что они куда-то поднимаются, и их столик, и сам трактир оказались где-то совсем далеко... Рене открыл дверь, и Мишель почти упал на пол, если бы его не подхватили сзади. - Поза, конечно, отличная, - Рене пьяновато рассмеялся. - Но давай начнем с поцелуев... У Мишеля загорелись щеки, он пополз по направлению к кровати и осторожно поднялся, падая на нее. Ему сейчас было слишком хорошо, чтобы спорить. Рене, державшийся куда как лучше, сел рядом с ним, рассматривая его лицо. Он сделал глоток из бутылки и поставил ее на пол, наклонился над Мишелем и провел влажным языком по его губам. Парень распахнул удивленные глаза, приоткрыл рот, и дал возможность его языку проникнуть внутрь. Поцелуй был слишком приятным, чтобы его прерывать, и Мишель прижался к ему всем телом, позволяя оседлать себя, позволяя расстегивать на нем рубашку. Голова была то тяжелой, то ей легчало, так что он просто вытащил из штанов рубашку Рене, торопливо раздевая его в ответ. Было это правильно или нет - ему стало совершенно все равно. Вечер был волшебный, ночь обещала быть такой же... Когда поцелуй прервался, Мишель потянулся за еще одним, и Рене с силой прижал его к кровати, что завело его еще сильнее. Он провел ладонями по его груди, задел напрягшиеся соски и, оторвавшись от губ, принялся целовать его в шею. Мишель мягко вздрагивал, каждый поцелуй заставлял его кожу гореть. Рене сомкнул губы на его груди, и парень изогнулся подаваясь вперед, что-то простанывая так сладко, что это ударяло ему в голову сильнее вина. Стащив с узких бедер штаны, Рене положил ладонь на его член, лаская головку, сжимая ее между пальцев. Спустившись ниже, он лизнул ее языком, и поднял глаза, насмешливо разглядывая распростертого на кровати парня. У него был потрясенный и шальной вид, губы алели, а в глазах мерцали звезды, и Рене не удержавшись взял его полностью в рот, наслаждаясь тем, как реагирует тело, как пальцы впиваются в простыню, как Мишель выстанывает его имя. Добившись от него эрекции, Рене вытащил его изо рта и властным движением заставил перевернуться. Мишель покорно изогнулся, приподнимая ягодицы именно так, как ему хотелось. Разведя ему ноги, погладив нежные бедра, Рене достал смазку и вылив ее немного на пальцы, запустил сразу два внутрь Мишеля. Тот зашипел, а потом постарался расслабиться, постепенно насаживаясь на пальцы Рене. Убедившись, что парень готов, Рене расстегнул брюки: у него стоял еще когда Мишель допил свой первый бокал внизу, и приставив головку ко входу, осторожно протолкнул ее внутрь, сразу и вовсю длину. Мишель ахнул, попытался отстраниться, но Рене не дал ему этого, он сразу же принялся двигаться, вбиваясь себя как можно глубже, как можно сильнее, давая ему привыкнуть к тому, что он делает с ним. Мишель заморгал, острая боль притупилась, он почувствовал, что его затягивает, его член терся об одеяло, в глазах скопились слезы, однако неприятные ощущения отступали, и он погружался, позволяя Рене иметь его так, как тому нравилось, водить пальцами по его коже, трахать его. Он почти потерялся в ощущениях...хорошо ли плохо, горько или сладко... он лишь понял, что его подняли с кровати, и теперь член входит даже глубже, и ему хорошо, голове легчает, он влажными лопатками упирается в грудь Рене, который тихо шепчет ему: «Вот так...мой хороший...мой сладкий...»