Общая черта — одержимость

      Парень смотрел на ярко освященную улицу из окна черной иномарки и чувствовал себя так, будто он снимается в фильме. Яркие вывески с иероглифами, огромное количество скутеров на дорогах, широченные пешеходные переходы и огромные башни офисных зданий. Мальчишка был вытеснен из своих привычных условий и попал в один огромный, непонятный мир, где люди разговаривали на чужом языке и выглядели по-другому. Нет, скорее, это Паркер был для них непонятной зверушкой, ведь он приехал на их родину, где воздух был даже другим. В Нью-Йорке всё же было легче дышать.       Встретили их с аэропорта приятно — все улыбались и учтиво кланялись. Питер был знаком с культурой Азии, но встретиться с ней лоб в лоб было удивительно. Теория с практикой всегда отличается.       «Мерседес» был практически полон: два телохранителя, личный бухгалтер, сам миллиардер и мальчишка. Хогана с ними не было, вместо него был хмурый и неразговорчивый Итан. За весь полет он не вымолвил ни слова, так что Питер всё время просто читал сохраненные материалы с ноутбука на коленях, пока Старк спал.       Подростку бы тоже не прочь было расслабиться, но тут всё-таки чутьё не смогло отпустить его — отдохнуть с закрытыми глазами парниша не мог ни при каких условиях. Казалось, что он сидит в работающей микроволновке и еще несколько часов после взлёта был словно распушившаяся кошка. Все волоски на его теле были подняты от стресса, но потом хваленые медитации Наташи помогли справиться с напряжением.       С аэропорта Пудун их встретил тот самый второй телохранитель азиатской внешности за рулём машины, и теперь они ехали в один из самых престижных отелей Шанхая. «Пенинсула» был огромным отелем с потрясающим видом через реку Хуанпу на финансовый район Луцзяцзуй.       Пятизвёздочный отель встретил их двумя улыбчивыми швейцарами в белой форме и шапочками с названием гостиницы. Лобби было громадным. Большие хрустальные люстры, белоснежные стены, а нефритовый начищенный пол сверкал под туфлями. Высокий потолок был выстлан подсвеченными квадратиками из стекла с золотыми вставками. Фойе представляло собой внушительный обеденный зал со стеклянными столами и серыми плетеными креслами.        Старк прошёл через колонны, словно не замечая разлитой эпопеи вокруг. За поворотом была стойка регистрации в черном мраморе. Тони сразу узнали, кланяясь и широко улыбаясь, протягивая две ключ-карты от номеров. Поднимаясь по громоздкой лестнице с лакированными деревянными перилами, парень лишь глазами позволил себе дотронуться к скользкому покрытию. «Дорого, очень дорого», — подумал он.       Встреча назначена на шесть часов дня, а сейчас было около трёх. Старк очень спешил, ведь они застряли в пробке на дольше запланированного.       — У нас номера напротив друг друга, — он передал ключ-карту, когда они заходили в один из лифтов, — прими душ, отдохни и через полтора часа приходи в мой номер — введу тебя в курс дела. Понял?       — Да, хорошо, — лифт остановился на восьмом этаже.       Вид из окна его номера был выдающийся: телебашня «Восточная жемчужина», Шанхайская башня и рядом всемирный финансовый центр вместе с Цзинь Мао — визитной карточкой Китая, ведь является одним из самых высоких небоскрёбов. Строения были настолько высокими, что их шпили были затуманенными и блёклыми от влажности воздуха. Швейцары привезли багаж, и парень, поблагодарив, занёс маленький чемоданчик в номер.       Из богато обставленной прихожей сразу шла дверь в большую комнату с двухместной кроватью и громадным замшевым диваном бежевого цвета. Кровать была с широкой, мягкой, стеганой спинкой из кожзаменителя, и сбоку висели подвесные хрустальные лампы. Паркер провел рукой по белоснежным простыням и сел на них, выдохнув, пялясь в окно на потрясающий вид и спокойные воды реки внизу.       Питер себе представить не мог, что когда-нибудь побывает в Китае. Пусть они здесь на короткое время, но даже так впечатлений от разглядываний улиц ему хватило для того, чтобы счастливо улыбаться и рассматривать узоры на стекле люстры, что висела на потолке.       После душа ему в номер принесли обед из четырех блюд с маленьким десертом. Пусть в самолёте он и съел два набора бортового питания, но искусная кухня пятизвездочного отеля не смогла остаться незамеченной. Все пустые тарелки после обеда мальчишка аккуратно сложил на край стола и в салфетки заложил приборы. Педантичность парня сыграла свою роль, ведь, выходя из номера, он поправил постельное белье, на котором сидел и оставил мятый след. Это был не его мир, пребывать в богато обставленной комнате было чуждым для него. Ему нравилась его скромная комната на базе — мебель пусть и была достойной, но не было этих непричастных вензелей на шторах и мягких шерстяных ковров, как здесь. За всё то время, которое Питер провел со Старком, он свыкся засыпать, разглядывая белую однотонную стену.       Мальчишка постучал в номер миллиардера через точно назначенное время и вошёл, как ему открыл двери телохранитель. Итан по-прежнему не издал ни звука, так что парень поздоровался с ним безмолвным кивком.       Номер Старка был больше в три раза, и после прихожей шла светлая роскошная гостиная с коленным обеденным столом, на котором были разложены бумаги. Тони сидел на стуле из темного дерева и внимательно читал договора в своих руках. Над его головой стояли две женщины. Одну из них парень знал — это личный бухгалтер, а вторую видел впервые. Азиатка с низким пучком, в голубом пиджаке и юбке-карандаше. От Старка веяло напряженностью, бухгалтер была задумчивой, а неизвестная азиатка была спокойна, как удав. С её уравновешенностью мог побороться только телохранитель, что стоял за спиной. У Итана вообще всякий эмоциональный диапазон был блёклым.       — О, Питер, ты как раз вовремя, — Старк поднял голову и усмехнулся. — Садись возле меня.       Азиатка, увидев мальчишку, глубоко поклонилась и мягко улыбнулась. Паркер был в недоумении, когда от мужчины начало резко фонить злорадством. Парень упрямо держал маску отчужденности.       — Подпиши здесь, — мужчина ткнул на место внизу листа с иероглифами, — и здесь. А, и ещё тут.       Питер без лишних вопросов взял предложенную ручку и расписался там, где ему было предложено.       — Поздравляю, Питер, — мужчина хлопнул его по плечу, — ты стал владельцем акций «Шандонг Голд Груп».       — Что? — тут уже Паркер не выдержал, и его маска вдребезги разбилась, показывая полное недоумение.       — Обхитрили дурака на четыре кулака, — Тони был явно доволен собой. — Спасибо, госпожа Цю Тун. Вы можете идти.       Азиатка, поклонившись, молча вышла за дверь.       — Что происходит? — Паркер обернулся к мужчине и посмотрел на его удовлетворённую мину.       Миллиардер встал со своего стульчика и вышел вперед, раскладывая бумаги по очереди.       — Китайцы — очень хитрый народ сам по себе, — Тони выложил документы перед Питером, выбрав переведенные на английский варианты. — Они хотели продать мне золото на своих условиях. «Шандонг Голд Груп» — это национальная компания, и от «Старк Индастриз» они захотели очень много льгот для Китая.       Первая бумага была с двадцатью пунктами в списке с тем, что Китайцы запросили от организации.       — Первое, — продолжил Старк, — это снизить цены. Второе — принять сотрудничество от ряда компаний и по порядку. Да ни в жизни. Это подпишет мне смертный приговор.       — Какие хитрые китайцы, — хмыкнул Питер.       — А я хитрее, — Старк поиграл бровями. — В общем, если бы я подписал этот договор, то решение застрелиться было бы гораздо выгоднее. Я решил обводными путями за эти два месяца купить акции под подставными именами и просто свести всё к одному человеку.       — Ко мне, — закончил Паркер за него. — У Вас не было другого человека? Можно ли меня сюда вообще впутывать?       — Школу закончил, налоги платишь, работая официально на меня, — он начал загибать пальцы, — так что да, вполне сойдешь за доверенное лицо.       — А, — Питер приоткрыл рот. — Ясно.       — Вместо того, чтобы мне диктовали условия, теперь их могу диктовать им я, встав в список генеральных директоров, даже выкупив самую минимальную для этого часть, — Тони гордо выпятил грудь. — Госпожа Цю Тун — это официальный представитель, с которым ты только что подписал договора.       — Ого, — парень удивленно посмотрел на бумаги на столе.       — Мне это даже дешевле обошлось, — Тони сел обратно на стул, вытянув вперед ноги. — Благо рынок обвалился, и я сумел быстренько сообразить. Если бы не это, то заказывал бы золото с нескольких стран, и только лишь перевозка обошлась бы мне втридорога. Вот такие вот китайцы! Не нашёл лазейку — мог остаться либо в дураках, либо без денег.       — Если генеральный директор перевозит свои собственные материалы не на продажу, то нужно ли растормаживать?       — Не-а, — Старк злорадно улыбнулся. — Китайцы меня проклянут.       — Не сомневаюсь, — Паркер шокировано прикрыл рот рукой. — А они Вам золото продадут вообще после такого финта?       — Почему же нет? — мужчина довольно оскалился. — Продадут оптом как одному из владельцев, если нет — обрушу рынок еще больше, подав на них в суд.       — Какая подлость!       — Они сами начали, — мужчина развел руки. — Вот поэтому мы тут долго задерживаться не будем.       — Вот уж точно, — Питер тревожно сжал краешек стола.       Желание прогуляться по улицам мигом пропало.       — А они Вам ничего не сделают?       — Нет. Когда мы начнем сотрудничать, то они мигом успокоятся — деньги их быстро остудят.       — Хорошо, — мальчишка выдохнул.       Старк затеял всю эту кашу, чтобы создать Пятидесятый Марк, и делал он его через личное финансирование, не притрагиваясь к бюджету «Старк Индастриз». Наоборот, договора, которые он составлял, передавал на пользование компании и только множил её прибыль. Вот поэтому мужчина так трясся над своим проектом, ведь мог, оступившись, остаться без денег. «Питер, с каждым годом твои ошибки будут тебе стоить всё дороже и дороже, я уже в таком возрасте, где они цены не имеют», — заявил он в конце, когда отправлял его переодеваться к предстоящему ужину в бизнес-центре отеля.       Мальчишка стоял в своей комнате и смотрел на себя в зеркало. Тони всучил ему перед поездкой в картонной фирменной коробке дорогой темно-коричневый костюм и пару качественной обуви, сказав, что лучше не найти. Питер даже не стал отказываться, только посмотрел на мужчину взглядом побитой бродячей собаки, на что получил смешок. Костюм был удобным, часы неприятно холодили руку. Парниша даже сейчас не снимал один из своих веб-шутеров, только заправил его в рукав подальше, чтобы его не было видно.       Отражение парню понравилось, это был уже не тот худощавый, напуганный мальчишка, который смотрел на него из всех отражающихся поверхностей два года назад, когда тот появился в этом теле. Страх сменился уверенностью и Паркер ещё раз холодно посмотрел на своё лицо. Он привык.       В комнату постучались, и он открыл дверь, встречаясь глазами со Старком.       — Пойдём, — он кивнул. — Выглядишь отлично.       — Спасибо, Вы тоже…       Мужчина переоделся в новый черный костюм с красным галстуком. Паркер был знаком с деловым этикетом и значением цветов в странах Азии, и даже без этого было понятно, что в Китае красный цвет использовался во время праздников. Старк таким образом подчеркнул, что победил.       — Мистер Старк, Вы взяли несколько галстуков?       — Нет, Питер, у меня с собой только этот.       Бизнес-центр отеля был огромным комплексом, который начинался с большого обеденного зала, а потом переходил в комнаты для встреч. Весь стиль комплекса был выполнен в традиционном стиле. Вся мебель в коричневых и черных тонах, акцентные детали из красного и синего. Сдержанно, чисто и в то же время эстетично приятно глазу — настолько был продуман дизайн каждой комнаты. Итан остался при входе в центр по просьбе девушки на ресепшне. Эта дама была худой, почти до болезненного состояния, но умело держала лицо и выражалась звонко, по-китайски. Старк её понял и оставил телохранителя позади. Эта же девушка двинулась провожать их к комнате для встречи.       — Вы знаете китайский? — Питеру уже надоело удивляться сегодня.       — А что, я взял с собой переводчика? — Тони выдохнул. — У меня тут есть филиал, иначе ко мне бы так не прицепились. Конечно, я владею языком. Больше тебе скажу: я этих китайцев знаю как облупленных.       Переговорная встречала двумя черными колоннами с золотыми иероглифами, и когда девушка открыла перед ними дверь, в глаза ударил яркий свет из окна. Интерьер здесь был противоположный традиционному — фисташковые шторы, европейская картина с девушкой на стене, круглый массивный стол и кресла на тонких ножках такого же фисташкового цвета. На столе была милая хрустальная ваза с белыми хризантемами. Под ногами— мягкий шерстяной ковёр зеленого цвета, а на кофейном столике возле окна был чайный набор из чайничка и шести маленьких пиалок.       — Спасибо, — на китайском поблагодарил мужчина работницу, и она, поклонившись, ушла. — Садись, Питер. Они опоздают.       — Это они так Вам сказали?       — Нет, я же говорил, что знаю их как облупленных, — гений аккуратно отодвинул для себя кресло и сел. — Госпожа Цю Тун уже сообщила, что они проворонили, и сейчас эти господа хотят сохранить гордость. Я их разозлил.       — Вы могли прийти позже, раз знаете, что они опоздают.       — Нет, — Тони отмахнулся. — Пусть злятся и думают, что ожиданием меня унизят, но в конце концов с золотом выйду отсюда я.       — Справедливо, — мальчишка кивнул. — А кто должен прийти?       — Три человека. Председатель Ю и председатель Ли со своим сыном Ли Хуаном.       — Думаю, мне это знать абсолютно бесполезно. Я китайского не знаю и не смогу общаться, — Питер цыкнул. — Мистер Старк, мне нужно китайский учить?       — Если захочешь. У тебя первоочередная задача — помочь мне с Марком, а туда знание китайского не включено.       — Хорошо, мне просто сидеть и улыбаться?       — Да, — Тони довольно хмыкнул. — Только когда они войдут, ты поклонись прямо как эта женщина, которая нас проводила.       Питер посмотрел на свою левую руку, где у него были часы. Они сидят тут уже двенадцать минут.       — Красивые часы.       — Это Вы мне подарили на Рождество.       — Правда? У меня хороший вкус.       Питер поднял глаза на миллиардера. Зря он думал, что с возрастом его эгоизм приуменьшился. Юноша был искренне рад подарку, решив, что его выбирал сам наставник, но, видимо, он заказал их через Пятницу, просто указав фирму и допустимую цену. Эти часы не были для Питера, эти часы были подтверждением того, что он принадлежал Старку. А вещь, которая принадлежит ему, должна быть статусной и дорогой. Поэтому он дал ему соответствующий фантик в виде костюма и обуви. Мальчишка горько улыбнулся, потупив взгляд в зеленый ковёр, на котором оставались вмятины от ножек стульев. Этими часами он любовался, а теперь смотрел на них как на очередное своё обязательство. Питер должен соответствовать Старку: быть хорошим, идеальным, сильным, умным. Если бы этих часов на парне не было, это бы означало, что само его существование было ценно и не нуждалось в дорогой побрякушке, чтобы поднять его значимость в глазах посторонних наблюдателей.       Через тридцать минут дверь открылась, и внутрь вошло трое мужчин. Старк и Паркер поклонились и пожали руки опоздавшим. Они были похожи между собой, или это сначала так показалось, но все были одеты в одинаковые черные костюмы и на головах были схожие укладки.       Питер с этого момента превратился в улыбающуюся куклу. Парень вообще ничего не понимал, только кивал, когда к нему обращался Старк, конечно, на китайском. Единственное, что он мог делать, это анализировать эмоции людей, находящихся в этой комнате. Негодование, злость, грусть — это основной флёр, который несся густым потоком от этих трёх мужчин. Единственное, что успокаивало, это вуаль уверенности, что шла от Тони возле него, а когда принесли еду, то мальчишка расслабился, ведь сидеть со слабой улыбкой и разглядывать недовольных бизнесменов было и самому неприятно, особенно когда они встречались взглядами. Теперь можно было потупиться в тарелку и аккуратно разрезать мясо и овощи заостренным ножом, как настоящий джентльмен.       Питер так бы и ел, растягивая еду на всю встречу, но она довольно быстро закончилась тем, что Старк принялся подписывать бумаги, и некоторые из них приходилось подписывать и ему, дополнительно замарав пальцы чернилами для отпечатков.       Когда встреча была окончена взаимными поклонами и улыбками, Паркер сумел наконец выдохнуть. В комнате было довольно дружелюбно, если сравнивать с изначальным результатом. Но Старк для этих людей был ложкой дёгтя в бочке мёда. Пусть Тони и предоставил огромное поле для сотрудничества на выгодных условиях двух сторон, но то, что эти условия были предложены насильно чужаком и перекручены, их ужасно злило. Обесценить работу Старка у них не получилось, и даже в таком плачевном для себя состоянии они выторговали приемлемую цену, завысив от оптовой на несколько процентов. Тони не возражал — он и так выбил куш и разрешил им думать, что они всё ещё короли ситуации.       — Как всё прошло? — спросил мальчишка, вглядываясь в удовлетворённое лицо наставника.       — Отлично, — Тони шел в номер пританцовывая.       — Едем домой?       — Нет, у меня дела с бухгалтером до ночи, — он помахал перед носом Паркера подписанными бумагами. — Ночуем тут, а с утра летим в Чикаго. Только потом домой.       — Чикаго?       — Да. Мне нужно увидеться с Нильсеном — это мой маркетолог. Есть у меня одна идейка, куда можно сплавить половину золота.       — Половину? — опять глупо переспросил парень.       — Я запросил в два раза больше золота, а они согласились, представь себе, — он хохотнул. — Мне нужен план, будет ли так популярна идея создания новой линейки телефонов, а?       — Старкфон, — хмыкнул Паркер.       — Какое многообещающее название! Спасибо, Питер, я возьму на заметку.       Двигатели частного реактивного самолёта, заходящего на посадку в Чикаго, гудели за иллюминаторами. Когда трап опустился, навстречу пассажирам ударил резкий, промозглый ветер. Он резал щёки и уши ледяными, игольчатыми порывами. Питер вышел на перрон и глубоко вдохнул — воздух был мерзким, влажным и до боли заполнял лёгкие, распирая рёбра. Календарь твердил о скорой весне, но здесь, в промышленном городе, ей и не пахло. Вместо этого в ноздри бил резкий, химический запах, отдалённо напоминающий тухлые яйца — побочный газ от работы авиадвигателей и городского смога.       Парень вытянул голову и прикрыл глаза — шея покрылась мурашками от стужи. Ветер сжимал кожу будто тисками, и от этого на лицо выползала улыбка. Он, наконец, на земле.       — Итан, дорогуша, ты мне не нужен. Оставайся на борту, мы ненадолго, — Тони обернулся к трапу, откуда выходил телохранитель. — У меня есть Мститель в защитники. Правда, парень?       — Конечно, — подросток шмыгнул носом.       — Эй, могучий Мститель, у тебя есть права? — Старк обратно повернулся к подопечному, что до сих пор был одет в подаренный дорогой костюм.       — Да, а что?       — Я «Феррари» арендовал. Хочешь прокатиться?       — Очень хочу!       На выходе из аэропорта стояла потрясающая желтая машина, будто с картинки. Солнце заходило — они весь день летели в США и только к вечеру приземлились в аэропорту О’Хара. Тусклые солнечные зайчики гладили корпус машины незатейливо, но со стороны казалось, что краска светится. «Феррари» контрастировала с серостью асфальта так сильно, что слезились глаза.       — Едем в Уиннетку, — Старк подошёл к машине и дернул ручку, садясь в салон.       Парень, улыбнувшись, вдохновленно обошел машину, разглядывая её, и сел на водительское место, руками осторожно проведя по кожаному чехлу на руле. Салон был благородного молочного цвета, и это так взбудоражило мальчишку, что у него подрагивали руки.       Парень повернул ключ зажигания и нажал на красную кнопку на руле, заводя машину. Двигатель загудел так, что у Паркера закатились глаза в наслаждении от услышанного.       — Звучит, словно признание в любви, ха? — Тони обаятельно засмеялся.       Питер перед тем, как тронуться с места, несколько раз нажал на педаль газа, опуская её в пол, вслушиваясь в резкие звуки мотора позади. Парень начал аккуратное движение, выезжая из аэропорта, направляясь в сторону автострады. Солнце почти село, и мальчишка включил фары, освещая дорогу впереди. Он еле улыбался, вглядываясь вперед, перебирая пальцами крупные стежки кожаного чехла на руле. Приборная панель тускло светилась.       — Паркер, ты плетёшься, словно черепаха. Это же «Феррари», — и Старк вытянул руку, придавливая кончиками пальцев правое колено мальчишки, силой вынуждая того нажать на педаль газа сильнее.       У Питера резко стало сухо во рту. Чувствительность мальчишки в последнее время возросла, и касания Тони были для него сродни ожогу. Через ткань костюма он мог чувствовать, насколько пальцы гения теплые и твердые. Подливая масла в огонь, забирая руку с его колена, он провёл пальцами выше по инерции. Подросток едва подавил вздох, но сдержал нейтральное выражение лица.       Спидометр подскочил на тридцать пунктов, и парень, перегоняя несколько машин перед собой, мягко проехал сквозь давку на автостраде плавными движениями руля. Через двадцать минут они подъехали к большому особняку, который стоял на берегу озера Мичиган.       Паркер осторожно припарковался к кованым воротам и заглушил мотор, выходя из машины. Старк нажал на кнопку домофона и назвал своё имя, мгновенно после этого калитка открылась. Двор был довольно просторный: справа был теннисный корт, а слева — прекрасная беседка. Везде были посажены и подстрижены туи, а на земле выстелен газон. Видно, что за поместьем следят, ведь под туями было использовано три вида гравия, а сам особняк был настолько белый и чистый, что казалось, будто он только-только покрашен. Основной проблемой белых домов было то, что пыль оседала на выступах и после дождя она забивалась в шероховатые стенные покрытия, делая цвет дома неоднородным и грязно-серым. Этой проблемы в данном здании не наблюдалось, хотя выемок и уступов в декоративных целях не пожалели. Балкон на втором этаже был огражден толстыми колоннами. Весь особняк светился: территория была подсвечена маленькими светильничками, а на дорожках стояли фонарные тройные столбы с завитками.       Это было родовое поместье Нильсенов, которое унаследовал Артур Чарльз Нильсен-младший, названный в честь своего отца. Их род был переселенцами с Дании, поэтому их дом собрал на себя датскую культуру, что так удивила Питера. Старк спокойно дёрнул ручку входной двери и без приглашения вошёл в дом. Их вышел встретить сам хозяин.       Он поздоровался с Тони, сначала проигнорировав Питера, слегка обняв мужчину, а потом пожал с ним руки. Подросток слегка нахмурил нос, чувствуя запах какого-то странного острого одеколона от него.       — А это кто? Представишь? — незнакомый для парня мужчина повернулся к нему и слегка улыбнулся.       Он выглядел дорого, но почему-то отталкивающе для мальчишки. Ему показалось, что всё лицо Артура было пластиковым. У него во рту были неестественно белые зубы, а также была гладко-ровная кожа. На штанах у него был фирменный, дорогой ремень известного бренда и шелковая рубашка с закатанными рукавами. Черты лица у него были острыми, но уколы красоты для поддержания молодости сделали его лицо одутловатым.       — Это мой ассистент. Питер Паркер, — буднично сказал это гений.       — Этот самый «малыш»?       — Да, тот самый, — Питер не понял, о чём они говорили, но вежливо улыбнулся и слегка наклонил голову, принимая пожимание руки.       — Артур Нильсен. Приятно познакомиться, — он нежно сжал ладонь подростка, — вот моя визитка.       — Никаких визиток, — Тони отодвинул его руку от мальчишки. — Другим эту макулатуру раздавай.       — Питер тоже так думает? — Артур подмигнул ему.       — Да, аналогично, — миллиардер ответил за него.       — Хм, — он пожал плечами, не переставая разглядывать парня перед собой. — У меня сейчас гости, ты пришёл не вовремя.       — Я всегда вовремя, — Старк улыбнулся. — У меня к тебе есть срочное дело.       — Да, ты говорил, — улыбка у него померкла, оставляя после себя блеск интереса в глазах. — Проходите, господа, наверх. Мне нужно предупредить гостей, что мне предстоит отлучиться.       — Кто пришёл?       — У меня встреча университетского братства, — Артур, поднимаясь по ступенькам, повернул голову, лукаво встречаясь глазами с Тони. — Старый добрый вечер покера. Будешь?       — Буду, — он улыбнулся. — Питер, а ты умеешь?       — Да, — мальчишка хмыкнул.       — Отлично. Покажем тебе, как развлекаются джентльмены, — Артур хитро улыбнулся.       Хозяин дома завёл их в большую темно-зеленую комнату с огромным, тяжелым, резным столом для покера, за которым сидело пятеро человек. Воздух стоял тяжкий и прокуренный. Мужчины до этого весело общались друг с другом, но, увидев новых людей, резко замолчали.       — Это Энтони Старк и его очаровательный ассистент Питер Паркер, — мужчина представил их громко, заглушая треск камина позади. — Вы не против, чтобы они присоединились к игре?       Паркер почувствовал себя посвободнее. С покером он знаком довольно близко, ближе, чем с китайским, и хоть теперь мог проявить инициативу. Юноша хотел, чтобы его похвалили, ведь пока что его присутствие в командировке было практически бесполезно. Однако подросток сомневался, что хорошая игра в покер порадовала бы Тони.       Всегда ли вечерний покер проходит с натуральным крупье? У мальчишки не было таких денег, чтобы он спокойно мог рассуждать на такие вопросы, но, видимо, у остальных на это дилеммы не возникало. За большим столом, где сидело пятеро, места ещё оставались. Он был рассчитан на десятерых, так что вплотную к крупье никто не подвинулся.       Артур налил всем в стаканы коньяку и время от времени доливал напиток, игнорируя Паркера по молчаливой просьбе Старка, когда он на вопрос: можно ли ему алкоголь, замотал рукой — Питер несовершеннолетний, да ещё и за рулём.       В комнате было светло, над головами висела большая, деревянная, шестигранная люстра. Окна были завешаны чёрными шторами, и это создавало таинственную атмосферу. Несколько мужчин курили сигареты, и тонкие струйки дыма расползались по потолку.       Покер — это азартная карточная игра, у которой есть масса видов. Техасский холдем был самой распространённой версией, и по столу сразу можно было определить, ведь максимальное количество карт доходило только до пяти. Питер любил покер с шахматами и играл в эти игры на переменах в телефоне, пока Нед в столовой повторял материал, который мальчишка до этого заучил. Раунды быстрые и легкие, когда получалось выигрывать, то он радовался.       Крупье собрал все карты с предыдущего раунда и стал тасовать колоду, начиная новою раздачу. Питер сидел возле камина, спиной к огню, замыкая круг сидячих. Слева от него, по кругу стола сидел Тони, потом Артур, следом остальные пять мужчин. Они все были колоритные, почти одинакового возраста — старше тридцати, но не до сорока лет. Видно, что мужчины были при деньгах и вылизаны до кончиков пальцев. Среди них выделялся один с длинной бородой, которую тот дёргал. Ещё сидел справа от бородача загорелый человек в очках. Обстановка была спокойной, все друг с другом поздоровались, но не представились.       Крупье раздал ему две карты — пара королей. Парню везёт с самого начала. Так как мальчишка сидит в самом конце стола справа, то он первый начинает отвечать, ведь игра идёт по часовой стрелке. Он поставил одну фишку на стол.       — Колл, — отвечает Старк, ставя тоже одну фишку.       По правилам, ты должен ставить такую же сумму, как твой оппонент, или поднять ставку, уровнять — рейз. До раздачи трех основных карт все поддержали начальную ставку в сто долларов. Итак, крупье раздал карты — четверка, король и туз. Юноша поднял глаза и с помощью чутья начал просматривать настроение каждого из игроков. Старк был абсолютно спокоен, но со стола Паркер чувствовал облегчение только у одного — мужчина с крупным носом.       — Рейз, — Питер поднял ставку на три фишки.       — Поднимаю, — и он выбросил на стол ещё несколько фишек, на что согласилось большинство, но сбросили карты бородач и очкарик.       Крупье положил четвертую карту — шестерку. Она оказалась сейчас бесполезной для мальчишки, но это было прекрасным знаком того, что ставка повыше могла сыграть, и противник не сорвется с крючка раньше времени. Носатый уже начал сомневаться, но решил идти до конца.       — Рейз, — Питер аккуратно поставил на стол четыре фишки.       Остались в игре они двое, уровнявшись. Пятой картой стала ещё одна шестерка. Раскрыв карты, противник сконфужено улыбнулся. У него была тройка шестерок, но Паркер выиграл тройкой королей. Носатый просто отдал свои фишки, не поведя бровью, даже не ощущая никакого разочарования, пускай его и проигрыш был довольно глупым и импульсивным решением.       — Новичкам везёт, малыш, — Тони хмыкнул и сделал большой глоток со своего стакана, осушив его.       Артур быстро подлил алкоголь не только миллиардеру, а всем остальным за столом, даже тем, кто не допил. Он был хорошим хозяином своего дома и уважал каждого пришедшего.       Следующий раунд открылся тремя бесполезными для парня картами. Ими оказались десятка, четверка и семерка. «Тухло», — подумал Питер, смотря на свою шестерку и пятерку.       — Колл, — Питер поставил фишку.       — Рейз, — Тони поставил четыре фишки.       На повышение ставок от Старка ответило двое оставшихся мужчин — один в желтой рубашке, а второй — в синей. В комнате из-за камина было жарко, особенно Паркеру, так что все мужчины сняли пиджаки. Питер командой «фолд» скинул карты, ведь следующие оказались неподходящими. В этом раунде выиграл Артур, Тони сблефовал.       Следующих два раунда были за носатым, тогда Артур попросил прощение за прерывание игры и вышел со Старком из комнаты, видимо, для переговоров, за которыми они и приехали. Обстановка после их ухода стала оживлённее. «Это их так Старк напрягал?», — подумал Питер, поднимая с ходу ставку на пять фишек. После раскрытия трех карт ни один из оппонентов не обрадовался, а это стало знаком того, что нужно было действовать.       — Рейз, — мальчишка поставил горсть фишек.       — Фолд, — трое скинуло карты.       — Отвечаю, — по столу постучал мужчина в желтой рубашке, поставив пять фишек на башенку из ставок.       Четвертой раскрытой картой стала королева, и весь перечень звучал так: десятка, девятка, пятёрка, семерка с королевой. У Паркера был валет и десятка. Одна слабенькая пара была не особо хорошей для крупной ставки, но он решил рискнуть.       Раскрыв карты, мальчишка не скрыл облегчения. У мужчины в желтой рубашке были валет и девятка. Питер выиграл, опередив его на одно очко — у него была карта повыше.       — Парень, сколько тебе лет? — спросил у него проигравший.       — Шестнадцать, — ответил он, собирая фишки.       — Вот как, — мужчина улыбнулся в стакан с коньяком и протянул руку для знакомства. — Джонатан Бланкфейн.       — Питер Паркер, — юноша принял рукопожатие.       С ним пожелали познакомиться все остальные за столом. Род их деятельности он не знал, но, видимо, они все были уважаемыми людьми.       — Как ты со Старком связался? — решил у него спросить некий Уоренн Баффет.       — Он сам меня нашёл, — ответил туманно мальчишка, не желая ввязываться в разговоры.       Четырьмя раскрытыми картами оказались: девятка, шестерка, семерка и туз.       — Фолд, — Паркер скинул карты, пялясь на абсолютно отстранённого крупье в черной жилетке.       — А что ты сделал ради этого? — Уоренн не унимался, Питер сохранял скучающее выражение лица, хотя хотелось отмахнуться от назойливого расспрашивания.       — Пентагон взломал, — мальчишка не соврал.       Дальше у него ничего не расспрашивали, но после его ответа от мужчин веяло растерянностью и удивлением.       На следующую игру он получил тройку и туз. Тремя картами на столе оказались: валет, семерка и королева. Питер решил поднять ставку на три фишки.       — Ва-банк, — резко поднял голос мужчина в синей рубашке.       Паркер думал скидывать, но этот Бретт Айкан явно блефовал, у него была нервозность в глазах. Наверное, у него какая-нибудь дохлая пара, но для ва-банка она не тянула. Но решили поддержать ставку все участники. У Уоренна была тоже уверенность в своих картах, но он больше шел за стадом, чем раздумывал о ставке. Остальные мужчины спокойно поставили на кон всё, Паркер даже разнервничался, но чутьё подсказывало идти до конца, упрямо пульсируя на шее. Питер задумчиво грыз свою тонкую губу, но решил довериться своей интуиции.       — Коллирую, — поддержал ставку мужчины Питер.       Четвертой картой оказалась десятка, а пятой — король. У него выпал стрит — это комбинация из пяти последующих карт. В его случае это были: десятка, валет, королева, король и туз. Мальчишка сам не понял, как удачно он вышел на риск. Паркер обчистил карманы мужчин до последней фишки. «Ха, без чутья остался бы ни с чем», — подумал мальчишка, разглядывая гору фишек возле себя. Раньше он так не умел и, видимо, это сыграло на том, что он научился пользоваться своими способностями, пусть и не до конца.       — У тебя стрит? — вздохнул Чарли Гринблатт и воткнул фильтр докуренной сигареты в пепельницу.       — Я отыграюсь! Давайте ещё раз, — вошёл в азарт Джонатан и резко хлебнул коньяка со стакана, громко поставив его на стол.       Следующий раунд прервал хозяин дома — Артур. Он резко открыл двери и зашёл в игральную комнату вместе со Старком, улыбаясь во все тридцать два винира. Мужчины были в приподнятом настроении, а Тони казался слегка опьяневшим, видимо, его развезло от жара камина.       — Идём, Питер, — он кивнул мальчишке. — Мы закончили.       Паркер попрощался со своими новыми знакомыми и встал из-за стола.       — Ты что, разорил тут всех?       — У мальчишки вышел стрит, — Бретт щёлкал зажигалкой, прикуривая очередную сигарету. — Хорошо играет.       — Ну естественно, — Тони хлопнул парня по плечу, видимо, это его новая привычка. — Это же мой протеже.       Мужчины молчаливо подняли на Питера глаза, но тот лишь холодно кивнул толпе, разворачиваясь на каблуках к двери. Этих людей он, скорее всего, больше не увидит. Тони вышел из комнаты первый, попрощавшись. Парень был остановлен тем, что Артур сжал его за локоть.       — Всё же возьми мою визитку, — мужчина, хитро улыбнувшись, засунул картонку в маленький нагрудный карман его пиджака.       — Спасибо за гостеприимство, сэр. Всего доброго, — мальчишка, слабо улыбнувшись, вышел из комнаты, прикрыв за собой тяжелую дубовую дверь.       Парень галопом спустился со ступенек, догоняя наставника. В лицо ударил холодный зимний воздух, когда он открыл входную дверь. На улице было темно и сыро — на часах около девяти часов. В гостях они засиделись. В машине было сидеть приятнее, ведь ветер не задувал за шиворот. Питер завёл иномарку и, включив фары, осторожно развернулся, дабы выехать со двора.       — Как поговорили? — Питер решил первым развеять тишину в салоне.       — Всё хорошо. Этим «старкфонам» быть, но мне ещё нужно переговорить с несколькими людьми, — Тони подпёр голову правой рукой, установив локоть на дверку.       «Феррари» выехал на автостраду. Машин на ней не было, парень ехал на довольно неплохой скорости, но миллиардеру этого показалось мало. Он снова полез рукой к его колену, в этот раз его за ладонь перехватил мальчишка.       — Нет, — он твердо выразился, аккуратно сжав руку. — Я еду с разрешенной скоростью.       — Парень, тебе что, «Феррари» каждый день предлагают оседлать? Веселись — штрафы не дорогие, — Старк хмыкнул и оторвал запястье от мягкой хватки.       Если бы мальчишка позволил ему дотронуться себя снова — он бы не выдержал. Духота пространства во время игры в покер еще не развеялась, и вся та стальная выдержка бы расплавилась под теплыми пальцами Тони. Несдержанный вздох он сейчас бы не подавил.       — Артур тебе всё-таки всучил визитку?       — Ага, — подросток кивнул.       — Где она?       — В нагрудном кармане, — мальчишка даже развернул грудь к миллиардеру, внимательно следя за дорогой.       Старк засунул два пальца в его карман и вынул оттуда лакированную бумажку. Открыв окно, он выбросил её на улицу. Визитку унесло ветром в непонятном направлении.       — Тебе никто другой, кроме меня, не нужен, — Старк нахмурил брови. — Через посредников дела не решать. Понял меня?       — Конечно, — Питер прикрыл улыбку указательным и средним пальцами левой руки.       Начал лить дождь, мальчишка включил дворники, и они размазали влагу по краям лобового. Тони возле него размеренно дышал, боковое стекло рядом немного запотело. Подросток, сидя на кожаном прохладном кресле, не может остыть. На улице кромешный холод, а Питера грело само присутствие мужчины рядом.       Смотря вдаль освещенной автострады, сердце подростка выстукивало неравномерный ритм. Отказаться от этих чувств было невозможно, они липли на него с новой и новой силой, и попытки от них избавиться не приводили ни к какому результату.       — Хотя… Вы действительно хотите прокатиться с ветерком? — Питер облизал губы, повернувшись к скучающему Старку.       — О, да, — его глаза засветились туманным пьяным восторгом, он посмотрел на мальчишку с вызовом, подняв подбородок.       — Отлично. Давайте добавим перчинки, — парень нажал на педаль газа, и датчик на его руле мигом начал заполняться и мигать синим цветом — они разгоняются.       Мотор зарычал, как леопард, и они рванули вперед, рассекая свет фонарных столбов на трассе. Редкие встречные машины не успевали переключать свет фар с дальнего, и эти огни слепили Питера, который мягкими движениями проскальзывал сквозь препятствия в виде автомобилей на его полосе.       «Феррари» ревел громко, заглушая смех Старка, что хохотал во весь голос. Питер не убирал ногу с педали, и они неслись словно сумасшедшие. Единственное, что осталось сейчас от правильного мальчишки, — он был пристегнут. Но цифры на спидометре только росли.       У парня была в прошлой жизни машина, так что проблем с вождением у него никогда не было, то же изучение техники пошло ему на пользу в этой сфере деятельности. Он прекрасно знал, как управлять этими механизмами и то, что Тони предоставил ему такую игрушку в подарок на один вечер, его очень порадовало. Он смог войти в кураж, в тот, о котором давно мечтал.       Подросток от удовольствия закусывал губу, маневрируя, не сбавляя скорость. Его сердце стучало в ушах, из горла полился хриплый смех. Питер не гас, тонул в этой ночи, горел от этих впечатлений и ярких чувств. Эти чувства были топливом, которое взрывалось под поршнями, — давая ему силы жить и существовать.       Единственное, что он понимал, — продолжать быть одному он не хотел. Хотелось сыграть ещё раз в любовь, научиться чувствовать её открыто. В этой ночи он тонул любя, будто времени не существовало, будто рассвета больше не последует. В этом двухместном кожаном салоне только он и Старк, в этом моменте их только двое.       Мальчишка гнался так, словно у него больше нет никаких обязательств. Паркер слился с рулём, улыбаясь, в его глазах отбивался свет уличных фонарей, которые сменялись один за другим. Он решил не сдаваться, возможно, когда-нибудь он сможет сказать о своих чувствах Тони.       «Ещё. Сильнее. Быстрее», — отрывисто думал мальчишка, смотря вперед. Спидометр показывал нереальное число, машина была на краю своих возможностей. Фонари мелькали вспышками, улыбка растягивалась до ушей. Дыхание было быстрым, от этого кружилась голова. Парень резко уходил от столкновения, дёргая руль сначала влево, потом вправо, уходя от встречного движения, ныряя в свою полосу. Воздух стал вязким, со вкусом горелой карамели.       Старка от инерции прижало к креслу, и тот ухватился за свой ремень безопасности побелевшими пальцами. Он не мог ничего выкрикнуть от того, что задохнулся от резкого прилива тревожности. Число на спидометре не убавлялось, и внутри у него разгорелся пожар, что вскипятил ему кровь. Боковые окна были заляпаны водой, ведь колёса поднимали влагу с асфальта и размазывали её по стеклу.       Впереди большое скопление машин, но мальчишка, умело выворачивая руль, проходил сквозь толкучку, как сквозь теплое масло. У Тони на каждых поворотах руля внутри дрожало, но слова он вымолвить не мог. Внизу живота неприятно скручивалась липкая пружина ужаса, но на лице продолжала держаться улыбка, пусть она и обрела оттенок нервозности.       Питер медленно убрал ногу с педали — они почти приехали. Он сбросил скорость перед поворотом, который вёл к аэропорту.       — Ну как? — Паркер ухмылялся, когда перевёл взгляд с дороги на Старка.       — Это было хорошо, но больше так не делай, — в глазах у миллиардера был восторг, но под слоем паники.       От страха Тони мгновенно протрезвел, и у него уже не было этого глухого пьяного баритона в голосе. Питер громко и заливисто расхохотался, не ожидая такого смеха от самого себя.       — Я Вас напугал? — мальчишка не переставал смеяться.       Тони не ответил, лишь приложил костяшки пальцев ко рту и отвернулся к боковому окну, пытаясь скрыть свою довольную ухмылку.       — Я больше так не буду, — он облизнул губы и тепло посмотрел на мужчину возле себя.       Паркер припарковался возле аэропорта и заглушил машину.       — Обещаешь? — бросил Старк и вышел из автомобиля, хлопнув дверкой.       — Нет… — тихо отозвался в пустоту Питер, уронив голову на руль, попытавшись отдышаться перед тем, как выйти из машины и попробовать снова натянуть на лицо маску безразличия.       Его внутренности горели адским пламенем, предавая глазам жемчужного блеска. Ладонями он схватил кожаную обивку руля, и она под пальцами заскрипела. Салон заполнил дымный опьяняющий аромат его одеколона, что драл собственное горло своей горечью ноткой кориандра. Парень будто сидел в опиумной комнате, и его травил этот крепкий, влажный воздух. Доводил до опустошения, тормошил все его внутренние барьеры и разрушал все неумело выстроенные стены.       Паркер, сорвавшись с места, буквально выпрыгнул с салона на улицу, где его окатило леденящим ветром. Его щеки, оказывается, были горячими и их свело от контрастирующей температуры. Питер выдохнул, задрав голову вверх, смотря на завешенное грязными облаками черное небо, и пустил изо рта пар. Его резко пробрало дрожью от холода, и в голове прояснилось.       — Ты долго ещё там?       — Уже иду, — Питер обернулся с привычной еле заметной улыбкой и с глазами, которые выражали вымученное равнодушие.