Сахар и последствия

Шутка шутит, но Шутке совсем не смешно. Когда Айзава расслаблен, он собирает волосы в небрежный хвост и курит прямо в квартире. Эми почти привыкает к тому, как он шаркает подошвой и безэмоционально хмыкает на все её несерьёзные попытки подколоть. Айзава редко когда бывает расслаблен — обычно он мрачен как туча и кутается в свою мешковатую темную одежду. Из-за его квирка у него явные проблемы с глазным давлением, и после очередной стычки он подолгу сидит, прикрыв лицо руками, пока по белку глаза расплывается красное пятно. — Я принесла тебе кофе! — их офисы, и правда, слишком рядом. Наверное, немного безответственно мотаться туда-сюда во время рабочего дня, но… Злодеям же тоже хочется спать по утрам, наверное. — Тебе нужно взбодриться! Эми улыбалась максимально невинно, той милейшей улыбкой, которую тренировала ещё с младшей школы — когда пожимала руки одноклассникам электрошоком или одобрительно хлопала по плечам ладонями в краске. Айзава, к сожалению, на такое не ведётся. — Сколько там сахара? — он хмуро косил на неё и правда заспанный взгляд, не принимая стаканчик из рук. Не то чтобы сама Эми высыпалась — к счастью или к сожалению, они делали это совместно. Не высыпались. Только Айзава всегда сбегал под утро, словно сопливый мальчишка. Нельзя отрицать, что он готовил очень вкусный ужин на скорую руку и поправлял одеяло, если ночью она умудрялась его сбить — Эми даже спала неспокойно, — но, вдруг, ей хотелось совсем не того? — Ни одной ложки! Эми не переставала болтать даже в постели. Ей нравилось, как Айзава спокойно и настойчиво ладонью накрывал её рот, если её начинало уносить совсем уже не в ту степь. Это было максимально бесцеремонно, но так на него похоже — к тому же она могла языком коснуться ложбинки между пальцев или широко и мокро пройтись по центру ладони. Иногда получалось так что у него не оставалось выбора, кроме как поцеловать её — а сделать это так, чтобы она не продолжала вставлять между смазанными и быстрыми прикосновениями губ свои нелепые фразочки было ой как непросто. — Я тебе не верю, — фыркнул Айзава, скучающим взглядом окинув спокойную улицу спешащих на работу людей. Ну да, там было семь стиков сахара. Столько Эми сумела стянуть под пристальным взглядом баристы — она собой гордилась. — Тебе на работу, кстати, не пора? — скучающим тоном напомнил он, показывая на передатчик на её запястье, который вспыхнул трижды красным. Было в его взгляде что-то странное уже тогда. — Пора, — беззаботно пожала плечами Эми, расправив плечи. Кофе она и сама выпьет. — Как и тебе. Айзава безразлично повёл бровью: — Я уволился. А ты вполне и сама справишься. Ей тогда было совершенно не до разговоров — особенно, таких абсурдных. Эми выдула латте за три быстрых глотка, до последнего стараясь держать лицо и не морщиться от убийственной сладости, и издевательски кинула Аизаве напоследок, побежав на вызов: — Неужели шутить научился? Вечером выяснилось, что это и не было шуткой. Неудивительно, шутящий Айзава… — Я переезжаю, — очень спокойно, оскорбительно спокойно, обронил он, выдыхая дым от сигареты. — Мне предложили работу в Ю.Эй. Не вижу причин отказываться — мой квирк не особо подходит для активной геройской деятельности в городе. — Твой квирк подходит только для игры в гляделки, — Эми прокомментировала чисто из-за привычки. Ей не не верилось — всё прекрасно складывалось в одну картинку, но это означало, что больше никакого курящего Аизавы в её квартире. Односложных ответов, грубых попыток осечь её браваду, совместных принятий ванны или совместной борьбы с третьесортными злодеями. Шутка-то шутит… Но ей как-то совершенно не смешно. Он никогда не мог собрать этот чёртов хвост нормально, и во всю сторону торчали пряди. Когда на нём оставалась одна майка, на плечах можно рассмотреть светлые полосы от шрамов и загрубевшие места бывших ожогов. — Женись на мне, — железно потребовала Эми. Айзава посмотрел на неё долго и нечитаемо. Затянулся сигаретой: — Не шути. Последние три затяжки прошли в полной тишине. — А ты знаешь, что в каждой шутке есть доля Шутки? — вскочила Эми. — Смотри, как я придумала! В каждой шутке доля Шутки! Разве это не гениально? Кончался март.