Сломанные ноги Дэдпула

- Так-так-так, - говорит Дэдпул деловито, высовываясь из-за края крыши, откуда ему видно Человека-Паука. - А вот и Паучок.       Некоторое время Дэдпул просто заинтересованно наблюдает за ним, заныкавшись так, чтобы его не было видно. Человек-Паук обычно патрулирует, используя семь разных маршрутов, в зависимости от его настроения, уровня преступности и загруженности с домашкой, и сегодня это маршрут номер пять. Да, Дэдпул знает все Паучковые маршруты. Это плохо? Он просто внимательный, а еще ненавязчивый и деликатный - поэтому он следил за Пауком по пятам целых пять месяцев, вычисляя алгоритм его действий. На самом деле, ему хватило всего два месяца, чтобы определить, по каким путям Паучок обычно шастает, остальное время Дэдпул просто следил за тем, не появилось ли у Паукана чего нового. На четвертом месяце у маршрута номер три появилось еще несколько вариантов, куда Паук мог свернуть, но все это не так уж и важно, в конце-то концов.       Желтый говорит, что он ебаный маньяк, а Дэдпул говорит Желтому, чтобы он пошел нахер. Ему просто нравится Паучок, и он не виноват в том, что тот слишком молод и наивен, чтобы включить башку и не ходить по одним и тем же путям раз за разом. Плохие парни могут выследить его. Вот взять к примеру Дэдпула.       Как-нибудь он посоветует Паучку быть более непредсказуемым, а еще сменить этот ужасно очевидный тайник, где он держит рюкзак со сменной одеждой. Дэдпул как раз ошивается рядом. Паукан до смешного пунктуален (Белый находит эту черту Паучка скучной, но Дэдпулу она на руку), и без двадцати десять он уже рядом. Как и всегда.       Бинго.       Дэдпул прячет свой бинокль в сумку. Да, у него есть бинокль. Эй, это удобно вообще-то - у него ведь не орлиное зрение, чтобы умудриться заметить тщедушную фигурку Паучка, который скачет, как блоха, по всему Нью-Йорку. Он всего лишь мутант, которого нельзя убить.       Человек-Паук взбирается на соседнее здание. После этого он привычно спрыгивает вниз, в свой вонючий переулок, где его ждет запрятанный рюкзак с одеждой (и учебником по биологии, да, Дэдпул залез в чужой рюкзак и что теперь). В обычные деньки Дэдпулу нравится наблюдать, как Паучок переодевается (он выучил расцветку всех его трусишек), а потом шурует домой. Серьезно, Человеку-Пауку стоит приложить побольше усилий, если он так сильно хочет сохранить конфиденциальность относительно своей личности, потому что Дэдпул, например, уже все про него знает. Ну, про школу, имя, место жительства и всякое такое. - Спойлеры, - тянет Дэдпул и быстро прячется, когда Паучок со своим суперским слухом подозрительно вскидывает голову.       Желтый говорит ему, что он болван. Белый с ним согласен. - Тише вы, - шикает на них Дэдпул.       Вообще-то ему следует поторопиться и сделать уже то, что он хочет сделать, пока Паукан не переоделся. Дэдпулу, в принципе, насрать, в каком виде перед ним предстанет Человек-Паук, но парня жутко легко смутить, а у него другие планы.       Вскочив на ноги, он перебегает на другой конец крыши и с разбегу прыгает вниз. За пять секунд, которые он стремительно летит к земле, он успевает развернуться так, чтобы кости в его ногах хрустнули с противным чавкающим звуком.       Он слегка переигрывает, когда орет на весь квартал, но это правда больно, а еще ему нужно, чтобы Паук его услышал. Иначе будет обидно, потому что - ого! - нога у него выгнулась так по-уродски, и пацан обязан это заценить. Дэдпулу от этого вида захотелось бы блевануть себе в маску, если бы он не видел вещи похуже. Вторая нога тоже сломана, но выглядит лучше, поэтому он вытаскивает пистолет из пояса и выстреливает себе в коленку. - Ох, сука! Как же больно, мамочка родная! - орет он, упав спиной на асфальт.       Боль впивается в него острыми иголками ниже пояса и накатывает тягучими волнами. Сложив руки на груди, Дэдпул прислушивается на секунду, а, различив топот маленьких стройных ножек Паучка, торжественно корчится дальше. - Эй! Все в порядке? - Паук появляется откуда-то слева. - Я слышал выстрел!       Он бежит со всех ног, и от умиления глаза у Дэдпула становятся влажными. Он стонет: - О, Паучок! - ладно, меньше порнографии, больше боли. - Дьявол, как же мне больно!       Паук подлетает к нему буквально за секунду. - Дэдпул? - узнает он его. - Господи, что произошло?       Боже, какой же он перепуганный. А эта дрожь в голосе.       Дэдпул чувствует, что возбуждается.       Белый говорит, что он больной извращенец.       Паучок сидит перед ним на коленях и выглядит так, будто паникует. Он явно впечатлился его вывернутыми ногами с простреленной коленкой, кучей крови, а еще этим запахом. Дэдпул чертовски собой доволен. Он пытается схватить парня за руку. - Этот подонок, - хрипло дышит он с присвистом, как умирающий. - Он выстрелил мне в спину, а так, Паучок, делают только крысы. Вернее, в коленку, пуля попала в коленку, о боже, мои мысли такие спутанные...       Паучок суетится над ним, но сжимает его руку. - Боже! Чт-что произошло? Твои ноги!       Дэдпул цепляется за него еще больше, подтягивая свое тело следом. Его перчатки, перемазанные в крови, оставляют на костюме Паука багровые пятна. - Я упал с крыши. Мне больно! Паучок... я не чувствую ног. Что со мной? Ну же, амиго... помоги мне встать на руки! - Что? Дэдпул, о чем ты? - Паука, похоже, слегка мутит от лужи крови, которая уже натекла с простреленного колена. - Если я не смогу перевернуться вниз головой и бежать на руках, значит, мне крышка!       Черт, кажется, это из Мистера Пэйна.       Дэдпул, отцепившись, падает обратно на асфальт, ударяясь о него затылком. - Просто брось меня, Паукан, - хрипит он. - Я не хочу, чтобы ты видел мои предсмертные судороги.       Он замолкает, оценивающе скосив глаза на Паука, и подскакивает на локтях, когда видит, как тот торопливо тыкает в экран своего телефона. - Эй! Ты что делаешь? - возмущается он. - Я вообще-то умираю прямо перед тобой, а ты подружке решил написать? Серьезно? - Я звоню "скорой", - взволнованно сообщает Паучок. - Пожалуйста, потерпи, все будет хорошо!       Дэдпул одним точным движением выбивает из его рук смартфон, который отлетает куда-то вглубь сумерек. - Дурак! - в сердцах кричит он, снова вцепляясь в костюм Паука скрюченными пальцами . - Я же умру до того, как они приедут, сейчас же час-пик!       Или нет? Сколько вообще времени? Паучку, правда, не до придирок, кажется, Дэдпул всерьез его напугал. Он вдруг залепляет паутиной кровоточащую коленку Дэдпула, из-за чего тот шипит (скорее от неожиданности, чем от боли). - Прости-прости-прости! - с мольбой тараторит Паук, едва ли не плача. - Так надо, чтобы остановить кровь! Дэдпул, потерпи маленько, ты прав, я доставлю тебя до больницы намного быстрее!       Дэдпулу больно, но больше приятно оттого, что проворные ручки Паучка, который кажется таким хлипким, но - господи! - такой сильный на самом деле, подхватывают его под коленки и спину. О да, Человек-Паук берет его на руки. Прямо как невесту. Дэдпул готов расплакаться - он мечтал об этом моменте всю вчерашнюю ночь.       Впрочем, кое-что идет не по плану, так что Дэдпул, обхватив Паучка за шею руками, воркует: - Никакой больницы, сладкий. Они ж сдадут меня федералам, как только увидят.       Паучок в смятении. Боже, он такой миленький, просто обосраться. А как сильно он его сжимает! Будто боится, что Дэдпул рассыпется прямо у него в руках. - Но ты истекаешь кровью! - беспомощно возражает он.       Наверное, Паук не церемонился бы с ним, если бы обе его руки не были заняты. С одной он еще мог бы доставить Дэдпула в больницу, используя свою паутину, но он пытается держать Дэдпула так, чтобы его боль была не такой невыносимой, а с помощью одной руки это сделать довольно трудно.       Дэдпул чувствует, что пробитое колено, обмотанное паутиной, уже начинает затягиваться. Он кладет голову на плечо Паучку, сцепив пальцы между собой за его шеей. - Все не так страшно, Паучок, - успокаивает он его. - К тому же до моего дома будет гораздо быстрее. Он там, через перекресток и направо, возле китайского ресторанчика, где еще продают эту блевотную рисовую лапшичку, от которой я обдристался прямо на их толчке.       Как хорошо, что Человек-Паук слишком занят тем, что волнуется, потому что Дэдпул иногда не может остановить поток слов, который просто льется из него. И сейчас он понимает, что это совсем неуместно. Он вроде как умирает. От наслаждения. Паучок такой теплый и так славно сопит, когда задыхается от беспокойства.       Дэдпул счастливо вздыхает у него на груди, чувствуя себя невинной девицей.       Паук практически бежит в указанную сторону. - Черт! - кричит он нервно. - Надеюсь, у тебя есть болеутоляющие дома? Или пинцет? О боже, пуля еще в тебе? Дэдпул!       Дэдпул вздрагивает немного, когда голос Паука возвращает его из грез в реальность. Ого, они несутся с такой скоростью, что люди шарахаются от них в разные стороны. Они уже покинули переулок. - Ты что-то говорил, Паучок? - Ты слышишь меня? Только не отключайся! - пыхтит тот и налетает на кого-то плечом. - Ох, блять, с дороги! Спасибо-извините-спасибо-прошу-прощения, я очень тороплюсь! - Да-да, сладкий, уже близко. Там на повороте сверни направо, а потом налево. - Пуля еще в тебе? - взволнованно повторяет Паук. - А? - Дэдпул лениво шевелит простреленной ногой. - Кажется, да. - Боже! - выдыхает тот.       Он, кажется, в ужасе. Никогда не вынимал пуль из тела? Что ж, Дэдпул тоже отключился, когда делал это в первый раз. Возможно, конечно, что это было из-за боли - тогда он еще не был таким неубиваемым с прокачанным болевым порогом. - Да не волнуйся ты так, малыш, - успокаивает его Дэдпул. - Мне уже намного лучше. - У тебя ступня в другую сторону вывернута! - кричит Паучок, даже не обратив внимания на то, как Дэдпул его назвал. - И пуля в ноге!       Господи, Паук что, действительно в танке? Не читал никаких статей и ни с кем не говорил о нем? Кажется, Паучок уверен в том, что он обычный человек, ну, из тех, которых легко убить, только он верткий и с крутыми пушками. Черт, Дэдпул даже слегка разочарован.       Желтый говорит, что Паучку насрать на него, а он со своей невзаимной любовью может пососать. - Ой, пошел ты нахер, Желтый, - морщится Дэдпул. - Много ты знаешь. - Что? - растерянно переспрашивает Паук, пытаясь сориентироваться, в какое здание им нужно попасть.       Дэдпул услужливо подсказывает: - В правую дверь, Паучок. И на третий этаж.       Пока Человек-Паук взлетает вверх по лестнице, Дэдпул представляет, будто они обвенчались, а теперь Пауку не терпится перенести его через порог и выебать. О да, как же это хорошо, еще бы... - Дэдпул! - зовет его пацан, останавливаясь в нерешительности перед парочкой дверей. - Куда теперь? - Сюда, - тыкает Дэдпул пальцем в нужную и тянет: - Э-э, кажется, я ключи выронил.       Белый говорит, что это какой-то неубедительный пиздеж. К тому же будет неловко, если хозяин квартиры окажется дома - Дэдпул понятия не имеет, к кому они сейчас вломятся. Ну, его дом слишком далеко, а еще по пути им обязательно встретилась бы больница - Дэдпул не может рисковать так сильно. Ему, конечно, будет невообразимо приятно, если Паучок будет ждать его в приемном покое и переживать, но у Дэдпула другие планы на сегодня.       Он почти пищит от восторга, когда Паук выбивает дверь ногой. Своей стройной сильной длинной ногой.       К счастью, в квартире никого нет.       В полной тьме Паучок опускает его на широкую кровать в спальне. Покрывало мгновенно пропитывается кровью с его костюма. А потом Паук тут же включает свет. Дэдпул замечает, какие противные в комнате обои - бледно-зеленые в мелкие розовые цветочки. Фу, теперь Паучок будет думать, что ему нравятся старушачьи обои.       Паук мечется по комнате. - Где у тебя аптечка? - Не знаю, - честно отвечает Дэдпул. - Посмотри в ванной.       Обычно аптечки хранят там, нет? Дэдпул расстроено вздыхает, когда Паучок убегает.       Ну конечно, он же слишком активный, чтобы просто сидеть, держать Дэдпула за ручку и томно смотреть на него своими хорошенькими глазками. Даже сквозь маску. Дэдпул не против.       Паук возвращается с аптечкой. У него заметно дрожат руки. Судя по всему, он смотрит на его вывернутую под неправильным углом ногу, потому что вдруг шумно сглатывает и тянет: - Э-э, наверное, сначала нужно?..       И несмотря на то, что Дэдпулу было бы безумно приятно, если бы Паучок вправил ему кость обратно и вытащил пулю из колена (своими обнаженными проворными пальчиками, м-м), он выглядит так, будто с минуты на минуту грохнется в обморок от стресса. Возможно, он нравится Дэдпулу очень сильно, потому что иначе бы наемника не волновало состояние Паучка. - Не беспокойся, Паучок, я сам, - останавливает он его. - Но ты столько крови потерял, - возражает тот, однако продолжает стоять истуканом напротив кровати с этой дебильной аптечкой в руках. - Тебе нельзя шевелиться. - Боже, тебе действительно так сильно хочется поухаживать за мной? - умиляется Дэдпул. - Можешь взбить мне подушки под головой, я буду тебе признателен.       Видимо, он ломает какие-то настройки в Пауке, потому что тот подвисает, а потом беспомощно восклицает: - Дэдпул!             В этом голосе столько замешательства, боли и тоски, что Дэдпул не выдерживает и колется: - Эй, Паучок, да ладно тебе. Все пучком. У меня есть регенерация - сюрпри-из! Я не умираю, видишь?       Паук опускает руки вместе с аптечкой. - Что? - слабо переспрашивает он. - Так... так ты регенерировать умеешь?       Ой-ой, это опасно. Сейчас Паучок разозлится на него за то, что он истратил столько его времени. - Да, но я не так крут, как ты! - врет Дэдпул. - Мне нужно больше времени на восстановление. Намного больше времени. Например, месяц или два. Ты же будешь варить мне куриный бульончик, а, Паучишка?       Звучит так, будто он канючит, но да - он канючит. И что? За Дэдпулом никто никогда не ухаживает, кроме него самого (хотя ему самому тоже насрать на себя, тут он солидарен со всеми остальными), а это так грустно!       Паучок ведет себя странно. Опустив аптечку на кровать, он садится рядом и, сгорбившись, прячет лицо в ладонях. Дэдпул слегка обеспокоенно смотрит на него. - Эй, Паукан, ты чего?       Тот замучено вздыхает. - То есть ты не умираешь?       Дэдпул слегка медлит перед тем, как ответить. Он все еще просчитывает все варианты, как бы мог удержать Паучка возле себя. Что значит, он меркантильный? Он просто хочет потусить с Человеком-Пауком подольше. - Нет. Но мне все равно нужна твоя помощь, - добавляет он, надеясь, что звучит достаточно жалобно. - Пока я не смогу ходить и все такое.       Паук поворачивается к нему. Смотрит на его изуродованные ноги, а потом на его лицо. Дэдпулу не нравится, с какой интонацией он молчит. Да, у молчания Паучка есть интонация. Он клянется.       Белый говорит, что тоже ее слышит. - Ты даже ничего не чувствуешь, да? - спрашивает он вдруг.       Упс, Дэдпул забыл о том, что ему вообще-то должно быть больно. Нестерпимо больно. Когда привыкаешь к боли, она становится фоном, чем-то, что перестаешь замечать. Нехорошо вышло. - Это от шока, - спешит оправдаться Дэдпул. - Мне больно, очень-очень сильно, Паучок, ты не представляешь. Я просто хочу впечатлить тебя.       Поздно - Паук, кажется, раскусывает его ложь. Встав, он оглядывается. Во всей его фигуре читается понимание. - Черт, - стонет он расстроенно. - Это ведь даже не твоя квартира, верно? - С чего ты взял? - защищается Дэдпул. - Мне просто нравится кантри-обстановка.       Паучок берет фотографию с комода и тычет ею в лицо Дэдпула. На фотографии две улыбающиеся мордашки детей. Дэдпул хочет вымазать их кровью, чтобы они никогда, никогда больше не расстраивали его Паучка. - И что, эти дети тоже твои? - кидает он.       Человек-Паук даже когда сердится, все еще расстроенный, и его хочется обнять. Боже, он такой милашка.       Паукан успевает взять другую рамку с фото, на которой тучный мужчина обнимает еще более тучную женщину. - А это, может быть, ты? И твоя женушка? - Э-э, - тянет Дэдпул, - этому фото пять лет. Я занялся фитнесом с тех пор. - Господи, Дэдпул!       Желтый говорит, что он все просрал. Паучок очень разозлился на него. И, кажется, обиделся. Иначе зачем бы ему из спальни уходить. - Эй, Паучок, ну ты чего? - кричит ему вслед Дэдпул. - Ты обиделся? Паук!       Он слышит, как оглушительно хлопает входная дверь. - Паучок? - тянет Дэдпул и прислушивается.       В ответ ему раздается только тишина. Дэдпул уныло вздыхает и опрокидывает голову обратно на подушку.       Разглядывая уродливую люстру на потолке, он думает о том, что надо бы извиниться перед Паучком. Ну или хотя бы сделать так, чтобы он перестал дуться. Хотя когда он дуется - он такой лапушка, так и хочется его потискать. Можно было бы догнать его прямо сейчас, но Паучку, наверное, завтра в школу и ему нужно хорошенько поспать перед этим. Извиняться Дэдпул планирует долго. Ну, как он умеет. Скорее всего, до секса не дойдет - Паучка так легко вспугнуть, боже, он просто Бэмби в паучьем обличье, но хотя бы примирительный минетик от него примет? Или это тоже слишком для него? Если подумать, они даже не целовались еще или им следует начать с дружеских объятий? Тогда велик шанс попасть во френдзону, а Дэдпул не желает попадать во френдзону к Человеку-Пауку, ну уж нет.       Черт, и почему с Паучком все так сложно.       Дэдпул так и засыпает на пропитанной кровью кровати с вывернутой в другую сторону ногой, чтобы спустя пять часов проснуться от дикого визга хозяйки квартиры. А до этого времени ему снится его милый Паучишка, который в костюме медсестры кормит его супчиком с ложечки и поправляет ему подушки под головой. Боже, он такой милый.       Дэдпул обязательно попробует сломать себе ноги еще раз, чтобы заставить Паучка позаботиться о себе.