Только мой

POV Киришимы

      Я никогда не задумывался о своем будущем. Просто всегда знал, что поступлю в ЮЭЙ, выучусь и стану отличным героем. До того момента, как встретил это светловолосое вечно на всех орущее и грозящееся подорвать школу чудо. Когда я увидел его, то сразу подумал: «Чёрт, я просто обязан с ним подружиться!». Второй мыслью было: «Оу. Он не кажется дружелюбным… Но всё же, попытка не пытка!». А когда он на меня взглянул, единственное, что оглушительно, затмевая всё остальное, звенело у меня в голове было: «Придурок, ты хоть головой думаешь? Он же разорвёт тебя на кусочки, стоит тебе подойти ближе, чем на пару метров», — столько, казалось бы, беспричинной злости было в его глазах. Но ведь всегда надо лишь сделать первый шаг, верно? Поэтому я глубоко вздохнул, прикрыл на секунду глаза и подошёл к нему. — Хэй, привет, как тебя зовут? Я вот Киришима Эйджиро, заранее рад знакомству. — быстро выпалил я и, мысленно представляя свою скорую погибель, хлопнул его по плечу. — Ты чего, совсем что ли с катушек съехал?! Убрал с меня свою лапищу быстро! Я Бакуго Кацуки и я стану героем номер один. Так что отвали от меня, пока я тебя не подорвал вместе со всей школой ко всем чертям! — мой новый знакомый крайне недружелюбно скинул мою руку со своего плеча и попытался пнуть меня куда-то в район колена, но к счастью, просто не успел. В класс вошёл учитель и представился. Это был Айзава-сенсей, наш новый классный руководитель. Идя на обед в столовую, я очень задумался. Уроки сегодня были, вроде бы, не слишком сложные, вполне в пределах допустимого. Но что же будет дальше? Из-за своих размышлений я совсем не смотрел по сторонам и, как, собственно, и следовало ожидать, на кого-то наткнулся. Я ещё даже не успел поднять головы, чтобы посмотреть, кого же я все-таки чуть не сбил с ног, и уже понял, что это Бакуго Кацуки. Он матерился так громко, что мне показалось, что у меня сейчас из ушей кровь польётся от такой громкости. Когда же Кацуки соизволил наконец утихнуть, я быстро, не давая ему времени понять, что вообще происходит, крепко схватил его за предплечье, широко улыбнулся и выпалил скороговоркой: «Прости меня пожалуйста. что чуть не сбил тебя, Надеюсь, ты позволишь мне как-то загладить свою вину». — и чуть спокойнее — «Как насчёт прогуляться после занятий за кофе?». Бакуго стоял в ступоре. Я мысленно досчитал до трёх и побежал дальше по коридору, молясь всем богам, чтоб он меня не убил. Уже вслед мне донеслось: «Дерьмоволосый, тебе что, жить надоело?!». Но я уже знал, что сумел заинтересовать его, и что после занятий наверняка опять наткнусь на светлую макушку, маячащую неподалеку от школьного крыльца, хотя все уже несколько минут как разошлись. Я бежал по коридору и широко-широко улыбался.       Как я и ожидал, Бакуго стоял у школы, делая вид, что крайне занят разглядыванием своей обуви. Но как только я с ним поравнялся, Кацуки выпрямился и молча зашагал рядом со мной. Несмотря на его молчание и внешне более-менее спокойный вид, в воздухе чувствовалось напряжение и его раздражение по поводу этой затеи. И когда я уже собирался ввернуть какую-нибудь шуточку, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, он вдруг неожиданно заговорил: «Хэй, пошли туда, я знаю тут одну кафешку поблизости, там очень вкусный кофе. И молочные коктейли». Все это Бакуго пробурчал таким тоном, словно собирается отравить меня там и самому отравиться за компанию. Но я разглядел в его глазах что-то, напоминающее спокойствие. Хотя, было бы вернее сказать, затишье перед бурей. Как оказалось, Кацуки — жуткий сладкоежка. Вот уж бы никогда не подумал, что этот суровый парень, по сто раз на дню грозящийся убить всех и вся, может кривить губы в подобии на улыбку из-за лимонного кекса и жутко приторного, как по мне, коктейля с клубникой и шоколадом. Видимо, на моём лице слишком уж явно выражалось искреннее удивление, потому что Бакуго вдруг швырнул в него обертку от кекса и зарычал: «Идиот, хорош на меня пялиться, совсем тронулся?! Пошли уже, я не намерен тут весь день торчать! Нам как бы домашку задали. Чего, сидишь, поднимай задницу, говорю, и по домам». Даже после того, как мы разошлись, я продолжал улыбаться. Потому что теперь у меня появился чудесный друг. Хоть и с несносным взрывным характером. Но он просто чудо, стоит это признать. Теперь мне нужно было думать не только о своих делах, но и о Бакуго тоже. Хотя такому прибавлению хлопот я только рад. Кто бы мог подумать, что в первую же неделю я смогу подружиться с самым злым парнем класса? Вот и я нет. Но это факт. И я безумно рад этому светловолосому факту.

***

POV Автора

      Следующие несколько недель прошли в рутинных делах, вроде домашки, которой им задавали просто нереальное количество, как считала большая часть учеников, посиделок всем классом в кафе, когда наконец-таки выдавались свободные вечера, и постоянных переписок с Бакуго, который терпеть не мог присутствовать на внешкольных собраниях класса и предпочитал отсиживаться дома. Киришима все время пытался прихватить его с собой, но Кацуки отчаянно сопротивлялся и так ни разу не поддался на уговоры. Несмотря на то, что времени на совместные прогулки времени у парней не хватало, они постоянно переписывались, созванивались по телефону или видеосвязи. Эйджиро действительно очень ценил то, что смог подружиться с Бакуго. А он лишь рычал и огрызался на него, когда Киришима говорил Кацуки об этом. Но парень уже достаточно хорошо изучил Бакуго, чтобы заметить секундную заминку перед потоком ругательств, означающую смущение и довольство словами Киришимы. И со временем Кацуки даже порой на какой-то миг кривил губы в неумелой пародии на улыбку, чему Киришима искренне радовался.        Парни действительно очень сильно сблизились за прошедший месяц. А еще Айзава-сенсей обещал им скорое окончание всех этих тестов и контрольных. Так что Киришима подумывал позвать Бакуго в смотаться куда-нибудь на выходные за город. Но когда пятничным утром Эйджиро вошел в класс, блондина он не увидел, криков и оскорблений тоже нигде не было слышно, и он забеспокоился, ведь Кацуки дисциплинированно приходил одним из первых. Разве что Иида Тенья, их староста, порой пугающий Киришиму своей излишней ответственностью, никогда не мог себе позволить прийти позже кого-либо. Так что Эйджиро решил пройтись по коридору, пока еще есть время до начала урока, может, Бакуго все же где-то бродит и пока не успел ни на кого наткнуться. Но тут парень потерпел неудачу - Кацуки нигде не было. Только Киришима вернулся в класс, намереваясь расспросить одноклассников, не знают ли они, куда все же исчез его друг, как прозвенел звонок, и Эйджиро пришлось молча сесть на свое место. Весь урок он сидел как на иголках и никак не мог сосредоточиться на словах Айзавы-сенсея, за что словил выговор. Но его это не особо волновало. На перемене Киришима достал телефон и слегка подрагивающими руками напечатал Кацуки сообщение: "Хэй, привет! Ты где? Проспал, что-ли? Не замечал за тобой такого раньше. Ну, в общем ответь мне, когда сможешь, чтобы я не волновался. Не то чтобы я волнуюсь, просто хотелось бы знать что с тобой. Ладно? ;)". Тут к нему, видимо, заметив его напряженность и волнение, подошел Мидория Изуку. Неплохой парень, они с ним неплохо сдружились, хоть и общались не очень-то часто. - Хэй, Киришима, что с тобой? Ты выглядишь каком-то бледным. С тобой все в порядке? Может быть, проводить тебя в медпункт? - тихо проговорил Мидория, осторожно прикоснувшись на какую-то секунду к плечу Киришимы. Это заставило Эйджиро вздрогнуть, и он поднял голову. - Что, прости? Я в порядке, если ты об этом, просто переживаю слегка, прости, хах. - Киришима невесело усмехнулся и взглянул на Деку, отчаянно пытаясь скрыть свое волнение. - Кстати, ты случайно не в курсе, где Бакуго? Со вчерашнего вечера его не видел. - Нет, прости. Я как раз хотел спросить то же самое у тебя, вы ведь вроде как близки с ним, верно? Так что извини, я понятия не имею, что с Каччаном. Ты уверен, что тебе не нужна помощь? - - Мидория выглядел слегка обеспокоенным состоянием Киришимы, но тот очень убедительно клялся, что все в абсолютном порядке и никакая помощь ему не требуется. Это ведь просто стресс. Много домашки (даже слишком много), постоянные контрольные, а тут еще и Бакуго просто взял и не объявился в школе. Ничего страшного, все ведь порой нервничают. Нужно лишь немного времени, чтобы все обдумать и прийти в себя. Все замечательно. Лишь закончив говорить, Киришима заметил, что Мидории уже давно нет рядом, он, вроде как, ушел сразу же после первой реплики. Да уж, сидел тут и говорил вслух с воздухом. Совсем умом тронулся. И чего так нервничать? Появится он, появится. Наверняка, Кацуки просто слегка приболел и отлёживается дома. Так что скоро Эйджиро придет от него сообщение, что всё в полном порядке и нечего тут панику разводить. Абсолютно точно! Но ни сообщения, ни звонка всё не было.       Остаток дня для Киришимы прошел как в тумане. Так же все выходные и понедельник. Когда уже наконец все одноклассники стали замечать, что Эйджиро напоминает ходячий труп, тот решил, что пора перестать себя изводить и просто наведаться к Кацуки. Если он и на учёбу не ходит, и на сообщения не отвечает, пора прибегнуть к крайним мерам. Так что окончания уроков Киришима дожидался, находясь в каком-то странном состоянии. С одной стороны он радовался, что наконец увидит Бакуго, удостоверится, что он всего лишь заболел или что-то вроде того. Но с другой стороны, Эйджиро чего-то очень боялся. Чего? Что Бакуго не будет дома? Что случилось что-то серьёзное? Он не знал. Сразу со звонком, объявлявшим, что уроки закончились и можно наконец-то идти домой, Киришима со всех ног бросился к дому Бакуго. Когда Киришима собирался постучать в дверь Кацуки, она внезапно распахнулась и на пороге показалась мама Бакуго. Эйджиро на краткий миг смутился, но сразу же взял себя в руки и склонился в вежливом полупоклоне. - Добрый день, очень рад вас видеть. Я пришёл проведать Кацуки. Могу я пройти к нему, если вы, конечно же, не против? Ах, да, совсем забыл! Я Киришима Эйджиро, его одноклассник. - Киришима на самом деле был жутко смущен и постарался проговорить это всё как можно более спокойным голосом. Он поднял взгляд на Мицуки и робко улыбнулся ей. - Привет. Да, я знаю кто ты, Кацуки что-то говорил о тебе. Я тороплюсь, он в своей комнате, проходи. - Все это Мицуки проговорила достаточно быстро, но вполне твёрдым уверенным голосом, глядя куда-то за спину Киришиме, кивнула ему и ушла, оставив стоять на крыльце в полной растерянности.       Эйджиро вошел в дом, аккуратно закрыл за собой дверь, направившись в конец коридора к комнате Бакуго. Дверь в комнату была вся заполнена постерами и стикерами. И ни одной веселой мордашки. Все какие-то взрывы, грустные или раздраженные парни, названия каких-то групп или еще чего-то. Киришима медленно подошёл вплотную к двери и пару раз тихо ударил неё костяшками пальцев. Из комнаты раздался возглас Бакуго: "Мать, я же просил не лезть?! Какого чёрта? Просто уйди!". Голос Кацуки был очень злым, хриплым и... дрожал? Нет, не может того быть. Эйджиро распахнул дверь, впуская в абсолютно тёмную комнату немного света. Кацуки сидел на кровати, укрывшись пледом, пялился в стену и по его щекам стекали слёзы. Бакуго? Плачет? Нет, ну правда, этого просто не может быть. Киришима издал удивленный и встревоженный вздох и за пару секунд оказался рядом с Кацуки, хватая его за руки, которые парень наоборот отчаянно пытался отобрать и спрятать. "Прошу, скажи мне, - прошептал Киришима, сидя перед Бакуго на коленях, - что происходит?"

***

POV Бакуго

      Этот придурок гребаный вихрем ворвался в мою комнату, упал на колени и шепчет какую-то хрень, просит рассказать, что происходит. А я как последний идиот захлебываюсь слезами, трясусь и никак не могу успокоиться. От его присутствия мне только хуже становится, зачем он вообще пришел, мне никто не нужен, тем более сейчас! Просто отстаньте от меня все, я не хочу, чтобы кто-то видел, что Бакуго, мать его, Кацуки рыдает как маленькая принцесска. Это унизительно. - Свали в закат, идиот! - Я попытался крикнуть, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип, мало напоминающий нормальную человеческую речь. - Ну же, Баку, тише. Хочешь, воды принесу? Догадываюсь, что ты сейчас вовсе не рад меня видеть, но все же стоит выпить водички и успокоиться, так ведь? - Все это этот идиотский Киришима, за каким-то хреном припершийся ко мне домой, проговорил, медленно пятясь к двери. Но я среагировал быстрее и успел подскочить к Киришиме, захлопнув дверь прямо перед его носом. - Ну, и какого черта ты здесь делаешь, м? Давай, отвечай и свали наконец. - Голос все еще предательски подрагивал, но говорить было вполне можно. Вдруг Эйджиро широко распахнул глаза, а выражение лица стало виноватым и жалостливым. Это он чего, жалеет меня, что ли?! Не, я, конечно, понимаю, что выгляжу сейчас не лучшим образом, но не настолько же! Я резко вздернул в горделивом жесте подбородок, как внезапно у меня закружилась голова, потемнело в глазах и я, наверное, потерял сознание. Потому что пришел в себя я уже на кровати, с мокрым полотенцем на лбу и Киришимой как-он-меня-уже-бесит-придурок-гребаный Эйджиро рядом на стуле, приставленном вполтную к кровати. При попытке подняться, руки меня предали, и я упал обратно на кровать. А вот красноволосый тут же встрепенулся и стиснул мою кисть. "Как ты себя чувствуешь?" - казалось бы, обеспокоенно пролепетал этот идиот. Как же я его ненавижу. Мысли путались, во всем теле была слабость. Я отобрал свою руку и попытался сфокусировать взгляд на лице Киришимы. Получалось плохо и, видимо, он это заметил. - Ну, как ты? Ты внезапно свалился на пол, я так за тебя испугался. Ты не заболел? А то бледный какой-то. - Эйджиро взволнованно поглядывал на меня. Казалось, дай ему волю и он припишет мне все существующие в мире болезни, тут же принимаясь их лечить. Вот только причина была совсем в другом. Шутка ли, почти четверо суток провести, рыдая на кровати, отказываясь от еды и лишь изредка выпивая немного воды. Ровно столько, сколько необходимо для поддержания организма в состоянии хоть немного двигаться. Большего и не хотелось. Зачем, если жизнь в одночасье теряет всякий смысл, просто потому что тебе вдруг решили напомнить о твоем гребаном прошлом? Господи боже мой, Лина... Прости меня. - Отвали, придурочный. В порядке я. Сейчас найду что-нибудь пожрать и буду вообще замечательно. А вот тебе пора уносить ноги, пока они у тебя еще остались. Давай, пошевеливайся. Я вечно ждать не собираюсь. - Я отвел от Киришимы взгляд и устало откинулся на подушки. В голову приходили сомнения, а смогу ли я вообще добраться до кухни или свалюсь бесчувственным мешком в коридоре до прихода матери. - Ладно, ладно, ухожу я. Вот только... Что за Лина? Просто ты что-то бормотал сейчас про какую-то Лину... - Я вздрогнул. Я что, сказал это вслух? Помогите мне, силы свыше, если вы вообще существуете, отмазаться от Эйджиро. У меня нет ни настроения, ни сил отвечать на такие вопросы.

Лина... Милая, добрая, чуткая Лина. Единственная, кто не пыталась подражать мне, не восхищалась, не пыталась стать лучше меня, а стояла со мной наравне. Единственная, к кому я испытывал привязанность. Даже, может быть, дружбу? Мы познакомились с ней, когда мне было года четыре, вроде бы, а ей около трех с половиной. Несмотря на то, что она была младше меня, да к тому же девчонка, мы с ней всегда были на равных. И она правда заботилась обо мне. Ей одной дозволялось помогать мне с чем-то, обрабатывать раны, прикасаться ко мне. Мы общались с ней все время до моего поступления в ЮЭЙ. Правда, когда мы с ней уже заканчивали общую школу, общение почти угасло, но мы все еще бывали рады видеть друг друга, когда это удавалось. Хоть и вовсе не часто. Потом она написала, что поступила в геройскую школу где-то на другом конце Японии, так что мы не сможем видеться в течение учебного года, но зато получим хорошее образование и на летних каникулах можно приезжать друг к другу, в общем, все в таком духе. С того момента я даже ни разу не написал ей, не поинтересовался как дела. А несколько дней назад я узнал, что она уже неделю как мертва. Попала под поезд. Как глупо! Лина не могла попасть под идиотский поезд, она слишком ловкая и быстрая, чтобы оступиться на платформе или не успеть выбраться с рельс. Это не могло получиться случайно. Так не должно было случиться! Почему я не написал ей? Вдруг, я был ей нужен? Вдруг, это все произошло из-за меня? Это я виноват во всем. С моим ужасным характером я только и делаю, что порчу людям жизнь.

      Из-за воспоминаний я опять зашелся крупной дрожью. Пара горячих слезинок скатилась по щекам, затекая в уши, так как я лежал на спине. Это было не очень приятное ощущение, но сейчас мне было уже все равно. Киришима подошел ко мне и осторожно стер слезы ладонью. Я все-таки решился ответить на его вопрос: "Лина. Моя близкая подруга. Была мне почти как сестра. Погибла полторы недели назад. Оставь меня. По... Пожалуйста". У меня опять начиналась истерика, хотя откуда только могли взяться на нее силы? Но Киришима не ушел. Он сжимал мою ладонь, шептал на ухо какие-то глупости, пытаясь успокоить, вытирал слезы. Даже сварил мне суп, покормил. Я был уже настолько слаб и измотан, что у меня не осталось сил возражать. Кажется, я проплакал несколько часов. Была уже глубокая ночь, когда я наконец смог успокоиться и начал засыпать. А Эйджиро сидел на полу возле моей постели, сложив руки на край, и сонными и уставшими глазами поглядывал на меня. Видимо, уходить он не собирался. А я провалился в долгожданный спокойный сон.

***

POV Киришимы

      Если честно, когда я увидел Бакуго в слезах, я впал в панику. Привычная картина мира разлетелась на куски, ведь этот грубый, вечно на всех злой парень, казалось бы, никогда в жизни просто не мог плакать. Ну, разве что во младенчестве, и то недолго. Но Кацуки не то что плакал, он рыдал, дрожал в истерике и никак не мог успокоиться. Еще больше я испугался, когда он внезапно свалился на пол прямо передо мной. Хотя, в первый миг я даже испытал облегчение, потому что мне показалось, что Бакуго твердо намерен убить меня прямо здесь, если я не успею сбежать в ближайшие две секунды. Но потом я увидел его бледность, покрасневшие глаза, залегшие под ними тени. Его взгляд помутнел, и Кацуки свалился мне под ноги бесчувственным мешком. Я понятия не имел, что мне делать, мозг отказывался работать. Но не зря же я когда-то ходил на курсы первой помощи, так что все полученные там умения мне очень пригодились. Несмотря на кашу в голове, я отработанными до автоматизма действиями проверил дыхание, пульс, реакцию зрачков на свет, нет ли у Бакуго каких-либо травм. Все было более-менее в норме, вот только пульс был замедленный, но это не так уж и страшно, так что я дотащил Кацуки до кровати, сделал все, что необходимо и стал ждать, пока он очнется. За все те несколько часов, что я провел в ожидании, я успел перебрать в голове самые идиотские и пугающие причины, по которым Бакуго, что его, Кацуки мог столько времени провести дома в слезах, даже не потрудившись предупредить не то что одноклассников, но и учителей. Когда же Бакуго наконец-таки очнулся, он велел мне убираться прочь, заверив, что все с ним в порядке и тут же принялся лепетать что-то про какую-то Лину. Я слегка удивился и решил спросить, кто же это такая. И оторопел, услышав ответ. Я никогда никого не терял и просто представить не мог, на сколько это может быть больно. Но если уж Кацуки плакал, этот непрошибаемый как стена, колючий и агрессивный до ужаса парень, твердо намеренный стать номером один, дрожал от сотрясаемых его тело рыданий... Когда я взглянул на него, мне показалось, что в нем что-то надломилось. Какой-то внутренний стержень, все время мотивирующий его двигаться дальше, дал трещину. И я просто не смог уйти, так что остался с ним до самого утра.       Я проснулся от пристального взгляда кроваво-алых глаз. Лицо Бакуго было так близко, что я вздохнул от неожиданности. Он, видимо, проснулся достаточно давно. Я с пола был перетащен в кресло, постель заправлена, а окно было открыто нараспашку. Заметив, что я проснулся, Бакуго резко отстранился и швырнул в меня полотенцем. - Ванная налево по коридору, не споткнись, там света нет, лампочка перегорела. Не хочу чтобы ты там во что-нибудь врезался и отрубился, твоя тушка слишком тяжелая, чтобы ее таскать. - Он тут же развернулся на пятках и чуть ли не выбежал в коридор. Что ж, прежний Бакуго возвращается, замечательно. - Хэй, а ты куда? - Крикнул я ему в след, но Кацуки либо не услышал, либо решил просто проигнорировать. Ну, пойду умоюсь, что ли. Все тело затекло от неудобного положения, а от яркого солнечного света глаза начали слегка слезиться. Топаю в ванную, стараясь не споткнуться в кромешной тьме, такой непривычной после светлой комнаты. Плескаю в лицо холодную воду, зачерпывая ее ладонями. Это помогло немного проснуться. Заодно нашариваю на полке рядом флакон в котором, предположительно, должен быть шампунь или гель для душа. Какая сейчас разница. В конце-концов, не таскаться же весь день с грязными волосами? Возможно, кто-то бы счел это бестактностью, но раз уж мне сказали идти в ванную, я иду в ванную и делаю все, что мне необходимо. Вымыв волосы, я пошел на кухню. Бакуго стоял у плиты и что-то увлеченно готовил. Я решил пока не обнаруживать своего присутствия и тихо прислонился к дверному косяку. Кацуки выглядел таким милым, уютным и домашним в растянутой футболке, коротких шортах и накинутом кое-как черном фартуке. Поддавшись внезапному порыву, я как можно тише подошел к нему и обнял со спины, сцепив руки на его животе. На всякий случай, чтоб меня не убили сразу же, я активировал причуду и стиснул Бакуго в объятиях. Первые пару секунд он не реагировал на мои действия, а потом медленно развернулся и просто посмотрел на меня. Если бы взглядом можно было испепелить, я бы давно осыпался на пол кучкой малопривлекательного серого пепла. "Убери. Свои. Идиотские. Лапищи. С меня", - прошептал Бакуго, глядя мне прямо в глаза. Если честно, сперва я даже слегка испугался. Но потом только прижался к нему еще сильнее и отпрыгнул подальше через секунду. Как ни странно, Кацуки не собирался меня убивать. Он повернулся обратно к плите и продолжил готовить. Я заглянул ему через плечо, это были блинчики с клубникой. Вот уж не думал, что Баку может так готовить. - Сядь за стол и прекрати мне мешать, все скоро будет готов. Еще одна такая попытка и от тебя и пылинки не останется. - Бакуго толкнул меня свободной рукой к другому концу кухни. - Ладно-ладно, я все понял, обнимашки не твоя тема, бро. Просто подумал, что это не помешало бы. - Я послушно сел за стол и принялся вытирать волосы полотенцем, которое до этого висело у меня на шее. А то с них уже натекло столько воды, что вся спина была мокрая. - Кстати, ты чего, завтраком меня кормить собрался, а, Баку? - Захлопни пасть и подожди. Не выгонять же тебя голодного и с мокрыми волосами. Пожрешь, высушишься и сваливай на все семнадцать сторон. - Бакуго смотрел на меня как на последнего идиота, но особо не хамил и говорил более-менее спокойно. Его как подменили, честное слово! - А почему семнадцать, а не четыре? - Нет, ну серьезно, мне же интересно. Так что я облокотился о стол и заинтересованно взглянул на Кацуки. Хотя я и так почти не сводил с него глаз последние минуты. - Их всяко больше, чем четыре, ты можешь пойти куда угодно. Но чтобы у тебя была ограниченность выбора, пусть на это раз сторон света будет семнадцать. - Бакуго закатил глаза и фыркнул. Он выглядел так, будто я совсем несмышленый малыш, которому надо объяснять простейшие истины, которые знает даже детсадовец. Хотя даже это не разрушило его уютности. Было заметно, что он встал не больше получаса назад. Глаза все еще слегка заспанные и волосы растрепаны. Футболка сползла на плечо, обнажая неожиданно тонкие ключицы. Бакуго внезапно показался мне таким хрупким и нежным. Но я решил этого ему не говорить, а то уж тогда меня точно убьют. Кацуки поставил на стол тарелки, аккуратно положил на них блинчики, налил чай и сел напротив меня. Разделавшись с невероятно вкусным завтраком, я заметил на себе пристальный взгляд Бакуго. - Ты чего? - Я наклонил голову влево и посмотрел на него, недоуменно прищурившись. - Тебе так больше идет. Когда у тебя волосы свободно лежат, а не торчат вверх, как рога какие-то. А они мягкие? - Кацуки протянул руку и едва прикоснулся кончиками пальцев к моим волосам. Я был слегка в шоке от его поведения и старался не дышать, чтобы случайно не дернуться. Бакуго еще немного потрепал меня по волосам, а потом отстранился, вскочил со стула и начал мыть посуду. - Слушай, Баку, я пожалуй пойду, ладно? Удачи тебе, что ли. Жду завтра в школе. Сегодняшний день все равно прогуляли. - Угу, до завтра, вали уже, Киришма. И прекрати сокращать мою фамилию. А то тебя сокращу до Кири. Будешь знать. - Кацуки усмехнулся, но даже не стал оборачиваться. Я обулся и побежал в сторону дома. От мамы наверняка влетит. Домой после школы не пришел, не ночевал, написать забыл, на звонки не отвечал. Что ж, смерть моя близка, но я очень надеюсь, что успею воскреснуть до завтра.       На следующий день Бакуго все же объявился в школе, что не могло не радовать. Если не наблюдать за ним достаточно пристально, можно было подумать, что вовсе ничего и не случилось. Не то чтобы я за ним наблюдал, просто он же мой друг, я волнуюсь за него, так что я заметил, что Кацуки все же слегка какой-то дерганый. Да и на уроках немного тормозил. Но все остальные, вроде бы, не заметили этого. Бакуго все так же задирался по отношению ко всем, кто, по его мнению, находился слишком близко к нему или смотрел как-то не так. На обеде я подошел к нему и схватил за локоть. - Привет-привет, как ты? Не хочешь куда-нибудь сходить после школы, Баку? Я слышал, что неподалеку недавно открылось новое кафе, давай туда сходим, ну пожалуйста, ты за? - Кацуки тут же сделал непонимающе-раздраженное лицо и приподнял бровь. - Киришима, позволь спросить, где именно ты обронил свои мозги? Что за фигню ты несешь? - Он отобрал у меня свою руку и пошел в класс. И уже почти скрывшись за углом, Кацуки добавил, - После уроков около крыльца. И только попробуй опоздать!        Сразу со звонком я выскочил из класса и уже через полминуты был на крыльце школы. Вскоре рядом со мной возник Бакуго и сильно хлопнул меня по спине. Я широко улыбнулся ему и, осторожно взяв за локоть, повел в нужную сторону. Через квартала от школы пару недель назад открылось кошачье кафе. Я был в восторге, когда об этом узнал и мне сразу же захотелось сводить туда Бакуго. Мне показалось, что он будет выглядеть безумно милым в окружении мягких и пушистых кошечек. Если, конечно же, он их всех не распугает. И еще мне почему-то очень хотелось увидеть Кацуки с кошачьими ушками. Думаю, он был бы лапочкой! Когда мы зашли и Бакуго увидел толпу пушистиков, сидящих, лежащих и бродящих везде, где только есть для этого место, он посмотрел на меня как на идиота, но, как ни странно, промолчал. Я отправил Кацуки за свободный столик в углу с уютным диванчиком и пуфиками и пошел взять нам какао, чего-нибудь сладкого и вкусняшек для кошек. Очень хотелось их покормить и погладить. Вернувшись, я застал Бакуго, обнимающегося с пушистой троицей котят, а еще пара кошек устроилась у него на коленях. Пока незамеченный, я как можно тише достал телефон и сделал несколько фото, в то же время пытаясь не уронить нашу еду. Потом я все же подошел к Кацуки, который тут же отпустил кошек, пробормотав что-то вроде "да они сами на меня залезли, я тут вообще не при чем". Ага, конечно, так я ему и поверил. Бакуго тут же измазался в пирожном с клубникой, которое я для него взял. И пока он пытался оттереть с лица липкий крем (получалось не очень, если честно), я воспользовался моментом и надел на него пушистые рыжие кошачьи ушки с кисточками. Бакуго тут же поднял голову и посмотрел на меня. Он выглядел донельзя удивленным, весь в креме, с ушками. Как котенок. У меня неожиданно перехватило дыхание, и я слегка приоткрыл рот от удивления. Кацуки выглядел таким нежным, хрупким, невинным и... родным? Я почувствовал, как к щекам приливает кровь. Но тут же такой трогательный момент был нарушен. - Эй, придурок, зачем ты вообще надел на меня эту фигню? Бесишь уже! - Кацуки злился, но не по настоящему. И ушки так и не снял. А я сделал несколько снимков. Правда, Бакуго, рычал и требовал немедленно удалить, но я не сдался. Мне необходимы эти фото как компромат! Минут через пятнадцать Кацуки начал улыбаться и уже не скрываясь тискал подходивших к нему кошек. И я был рад, что он все же оправился и может радоваться чему-то. Я улыбался ему все время, и скоро у меня начали ныть скулы, но меня это не останавливало. Ведь Бакуго такой... Стоп, я что, собирался сказать, что он милый? Ну и ладно, милый и милый, что с того. Хотя все равно это слово как-то не вяжется с общим образом Кацуки. Через пару часов, когда мы уже оба наобнимались с пушистиками и были с ног до головы в шерсти, мы все же решили пойти домой. Бакуго даже чихать начал, часть шерсти попала ему в нос. Он все пытался от нее избавиться и забавно морщился. Почему я раньше не замечал, что Кацуки настолько похож на милого котенка? Но я решил пока этого ему не говорить, мне пока все еще нужна моя жизнь. Я вышел на улицу и оглянулся по сторонам. Кругом было очень тихо, солнце близилось к западу, из-за чего дома и деревья окрасились в золотисто-оранжевый цвет. Бакуго подошел ко мне и встал так, что солнце осветило его с спины. Казалось, что он сияет каким-то восхитительным неземным светом. У меня вновь перехватило дыхание. Когда Кацуки вопросительно взглянул на меня, я не смог вымолвить ни слова. Мне почему-то стало так хорошо и уютно. В груди разливалось незнакомое раньше тепло, и на моем лице появилась улыбка. Вдруг захотелось прижать Бакуго как можно крепче к себе. Но тут же в голову пришла мысль, что я сейчас стою как абсолютный идиот и просто улыбаюсь, глядя на своего друга. И вообще, Кацуки не фанат обнимашек, так что это заведомо плохая мысль. - Прости, Баку, я задумался. Ну что, пошли? Я провожу тебя. - Я тебе не девчонка, чтобы меня провожать. Сам тебя провожу, Киришима, это ты у нас тут беспомощный по всем фронтам. - Эй, это кто тут беспомощный? Да, признаю, я не во всем настолько хорош как ты, но я стараюсь! Да и я тоже вообще-то не девчонка. Ладно, пошли уже, - мне было проще согласиться, чем спорить с Кацуки. И мы пошли к моему дому. Бакуго довел меня до самого порога, и когда он уже развернулся, чтобы уйти, я все же подбежал к нему и крепко обнял со спины. А Кацуки, вместо того, чтобы оттолкнуть меня, сжал мои руки своими. Сказать, что я был в шоке - ничего не сказать. Но уже через секунду я успокоился и еще крепче прижался к теплой спине Бакуго. "Он такой надежный и сильный, - подумал я, - с ним так классно обниматься". Мы так простояли примерно с полминуты. А потом Бакуго все же разорвал объятия. И мне вдруг стало так тоскливо и одиноко, что я почувствовал, как на глаза навернулись слезы. - Ладно, хватит с тебя нежностей. До завтра, придурок. - Все это Кацуки сказал, не оборачиваясь. Он засунул руки в карманы и пошел к своему дому. А я еще долго стоял на крыльце и глядел ему вслед, обхватив себя за плечи. Почему рядом с ним мне так уютно и спокойно, а без него тоскливо и холодно? Почему я это чувствую, что это вообще такое? Я не знаю. Но... Это так приятно. Так что неважно, что это за чувство. Мне уже все нравится.       На следующий день я все же пытался понять, что же именно я чувствую к Бакуго. Что это вообще такое? Мы же вроде как друзья и все такое. А друзья хотят подержаться за руки или пообниматься? Это вообще нормально? Я окончательно во всем запутался, так что на обеде пристал с этим вопросом к Ашидо. Девчонки обычно все знают про чувства и всю эту ерунду. - Привет-привет, Мина. Как дела? - Я приобнял ее за плечи и слегка покружил, ей так нравилось, я знал. - Приветик, Кири, пока еще жива-здорова, как видишь, даже не задохнулась под той горой домашки, которую нам все время задают. Сам-то как? - Ашидо широко улыбнулась и слегка потрясла волосами. - Ну-у, тоже вроде жив пока еще. Слушай, у меня к тебе очень-очень важный вопрос. - Какой? Я внимательно тебя слушаю. Давай присядем. - Мина подвела меня к свободному столу. - Один мой друг пристал ко мне, чтобы я ему объяснил, что с ним такое, а я понятия не имею. Подумал, может быть ты сможешь мне помочь. Ну, в общем, с одним человеком ему очень хорошо и спокойно, хочется его обнимать, взять за руку, это человек кажется ему очень милым. А без него так тоскливо и одиноко, что плакать хочется. Ну, они очень хорошо дружат, но тот человек вообще не привык к нежностям, да и вообще, лезть к нему без разрешения - самоубийство. Они очень хорошие друзья. Это же нормально? И что это вообще такое? Я понятия не имею. - Ашидо хитро посмотрела на меня так, словно что-то задумала и неожиданно оказалась рядом со мной. Я и не заметил, как она заключила меня в крепкие объятия. Кто-то влюби-и-ился! Как же тебе повезло! Ну и кто эта счастливица? - Мина подхватила меня и закружила. - Эй, с чего ты взяла вообще? И ничего я не влюбился! Ты ошиблась. Не может этого быть. - Недалеко я заметил Бакуго, который привалился к стене и глядел на нас. Я почему-то расстроился и поспешил в класс. Мне еще надо было обдумать все, что сказала мне Ашидо. Я же не мог влюбиться в Бакуго. Просто не мог! Он мой лучший друг. И это было бы неправильно. Да и вообще... Зачем мне это? Да и ему. В конце-концов, мы оба парни. Для меня однополые отношения никогда не были проблемой, я спокойно к этому относился. Но чтобы меня самого потянуло на парней? Такого я не мог себе представить.