Je me noie dans la vague de ton regard amoureux

      До самого дома Джонни они с Тэном шли молча, неловкую тишину нарушали лишь звук ветра и редко проезжающие машины.       Они также молча поднялись на нужный этаж, Джонни также молча ввёл пароль на кодовом замке, также молча открыл дверь, Тэн также молча зашёл в квартиру.       Он принялся снимать с себя кеды, но стоило двери закрыться, как его тут же развернули, завлекая в поцелуй.       Разница в росте давала о себе знать: Тэну пришлось встать на цыпочки, а Джонни — наклониться. Читтапон обхватил запястья Ёнхо и попытался опустить его руки чуть ниже, ему вновь захотелось почувствовать его ладони на своих ягодицах. Джонни отстранился от губ младшего, Тэн недовольно замычал, Ёнхо обхватил его за талию, поднимая. Как только Тэн обхватил руками его шею, а ногами — поясницу, он переместил ладони на его зад, чуть сжимая:       –Тебе ведь этого хотелось?       Тэн одобрительно закивал и принялся с новой силой целовать губы Джонни, сладко постанывая.       Обоим становилось жарко, у обоих начало сбиваться дыхание и становилось тесно в штанах, опять, но Джонни не торопился переносить Тэна в спальню или на ближайшую горизонтальную поверхность, поэтому Тэн решил взять дело в свои руки и попытался дотянуться до пряжки ремня на джинсах Ёнхо.       –Погоди, – чуть сбито прошептал старший, опуская Тэна на пол, — пройди на кухню пока, пожалуйста.       Читтапон недовольно фыркнул, но всё же направился туда, куда указывала рука Джона.       Ёнхо ещё пару секунд постоял в коридоре, восстанавливая дыхание и взвешивая что–то в голове, а затем снял с себя обувь и также направился в сторону кухни, где его ждал Тэн.       –Может, хочешь выпить чего–нибудь, — Джонни сел напротив младшего.       –Нет, спасибо.       Повисла неловкая тишина.       –Мы оба пили на вечеринке и мне не хочется, чтобы всё, что между нами произошло и, возможно, произойдёт далее, в последствии стало для тебя ошибкой. Мне правда не хочется, чтобы ты чувствовал себя плохо.       –Это так мило, что ты волнуешься обо мне, — Тэн пересел со своего стула на колени к Джонни, — но я правда не против и это говорю именно я, а не пиво во мне. Ещё при первой нашей встрече, мне захотелось почувствовать твои губы на своих, — он наклонился ниже, опаляя своим дыханием щёку Джонни, — но, как я увидел тебя сегодня, выбритые виски, пирсинг в языке и, о боже, сигарета во рту, — Тэн простонал и прошептал в самое ухо, задевая языком мочку, — мне захотелось почувствовать твой член в себе.       Читтапон чувствовал возбуждение Джонни под собой:       –Так что я точно не буду жалеть, если мы с тобой сегодня переспим, — он широко улыбнулся и тыкнул пальцем в нос Ёнхо.       –Хорошо, может у тебя есть какие–то предпочтения или позы, которые больше нравятся?       –69.       Джон нахмурил брови:       –Прости, но с нашей разницей в росте не уверен, что что–то из этого выйдет.       –Боже, да я шучу же, мне всё равно. Я даже не задумывался о таком. Джонни нежно чмокнул младшего в губы и, взяв Тэна на руки, направился в сторону спальни.       Он аккуратно положил Читтапона на кровать с кучей игрушек, довольно–таки необычно для мастера по пирсингу, да и просто для неформала, и принялся целовать губы младшего, спускаясь своими губами ниже.       Несмотря на то, что Тэн сам дал «добро», ему всё–таки было неловко, Читтапон не являлся девственником, но всё–таки секса у него было мало, и он ощутимо напрягся, когда Джонни приподнял низ его футболки.       –Тебе нужно расслабиться.       Джонни встал с кровати и принялся наводить подходящую атмосферу. Ёнхо открыл шторы, пропуская в комнату лунный свет, чуть приоткрыл окно, после дождя воздух был свежим и успокаивающим.       –Сразу говори, если начнёшь мёрзнуть.       –Угу...       Джонни переложил все игрушки с кровати на полку над ней, доставая с неё же упаковку аромапалочек. Он зажёг одну из них и потушил через пару секунд, запах благовоний наполнил комнату, Джонни поставил её на специальную подставку на тумбочке.       А Тэн лишь улыбался всё это время, всё это выглядело со стороны так мило, особенно то, с какой нежностью старший рассаживал игрушки на полке.       –Как ты теперь себя чувствуешь?       Тэну вновь стало неловко, только теперь не от факта приближающегося полового контакта, а от всей этой непривычной заботы, до этого никто так не делал, просто «брали и уходили».       –Ну...       –Душ?       –Что?       –Может душ поможет расслабиться? — Джонни полез в шкаф за полотенцем, а после протянул его Тэну, — у меня есть много вкусных гелей для душа, думаю, это должно помочь настроиться.       Тэн задумался, может, ему действительно это поможет расслабиться, так как от той смелости, с которой он сидел у Джонни на коленях на кухне, не осталось и следа, а в комнате нарастала атмосфера неловкости.       Он улыбнулся, принимая полотенце из рук старшего, и вышел из комнаты.

***

      Джонни оказался прав, душ действительно помог Тэну снять напряжение. И нет, он не дрочил там, приятный шоколадный гель лишь одним своим запахом смог расслабить парня. Читтапон вернулся в комнату, укутанный лишь в одно большое полотенце.       –Теперь твоя очередь принимать водные процедуры, — он плюхнулся на кровать рядом со старшим, от былой неловкости не осталось и следа. Джонни лишь улыбнулся и чмокнул младшего в нос.       –Не скучай, — он взял полотенце, — можешь пока выпить чай.       «Чай?» — Тэн перевёл взгляд на тумбочку, где рядом с аромапалочкой стояла небольшая чашка чая. Читтапон лишь хмыкнул, он сделал несколько глотков и взял свой телефон, ему высветилось непрочитанное сообщение, от Юты. «Мы с Тэёном уже дома, если ты вдруг волнуешься. Надеюсь, у тебя тоже всё хорошо сейчас. Помни о нашем разговоре и не забывай про презервативы. Боже, я чувствую себя твоей мамочкой...»       Тэн рассмеялся и принялся набирать ответное сообщение:       «Не волнуйся, я обо всём помню. Раз Тэён спит, то право быть моей мамочкой переходит тебе, ㅋㅋㅋ, спокойной ночи~»       «Спокойной и не забудь утром написать, как всё прошло!!!»       «Хорошо–хорошо, мАмОчКа! :*»       За перепиской Тэн окончательно расслабился и не заметил, как в комнату вернулся Джонни.       Он это заметил, лишь когда кровать чуть прогнулась под весом ещё одного тела и губы Ёнхо аккуратно примкнули к шее Читтапона. От него приятно пахло кофе, а губы нежно выцеловывали уже ключицы, от чего Тэн лишь сладко застонал.       –Как тебе чай?       –Вкусный, правда, я впервые пью чай перед сексом, — они рассмеялись, — я, кстати, тебе тоже оставил.       –Спасибо, — улыбнулся Джонни и, допивая чай, включил негромко музыку.       Тэн засмеялся ещё громче.       –Мы серьёзно будем трахаться под вичхаус?       –Это первое, что мне попалось, — Джонни тыкнул Тэна в щёку, — Что насчёт Placebo?       –Почему бы и да?       Джонни рассмеялся и переключил музыку.       –Ну, теперь ты точно расслаблен?       Читтапон лишь приподнял бровь и спустил полотенце, оставив прикрытыми лишь бёдра и оголяя лунному свету и взгляду Джона своё худое тело.       Ёнхо смотрел на Тэна, будто тот являлся произведением искусства, хотя он по праву заслуживает такое звание. Без одежды Читтапон казался ещё меньше, его тело было очень худым, даже виднелись очертания рёбер.       –У тебя очень красивое тело, — Джонни аккуратно провёл ладонью по животу Тэна, будто боясь, что одно неловкое движение способно сломать столь хрупкую фигуру, — ты похож на коллекционную фарфоровую куклу, — он поцеловал чуть выше пупка, — если честно, мне даже страшно прикасаться к тебе, вдруг я разобью тебя.       –А я не против разбиться под тобой.       Тэн провёл пальцами по щеке Джонни и прильнул к его губам, сначала нежно, а после, немного покусывая нижнюю губу, запустил свой язык в рот Ёнхо. Он уже успел забыть о его пирсинге, поэтому, когда он почувствовал своим языком украшение, издал сладкий стон, низ живота приятно потянуло. Поцелуй становился более глубоким, язык Джонни всё хозяйничал во рту Тэна, а младший, в свою очередь, медленно умирал от наслаждения и слегка вздрогнул, когда старший начал поглаживать его соски. Читтапону это явно нравилось, поэтому Джонни спускался губами всё ниже и ниже, он покусывал шею, оттягивая нежную кожу и вызывая стоны у Тэна, а после вылизывая появившиеся точечные кровоподтёки, с утра явно вся шея будет в засосах. Следом пошли ключицы, что также были покусаны и вылизаны, Тэн стонал всё сильнее, запуская свои пальцы в волосы Джонни, несмотря на недавнюю покраску они были мягкими и приятно щекотали ключицы. Низ живота не просто тянуло, а буквально скручивало от удовольствия, член у Читтапона встал ещё на засосах в шею, немного приподнимая полотенце, что всё ещё было повязано на бёдрах младшего, но тот не обращал на это внимания, полностью отдаваясь удовольствию, умирая от губ Ёнхо и воскресая от его же языка. Если Тэн готов кончить от рта Джонни, что сейчас выцеловывал его шею, что же будет, когда его губы спустятся ниже?       Вопрос не остался без ответа, и таец издал первый громкий стон, когда старший перестал оставлять засосы на шее и ключицах и спустился поцелуями к груди младшего. Джонни по очереди целовал соски Тэна, слегка посасывая, а после принялся их вылизывать, нарочно задевая смуглые горошины шариком своего пирсинга. Тэн тяжело дышал, постанывая при каждом новом движении языка Ёнхо, и запрокинул голову назад. Ему слишком хорошо, член болезненно ныл от удовольствия, но Читтапон не мог открыть рот, чтобы попросить чуть большего, он лишь шумно выдыхал носом. Казалось, Джонни мастер во всём, не только в пирсинге, но и в удовлетворении своего партнёра, поэтому ему и не нужно слов, чтобы понять, что Тэну хочется почувствовать прикосновения ещё в одном месте. Продолжая поочерёдно лизать соски младшего, Ёнхо положил свою ладонь на впалый живот парня, он медленно вёл её вниз, запуская под полотенце младшего. Тэн лишь от одного этого действия вздрогнул всем телом, чуть шире разводя ноги. Джонни провёл большим пальцем по головке, размазав выступившую каплю естественной смазки, а затем взял член младшего в кольцо, водя рукой медленно вверх и вниз. Тэн простонал во всё горло и выгнулся в пояснице. Ему сейчас не просто хорошо, ему ахуенно. Ёнхо немного ускорил темп, надрачивая парню и принялся чуть покусывать его соски. У Читтапона звёздочки перед глазами, а живот ноет от наслаждения. Он и не заметил, как начал слегка приподнимать бёдра, вдалбливаясь в руку Ёнхо и слегка постанывая его имя. Возможно, это из–за того, что у Тэна давно не было секса, а может потому что Джонни всё слишком ахуенно делает, настолько, что Тэн всем телом выгибается навстречу его языку и руке, выстанывая при этом «Джонни, Джонни, Джонни...», будто находясь в бреду.       Но тут Ёнхо резко останавливается и отстраняется от парня, тот начинает недовольно хныкать, всем своим видом показывая, что хочет ещё.       А Джонни не продолжает, он будто игнорирует весь этот скулёж Тэна, внимательно рассматривая его тело. Он аккуратно дотрагивается пальцами до груди парня, тело Читтапона настолько перевозбуждено, что столь простое действие вызывает в нём разряд тока и хриплый стон.       –Ты не думал проколоть соски?       –Чт... Что?..       –Ну, пирсинг сосков. У тебя такое красивое тело, почему ты его ещё никак не украсил?       –А у тебя есть фетиш на прокол сосков?       Джонни лишь рассмеялся.       –Помнишь, я сказал, что у меня есть ещё пару козырей?       –Угу... Стоп, только не говори мне...       А Ёнхо и не говорит, он лишь взял за запястье руку Тэна и положил к себе на грудь. Читтапон ладонью почувствовал грудные мышцы. Горячо. А после, спустившись чуть ниже, пирсинг. Очень горячо.       –Ох...       Джонни всё это время дотрагивался до Тэна лишь языком и ладонью, так что не удивительно что он не почувствовал пирсинг раньше и до этого он видел его лишь в мешковатой одежде, так что даже и не догадывался, что у него может быть такая накачанная грудь.       «Но не будет же он только её качать?» — пронеслось звоночком у Читтапона в голове, и он потянулся рукой к стене, в поисках выключателя. Кое–как, на ощупь, он был найден и после щелчка комната залилась светом, больно ударяя по глазам. Тэн недовольно прошипел, но как глаза привыкли он открыл их шире и обернулся на Джонни. Парень сидел перед ним на коленях, полотенце совсем сползло с бедер, лишь прикрывая промежность, но открывая вид на накачанные ляжки. Горячо. Тэн поднял взгляд на лицо Джонни, тот ещё щурился из–за яркого света и закусывал пухлую губу, его волосы разлохматились и лежали на одной стороне, отчего был виден выбритый висок и Тэн разглядел длинную серёжку в ухе. Очень горячо. Взгляд шёл дальше. Кадык, дёргающийся при каждом глотке воздуха, выпирающие ключицы, накачанные руки с выпирающими венами, накачанная грудь... Пиздец горячо. Пирсинг сосков, о боже, у Джонни ещё и пупок проколот. Настолько пиздец, что Тэн не просто горит, он во всю пылает и готов кончить лишь только от вида такого Ёнхо, и почему он столько времени прятал это искусство от людских глаз?       –Все мои фетиши есть в одном тебе, боже...       –Можно просто Джонни, — он подмигнул.       –Блять, я не шучу сейчас. Я должен буду нарисовать тебя таким...       –Каким таким?       –Обнажённым.       Джонни неловко засмеялся и отвёл взгляд.       –Тебе не стоит стесняться своего тела, не прячь его под тонной одежды, хотя бы для меня.       –Хорошо.       Тэн улыбнулся и продолжил рассматривать тело Джона. Низ живота напрягся от удовольствия, а член болезненно заныл.       Ёнхо правда шёл пирсинг. И языка, и сосков, и пупка... Тэн придвинулся ближе, полотенце свалилось на пол, окончательно оголив хрупкое тело парня.       –А ты знал, что эта полоска называется «Тропинкой Дьявола», — он провёл пальцем по небольшой полоске волос от пупка до паха, — потому что она ведёт прямиком к греху...       Тэн провёл языком по нижней губе Джонни, одновременно с этим отбрасывая полотенце старшего.       Он пошло облизал свою ладонь и взял член Ёнхо в руку. Джонни лишь громко выдохнул, прикрывая глаза, он возбуждён не меньше Тэна. Младший принялся надрачивать член парня в медленном темпе, заставляя того тихо постанывать про себя. Джонни поднял голову Тэна за подбородок и начал пошло того целовать.       –Тебе не кажется, что мы сильно затянули прелюдию?       –Это ладно. Но у нас включен свет и открыты шторы.       –И?       –И то, что мы с тобой голые на кровати, и ты мне дрочишь. Уверен, соседям такое не понравится.       –Ой!       Тэн резко отскочил от Джонни.       –Прости, я совсем об этом не... — он не договорил, задержав свой взгляд на паху Ёнхо, он чуть сощурился, разглядывая, а потом залился смехом.       Джонни цокнул и резко выключил свет.       –Прости–прости, — Тэн всё ещё смеялся, — после такого количества пирсинга в интересных местах, я ожидал, что член у тебя тоже будет проколот. Но я и думать не мог, что у тебя будет тату на паху.       Тэн чуть успокоился, Джонни лишь хмурил брови.       –Да ещё и какое... Ты мне казался сначала мишкой плюшевым, но выяснилось, что у этого мишки куча пирсинга и тату «Daddy» над членом.       Тэн залился смехом с новой силой, а Джонни, в отместку, ущипнул его за бедро.       –Ай!       –Прости! Не слишком больно?       –Уву, нет, ты всё–таки плюшевый мишка... Кстати, как ты вообще додумался до этого?       –Я всегда проигрываю в «Камень—ножницы—бумага».       –Стой, ты играл в «Камень—ножницы—бумага» на тату в интимном месте?       –Я был очень пьян. Не бери с меня пример, перед сеансом тату пить не стоит.       –Я и не собирался... Значит, это просто тупой спор и моя мысль о наличии у тебя дэдди кинка не верна?       Джонни промолчал и отвернулся.       –Постой, у тебя дэдди кинк?       В комнате вновь воцарилась неловкая атмосфера, но вот только теперь она появилась не из–за Тэна, а из–за Джонни. Кажется, ему было немного стыдно перед тайцем.       –Да не волнуйся ты так, — младший ткнул стопой Ёнхо в плечо, — я конечно не такой мастер настраивания атмосферы, как ты, но всё хорошо, правда. Может, у меня тоже дэдди кинк и я давно себе ищу партнёра, который полностью подчинит меня себе.       Джонни лишь издал смешок.       –Я повторюсь: тебе не кажется, что мы сильно затянули прелюдию?       Ёнхо развернулся к Тэну, уткнувшись носом ему в шею, и горячо выдохнул:       –Кажется, и что ты хочешь дальше?       Тэн ехидно улыбнулся и пошло прошептал ему на ухо:       –Я хочу, чтобы папочка оттрахал меня так, что я на следующий день не смог нормально сидеть.       Джонни простонал, прикусив губу, и полез в тумбочку. Тэн прикрыл глаза, предвкушая то, что ждёт его дальше.       –Ты предпочитаешь банан или клубнику? — промурлыкал возле его уха Ёнхо.       –Если честно, я не люблю фрукты, я их... боюсь, что ли?       Тэн на секунду задумался о странности вопроса и, открыв глаза, увидел сидящего рядом с собой Джонни с двумя пачками презервативов.       –Ой...       –Видишь, не я один «со странностями», — мягко улыбнулся Джон, — возьму обычные, так как смазка тоже приятно пахнет.       –А можешь раскрыть презерватив пафосно, как в фильмах делают?       Ёнхо усмехнулся, но младшего послушал. Он надорвал упаковку зубами, смотря Тэну прямо в глаза. Джонни достал презерватив и надел его на свой член, растянув по всей длине.       –Тебе презерватив не нужен?       –А мне–то он зачем?       –Ну, вдруг ты запачкаться не хочешь...       –Всё нормально. Мне он не нужен.       Джонни лишь пожал плечами, мол как хочешь, и капнул смазку себе на пальцы.       Ёнхо пододвинулся ближе к Тэну:       –У тебя же уже был секс?       –А ты хотел быть моим первым?       –Тэн, мне правда важно это знать, чтобы не сделать тебе больно.       –Был и не раз, — таец фыркнул, вспоминая всех своих «бывших на ночь», — но давно.       –Как давно?       –Ммм... Полгода точно.       –А сам ты себя не растягивал?       Тэну сразу в голову полезли мысли, как он дома стыдливо дрочил и растягивал себя в душе, представляя, что всё это делает с ним Джонни.       –Это что, допрос?!       –Прости...       Читтапон вздохнул и накрыл глаза ладонью:       –Просто делай, как считаешь нужным, я полностью тебе доверяю.       Ёнхо лишь шёпотом произнёс: «Спасибо», но, на всякий случай, капнул ещё лубриканта себе на пальцы.       –Полгода — достаточно большой срок. Обещаю, я буду нежен и осторожен. Сначала всё равно будет больно, но потом — в разы приятнее.       –Тц, да зна... Ах! — он не успел договорить, так как старший ввёл в него один палец на половину.       Боль, с непривычки, пронеслась по всему телу, заставляя Тэна шипеть и извиваться, когда Джонни ввёл палец до конца.       –Прости–прости, — искренне извинялся он, поглаживая живот младшего второй рукой, — потерпи, пожалуйста.       Тэн лишь слабо кивнул, жмуря глаза от боли.       Ёнхо медленно трахал его одним пальцем, постоянно поднимая взгляд на Читтапона, чтобы убедиться, правильно ли он всё делает и не больно ли младшему. Боль стала терпимее, так что Тэн чуть расслабился и начал постанывать чуть чаще. Старший, поглядывая на парня, почти полностью вытащил палец, но через пару секунд вошёл обратно, уже двумя и сразу на всю длину.       Тэн вскрикнул во всё горло, выгибаясь в пояснице и сжимая руками одеяло под собой.       Джонни наклонился и с каждым новым толчком пальцев тихо извинялся и целовал живот тайца.       Читтапон извивался под старшим, сгибая ноги в коленях и сильно выгибаясь в пояснице, когда Джонни ускорил темп толчков. Младший тихо хныкал, его дыхание давно было сбито, а горло першило из–за стонов. Постепенно болезненные ощущения сменились приятными и Тэн уже стонал от удовольствия, запуская руку в волосы Ёнхо, когда тот в очередной раз наклонился, чтобы поцеловать живот младшего. Читтапон прикрыл глаза от удовольствия, чуть оттягивая волосы старшего у корней и тихо постанывая: «Джонни... Джонни...»       Очередной толчок и Тэна будто бьёт током, Джон попадает пальцами по комочку нервов, от чего младший кричит во всё горло, чуть ли, не вставая на мостик от смеси боли и удовольствия.       Пальцы Ёнхо длинные и худые, и до чего же ахуенно он ими трахает, задевая при каждом бешенном толчке простату. У Тэна идут слёзы из глаз и Джонни тянется, чтобы их вытереть, но младший берёт его ладонь в свою.       Старший пользуется моментом и добавляет третий палец, тем самым срывая с губ тайца сладкое и немного слёзное: «Ёнхо!..»       Джон проводит ладонью по щеке младшего, Тэн открывает глаза и смотрит прямо в глаза Джонни, когда берёт два его пальца в рот и начинает посасывать и жадно вылизывать, постанывая и беря глубже.       У Ёнхо голова кругом от всего этого, Читтапон начинает сам насаживаться на пальцы старшего, а после томно смотрит из-под ресниц и выстанывает:       –Папочка, я хочу твой член.       Джонни дважды просить не нужно, тем более такому Тэну. Он резко выводит все пальцы, от чего младший вскрикивает от болезненной пустоты.       Ёнхо пару раз проводит рукой по своему члену и подставляет головку к дырочке тайца.       –Это будет больнее... Потерпишь, малыш?       «Малыш» ... У Тэна бабочки в животе летают от одного лишь слова.       Джонни входит одной лишь головкой, заставляя Читтапона сильно прогнуться и начать умоляюще хныкать:       –Папочка, пожалуйста, на всю длину...       И Ёнхо входит, резко и на всю длину, вызывая тем самым низкий стон у обоих. Джон трахает медленно, давая младшему привыкнуть к ощущениям. С каждым толчком, Тэн стонет всё громче и громче, сильно прогибаясь в пояснице и сжимая уже мокрое одеяло до белых костяшек. Джонни ускоряет темп и нагибается ниже, вылизывая соски Читтапона, заставляя того ёрзать от удовольствия.       Ещё какие–то жалкие два месяца назад Тэн дрочил у себя в душе, всхлипывая и тихо выстанывая «Ёнхо...», и вот сейчас он лежит под ним, обвив ногами и руками, ощущая его горящее дыхание у себя на щеке, чувствуя его член в себе и хрипло постанывая «папочка, ещё» в самое ухо, и Ёнхо начинает вдалбливаться в зад Тэна сильнее, вызывая у того звёздочки перед глазами и приятное покалывание в кончиках пальцев, сбивая дыхание и срывая голос, заставляя младшего сильнее прижимать Джона к себе ногами за поясницу.       Член дико пульсирует от возбуждения, заставляя Читтапона опустить руку с шеи Ёнхо и потянуть к паху.       Но его останавливает Джонни, грубо прохрипев:       –А папочка разрешал распускать руки?       –Нет... — стыдливо хнычет Тэн.       Джон выпрямляется и закидывает ногу Читтапона себе на плечо, начиная вдалбливаться под другим углом и заставляя младшего срывать голос в стонах. Таец начинает ёрзать под старшим от перевозбуждения, и Ёнхо это не нравится.       –Стоп–слово — «синий», если я перейду черту.       Тэн не успел ничего сообразить, как на его горло опустилась рука, слегка сжимая и немного парализуя на месте.       Воздуха было мало, Джон замедлил темп, но при этом сильно сжимал руку на горле млашего. Читтапон смотрел на него сквозь опущенные ресницы: грудная клетка тяжело вздымалась, чёлка спуталась, почти полностью закрывая глаза, нижняя губа искусана до крови, а корпус... с каждым толчком, Ёнхо извивался, словно змея, и по инерции передавал импульс в руку, всё сильнее и сильнее сжимая горло, он сильно отклонился назад, выпячивая грудь вперёд и запрокидывая голову назад, прорезая воздух и сердце Читтапона своим кадыком. Рука Джона напряглась ещё больше, так, что вены выступили ещё сильнее. У Тэна слёзы шли градом из глаз, дышать стало совсем нечем и почувствовав, что он буквально синеет, он начал обессилено царапать руку Ёнхо:       –С... С... Синий...       Джонни резко вышел из Читтапона и отдёрнул руку с его горла. Поток кислорода больно царапал горло, вызывая сухой кашель и ещё больше слёз. Тэн свесился с кровати, пытаясь прокашляться, и как дышать стало менее болезненно, он вернулся в исходное положение, слегка хрипя при вдохе.       Он не сразу почувствовал, как Ёнхо держал его ладонь в своей руке, поглаживая второй, он не сразу услышал, как Ёнхо дрожащим голосом просит прощения, он не сразу увидел, как Ёнхо сидит напротив него, склонив голову и слегка подрагивает.       Читтапон подползает на коленях к Джону и крепко его обнимает. Тот судорожно поглаживает руками спину младшего и целует в плечо.       –Принцесса, прости, я не рассчитал. Я чуть не уничтожил искусство...       Тэн почувствовал себя героем какого–то артхаусного кино или же странного фанфика.       –Фарфор, из которого я сделан, очень сложно разбить.       Он поцеловал Джона в макушку.       –Как ты себя чувствуешь?       –Хорошо, правда, но я всё ещё не кончил, и ты сам тоже.       Джонни поднял голову и потёрся носом о нос Тэна, облегчённо выдыхая.       –Как мне загладить вину перед тобой?       –Сигареты.       –Что прости?       –Я хочу, чтобы папочка курил, пока трахает меня, сигарета в твоих пухлых губах так возбуждает меня, да и тебе нужно нервы успокоить.       –Хорошо, это всё?       –Ещё кое–что: я буду сверху и папочка не сможет меня трогать, пока я ему не разрешу.       –Хорошо, — он слегка поклонился и чмокнул Тэна в щёку.       Джон взял пачку сигарет, зажигалку и откопал в тумбе пепельницу, облокотившись на спинку кровати, он закурил сигарету, сделав сильную затяжку и не сводя при этом глаз с Тэна.       Читтапон закусил губу и издал тихий стон — его заводила эта картина. Он сел Джону на колени, смотря сверху вниз:       –Так бы и съел тебя, — таец облизнул верхную губу и примкнул к губам старшего.       Джонни стряхнул пепел с сигареты и опустил свободную руку младшему на поясницу. Тэн сразу же разорвал поцелуй и шлёпнул по ладоне Джона:       –А папочке разве можно дотрагиваться до меня руками?       –Нет... — выдохнул куда–то в шею Читтапона Ёнхо, — Просто курить и не трогать...       –Вот и умничка.       Тэн потрепал его чёлку, поцеловав в висок. Джонни лишь сделал ещё затяжку, медленно выдыхая дым в сторону от тайца.       Читтапон завёл руку себе за спину, обхватил ладонью член Джона и начал надрачивать ему, наращивая темп.       Ёнхо сделал последнюю затяжку, потушив сигарету, он запрокинул голову назад, резко выдохнув весь дым, ему очень хотелось дотронуться до Тэна, но нельзя, поэтому он завёл свои руки за голову, путая пальцы в волосах. Младший усмехнулся, ему очень хотелось поиграться и, возможно, немного помучить Джона, он насадился на член старшего, принимая сразу всю длину, заставив их обоих издать громкий стон. Тэн начал двигать бёдрами вверх–вниз, пошло закусывая губу и поглаживая свою грудь. Он смотрел на Ёнхо из–под ресниц, старший держал руки в замке, стараясь не смотреть на тайца, с каждым действием Читтапона ему становилось всё сложнее и сложнее сдерживаться. Он взял ещё одну сигарету и закурил, свободной рукой он оттягивал собственную чёлку у корней и выдыхал дым рывками.       У Тэна на лице светилась ухмылка, он вытащил сигарету изо рта старшего, затушил о пепельницу и резко прильнул к губам Джона, заставляя того выдыхать едкий дым в поцелуй. Язык Ёнхо хозяйничал во рту Читтапона, пока младший поглаживал его грудь, задевая большими пальцами украшения в сосках. Джон сжимал одеяло под собой до белых костяшек, он чуть согнул колени и начал вдалбливаться в младшего сильнее, от чего Тэн простонал в поцелуй, укусив нижнюю губу старшего. Очередной толчок оказался под нужным углом, член Ёнхо задел комок нервов, заставляя тайца прокричать во всё горло, откидывая голову назад. Джонни продолжал наращивать темп, раз за разом задевая простату, от чего Тэн начал хныкать от удовольствия и больно царапать грудь старшего. Запах пота, гелей для душа, остатков от одеколона Джонни и лубриканта всё сильнее и сильнее заполняли комнату, запах секса уже давно затмил запах аромапалочек, о которых все давно забыли, как и о музыке, что играла на заднем фоне, громкие стоны и всхлипы перебивали её, создавая свою иную мелодию. Тэн стонал всё выше и выше, слёзы ручьём текли по его щекам, ему сейчас слишком хорошо, но ноющее возбуждение собственного члена оттягивало низ живота.       –Папочка, пожалуйста, потрогай меня.       Джонни буквально взял инициативу в свои руки: он повалил Тэна на лопатки, нарастив темп до максимума, и начал надрачивать член тайца, поглаживая большим пальцем головку. Младший хрипел от удовольствия и повторял: «Ёнхо... Ёнхо...», словно одержимый. Пара толчков и движений ладони по члену и Тэн кончил в руку Джонни, сильно выгнувшись и прижимаясь всем телом, он всё ещё стонал имя Джона, судорожно царапая его спину. Узость Читтапона сдавила член Ёнхо, заставляя старшего кончить следом, громко простонав и сжимая обеими руками талию младшего.       Джонни вышел из Тэна и лёг рядом, они оба тяжело дышали, тело тайца чуть подрагивало от недавнего оргазма. Он медленно повернул голову в сторону Джона, взял его руку, заставив посмотреть на себя, и пошло слизал с ладони остатки собственной спермы, от чего Ёнхо лишь закатил глаза от удовольствия. Всё ещё смотря на Джонни и держа его руку, Читтапон провёл двумя пальцами по своему боку, собирая сперму, и высунул язык, чтобы её слизать, но Джон перехватил руку Тэна и сам слизал её.       –Фу, ты что делаешь?       –Решил попробовать тебя на вкус, хотя это ты грозился, что съешь меня.       Тэн рассмеялся и почти сразу же его голову атаковала пульсирующая боль из–за недавнего оргазма. Ёнхо притянул младшего ближе и принялся круговыми движениями аккуратно массировать его виски.       –Спасибо.       Джон лишь мягко улыбнулся.       И как у него это получается, переключаться от плюшевого мишки до секс–машины и обратно за несколько мгновений и простых действий?       –Иди прими душ.       –А ты?       –Я после тебя схожу, — Джонни встал с кровати и полез в шкаф, протянув после Тэну чистое и очень мягкое полотенце. Читтапон сполз с кровати, ноги ещё тряслись, поэтому старший взял его на руки и решил донести до ванной.       –Не стоит, правда...       –Я хочу отнести свою принцессу или мне нельзя?       Тэн захихикал и покраснел.

***

      Как Читтапон вернулся из душа, в комнате уже больше не играла музыка, аромапалочек не было тоже. Окна были открыты полностью, от запаха бурной ночи не осталось и следа, поэтому, как Джонни закончил со сменой пододеяльника, он закрыл окно, чтобы Тэн не замёрз.       –Прости, я не смогу предложить тебе нижнее бельё, по понятным причинам, но могу дать какую–нибудь кофту на ночь. О, и если тебе нужна зубная щётка...       –Об этом не волнуйся, — перебил его Тэн, — Я почистил зубы своей, и запасное бельё я тоже взял. Я догадывался, что могу провести ночь не дома.       Джонни улыбнулся той самой мягкой улыбкой, что получалась у него лучше всего, и ушёл в душ.

***

      —Ты спишь голым? — пискнул Тэн, когда Джонни полез к нему под одеяло без ничего, как вернулся из душа.       –Ну, да. Если тебе из–за этого дискомфортно, то я могу одеться.       –Нет, не надо. Тебе так удобно, так что всё нормально.       Джон чмокнул младшего в макушку, прижимая чуть ближе к себе и крепко обнимая.       –Почему ты так добр ко мне?       –В смысле?       –Ну... Обычно у меня был просто секс на ночь, после которого я уезжал к себе домой. А ты на протяжении всей ночи постоянно интересовался приятно ли мне, хорошо ли. Извинялся если что–то не так... Почему?       –Может, в отличие от тех парней, я вижу в тебе не просто куклу для секса, я вижу в тебе парня, с которым мне бы хотелось провести не одну ночь и не один день.       Тэн засмеялся:       –Значит, мы теперь встречаемся?       –Получается так.       –Я хоть и не девственник, но каких–то отношений, которые длились бы больше дня, у меня не было. Так что ты, можно сказать, у меня первый парень.       –Почту это за честь быть у тебя первым.       Они оба рассмеялись.       –Не хочешь завтра пойти проколоть соски?       –Хочу, — на самом деле Тэн никогда и не думал об этом пирсинге, но сейчас ему слишком хорошо здесь, с Джонни, так что он готов согласиться, если старший и дальше будет с ним рядом, — Очень хочу.       –Отлично, тогда, как встанем и соберёмся, сходим в салон, у меня как раз нет на завтра клиентов.       Тэн уткнулся носом в шею Джонни и тяжело вздохнул:       –Мне непривычно спать вне дома...       Ничего не ответив, Ёнхо встал на кровать и достал с полки плюшевого китёнка.       –Его зовут Блу, — мягко шепнул Джонни, забираясь обратно под одеяло и протягивая игрушку Тэну, — И он будет счастлив помочь тебе заснуть.       –Это... твоя любимая игрушка?       –Угу.       –Спасибо, — улыбнулся Тэн, обнимая китёнка и утыкаясь щекой в грудь Джонни, — Спокойной ночи, папочка.       –Спокойной ночи, принцесса.