Что в имени тебе моём...осталось

Наше время Завтра должна была состояться наша свадьба. Наши гости уже приехали на виллу и благополучно разместились. На веранде нашего особняка прошёл тёплый ужин-знакомство. Гости все разнакомились друг с другом, кто не был знаком, и на ужине окончательно воцарилась атмосфера тепла и уюта. Гости смеялись, танцевали, веселились и немного выпивали, совсем слегка. Мы с Мэлом просидели весь вечер в обнимку под пледом, наблюдая за всеми со стороны. Ему нравилось шептать мне на ухо "Не подать ли вам сока, Будущая Миссис Бочарова?", "Не хотите ли хлеба, Будущая Миссис Бочарова?". Хоть я фамилию менять не собиралась, мне очень нравилось это "Миссис Бочарова". Все веселились, а я моментами ловила себя на мысли, что мне слишком плохо, чтобы улыбаться, даже несмотря на то, что я находилась в объятиях Мэла. К 10 часам вечера стал накрапывать дождик. Надо сказать, на завтра погоду обещали максимально солнечную. Гости стали разбредаться по своим домикам. Мы решили, что эту ночь проведём с Мэлом раздельно, по старой доброй традиции. Девчонки хотели утащить меня в наш домик, собираясь устроить мне продолжение банкета. Кажется, что-то весёлое намечалось и в домике парней. — Только не пей много! Увидимся у алтаря, любимый! — Я буду тебя там ждать. Люблю тебя! Последний поцелуй был нежным и теплым. Я оглядывалась ему вслед с гнетущим чувством. Я пыталась запомнить его улыбку, предназначенную не мне, но все же такую прекрасную. Придя в домик, я закрылась в ванной и пыталась отдышаться, приводя мысли в порядок. Дождь стал сильно бить по крышам. Должна ли я ему открыться? Или должна замолчать на веки вечные? Подозрения с меня сняли, дело закрыли. Осталось договориться только со своей совестью. А эта тварь не хотела идти на мировую. Скажу по правде, дело было не в угрызениях совести. Я не жалела, что сделала то, что сделала. Я жалела о том, что не сказала об этом Мэлу раньше, когда ему было легче от меня отказаться, а мне это пережить. Но идя на поводу собственного эгоизма, я позволила себе зайти слишком далеко. Одно дело встречаться, а другое дело строить семью, растить детей. Правда, исходя из этой логики, у меня вообще не было шансов на дальнейшую счастливую жизнь. Но если бы я корила себя за поступок, нет, я испытывала переживания другого характера — я переживала за него, я могу своим молчанием испортить ему жизнь. Сама я бы не осмелилась уйти от него никогда, больше не смогла бы, сама мысль жизни без него меня парализовывала. Это должно быть всецело его решение. Только он может решить, что сможет вынести, а что нет. — Кира, все в порядке? — спросила меня подруга, когда я выскочила из ванной комнаты. — Да, я сейчас вернусь, — прокричала я, попутно набрасывая на себя джинсовку. Я понимала, что иду навстречу собственной смерти, я не могла представить жизни без Мэла. Мне казалось, что сейчас я добегу до края пропасти, а вот спрыгну ли вниз, решит только один Мэл. На улице вовсю шёл ливень. Тёплые капли воды падали на меня, казалось, смывая мои грехи. Но ни один ливень не смог бы добраться до глубин моей души и памяти и, наконец, стереть все это оттуда. Когда я забежала в домик парней, все обернулись на меня. Парни сидели полукругом где кто придётся: на диване, на полу, на креслах, обсуждая что-то дико веселое. Мэл сидел на диване с бокалом сока и заливисто смеялся. "Какой ты красивый!"— подумала я. — Мэл, могу я с тобой поговорить? — вероятно, я выглядела как драная кошка, промокшая под дождем. Я поправила волосы и попыталась сделать максимально невозмутимый вид. Мэл встал и направился ко мне, улыбаясь. Когда парень приблизился, он тихо произнёс: — Детка, ты уже соскучилась? Не буду скрывать, я тоже подумывал о том, чтобы пробраться к тебе, и заняться последний раз диким холостяцким сексом. Мы вышли на веранду. Он приблизился ко мне и поцеловал слишком дерзко, как будто сейчас станет раздеваться и раздевать меня. Именно этот поцелуй я и запомню навсегда. — Мэл, нет! — Я слегка оттолкнула его рукой. Он посмотрел на меня удивлённо. Но промолчал. Я сделала шаг назад. Эти слова дались мне сложнее всего в жизни. Я понимала, что они разделят мою жизнь на "до" и "после": — Я убила своего бывшего мужа. Я ожидала любой реакции, но не этой. Я думала, что он даст мне пощечину, начнёт кричать или спокойно уйдёт в дом, соберёт вещи и уедет. Но на его лице не промелькнуло ни одной эмоции, даже брови не поднял. Обычно легко читаемые эмоции, сейчас вообще отсутствовали. Я подумала, может он не услышал или его мозг ещё не подгрузился. Я стояла перед ним, казалось, вечность, жадно хватая воздух ртом, как после долгой пробежки. Я ничего не понимала, что происходит.. и тут он спокойно произносит: — Я знаю.