Рискнуть - и выиграть

      Громкая музыка вибрациями проходила по телу, подстегивая и заставляя двигаться резче, попадая в темп с мелодией. Сугавара отдавался танцу, скользя бездумным взглядом по танцполу, игнорируя обращенные на него взоры. Расстегнутая белая рубашка щекотала бока при каждом порывистом движении, но он не избавлялся от мешающей ткани, не выпадая из образа. Сегодня всем танцорам выдали черные брюки, плотно обтягивающие бедра, и белые рубашки, сразу сказав, что застегиваться не нужно. Сугавара не противился. У них бывали костюмы гораздо откровеннее. На одной из тематических вечеринок ему пришлось танцевать в коже, и в какой-то момент он подумал, что не доработает смену, так упарился. В этот вечер одежда была удобной, приличной, но с намеком на откровенность. Сугаваре нравилось.       В ночной клуб он пришел устраиваться, так как ему подходил график. В неделю выпадало четыре ночные смены по пять часов, а зарплаты хватало на оплату однушки, еду, проезд и прочие мелочи. Сугавара хотел работать официантом, но менеджер окинула его оценивающим взглядом и предложила должность пиджея. Зарплата была выше, да и особых умений не требовалось. Нужно было красиво двигаться под музыку, распаляя людей на танцполе, задавая настроение. В клубе пиджеев было двенадцать человек. В зале они работали вшестером, меняясь через каждый час. Двое танцевали на сцене, двое — на балконах, еще двое — в клетках, стоящих на возвышениях по краям танцпола.       Этой ночью Сугавара танцевал в одной из клеток, иногда цепляясь ладонями за прутья, порывисто, быстро двигая бедрами, попадая в такт с долбящей музыкой. В один момент что-то изменилось. За семь месяцев работы пиджеем он привык к взглядам, но сейчас казалось, что ему прожгли спину. Чей-то взгляд ощущался кожей, прикрытой тонкой хлопковой тканью. Сугавара крутанулся на месте, поворачиваясь лицом к бару и резко выдыхая. Он лишь чудом не сбился, продолжая двигаться под музыку, опустив взгляд в пол. Смотреть на давнего знакомого не было сил. Сугавара не стеснялся своей работы, ничего неприличного он не делал, но никому из друзей и знакомых не говорил, что танцует в клубе. Некоторые просто не видели разницы между пиджеем и стриптизером, а каждому разжёвывать это не хотелось. Поэтому он и молчал.       А теперь о его работе узнал Ушиджима, сидящий у бара и смотрящий так тяжело, что взгляд казался осязаемым. Они не виделись со старшей школы. Сугавара знал, что Ушиджима продолжает заниматься волейболом и уже играл за сборную. В Сугаваре же не было ничего выдающегося, чтобы его помнить, но судя по неприкрытому вниманию, Ушиджима его узнал. Что он будет делать с этим знанием — Сугавара не знал. Ушиджима никогда не казался разговорчивым, тем, кто побежит рассказывать всем общим знакомым о его работе.       Убедив себя, что ни к чему придавать значение этой встрече, Сугавара снова отдался музыке, опустошая голову от ненужных мыслей и в танце сбрасывая напряжение, скопившееся за время учебы. Отработав смену, он немного отдохнул в комнате для персонала, переоделся и пошел домой. Совпадение ли или же его ждали, но стоило немного отойти от клуба, где люди продолжали развлекаться, как он услышал голос Ушиджимы.       — Ты танцуешь, — Ушиджима говорил без эмоционального окраса, и понять, какой посыл несли его слова, не получалось.       Сугавара глубоко вдохнул, изогнул губы в дежурной улыбке и обернулся, смотря на бывшего соперника, стоящего в паре метров от него. Он стал выше, раздался в плечах, набрал мышечную массу, заставляя нервничать одним своим присутствием. Сугавара же совсем не изменился после школы, только улыбаться стал меньше, подрастеряв оптимизма в большом городе.       — Да, Ушиджима-кун, я танцую, — легко ответив, он сжал лямку рюкзака, ожидая, что будет дальше. Ушиджима не поменялся в лице, приблизился, останавливаясь неприлично близко. Пришлось запрокинуть голову, чтобы не разрывать зрительный контакт.       — Красиво.       — Мм? — неловко улыбнувшись, теряясь в коротком, но каком-то глупом разговоре, Сугавара невольно отступил на полшага.       — Ты красиво танцуешь, Сугавара.       Жаром опалило щеки. Отведя взгляд, Сугавара легко, чуть слышно засмеялся, не ожидая получить комплимент от Ушиджимы, да еще и произнесенный таким серьезным тоном.       — Спасибо.       Ушиджима кивнул, больше ничего не говоря. Нужно было срочно что-то сказать. У Сугавары никогда не было проблем с общением, но перед ним стоял Ушиджима Вакатоши, по лицу которого ничего нельзя было понять. Хотел ли он продолжить разговор или же подошел из вежливости?       — Какими судьбами ты оказался в клубе, Ушиджима-кун? Я думал, спортсмены не ходят по таким заведениям, — Сугавара смягчил тон, чтобы не обидеть, хотя он вообще не был уверен, что Ушиджиму можно обидеть.       — Я не хожу в такие места, но сегодня день рождения у семпая. Грубо было бы отказать.       Судя по тому, что Ушиджима ответил, и даже не односложно, а развернуто, он был настроен на беседу. Будто они старые друзья, будто не было соперничества. Сугавара под другим углом посмотрел на школьного знакомого, видя не высокомерного аса команды, а человека, пытающегося нормально пообщаться, забив на школьные распри. Сугавара шире улыбнулся и жестом предложил пройтись с ним до автобусной остановки. Ушиджима пристроился сбоку и даже сам первый заговорил:       — Часто ты здесь подрабатываешь?       — Четыре дня в неделю, — бодро ответив, не став уточнять, какие это дни, Сугавара почему-то не захотел развивать эту тему, не уверенный, что Ушиджима поймет его. — Как тебе в сборной, Ушиджима-кун? Видел твой первый матч.       Оставшуюся до остановки дорогу они говорили о волейболе. Говорил в основном Ушиджима, делился впечатлениями, рассказывал о планах, найдя в Сугаваре благодарного слушателя. Было интересно слушать Ушиджиму, в его голосе появились эмоции, а на обычно бесстрастном лице можно было увидеть намек на улыбку. Сугавара задавал наводящие вопросы, улыбался и искоса поглядывал на собеседника, испытывая что-то, похожее на симпатию.       Когда прибыл автобус, Сугавара ощутил легкий укол разочарования, но широко улыбнулся и весело проговорил:       — Было приятно увидеться, Ушиджима-кун. Всего доброго.       — Да. Доброй ночи, Сугавара.       Всю следующую неделю Сугавара изо всех сил старался выкинуть из головы мысли об Ушиджиме. Это была очень странная встреча. Странный разговор. Хоть Ушиджима и выглядел серьезным, замкнутым, но у него же должны были быть друзья. Его даже в клуб вытащили. Так зачем же он подошел? Зачем заговорил? Вопросы оставались без ответа, изводя, прокручиваясь на повторе.       Ушиджима пришел в клуб в пятницу, в тот же день, что был здесь в прошлый раз. Сугавара заметил его сразу. В этот вечер он танцевал на сцене, что позволяло охватить взглядом весь зал. Они сразу же встретились глазами, и Сугавара озорно подмигнул, чувствуя приятное, ничем не объяснимое волнение. Танцуя, он не сводил глаз с волейболиста, прошедшего к бару и заказавшего какой-то коктейль. Сугавара почему-то был уверен, что в нем нет ни капли алкоголя. Улыбнувшись своим мыслям, он повернулся спиной к залу, чувствуя, слишком ярко чувствуя внимание Ушиджимы. Он смотрел на него. Пожирал взглядом, ведь иначе кожу бы не кололо, а жаром не облизывало низ живота. Обернувшись, Сугавара убедился в своей догадке. Как же Ушиджима смотрел!       Когда закончилась его смена, он не пошел за сцену, а спустился в зал. Пробираясь через танцующую толпу, он чувствовал липкие касания к оголенным рукам, но никак не реагировал. Он собирался сделать большую глупость, очень большую, но почему-то страшно не было.       — Привет, Ушиджима-кун.       — Здравствуй, Сугавара.       — Снова у кого-то день рождения? — весело проговорив, находясь слишком близко, чтобы перекричать музыку, он надеялся, что под искусственным освещением не видно краски, ударившей ему в лицо.       — Нет. Я пришел посмотреть, как ты танцуешь.       Честный ответ колкими мурашками прошелся вдоль позвоночника. Сугавару качнуло еще ближе к парню.       — Я мог бы станцевать только для тебя, — у него сердце в груди сходило с ума, но улыбка не стекла с лица, отражаясь в глазах.       Ушиджима протормозил всего несколько секунд, а потом выдал емкое «Да», тяжело глянув в глаза. Сугавара засмеялся и легко коснулся кончиками пальцев чужого колена.       — Подожди меня у выхода. Я буду через пятнадцать минут.       Ушиджима лишь кивнул и встал с барного стула, возвышаясь над Сугаварой. Чувствуя, как давит чужая сила и мощь, Сугавара поспешил уйти, ощущая щекочущее низ живота возбуждение.       До квартиры Сугавары они ехали молча, но воздух между ними был будто наэлектризованным. Хотелось, чтобы ему это не казалось. Чтобы он не придумал все это, желая происходящего. Ведь был шанс, что Ушиджима реально ждал от него танца. Прямой как рельса, волейболист мог не понять намека и принять все за чистую монету. Это вызвало тихий смех. Вот будет облом века. Ушиджима вопросительно на него глянул, но он лишь отрицательно покачал головой.       Но стоило закрыть за ними дверь, как все стало на свои места. Ушиджима ему даже разуться не дал, скользнул ладонью по щеке, вплел сильные пальцы в пепельные волосы и надавил на затылок, притягивая к себе. Целовался Ушиджима хорошо. Чувствовалось, что о чужом удовольствии он думает больше, чем о своем. Он мягко сминал губы, гладил их языком и хоть напирал, но неторопливо, давая распробовать каждую новую ласку. Сугавара и не подумал бы, что Ушиджима такой. Он еще неделю назад вообще о нем не думал, а сейчас они влажно, глубоко целовались в прихожей. Чужое тело обжигало, Сугавара сам жался к партнеру, сжимая широкие плечи, чувствуя, как под кожей бугрятся мышцы. Его вело от Ушиджимы. От его поцелуев, которые становились более страстными, настойчивыми. От его больших ладоней, гладящих по спине, заставляющих прижиматься еще ближе, гореть в объятиях. Возбуждение вспыхнуло разом, пробивая от затылка к паху.       — Ушиджима-кун, — не узнавая свой голос, Сугавара чуть отстранился, смотря в потемневшие глаза. — Мне нужно в ванную.       Охнув, когда чужие ладони смяли его зад и вжали в пах, где ощущался внушительный стояк, Сугавара не сдержал улыбки, игриво добавляя:       — Можешь пока раздеться, Ушиджима-кун, — дождавшись кивка, он выпутался из объятий, подмигивая прожигающему его взглядом парню. — Смазка в тумбе. Я скоро.       Сугавара быстро скрылся в ванной комнате, пытаясь угомонить бешено бьющееся сердце. Он до конца не мог поверить, что привел к себе Ушиджиму Вакатоши, одного из самых молодых и талантливых игроков японской сборной. Парня, которого в старшей школе откровенно недолюбливал, а сейчас хотел до сладкой боли в паху. Опустив взгляд вниз, где топорщились штаны, Сугавара тихо засмеялся, растирая лицо ладонями. Он собирался заняться сексом с Ушиджимой. И как же сильно он этого хотел! Быстро стягивая с себя одежду, он забрался в ванную, выкручивая теплую воду и подставляя под нее возбужденное тело. Нашарив на полке гель, Сугавара поспешно обмылся, после касаясь кончиками пальцев сфинктера. У него не было секса почти два года. Нужно было подготовиться, чтобы без лишней боли принять Ушиджиму. Жаром обожгло щеки, когда он вспомнил, как вжался в пах своего гостя, ощутив его мощный стояк. Прерывисто выдохнув, Сугавара снова вылил на пальцы гель, растирая его между ягодиц и оглаживая дырку, представляя, как его там будет касаться Ушиджима, как он вставит свой член, растягивая нежную кожу и раскрывая тугие мышцы.       Тщательно вымывшись и растянув тугое нутро, не зная, будет ли Ушиджима его подготавливать или не захочет ждать, он сделал это сам. Недостаточно хорошо, после такого-то перерыва, но это было гораздо лучше, чем ничего. На более тщательную подготовку его не хватило, он слишком сильно хотел к Ушиджиме. Ощутить его поцелуи, его руки на себе, его вес. Посмеиваясь над собственным нетерпением, он поспешно вытерся и повязал полотенце, топорщащееся спереди, на бедра. Возбуждение не спало, стало лишь сильнее, жаром выжигая изнутри.       Он медленно вошел в комнату, сразу же впиваясь взглядом в сидящего на краю кровати парня. Ушиджима разделся полностью, демонстрируя крупное, с шикарно развитой мускулатурой тело. Мазнув взглядом ниже пояса, Сугавара довольно улыбнулся, замечая, что и партнер не растерял запала. Ждал его, хотел. Преодолевая неуместное сейчас стеснение и легкий страх, он неторопливо приближался, увидев на кровати рядом со смазкой презервативы. Их у Сугавары не было, значит, Ушиджима взял с собой, отправляясь в клуб. Знать, что этот парень хотел заняться с ним сексом с прошлой недели, было чертовски лестно.       Подойдя к Ушиджиме вплотную, упираясь ногами в матрас, он вклинился между разведенных коленей, стараясь смотреть в глаза, а не на внушительный стояк. Партнер сразу же коснулся ладонями нежной кожи под коленками, медленно ведя вверх, забираясь под полотенце и сминая ягодицы. Подавшись ближе, Ушиджима обжёг живот поцелуем, заставляя напрячься и опереться ладонями на широкие плечи. Сугаваре стало тяжело стоять. Всего несколько невинных касаний — и его повело.       Ушиджима стянул с него полотенце, гладя подушечками больших пальцев по тазобедренным косточкам, и продолжал выцеловывать живот, срывая тяжелые выдохи. Рядом с партнером Сугавара казался себе слишком худым, слишком бледным, но судя по горящим глазам и жарким ласкам — Ушиджиме нравилось. Потянув его на себя, крепко сжав талию, он лег на спину, устраивая сверху Сугавару, чтобы в следующий миг перекатиться на кровати, подмяв под разгоряченное тело. Тихо простонав, ощутив вес парня, его член, мазнувший влажной головкой по животу, Сугавара крепко обнял за шею, прижимая ближе к себе.       Ушиджима выгнул его к себе, подтянул ближе к подушке и улегся сверху, полностью покрывая собой. Это ощущалось так круто, что Сугавара не сдержал тихого, чувственного стона, с силой впиваясь пальцами в заднюю часть шеи партнера. Ушиджима был невозможно горячим, тяжелым, возбужденным и желанным до легкой дрожи во всем теле. Поцелуи ложились на шею раскаленными углями. Сугавара запрокидывал голову, подставляясь, и с трудом мог глотнуть кислорода, дурея от полного подчинения Ушиджиме, без негласного позволения которого он не мог нормально пошевелиться. Хотелось большего. Ощутить крупный член в себе, смотреть в глаза партнера, пока тот будет его трахать, и улавливать в них такие редкие для этого человека эмоции.       — Ушиджима-кун, — ласково позвав, Сугавара погладил его по загривку, и снова чуть ли не сорвался на стон, проваливаясь в черноту чужого взгляда. И говорить ничего не пришлось, партнер все понял, кивая и чуть отстраняясь.       Чувствовать скольжение мозолистых ладоней по коже было до мурашек приятно, Сугавара подрагивал, выгибался в спине и пытался снова прижаться, уронить на себя и заставить взять его в таком положении. Чтобы каждым толчком быть впечатанным в кровать. Ушиджима отвлекся, дотягиваясь до смазки и выдавливая ее на свои пальцы. Наблюдать за его серьезным лицом было забавно, и как бы сознание ни шторило возбуждением, Сугавара не смог сдержать улыбки. Новый поцелуй пришелся в улыбающиеся губы, отвлекая, пока длинные, грубоватые от частого контакта с мячом пальцы касались его сфинктера.       — Я подготовился, Ушиджима-кун, — голос подводил, Сугавара не говорил — шептал в поцелуй, сорвавшись на длинный стон, когда в его тело проникло сразу два пальца.       Ушиджима не торопился, он медленно трахал его фалангами, подготавливая для себя, и ловил губами каждый выдох, каждый стон, окончательно сводя с ума. И как бы близки они сейчас не были, пальцев было недостаточно, Ушиджимы было мало. Сугавара хотел ощутить его член в себе.       Опустив одну руку вниз, запуская ее между телами, он кончиками пальцев огладил крупную головку, заставив партнера тяжело выдохнуть. Проведя по оплетающим ствол венам, Сугавара сжал ладонью крепкую, горячую плоть, впитывая ощущение тяжести и пульсацию. Ушиджима резче толкнулся пальцами, задевая простату и посылая по всему телу колкое удовольствие. Сугавару дрожью пробрало, и он невольно сильнее сжал ладонь, срывая не стон — рычание. Не было сил терпеть, он снова позвал Ушиджиму, заглядывая в его глаза поплывшим взглядом. Тот коротко кивнул, выглядя серьезно, и грудь сдавило непонятными чувствами.       Ушиджима вытащил пальцы из его тела и заставил шире развести ноги, согнув их в коленях. Сам же он устроился между ног, подсунул колени под бедра Сугавары и уселся на пятки, тяжелым взглядом скользя по раскрытому для него телу. Сугаваре нравился этот взгляд. Ему нравилось нравиться этому человеку. Партнер быстро вскрыл презерватив, раскатывая его по налитому кровью члену, и навис сверху, снова покрывая собой. Ища поддержки, Сугавара сжал плечи, чувствуя, как напрягаются мышцы, ощущая, как под кожей переливается сила. Цепляясь за Ушиджиму, он чувствовал, как на сфинктер давит горячая плоть, как тело нехотя подчиняется напору и раскрывается, впуская член вовнутрь. Стараясь расслабиться, чтобы скорее принять крепкий стояк, Сугавара потянулся за поцелуем, немного отвлекаясь на обласкивающие его губы и язык. Член Ушиджимы распирал изнутри, растягивал, одаривая болью, сменяющейся извращенным удовольствием. Сугавара сам насадился до конца, крепко прижмурившись от острой боли, разлившейся по телу. Но она сразу отошла на второй план, когда Ушиджима постарался отстраниться, подаваясь бедрами назад. Сжав его зад, Сугавара не позволил выйти, вжал в себя и втянул в глубокий, горячий поцелуй, постепенно расслабляясь и начиная получать удовольствие от едва помещающегося внутри члена.       Ушиджима его не щадил. Крепко сжимал ягодицы, оставляя на алебастровой коже следы своих ладоней, и быстро, мощно трахал, загоняя до конца, заставляя громко стонать и выгибаться на кровати. Сугавару тащило от такого темпа, от большого члена в заднице, из раза в раз проезжающегося головкой по чувствительной простате. Он гладил Ушиджиму по плечам, спине, заднице и шел бедрами навстречу, усиливая каждый толчок, прошивающий тело крупной дрожью. Было слишком хорошо. Его выкручивало удовольствием, обжигало жаром. С каждым скольжением плоти в тугих мышцах его член и яйца сильнее напрягались, как и бедра, которыми он сжимал партнера, желая его еще ближе, еще теснее. Хотелось кончить. Сугавара понимал, что после долгого перерыва тело требовало скорейшей разрядки, выкручивая мученическим наслаждением. Терпеть не было сил.       — Ужиджима-кун, хочу кончить, — тихо прошептав, смотря в потемневшие от возбуждения глаза, он резко толкнулся навстречу, сотрясаясь всем телом, но не получая желаемого.       — Хорошо, — хрипло ответив, партнер перевел одну ладонь на его член, идеально его сжимая, и всего несколькими движениями, сопровождающимися мощными толчками, довел его до оргазма.       Сугавару выломало удовольствием, жаром разлившимся под кожей. Дергая бедрами, кончая на свой живот и сильные пальцы, еще скользящие по чувствительной плоти, он протяжно стонал, проминая пальцами кожу под лопатками Ушиджимы. Тот замер, прожигая взглядом, давая прийти в себя после крышесносного оргазма. Еще чувствуя отголоски кайфа, Сугавара мягко улыбнулся, с благодарностью смотря на бывшего соперника.       Ушиджима вышел из него, усаживаясь на кровати, тяжело дыша и более осмысленным взглядом смотря в глаза. Двигаться было лень, но Сугавара просто не мог оставить партнера неудовлетворенным. Перекатившись на кровати, он медленно стянул с большого члена презерватив, скидывая его на пол, и прерывисто выдохнул, обласкивая плоть взглядом. Чувствуя приятное возбуждение от осознания, что это было в нем, принесло столько удовольствия, Сугавара захотел дать столько же. Сжав одной ладонью основание члена, он склонился и лизнул солоноватую головку языком, шумно выдыхая носом. Второй ладонью он начал гладить по стальному прессу, чувствуя, как Ушиджима напрягается от каждой ласки, как под его кожей проходит легкая дрожь. Смущению было не время и не место, но щеки опалило жаром, когда Сугавара накрыл головку губами и медленно начал опускаться ртом на крупный стояк, взяв лишь половину. Ушиджима над ним тяжело, часто задышал и впился пальцами в простыни. Это довольством облизало внутренности. Не хотелось извращаться, Сугавара жаждал доставить удовольствие, впитывая каждую эмоцию на серьезном, но красивом лице. Помогая себе рукой, надрачивая у основания, он плотно сомкнул губы на члене, быстро двигая головой, с каждым разом силясь взять бОльшую длину. Исподлобья наблюдая за Ушиджимой, он пускал в ход язык, прочерчивая пульсирующие вены, и тихо постанывал, возбуждаясь от власти над шикарным телом, чье наслаждение было в его руках.       Ушиджима предупредил его, что сейчас кончит, но Сугавара и не думал отстраняться, позволяя спустить в рот. Сперма ударила в глотку, вместе со слюной потекла по подбородку, пока он неторопливо обсасывал головку, чувствуя, как под его ладонью мощной дрожью сотрясает сильное тело. Ушиджима коротко, хрипло простонал, но и этого хватило, чтобы окончательно пропасть в этом человеке.       Выпустив член изо рта, Сугавара обтерся тыльной стороной ладони и подался к партнеру, опираясь ладонями на его колени и смотря в подернутые дымкой удовольствия глаза.       — Я обещал тебе танец, Ушиджима-кун. Можно я станцую на твоих бедрах? — соблазнительно нашептывая в губы, лукаво поблескивая взглядом, он удивленно выдохнул, когда увидел легкую улыбку, коснувшуюся чужих губ. Это было лучшим ответом. Как и горячие руки, легшие на его ягодицы и притянувшие к завалившемуся на спину телу. Сугавара тихо засмеялся, крепко жмурясь и тая в крепких объятиях Ушиджимы, который теперь на долгое время останется в его жизни.