Foxxay Oneshots

Зои стояла под дверьми, ведущими в комнату Верховной, и слушала ее рыдания. Она вздохнула, и пошла по коридору. Спустившись вниз, на кухню, она встретила Куинни и других девочек: — Нам надо что-то сделать, — вздохнула брюнетка, Куинни подняла брови, — Корделия снова плачет в своей комнате, нам надо придумать, как помочь ей. Девушки поднялись из-за стола, и направились вверх по лестнице. Они приложили уши к двери Верховной, и услышали тихие всхлипы. Куинни тихо постучала. Не дожидаясь разрешения, они вошли в комнату, не включая свет, подошли к ее кровати: — Корделия? — Она быстро выпрямилась, и села на кровати, вытирая заплаканные щеки — Послушай, мы можем как-то помочь? — Привет, девочки, — прошептала сломанным голосом — Не думаю… — Зои положила свою руку ей на плечо. — Должен быть какой-то выход. Я уже не могу смотреть на такую Верховную: рыдающую целыми днями в своей комнате, — Куинни села на край кровати. — Я думаю, что нет, — ответила она тихо. — Давай, пойдём с нами, — Протянула ей руку Зои. Корделия улыбнулась, и взяла молодую ведьму за руку. — Мисс Корделия, я просто хочу сказать, Мэддисон и Мисти умерли не по твоей вине, — непринуждённо сказала Куинни, и присоединилась к девочкам, у двери. Верховная оступилась, опустив взгляд. Стоит сказать из правду? Она не оплакивала Мэддисон. Ее плач был о Мисти, и том мире, откуда она не могла выйти. Она плакала, потому что у нее никогда не будет шанса рассказать Ведьме с Болот что она действительно чувствует к ней. Что она хотела прогуляться с Ней по Новому Орлеану наедине, напевая месте песни Стиви, хотела соединить их пальцы вместе, поцеловать нежные девичьи губы. Может, она плакала про себя, потому что хотела, чтобы Мисти Дэй была в ее руках, напевая свои глупые песни, и закутаться в ее шаль. Рыдала, потому что потеряла девушку, которую любила больше всего.