Thank you for

      Сидя в большом зале за кубком сока, который я потягивал, как красное вино, я часто моргал и строил глазки очень болтливой девушке, с яркими персиковыми губами, она была так любезна, что рассказала о распорядке школы и о самых популярных парнях. — Всем нравятся парни из кристального клуба, но мой фаворит Рик. – И глаза малышки устремились куда-то мне за спину, где в самом конце стола сидел от чего-то крайне знакомый парень, я вспомнил, что именно с этим парнем в поезде я столкнулся, когда бежал за подозреваемым. — Рик перевелся к нам из Калифорнии, его глубокие светлые глаза просто прекрасны, боже, хочу стать его миссис Харрис, – бывает, я в шесть лет хотел стать мужем Баффи но к сожалению нам с ней было не суждено встретится. Ну, а Рик выглядел совершенно нормальным парнем, который читал книгу и ел тост без джема, но вот - это уже странно, ладно, я шучу. — Слышала от Памелы, что Рик катается на серфе, я ума не приложу, что это. — Это такой вид спорта, на волнах и деревяных досках, очень крутой. – Пояснил я, ловя себя на том, что уже откровенно пялюсь на парня, который, думаю, уже привык к такому вниманию или же просто не замечает, что на него смотрят. И только, я подумав об этом, как парень перевел на меня свои светлые, не понятно какого цвета глаза и улыбнулся. — Знаешь, Поттер, я начинаю думать, что у тебя есть какой-то не поддельный интерес ко мне. – Не упуская шанса, улыбнувшись своей самой милой улыбкой, поднялся и сел ближе к парню, наконец рассмотрев цвет глаз, они были слегка мутно зеленого, как тина или мох, что-то такое, но при этом, такой светлый оттенок, что притягивает смотреть в глаза парню, не отрываясь. — А что, если у меня есть интерес, что ты тогда сделаешь, Аларик. – Парень с мягкой улыбкой наклонил голову на бок, видимо ему понравилось, когда я назвал его полным именем. — Герой знает мой полное имя, что же, такого во мне заинтересовало известного на весь мир Гарри Поттера? – Это уже переходило на легкий флирт, иметь хорошие отношения - это в амплуа героя, так что, я лишь мягче улыбнулся, подвинулся немного ближе к американцу, касаясь своим коленом его. — Может глаза, а возможно акцент, пока и сам не понял. – После моих слов парень уже без стыда и смущения смеялся в голос, мне даже нравилось, что он был так прост. Мне было так легко говорить со всеми из-за статуса знаменитости, люди сами тянулись ко мне. — Когда ты поймешь, что именно тебе понравилось в моей скромной фигуре, прошу поспеши сообщить мне, буду ждать тебя тут. – Парень мягко раскрыл мою руку и вложил в неё аккуратно сложенный кусочек пергамента, в виде маленького журавлика, после чего закрыв мою руку, прохладные губы Аларика коснулись моих пальцев. — Красиво... – Сказал я про журавля, которого сжимал в своем кулаке, пока из-под длинных черных ресниц на меня смотрели мутно светлые глаза, — Есть очень красивое высказывание: «Журавль живет тысячу лет, черепаха – десять тысяч лет». — И в правду красиво, никогда не думал, хотя, уже столько лет складываю именно журавлей. – Не громко проговорил Харрис, все так же касаясь своими губами моих пальцев, я не видел в этом чего-то предосудительного, но ко мне уже шел разгневанный блондин, который спешил сообщить обратное. — А я умею складывать звездочки из бумаги, в детстве я и моя лучшая подруга читали одну книжку и там было сказано: «Однажды, когда я была ещё крохой, мне приснился странный сон. Передо мной явился человек в белом. Из кармана своих кипельно белых брюк, он достал листок и показал, как делать бумажные звезды. Он протянул мне литровую стеклянную банку и сказал, что если я сделаю 1000 таких звёзд, то моё самое заветное желание сбудется».       Вспоминая, как мы с Мэй раздобыли-таки по литровой банке и начали, как сумасшедшие складывать разноцветные звезды, подсчитывая каждую, грустно – звездочка, радостно – тоже звездочка, по итогу, в моей комнате можно было в каждом углу найти звезды, не считая трех полных литровых банок и миллиона звезд у меня на потолке, мне показалось, что будет красиво нанести строительный клей, а поверх рассыпать звезды. — И у вас с подругой получилось. – Мои губы не хотя растянулись в самой уязвимой из улыбок, после чего с радостью в голосе я произнес. — Желание не исполнилось, но звезды столь прекрасны, что этого и не нужно. – Парень, выпрямившись смотрел мне прямо в глаза, после чего неожиданно, наверное, даже для себя коснулся кончиками пальцев моего лица. — Научишь меня видеть звезды, так, как видишь их ты, хочу, чтобы и мои глаза блестели, как драгоценные камни.       Эти слова не могли не удивить, но вся эта магия недолго длилась, появился вечно недовольный Малфой, схватил меня за руку и потянул за собой, а я лишь и мог, что покорно идти за ним, но резко остановившись, я вырвал свою руку, оборачиваясь к Рику, который уже продолжил читать книгу, сказал: — Рик, но у тебя глаза и так уже, как драгоценные камни, цвета Авантюрина. – Парень был удивлен – это читалось, в каждом его движение, в том, как он посмотрел на меня, то, как его глаза заблестели. Я же сразу понял, что его глаза напоминали мне об бабуле, у неё в жизни была лишь одна драгоценность – брошь, в виде жука, главным камнем был Авантюрин. Язык в жизни не повернется сказать, что камень был некрасивым.       Протащив меня мимо всех до туалетов, я только и успевал, что со всеми здороваться и отвешивать слегка сонным девушкам комплименты, после чего улыбки просыпались на их милых личиках, ведь некрасивых девушек не существует. Затолкнув меня в туалет, где я едва не схлопотал инсульт и теперь не сумею нормально пересматривать «Каспира» и фильм «Привидение» с шикарным во всех пониманиях Патриком Свези. Я прижимался к груди Малфоя, чувствуя свое сердце где-то в поджелудочной, а чего мне никто не сообщил, что привидения существуют, то есть, то приведение из фильма «И гаснет свет» тоже существует? Ну все, дайте мне таблетки, я против, мне не нравится быть членом магического мира. — Хватит давить на жалось я видел, как ты строил глазки Рику, ты хоть понимаешь, что именно он является новым главой клуба, где главными членами являются вчерашние парни. – Словно, у парня это было на лбу на писано, я глава опасного и зловещего клуба хуже, чем тот кружок из фильма «Колдовство», что за идиотизм, в конце концов, это же, не бойцовский клуб. — Эти парни опасны и будет лучше, если они и дальше будут говорить о Гарри, как о герое, а Поттер в свою очередь, о них и знать не будет. — Может тебе ещё список составить, с кем я могу говорит, а с кем не стоит! Абьюзер хренов. – Отстранившись от Малфоя, я отошел в сторону, не желая смотреть в лицо, этому высокомернуму мальчишке, он явно не понял, кем именно я его назвал, что говорит об этом мире само за себя. — Не верится, что такое солнышко, как Гарри, вообще может встречаться с таким как ты. — И к чему, вообще, это сейчас было сказано? – Я лишь фыркнул, не желая отвечать на вопрос этого парня, у меня такие прекрасные взаимоотношения начинали складываться с Риком, он бы мог мне помогать, а тут Малфой со своей неистовой ревностью. То, что я в теле его парня, не дает ему права, так со мной обращаться, я не его собственность. — Да, думаю, список бы не помешал, а то, когда Гарри вернется в свое тело, у него врагов станет больше, чем союзников. — Да о чем ты, я же был милым. – Когда я милый, этому херу все не так, когда я веду себя по-обычному, у Малфоя снова хуй не по ветру, я его не понимаю! У меня тут не детские игры, я хочу найти убийцу, возможно, девочке в этом году, бы только семнадцать исполнилось, но правда в том, что она мертва и у неё нет собственного голоса, чтобы её хоть кто-то услышал. Конечно, можно всегда попробовать доску Уиджи, а если что-то пойдет не по тому месту, у меня будет целый замок волшебников, которые сумеют с этим что-то сделать? Надо будет Гарри об этом написать. — Мне не нравится выражение твоего лица, что ты задумал? – Закатив глаза, мне вообще-то, тоже лицо Малфоя было не по душе, но я же об этом открыто не говорил, не то, что этот черствый сухарь. Стоит признать, что он, как парень очень крут, всегда заботится и рядом, когда необходим, вот у меня не было такого парня, может если только Дориан, но с ним все закончилось настолько плохо, на сколько только могло. – Слушай, я понимаю, что ты хочешь докопаться до правды, но ты можешь навредить своими действиями парню, которого я люблю. —Поэтому, я милый и стараюсь этого не сделать! – Запрыгнув на старый подоконник, тут же пожалел о своем действие, так и предвижу, как след моей задницы остается на этом подоконнике. Но забив на это хер я, раздвинув ноги подманил к себе Малфоя, который нехотя, но все же подошел ко мне. — От одного – до десяти, на сколько Гарри любит тебя? – У Драко было такое лицо, словно я идиот, нет, нет я король всех идиотов и мне должны ,другие идиоты и дураки, падать в ниц. — Что? Я это к тому, чтобы понимать, как именно вести себя на людях, не смотри на меня так. Один – это спокойные и холодные отношения, о вас могут даже и не догадываться, а десять – это страсть и все знают, что вы пара, что никому из вас, даже подходить не стоит лишний раз. – Я положил руки на плечи Малфою, пока он думал, я могу покляться что слышал, как у него двигались шестеренки в голове. — Девять, почти десять, все знают, что мы пара, я никому не позволяю приближаться к Гарри.       Надув губы, глядя прямо в глаза своему неловкому союзнику, меня вдруг огрела мысль, что Малфой становится моим лучшим другом, во всем этом безумии. — Потому что, любишь его или боишься, что он может уйти, между Гарри и Фредом что-то было? – Драко опустил голову мне на затылок и не то заскулил, не то за рычал, да, когда твой парень популярен это не всегда круто, всегда страшно, что может появиться тот, кто покажется лучше и ярче чем ты, что тогда делать с своими чувствами. — Виноват был я, что они начали близко общаться, а потом и встречаться, я бросил Гарри, все – это закончилось, его не долгим романом с Фредом Уизли. – Я лишь и мог, что посочувствовать, у меня не было ничего похожего, кроме того раза, когда своему парню я сказал идти и убить себя в порыве злости на него, а он идиота кусок, сделал то, что я ему сказал. — Мой парень убил себя, я выиграл, хватит тут сопли распускать, учитывая, что сейчас Гарри с тобой. – Я почувствовал, как Драко улыбнулся, а когда он отстранился от меня, выглядел все так же хорошо и высокомерно. — Ладно, у меня будет история магии, а у тебя ЗОТИ, – я лишь кивнул, – Снейп будет суров как-никогда. – Махнул рукой, я поцеловал, мне уже нечего было боятся, я помню каков вкус его губ.       Но шутки в сторону, пока я сидел на уроке, все оказалось не так, как я думал, но не было страшно, как описывал Гарри. Профессор ходил с бинтами на шее, они были слегка грязными и мне это, откровенно говоря, не понравилось, как сыну врачей, я тут старался, видите ли, спасал этого мужлана, а он не заботится о чистоте раны! В аудитории ещё, пока никого, кроме меня и профессора не было, не особо ,кто торопился увидеть это профессора, по всей видимости, кроме Николь никто и не рисковал влюбляться в господина мрачность. Подкинув воздухе красное яблоко, я прошел по кабинету до стола профессора поставив на край яблоко. — У вас повязка грязная, я могу заменить её. – Снейп проследил глазами за моим пальцами и положил руку себе на горло, прямо на то место, где раньше была рана, из-за которой, мужик мог распрощаться со своей жизнью. — Вы столь любезны, Поттер, аж тошнит. – Этого наезда я не оценил, вот и спасай после такого людей, а у него может пойди заражение крови, температура, гной, понос, а затем смерть, а я помочь хотел. — Я вам не расчехлить мою девственную задницу предлагаю, а всего лишь повязку сменить, это вам в первую очередь нужно, а не мне. – Оттолкнувшись от стола, я пошел обратно на то место, которое уже облюбовал для слежки и получения, возможно, полезной информации на уроке. — Хорошо, ты можешь поменять мне повязку ,Поттер.       Я резво обернулся на профессора, и не дожидаясь смены настроения этого человека, уже сидел на краю его стола, аккуратно снимая грязную повязку. Работа с бинтами напоминает мне о доме, о том, как я за частую так же сидел, либо с мужем сестры или же с её сыном меняя повязки, потому что оба были столь неуклюжи и вечно ходили в синяках. Протерев руки антисептиком, который моментально оказался на столе, как бинты и мазь. Приподняв подбородок Снейпа, я рассмотрел уже почти затянувшуюся рану, останется шрам, ну а так жить будет, конечно, если не станет пренебрегать сменой повязки. Нанеся обильное количество мази на рану, я насвистывая мелодию, которую до меня насвистывала бабуля, стал аккуратно, не натягивая наносить повязку, чтобы не вызвать у профессора в будущем дискомфорт. — Раньше не замечал за тобой, Поттер, такой заботы. – Закрепив повязку, так чтобы она не разошлась, я поднял глаза прямо на лицо профессора и искренне ответил ему: — Возможно, раньше мне казалось, что вы будете далеки от моей заботы.       Что-то странное было в этих уставших, темных глазах, он вызывает во мне желание обнять его сказать, что мир не только комната страха и есть что-то лучше, чем коктейль из битого стекла. — Я закончил, завтра надо будет снова поменять, ты же будешь хорошим и позволишь мне это сделать? — В тебе что-то поменялось. – Снейп прикоснулся кончиками пальцев к моему лицу, словно старался найти, ту самую не зримую глаза причину, которая поменялась в Поттере, он просто не понимал, что я не Поттер. — А может не во мне, а вас, профессор, что если вы стали смотреть иначе на мир, на меня.- Улыбнувшись, я провел рукой по груди профессора, возвращаясь к своему месту я чувствовал огонь тех темных глаз, как они смотрели на меня, как пытались выудить из меня то самое изменение.— Не смотрите так, в друг влюблюсь вас, я же подросток, я могу.       Усевшись на свое место, я едва сдержал волну смеха, смотря какое глупое лицо было у Снейпа, мне определенно нравится на протяжение всего времени, пока я не перееду в другое тело дразнить профессора, вот не понимаю я Поттера, это же так мило, заставлять тридцатилетнего мужчину смущаться.       Пока Снейп монотонно рассказывал про магию и многое другое, что касалось меня только колючим боком, я уже составлял список тех, кто бы мог оказаться тем самым преследователем Ники, найти убийцу будет сложно, а преследователя, если это другой человек, а мне кажется, что другой будет. Ведь тот, кто преследовал, возможно насиловал, но вряд ли это так, не зря же он все время напевал Ники на ухо ту песенку, значит ему нравилась её реакция, что-то я не уверен, что он бы стал тогда убивать свою жертву, скорее это был не он, но из-за того, что он всегда был рядом, мог стать свидетелем убийства. А раз это так, то найти маньяка будет проще. — Сегодня речь пойдет о воронах. – Я отвлекся от своих мыслей, поднимая голову на Снейпа, он и сам был похож на ворона, наверное, именно по этой причине он мне так и интересен. — Раньше верили, что, когда человек умирает, вороны относят души в страну мертвых. Иногда, столь редко, что про это попросту позабыли. — Но для чего? – Снейп своим колючим, мрачным взглядом остановился на мне, может если раньше Поттер тушевался и боялся, то я даже с место привстал, не разрывая зрительного контакта с профессором. – Для чего это было ворону, профессор? — Чтобы исправить зло. – Окна как одно распахнулись, впуская в кабинет ветер с мелкими каплями дождя, обдало холодом и влагой девушки вскрикнули, а я лишь смотрел на то, как ворон расхаживал по открытом окну. — Так я жив лишь для того, чтобы найти её убийц? – Поднявшись в воздух, ворон закричал, после чего скрылся, а Снейп закрыл окна продолжая вести свой урок, так словно вообще ничего и не произошло, зато я наконец получил ответ своей жизни.