В этом мире лишь кукловоды и куклы...

      Мёртвая тишина давила на уши всех присутствующих в зале собраний. Но, правда, никто нарушать её особо не хотел. Только стук пальцев о тёмно-коричневый стол раздавался эхом в помещении. Кажется, что со стен сейчас упадут все картины от напряжённой обстановки. Все нервные, как на иголках, что и так уже понятно. Особенно нервозным был СССР, который и стучал пальцами по столу. Дело в том, что ещё неделю назад охранник, с диким страхом в глазах, сказал, что камера засекла Третьего Рейха, около кабинета Германии. Сначала все подозревали Германа, как никак Рейх был в кабинете своего сына. Обыскав, и кабинет, и дом младшего немца, ничего не нашли. Но несмотря на это, Германию всё ещё подозревали. — А может он на территории Германии? — подал свой голос Америка, первым не выдержав тишины. — Искать немца в Германии глупо! — воскликнул Украина, ударив себя по лбу, мол: «США, ты тупой». — Вот именно! — резко сказал Австрия — Искать немца in Deutschland глупо, и Рейх это знает! Значит, мы можем даже и не смотреть туда, что нацисту на руку! — Okay, but есть one problem… — начал Великобритания — У Germany не маленькая территория, we и за two years не найдём его. — Я — Австрия, старший брат Рейха, — парень встал со стула — и поэтому я примерно знаю, куда он пошёл. — Ну, и куда же? Говори быстрее! — Россия резко повернулся к австрийцу. — Возможно, он направился в наш старый дом. Он с 1944 не особо пригоден для жилья, aber зная Рейха… Он бы и in der Höhle прижился бы. — Не особо пригоден с 1944? Я кажется догадываюсь, о каком доме идёт речь. — - Союз свёл брови к переносице, крутя в голове картину дома.       Довольно большой загородный дом, но и особняком его не назвать. В доме три этажа, если включать чердак. Стены снаружи светло-персикового цвета, а на ярком солнце иногда казалось, что они белые. Чёрная черепица разбавляла этот нежный цвет, придавая дому немного стильности. На, довольно большом, деревянном крыльце был столик с семью стульями. Здесь немецкая семья летом обедала, а иногда и завтракала. Ужинать они предпочитали дома, ведь все без исключения сильно уставали. К крыльцу вела дорожка из камней, а вокруг неё были в рядок посажены мелкие деревья…       Вспомнить дальше не дал голос Великобритании. — Ну так что, Union, You согласны с тем, что-бы я and you проверили этот дом? — А? — коммунист огляделся — Да, да, согласен. — Good, значит tomorrow в семь часов in the morning. Собрание подошло к концу, можете идти! — сразу после этих слов все начали собираться домой, а Великобритания объяснил Совету, как они будут добираться.

***

Утро, 7:00, аэропорт.       Из-за своей сонливости, Союз еле как добрался до аэропорта. Он опять не спал почти всю ночь. Именно в такие моменты коммунист проклинал свою бессонницу. От Москвы до Регенсбурга лететь около трёх часов, так что особо не выспишься. Если честно, СССР только с помощью билета узнал, в какой город они едут. Союз видел дом Наци где-то четыре раза и то, последний раз в 17 лет. Сейчас же русскому 46, не удивительно, что он забыл. — Good morning Union. — с улыбкой поздоровался любитель чая. — Для кого как… — What? Sorry, but I не услышал. — И тебе, говорю, доброе.       СССР оглядел огромное помещение. Много недовольных людей, которые никак не пять минут ждут свой рейс. Серые и неулыбчивые прохожие — первое, на что обращают своё внимание иностранцы. Но если завести беседу с русским человеком, то перед тобой будет стоять не хмурый и вялый, а приветливый и доброжелательный человек. Даже если вы знакомы от силы два часа, русский поможет тебе, начихав на твою национальность. Нет, в каждой стране есть, мягко говоря, придурки, которые тебе лишь в лицо плюнут.       Но тут Союз услышал чей-то спор. Хоть и люди говорили тихо, но из-за своего прекрасного слуха мужчина их слышал. Повернувшись в сторону спора перед глазами была такая картина: парень в чёрной кофте с капюшоном отчитывал девушку, которая держалась за левый глаз. Любопытство взяло верх и Совет решил подслушать их разговор. — Ты, zu ficken, серьёзно? Вот как ты смогла потерять свою повязку?! Она же у тебя, seikō suru, на глаз! — парень выражался максимально красноречиво, хоть и на разных языках. Союз даже подумал, что он говорит рандомные буквы, но только не мат. — Ja, Ich серьёзно! — Как можно быть настолько растяпой?! Теперь так и будешь рукой половину лица прикрывать, пока мы не прилетим? — А ты видишь другие варианты? — ответила девушка вопросом на вопрос — Вот лично я — нет. — Я тоже нет, поэтому тебя и спрашиваю. — Помог бы хоть… — девушка опустила голову, не отрывая руки от лица. — Чем?! Ей Богу, старше меня, а ведёшь себя как малолетка! — А мне не особо и хочется взрослеть. Дество у меня же проходило лишь до четырнадцати.       Союз прислушался. «Знакомый голос…» — подумал русский, смотря на парня, который, кстати, был ниже девушки. Скорее, это не из-за разницы в возрасте, а из-за обуви. На парне самые обычные кроссовки, на девушке же брутальные ботинки на платформе. — Union, ты в порядке? — голос британца вывел из раздумий. — Да, я просто задумался. — рассеянно улыбнувшись ответил русский.

***

11:34, старый дом Рейха — Почему Австрия сказал, что тут непригодно?.. — тихо, чуть ли не шёпотом сказал СССР.       Велик и Совет долго искали этот дом, ведь Австрия дал не верные координаты. Союз подметил, что дом почти не изменился. Разве что несколько деревьев не хватает и трава сильно разраслась, ведь за ней долгое время не ухаживали. Мужчины, не долго думая, зашли во внутрь.       Как только Союз зашёл, то сразу взял свои слова назад. Сильный погром в одном лишь коридоре. Разбитое стекло, сломаные детские игрушки, в каких-то местах обвалился пол, а стены уже не такие яркие и гладкие… — Здесь что, мамай прошёлся? — неудержавшись сказал Совет. — I don't know. Давай разделемся? Так быстрее будет. — Ну давай.       Мужчины разошлись в разные стороны.