Корейский дозор

С этой главы вновь бета sony-dial :3 Еще три дня мы не выходили из дома. Благо, Джиен закупил каких-то продуктов и соджу. Мы пили, ели, разговаривали и, самое главное, – наслаждались друг другом. Все вокруг было таким несущественным. Я не замечал, день сейчас или ночь, зато видел маленькие крапинки на радужке его глаз, я не знал, какое сегодня число, зато четко знал количество тату на его теле. Это было полноценное помешательство и безумие, я испытывал то, что ощущали мои жертвы, только я сделал это добровольно и вряд ли забуду это когда-либо. - Почему ты еще не выбрал сторону? – спросил я, с наслаждением докуривая очередную сигарету. Я не курил семь лет! Но события этих трех дней были такими насыщенными, что я сорвался. Джиен сидел около меня на балконе и чуть отставал в размере окурка, делая очередную затяжку. - Мне советовали не спешить, а еще я понимаю, если сделаю выбор сейчас, мы еще долго не сможем видеться. Я вопросительно вскинул бровь. В принципе, он был прав. Если Джиен станет стажером светлых иных, ближайшие месяцы он очень будет загружен учебой, а потом и работой. А если он выберет темную сторону, вряд ли мы вообще будем разговаривать, как сейчас. - От того, что ты не делаешь выбор, тоже ничего хорошего. Меня при любом раскладе засудят, - спокойно ответил я, ловя удивленный взгляд Квона. – Что ты так удивляешься? На меня уже пытались повесить обвинение, а сейчас ты половину недели тусуешься у светлого дома, потенциально опасного для тебя. Ведь я могу спровоцировать на неправильный выбор. - Светлый выбор? – почему-то спросил Джи. Он правда считал, что свет – это ошибка? - Любой выбор может быть неправильным, - терпеливо пояснил я. – Из-за меня ты можешь стать светлым только потому, что я тоже светлый. Или наоборот, мне назло, ты можешь стать темным. В любом случае ты ориентируешься на мои интересы и мою реакцию, а выбор должен быть только твоим. - Хм, - только и издал он, гася в пепельнице окурок. – Как ни крути, ты виноват, что встретил меня. - Мне приказали тебя встретить. - Хочешь сказать, специально подставили? - Нееет, - протянул я, но на самом деле мне приходили подобные мысли. – Я уверен только в одном: мое воздействие на тебя они не докажут. - Потому что я все помню? - Вроде того. - Я не знал, стоит ли ему рассказывать, ведь не вводил в курс событий даже Дэсона. - Просто мое воздействие на тебя не сработает. Я пробовал дважды. На тебе будто блок. - Это как? Талисман? – он показал амулет дракона на шее. Видимо, папа Ян дал, потому что от вещи веяло светлой аурой. - Талисманом это не сделаешь, - иронично отозвался я, сводя брови на переносице. – У каждого инкуба есть свои волны. Их могут чувствовать только такие же, как мы, а остальные иные или люди ведутся на них. Джиен устроился поудобнее на балконной скамейке, вытягивая ноги. Ему нравилось слушать все, что связано с дозором или иным, или… со мной. Дул легкий ветер, но мы тепло оделись перед тем, как выйти сюда. - Некоторыми волнами мы можем управлять, и, направляя их на объект, мы приводим цель в состояние гипноза и подчиняем ее волю себе. На людей это действует лучше, чем на иных. Реакция иного зависит от его уровня, чем выше он, тем меньше подвластен внушению. - Логично, - кивнул Джи, - значит, я сильнее тебя? - Не совсем так, - я повел плечами, - ты сейчас человек, и какой бы ты ни был будущий иной, на людей моя сила действует одинаково. - Тогда с чего ты решил… - Не перебивай, - притормозил я его, и он кивнул, смущаясь и тут же замолкая. – Помимо управляющих волн есть те, которые нам неподвластны. Они слабые, неопасные и вообще не несут себе никакой ценности. Но! - Но? - Если цель находится рядом с инкубом очень много времени, а тем более постоянно, эти волны оказывают на нее прямой эффект, и он считается побочным. - И что за волны такие, люди от них болеют? - Можно сказать и так, просто очаровываются носителем волны, и чем больше соприкосновение с инкубом, тем сильнее привязанность, перетекающая со временем в помешанность. - Я понял, к чему ты клонишь, - кивнул Джиен. – Получается, если мы проводим много времени вместе, тебя могут обвинить в побочном действии относительно меня. Я кивнул. Но Джи лишь хмурился с каждой фразой все сильнее. - И если я выберу светлую сторону, тебя обвинят, что ты стал виною этого, потому что мы любовники. - Да, - опять кивнул я. Хотя слово "любовники" мне никогда не нравилось. - А если я выберу темную сторону, то… - То ты вряд ли захочешь со мной вообще разговаривать. Тебе сейчас трудно в это поверить, что у иных противоположной стороны врожденная антипатия друг к другу, потому что они смотрят на этот мир по-разному. Как кошка с собакой. У собаки поднятый хвост – радость, а у кота – угроза. Они не понимают друг друга, так и иные не поймут никогда. Просто надо стать им, чтобы почувствовать это. - Все равно. При любом моем действии ты так или иначе пострадаешь. – Квон прикусил нижнюю губу и виновато опустил взгляд. Я потянулся к лицу Джиена, притягивая к себе поближе, и поцеловал его, легко и непринужденно. На губах был привкус никотина, но это было неплохо, я любил этот вкус и запах. - Все в порядке, я всегда выйду чистым из воды, я же инкуб. Ты должен думать только о своем выборе. - А кто будет думать о "нас"? - Как бы больно это ни звучало, но "нас" пока нет, потому что нет пока твоего "выбора". Поэтому хорошенько запомни эти дни и, что бы ни случилось позже, я… - что мне надо было сказать? Я сжал губы, прикусив язык и осознав, что нагажу в свой же палисадник этими словами. Джиен теперь это тоже понимал, поэтому снисходительно улыбнулся: – Пойдем, тут холодно. Мы встали с лавки и направились к двери. Уже темнело, и Сеул погружался в объятия новой ночи. Фонари красиво озаряли все вокруг, и дома, те, что повыше, будто нам подмигивали, то включенным, то выключенным светом в окнах. Я закрыл балкон на все задвижки; Джиен так и мочал, переваривая все сказанное мной. Это хорошо, информации и правда слишком много. - Дэсон тоже, – начал он неуверенно, - тоже подвержен этим побочным волнам? Тяжело вздохнув, я бросил на Джиена взгляд из-под челки. Все-таки этот вопрос выплыл бы, может, раньше, может, позже. - Да, – ответил я честно, потому что не хотел ему врать. - Но он целитель и несмотря на пять лет совместной работы держится гораздо лучше, чем мои предыдущие напарники. Их психика не выдерживала и нескольких месяцев. Я не буду тебя обманывать, мне приходилось сожительствовать со всеми своими напарниками, чтобы обеспечить психологическую разгрузку. Жить раздельно и видеться на работе – гораздо тяжелее. Доказано на Розалии. - Да, мне понарассказывали про ваши дрочиловки с Дэсоном… - ядовито выдал Джиен. Я поперхнулся. - В дозоре?! - Дневном, - уточнил он. Теперь я хотел матюкнуться. - Ну, как видишь, секретов у иных друг от друга почти нет. То, что вызывает твою ревность, совершенно беспочвенно. Дэсон отлично понимает, что я излучаю эту энергетику и что она опасна для него. Но у него есть жена, и это ослабляет эффект. Он целитель, и это тоже ослабляет эффект. И наши, хм, "дрочиловки" эмоционально разгружают его по моей инициативе. В целом мы просто близкие друзья, и я ему точно не безразличен, но это платоническое чувство. А физиология ничего не значит. Я решил не уточнять, что переспал с Дэсоном с насильственным внушением, потому как Джиен все равно не поймет мои мотивы. Это был сложный период в моей жизни, тогда телу напарника это было нужно из-за побочного эффекта, и мне было сложно сдержаться. Он закипал сам в себе, и я не мог поступить по-другому, потому что я инкуб. - Нда? – переспросил Джи, скрипя зубами. – Какой ты разговорчивый и откровенный сегодня, я просто фигею с тебя! Я не желаю слушать, что ты там что-то делал по какой-то там инициативе! Чтоб руки у тебя отвалились! Резко перехватив его руку, я притянул парня в свои объятия и свалился с ним на диван. - Я всегда разговорчив с людьми, к которым привык… - Жополиза, - продолжил ворчать Джи. - Еще раз услышу, что ты ревнуешь меня к Дэсону, – отшлепаю! И неужели ты правда думал, что я теперь смогу позволить себе "что-то", когда у меня появился ты? – Джи снова выругался и пробубнил что-то про то, что ему нафиг не сдались я и мой напарник вместе взятые. Я рассмеялся, целуя его в шею. Он прикрыл глаза, понемногу успокаиваясь, и, выгибаясь в пояснице, таял в моих объятиях. Джиен оказался совершенно ручным, когда мы остались наедине в квартире, интересно, как он теперь будет вести себя на людях? Хотя с полной уверенностью могу сказать, ночи с Джиеном наполнили мою жизнь определенным смыслом, я наконец-то чувствовал себя живым и нужным. Утром меня вызвали на работу. Я оставил Джиена у себя дома, объяснив, что не самый лучший вариант - прийти в штаб Ночного дозора вместе. Конечно, он обиделся, протестующе выпятил губу, но промолчал и закрыл за мной дверь. Еще никогда дорога до работы не была такой легкой и счастливой. Мне казалось, что люди вокруг меня улыбаются, и я улыбался им в ответ. За долгое время я в первый раз ехал без очков, не пряча свои глаза, а рассматривая все вокруг, и мир радовался вместе со мной. В офисе все было по-другому, атмосфера какая-то напряженная, это я ощутил сразу, но не стал реагировать, все равно улыбаясь как идиот. Они все знали про Джиена, и самое интересное – мне было насрать большой зефиркой на это. Около кабинета папы Яна преданно стоял Дэсон, ожидая меня. Я стиснул его в объятиях, и он испугался чрезмерного наплыва нежности с моей стороны: - Все хорошо, хен? - Все супер! Ты как? Привет жене, - промурлыкал я в ответ и помахал рукой всем сотрудникам, кто прошел мимо, кланяясь нам. Дэсон прям сам не свой был и очень долго соображал, как со мной, вот таким счастливым-странным-неадекватным, разговаривать. Но потом я сам начал рассказывать про то, что все это время был с Джиеном. Напарник менялся в лице по ходу рассказа. А меня как фонтаном прорвало, я говорил-говорил-говорил... Рассказывал все, о чем думал, что Джи - мой предначертанный иной, что внушение на него не действует и что это самое лучшее, что могло случиться в моей жизни. - Господи, Сынхен, ради Света, подумай, чем тебе это грозит! А если он окажется темным? - Не окажется, - уверенно сказал я. Дэ даже вздрогнул, испуганно распахивая свои узкие глаза. - Ты таким тоном говоришь, что мне становится еще страшнее! А что начнется, если он станет светлым? Да тебя сожрут, темные и сожрут же! - Не сожрут, - снова так же уверенно отозвался я и погладил чересчур эмоционального напарника по белым волосам. – Все продумано, никто не посмеет обвинить меня во внушении. - Причем тут это! Тут страшнее, хен, тут людские чувства и провокация с помощью них! У иных нет подобного, когда он станет иным, его характер изменится! Да и побочный эффект, ну, тот самый... Умеет же он портить настроение. Я нахмурился. Доля истины, конечно, в этом была, но это же Джиен! Вряд ли он поменяется уж сильно радикально. - Волны тоже не страшны, если у него иммунитет ко внушению, их он тоже не почувствует, наверно. - А если он, наоборот, слишком восприимчив к волнам! Что, если наоборот все? Хен... Я даже пренебрежительно рассмеялся: вот все-таки он паникер. - Дэсон, еще минута разговора, и я начну думать, что ты просто ревнуешь Джиена ко мне. Это нехорошо, брат, я сам решил, что хочу быть с ним. И он хочет того же. Так же добровольно. Уважай наш выбор. Напарник совсем сник, разочарованно кивая головой; он понял, что в подобном состоянии со мной разговаривать совсем бесполезно. Может, именно из-за этого он остался в коридоре, когда я прошел в кабинет к светлейшему магу всея дозора - Ян Хенсоку. Он утром позвонил с мобильного, а не использовал менталочку. Тут было два варианта: или он стареет, и радиус сужается, или что-то необычное и требующее моего срочного пристального внимания. Попросив Дэ меня дождаться, я скрылся за красивой резной дверью из дуба.