Опекун

Питер ехал в автобусе и думал о своей жизни. Только что его команда по декатлону выиграла очередную викторину, проходившую в городе, название которого он даже не запомнил. Сейчас дети направлялись в родной Нью-Йорк. Но для Питера все это не имело особой важности. Когда ему сказали, что нужно уехать из города на целых 4 дня, он жутко перепугался. А кто же будет следить за городом? Но Тони почти насильно посадил его в автобус, под предлогом, что ему «нужно развеяться». После победы над Таносом и спасения вселенной все было подозрительно хорошо. Никаких инопланетных вторжений, крупных ограблений, даже серьезных аварий. Ничего. Вторая половина населения планеты без особых проблем восстановило свою жизнь. Наташу вернули еще когда возвращали камень Души. А Старк, провалявшись неделю в глубокой коме, из которой фактически невозможно выйти, очнулся и сразу побежал в мастерскую. Потом его, конечно же, вернули, но он все же слегка поубавил свой пыл. На вопрос, как он вышел из комы, являясь почти мертвецом, тот ухмылялся, заявляя, что он же Железный человек! Когда Паркер, пользуясь своим приоритетом в общении с миллиардером, пытался разузнать настоящий способ вернуться с того света, то получал только шутки, аля «Увидел, как ты геройствуешь на планете без присмотра и побежал спасать твою активную задницу. Представляешь, приснилось, что мои сотрудники взбунтовались, и ты в одиночку попытался их остановить! Разворошил пол Европы, почему-то. Ты не подскажешь, что ты делал в Европе?». Питер понятия не имел, что он там делал, но был жутко рад, что Тони снова с ними. Даже у Мэй все было просто отлично. Особенно Питер был за нее рад, когда Хэппи спросил у него примерный размер безымянного пальца тети, и то, какой из драгоценных металлов она больше любит. Но все-таки, несмотря на такое большое количество счастливых моментов, затишье перед бурей настораживало Питера. Поэтому он всегда был в боевой готовности, патрулируя город все свободное время. И вот его не было целых 4 дня! Конечно, Старк уверял, что кроме него существует еще множество героев, способных защищать мирных граждан, а с котятами на деревьях и старушками, переходящими через дорогу жители могут справиться сами. Ну на крайний случай позвать полицию. А для чего они тогда вообще нужны! И вот Питеру уже не терпелось попасть в родной Квинс, переодеться в костюм и побежать, а точнее полететь, на патруль. Оказавшись у школы, куда их привез автобус, Питер огляделся. На парковке, как и вдоль дороги не находилась ни тетя Мэй, которая должна была за ним приехать, ни ее машина. Что странно, ведь она слова на ветер не бросает. «Наверное задержалась на работе» — подумал Питер, попрощался с друзьями и, забежав за угол, переоделся в костюм Железного Человека-паука и полетел домой, чтобы, если дома Мэй тоже не обнаружится, приготовить ее любимую лазанью. Как он и предполагал, тети в квартире не нашлось, что подтвердило его догадку о задержке на работе. Хотя было странно, что она не написала об этом. Решив сделать это первым, парень отправил женщине смс, гласившее: «Мэй, я вернулся. Уже дома, приходи к ужину, будет для тебя сюрприз». И, включив новостной канал, принялся за работу. Новости он ставил чисто на фон, ибо репортеры, всегда преувеличивающие все на свете, его часто бесили. А еще хотелось все-таки посмотреть на себя со стороны телекамер. Ну или на других Мстителей. Ну, а в данный момент он хотел узнать, что же произошло в его отсутствие. Хотя Старк уже отправил ему отчет, полный сарказма и черного юмора, тот умел все приуменьшать, как считал сам Питер. Поэтому хотелось увидеть полный обзор последних четырех дней. — Передаю слово корреспондентам, наблюдающих за ситуацией с места аварии, — гласил голос с экрана. Стоп, что? Какой такой аварии? — Страшная авария произошла в нескольких районах от Мидтаунской школы науки и технологий в Куинс. На большой скорости столкнулись две легковые машины и грузовик. Пять пострадавших отправлены в больницы, их родственники сейчас оповещаются. Погибших нет. Эта авария очень неожиданна, ведь несколько последних недель никаких крупных происшествий не было, — рассказывала молодая женщина на фоне разбитых горящих машин, тушащихся пожарными. Питер уже готов был снова надеть костюм и отправился на патруль, чтобы еще чего не произошло, как он услышал звонок телефона, доносившийся из рюкзака. Трясущимися руками он достал телефон, надеясь, что это Мэй ему звонит в ответ на сообщения. Уж слишком пугающим было совпадение. Но посмотрев на экран, он увидел лишь незнакомый номер. Ужаснувшись, но все еще надеюсь на удачу, Питер ответил на звонок. — Д-да? — дрожащим голосом проговорил парень. — Здравствуйте. Мы звоним Вам из тринадцатой больницы. Вы являетесь Питером Паркером, племянником Мэй Паркер. Все верно? — басом ответил мужчина с того конца провода. — Д-да… да, это я. А. А что? — Питер приготовился к худшему. Но все же молился всем родственникам Тора, да и ему самому, чтобы услышать менее ужасный приговор. Что его тетушка отделалась лишь переломом. Ну максимум сотрясением. — Ваша тетя попала в аварию и доставлена к нам в тяжелом состоянии. Если хотите узнать подробности приезжайте. Подойдете к регистратуре и назовете свое имя, там скажут куда идти, — таким же монотонным голосом оповестил мужчина. Питер был напуган. Его сердце то пропускало несколько ударов, то билось так сильно, что, казалось, выпрыгнет из груди. Он то бледнел, то краснел, то зеленел. Услышав слова мужчины, приняв их за приговор, Паркер сначала кивнул, а затем понял, что его не видят и срывающимся шепотом ответил «хорошо», бросив трубку. Постояв пару минут, осмысливая информацию, он кинулся к окну, активируя костюм. Выпрыгнув из дома он попросил Карен вывести на экран маршрут и помчался по улицам, желая скорее добраться до злополучной больницы, где может решиться его судьба.

***

Прибыв на место и спрятавшись за углом дома, Паучок снял костюм, находившийся в браслете (а что вы хотели? Нанотехнологии), и побежал в здание. Перепрыгнув несколько (десятков) ступеней за раз, он понесся к регистратуре. — Питер Паркер. Где можно найти те… Мэй Паркер? — не отдышавшись, выдохнул Питер. Женщина, сидевшая там, скептически его оглядела поверх очков и какого-то кроссворда и ответила: — Отделение реанимации, третий этаж, южный корпус. Подниметесь на лифте свернете направо, а там все время прямо, на двери надпись будет. И Вы бы так не носились, а то и Вас пол… — не успела она договорить, как юноша, промямлив «спасибо», убежал к лифту и по маршруту. Как та женщина и говорила, на двери была табличка, в которую он благополучно врезался. Открыв дверь, он оглядел помещение и признал что-то типо зала ожидания. В холле было много людей, видимо родственников других пострадавших. Но тут до чутких ушей донесся спор, в котором участвовал знакомый голос. — В смысле начали оперировать?! Да ваши врачи с этим не справятся! Я же вам сказал дождаться меня! В Башне врачи в несколько раз более квалифицированные, нежели в этой дыре! Они убьют ее! — орал на бедного врача… Старк? — Мистер Старк, не нужно так переживать. Миссис Паркер потеряла слишком много крови, чтобы ждать. Плюс осколки металла задели легкие, желудок, еле не дошли до сердца. Она была отдана в руки самых умелых врачей нашей клиники, так что процент летального исхода очень мал, — пытался отстоять свою честь доктор, хотя изначально был в проигрыше. — Но он есть! А еще она может остаться до конца жизни инвалидом! Вы вообще понимаете. — не унимался Старк, но его перебили. — Понимаю, мистер Старк. Я все понимаю. Но ничего не могу поделать, она уже на операционном столе. Питер плакал. Нет, он ревел, как маленькая школьница. Его нервы дали сбой, который невозможно устранить. Мэй… Его любимая тетушка, которая была всегда рядом, которая всегда помогала, которая всегда поддерживала сейчас лежит на операционном столе. Воображение подкинуло мальчику образ его тети, залитой кровью, со стеклянными глазами, пронзенную железными обломками. Он заревел еще сильнее. Нет, его Мэй справится. Она никогда не оставит его… Видимо Питер слишком громко всхлипнул, потому что Тони Старк и его собеседник обернулись на бедного, зареванного подростка. Тони спохватился первым. — Питер, Питер, подожди. Не плачь, мой хороший. Все будет хорошо. Мэй у нас сильная, она со всем справится, да ведь? — мужчина подбежал к парню и обнял его. Было непонятно кого он успокаивает, себя или Паркера. Но последнему было уже все равно. Он уткнулся носом в грудь наставника и зарыдал с еще большей силой. Да, там останется мокрое пятно, но обоим было плевать. Старку самому хотелось заплакать, но он стойко держался ради мальчика, которого держал в объятиях. Они стояли так минут десять, на них уже смотрели все присутствующие в помещении, но им было все равно. Выплакав большую часть слез и немного освежив мозги, Питер успокоился и оттолкнул от себя опешившего мужчину. — Вы… Вы! Вы обещали! Обещали, что проследите! Что все будет хорошо пока меня нет! А теперь? Из-за вашего «надо развеяться» моя тетя сейчас лежит в операционной и истекает кровью! И вы не имеете право ни кричать на врачей, спасающих ее, ни обнимать меня, ибо сами во всем виноваты! — кричал Питер. Злые слезы снова застилали глаза, он снова перестал здраво мыслить. Он был в отчаяние, ведь авария была такой сильной, а у Мэй нет такой регенерации, как у него. — Тише, тише Питер. Подожди. Я лишь хотел… — Что бы хотели?! Где вы были?! Я ведь не хотел уезжать, это вы меня посадили на тот автобус. Если бы я остался в городе, то этого бы не случилось! Зачем вы так? Зачем… Вы… — у него была истерика. Отчаянные рыдания вновь пробились наружу, парень содрогался всем телом и упал бы, если бы его вовремя не подхватил Тони и снова бы не прижал к себе. Сначала подросток вырывался, а затем обмяк и снова уткнулся в грудь мужчины, уже мокрую от его слез. Больно. Сложно. Но надежда всегда есть. — Прости, Питер. Я облажался. Да, я виноват. Ты прав, как никогда прав. Но все же, все будет хорошо. Мэй у нас сильная. Ради тебя она выживет. Помни, она никогда тебя не оставит, — успокаивал парня Старк, поглаживая его по растрепанным волосам. Хотя все эти слова были сказаны дрожащим, неуверенным тоном, стоило на что-то надеяться. На самом деле Тони видел, в каком состоянии была женщина и сам не верил своим словам, но надежда всегда умирает последней…

***

Мужчина и подросток уже несколько часов сидели в реанимации и ждали приговора. После первого часа ожидания парень заснул, облокотившись на плечо наставника, который обнял того за плечи, сильнее прижимая к себе. Он пытался заняться какими-то делами: работой, поисками какой-то бесполезной в данный момент информации или просто полистать ленту соц. сетей, но не мог. Не мог отвлечься от тяжелых дум, свалившихся на него сейчас. Он смотрел то на дверь операционной, то на парня у себя на плече. Он так юн, но столько уже испытал. В столь раннем возрасте потерять мать, отца, затем дядю, а теперь еще и тетю. И больше никого у него нет. А до совершеннолетия далеко. Это значит, что бедного парнишку отправят в детский дом, если не найти ему нового опекуна. Зал давно опустел, поэтому когда врач вышел из-за стеклянных дверей, сразу было понятно, к кому он. А по выражению его лица было понятно, что он скажет. Тони быстро разбудил Питера, чтобы он услышал эту новость от доктора, а не от кого-либо еще. Тот пару раз расфокусированно моргнул, а затем обеспокоено посмотрел на мужчину в белом халате. — Мне очень жаль, но ранения были слишком глубокими. Мы не смогли ее спасти… Все. После этих слов мир Питера Паркера окончательно рухнул. Его единственный родной человек, его любимая тетя… Ее больше нет. Больше никто не разбудит по утрам, никто не приготовит финиковый пирог, никто не отправит грустный смайлик, подписав: «Задерживают на работе, буду поздно». Все. Это конец. Слезы снова не текут из глаз, они банально закончились. Внутри была пустота, будто одинокая комната, в центре которой лежал глупый подросток надеявшийся на чудо. А от стенок этой комнаты эхом отражалась, наверное, самая страшная фраза в его жизни: «Мы не смогли ее спасти…». Питер не представляет, что ему делать дальше, что его ждет. Наверное его отправят в детский дом. Или какой-нибудь семье, которой он будет не нужен. А может смилуются и оставят жить одного. А может выгонят на улицу и он будет жить где-нибудь на вокзале и просить милостыню. Все может быть. Но уже все равно. Какая разница, как сложится твоя жизнь, если судьба вместе с удачей уже повернулись спиной? Правильно, никакой. Хотя… Может он будет жить как все Мстители, на базе? Нет, никому нет дела до глупого доверчивого подростка. Да и Мститель он с натяжечкой. Так, дружелюбный сосед.

***

Следующие события проходят словно в тумане. Спустя время, когда Питер пытался их вспомнить, в голове появлялись лишь какие-то несвязные отрывки, словно кадры испорченной пленки. Вот в больнице он и Тони стоят у холодного тела. Он вроде бы даже на коленях. Тони возможно тоже. Слышны всхлипы, прощания и просьбы простить, но непонятно, кто это говорит. Вот похороны. Руки тащат что-то тяжелое. Наверное гроб. Вокруг так много людей в черном. Неужели такое большое количество народа решили почтить память Мэй Паркер? Неясно. Впереди идет Хэппи, Тони, еще кто-то. Не имеет значения. Вот он в башне Старка. Что он здесь делает? Ему что-то говорят про болезнь, жар, шок, моральное и физическое истощение, но он снова не слушает. Какие-то люди, похожие на врачей, ходят вокруг. Вот он кричит на Старка. Кричит, срывая голос. Обвиняет его в смерти тети. Выплевывает слова о ненависти ему в лицо. А тот стоит и смотрит с сожалением. И молчит. Не пытается остановить, успокоить, нет. Разрешает на себя кричать, злиться. А когда слова кончаются притягивает к себе и дает выплакаться. Он понимает. Он все понимает. Вот его сны. Он вообще в последнее время много спит, ведь в них всегда приходит Мэй. Он может с ней пообщаться. Сначала она плачет, кричит, шепчет что-то похожее на извинения. Или утешение. Или проклятие. Питер не знает. Спустя время они просто общаются на отвлеченные темы. А потом она уходит. Снова. Теперь он старается не спать, ведь тогда вместо Мэй к нему приходит Тони или врач, повторяя ту фразу. Потом ему снится авария, которую он видел только с телеэкрана, отчего она еще страшнее, ведь воображение не спит вместе с Питером. Несколько раз ему снилась та пустая одинокая комната без окон и дверей. Наверное, теперь это у него вместо сердца. Только пустота…

***

Очнулся из этой дремы он только, как ему сказали, спустя 2 недели. Он просто проснулся утром чувствуя не пустоту, а усталость. Видя все не через туман, а четко. Так четко, что сначала режет глаза. Питер смотрит на часы. 9:27. Так, значит в школу он не пойдет. А где он? Это похоже на комнату в башне Старка, где он несколько раз ночевал. Тут дверь открывается и на пороге он видит владельца этой башни. — Питер, ты как? Слышишь меня? — спрашивает Старк и осторожно подходит к кровати, будто боится, что Питер на него набросится. — Да… да, я в порядке. Вроде. Только пить хочется. И усталость сильная, — прохрипел парень. Голос сипел так, будто он громко и долго кричал. А, ну да, так и было. — Да, хорошо, подожди пару минут, — мужчина скрылся за дверью. Вернулся он спустя 3 минуты со стаканом воды в руках и какой-то таблеткой, — вот выпей. Это поможет, — он протянул стакан и таблетку. Питер выпил ее, не спрашивая о назначении. Вряд ли Тони хотел его отравить, — а теперь поспи, отдохни. Тебе нужно набраться сил, — мужчина снова покинул комнату. Спустя минуту Питер уже спал.

***

Проснувшись вновь Паркер увидел на часах 19:47. Да, долго он спал. Видимо таблетка была с успокаивающим эффектом. И с усыпляющим заодно. Но он был только рад, ибо чувствовал себя выспавшимся, каким не был довольно давно. И мог трезво мыслить, что радовало еще больше. Спустя еще пару минут мальчик испытал чувство дежавю, ведь дверь снова открылась, и в нее опять вошел Тони Старк. Только на этот раз в руках у него были какие-то бумаги. — Привет, Питер. Как себя чувствуешь, — спросил Старк, хотя благодаря Пятнице уже, наверное, знал это. Она скорее всего его сюда и позвала. — Довольно хорошо. Сколько я был в такой отключке? — спросил парень, поставив кавычки в воздухе. — Две недели, — Тони поморщился. — Что ж, весело, — усмехнулся Питер, — слушайте, мистер Старк, я мало что помню, если честно, но я хотел… — Стой. Пока ты не начал извиняться, я скажу тебе, что все нормально. В твоем положении нормально срываться и истерить. Тем более ты не принес никакого ущерба. Так что все в порядке, не переживай, я тебя понимаю, — тепло улыбнулся Старк. — Все равно простите, — замялся Питер, на что миллиардер только закатил глаза, — Вы ведь не виноваты в… том, что случилось. — Как раз таки и виноват, — тяжело вздохнул Тони. Повисло неловкое молчание. Было столько недомолвок, о стольком нужно было поговорить, но все равно было нечего сказать. Каждая фраза будто была не в тему. Первым прервал это молчание Старк, — Питер, я должен с тобой кое-что обсудить. Я понимаю, что тебе сейчас сложно и ты устал, но это больше не может ждать. — Я Вас слушаю, мистер Старк. — В общем… Мэй была твоим единственным оставшимся родственником, а в связи… с обстоятельствами у тебя теперь нет опекуна и… — Меня отправят в детский дом? — быстро перебил мужчину Питер, — если да, то не тяните. Я понимаю, — опустил глаза он. — Что? — опешил Тони, — нет, ни в коем случае! Я бы никогда… Как ты мог подумать, что я такое допущу? — возмутился Старк, отчего Питер еще больше покраснел, — нет, у меня другое предложение, — уже спокойнее продолжил он, возобновляя интерес подопечного, — мы с Пеппер все обсудили и взвесили и решили… взять над тобой опекунство, — челюсть Паркера полетела вниз. Вот чего-чего, а такого тот точно не ожидал, — ну, если ты согласен, конечно. Ведь если ты против, то я мог бы подкупить органы опеки оставить тебя одного в Куинс, или на базе, или… — мужчина волновался, это было видно. Он переживал на счет решения Питера, ведь тот был ему всегда как сын. А теперь, когда есть возможность стать ему настоящим отцом, то принять отказ было бы… сложно. — Мистер Старк, я… Я не знаю что сказать, — мальчик все еще прибывал в шоковом состоянии, — Вы слишком добры ко мне. Не стоило… Из-за меня теперь столько хлопот… Уф… Извините, я… То есть я бы рад, но у Вас наверное своих дел по горло, а теперь и я… Но спасибо, что так заботитесь обо мне. Я хочу сказать, что не стоило так… — Питер залепетал себе под нос извинения в перемешку с благодарностью с такой скоростью, что Тони еле мог разобрать его слова. Хотя некоторые и не мог. Поэтому он и рассмеялся, чем ввел подростка в еще больший ступор. — Стой, стой. Подожди. Просто скажи, ты согласен? — тепло усмехнулся Старк. В ответ Питер лишь поднялся и обнял мужчину. Осторожно, боясь, что его оттолкнут. Но этого не произошло, а совсем наоборот его прижали к себе сильнее, — я думаю, это можно расценивать как да? А, Карапуз? — Угу, — промычал парень ему куда-то в плечо, отчего тот рассмеялся еще больше. — Какой же ты еще ребенок, — вздохнул новоиспеченный папа, — главное первое время тебя не показывать Наташе - затискает до смерти. И Тору. И желательно Пеппер с Морган, — Тони чуть отстранился и показал свою улыбку. Но не ту, которую Питер всегда видел с экрана телевизора. А другую, предназначенную только для семьи. И видя эту улыбку Паркер понял, что это начало новой жизни. Жизни, где он не Паркер, а Старк.