Западный щит России

Примерно в начале ноября СССРу доложили о четных попытках освободить стратегически важный Смоленск. Коммунисту было жалко терять столь хорошего солдата, но сил на его спасение совершено не было. Да и враг стал более стремительно продвигаться в двух других направлениях. Плюс Ленинград взяли в кольцо. Немцы не подпускали к нему не на шаг, что затрудняло доставку продовольствия, а тем более спасение людей. Сейчас все силы советской армии брошены на защиту Северного и Южного фронта. Так же часть армий выделена на защиту ближайших дорог к Москве. Из Сибири прибыли дополнительные войска, обученные вести бой в экстремальных холодах. Зима в этом году будет куда суровее, чем раньше. Уже в ноябре на улицах лежат приличных размеров сугробы. Вражеские войска заметно ослабли и замедлились. Теперь есть шанс восстановить силы и нанести достаточно серьёзный ущерб противнику. После оккупации Смоленска прошло около трёх месяцев. В течение всего этого времени городу удавалось скрываться в полуразрушенных домах. Один раз он спрятался в заминированном доме. Взрыв он легко пережил, но теперь на всей правой части лица красовался громадный шрам. Немецкие солдаты вовсю веселились и фотографировались около тогдашних достопримечательностей. Так же снимались пропагандирующие фильмы, в которых говорилось, как хорошо живётся в оккупированных немцами городах. Все сыты, тепло одеты и счастливы. Жаль, что это всего лишь сладкая ложь. Впервые дни после оккупации нацисты расстреляли несколько тысяч советских солдат и простых мирных граждан. Ночью пятого августа никто не спал. На улицах города гремели выстрелы и душераздирающие крики людей. Всё это месиво продолжалось вплоть до рассвета. В шесть утра, когда смоляне могли свободно выходить на улицы своего города, их взору предстала ужасная картина. В небольших оврагах сотни убитых людей с изуродованными лицами и пулевыми отверстиями на всём теле. В тот день людей не трогали. Весь город хранил этих мучеников. Не смотря на жёсткий контроль немецких оккупантов, отряды партизан всё же появлялись и не хило так досаждали фрицам. Главным был сам Смоленск. Он командовал всеми своими маленькими отрядами. Что было достаточно просто. Пряталась вся эта не до армия в заброшенном заводе не далеко от Днепра. Немчура сюда не ходила, но не в этот день. На часах девять вечера. Многие из партизан уже спят, в том числе и Смоленск. Снаружи завода прозвучала пара тройка выстрелов. Город отдал приказ об отходе в лес, куда фрицы слегка побаивались совать свои носы. Коммунистам нужно было время, чтобы уйти. Чтобы помочь своим товарищам Смоленск остался внутри завода и стал ждать иностранных гостей, что не заставили себя долго ждать. Конечно, город оказывал сопротивление, но он был один, а немцев штук сорок может быть и больше. Его быстро скрутили и вырубили мощным прикладом по голове. Теперь красному предстояло познакомиться со своим новым на ближайшие несколько лет домом. Немецкий Концлагерь. От этого словосочетания так и веет теплом, любовью и заботой. Очнулся Смоленск в середине маленькой сырой комнатке. Руки скованы вместе и подвешены к потолку. Сам парень стоял на коленях. Достаточно не удобная поза. Самым прекрасным было то, что его оставили в одних штанах из-за чего были видны многочисленные шрамы, что он получил в многочисленных боях за всю свою длинную жизнь. В камере царила, мёртвая тишина, что изредка прерывалась падающими каплями воды с потолка. Это давящие одиночество могло длиться вечно, если бы не стук каблуков, что с каждым новым ударом становился всё громче и громче. Потом всё затихло. Секунду спустя был слышен звук поворота ключа, а после дверь открылась. Не ужели Смоленск навестил сам Третий Рейх? ХА, НЕТ! Хрен с маслом. Скорее рак на горе свистнет, чем такую деревню, как Смоленск, навестит столь важная персона, как сам Третий Рейх. В камеру вошёл один из городов Нацисткой Германии. - Was ist ein Russisches Schwein? Du hast dich lange genug vor uns versteckt, aber es scheint, dass dein Glück vorbei ist. [Что такое русская свинья? Ты прятался от нас достаточно долго, но кажется, что твое счастье закончилось] - Sofort zur Sache und ohne unnötige Worte? Und wie kann man sich besser kennen lernen? Wir kennen uns nicht. Obwohl ich denke, du kennst mich. [Сразу к делу и без лишних слов? А как лучше узнать друг друга? Мы не знаем друг друга. Хотя, думаю, ты меня знаешь.] - Du kennen gut Deutsch für Russisch. [Ты хорошо знаешь немецкий для русского.] - Ich hatte viel freie Zeit, um deine Sprache zu lernen. Wie heißen Sie? [У меня было много свободного времени, чтобы выучить ваш язык. Как вас зовут?] - Dresden. - Ausgezeichnet. Jetzt sind wir vertraut. [Превосходно. Теперь мы знакомы.] Тут же городу прилетел мощный удар кулаком в живот. Смоленск только прохрипел от неожиданного удара, но слёзы все же сдержал. - Diejenigen, die älter sind als Sie zu schlagen ist nicht gut. Das wird in der Schule gelehrt, Freund. [Тех кто старше тебя бить не хорошо. Такому в школе учат, друг.] - Was? [Что?] - Ich bin 343 Jahre älter als du. Ich wurde in 863 geboren. [Я на 343 года старше тебя. Я родился в 863.] - Ich glaube, wir haben an verschiedenen Schulen studiert. [Думаю, мы учились в разных школах.] Следующий удар был в лицо. Потом в живот и снова в лицо. В каждый свой последующий удар Дрезден вкладывал всё больше и больше сил. Это жестокое избиение продолжалось на протяжении двадцати минут. К небольшому удивлению немца смолянин ни разу не проронил, ни слова. Из орта города водопадом текла алая кровь, что почти полностью сливалась с красным цветом флага. Русский тяжело дышал и был на грани отключики. Естественно это не прошло мимо немецкого города. На его лице расплылась жуткая улыбка. Немец быстро вышел камеры. Красный почувствовал небольшое облегчение, но через час немец вернулся. Он что-то прятал у себя за спиной. Обойдя полуживой русский город и встав за его спиной, он резко заговорил на русском с небольшим немецким акцентом: - Вижу, ты слегка устал, но не волнуйся я знаю, что поможет тебе взбодриться.~ Слова фрица вели смолянина в ступор, но резкая жгучая боль вывила русского из транса. К его спине приложили раскаленную до красна железку и даже не собирались убирать. Тут сдерживаться уже было не возможно. Крик эхом разнесся по концлагерю, а слёзы ручьём потекли из глаз. Казалось, что эта пытка длилась вечность. В камере вместо сырости запахло жареным мясом. Наконец Дрезден убрал клеймо. Смоленск тут же обмяк и задрожал. Ужасная и невыносимая жгучая боль растекалась по всему телу. Ни что и ни кто не мог её заглушить. Немец погладил Смоленск по голове и перед тем как покинуть камеру, сказал. - Теперь ты принадлежишь Третьему Рейху и только ему. СССР не станет освобождать того у кого на спине красуется клеймо его врага. Ты ему теперь не нужен. - Врёшь… паскуда… - М? - Рано или… поздно… я лично… буду гнать… вас фрицев… до самого… Берлина… - Жаль, что это всего лишь твои мечты, Smolensk. Город потерял сознание от болевого шока а немец покинул камеру пыток и направился по своим делам. Чёрт, а может Дрезден прав и СССР не станет спасать клейменый город?